научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/vodonagrevateli/nakopitelnye-50/Thermex/ 

 

Единственным вос
поминанием, вынесенным им из дремоты, было ощущение пустоты, нечто, поход
ившее на доведенную до логического конца бесчувственность прокаженног
о. Больше всего ему хотелось повернуться на другой бок, снова заснуть и ни
когда больше не просыпаться. Но обведя затуманенным взором залитую ярки
м, слепящим глаза солнцем каюту, Ковенант неожиданно увидел сидящую на с
туле возле стола Линден.
Склоненная голова и уроненные на колени ладони женщины наводили на мысл
ь, что ждать ей пришлось довольно долго. Поблескивающие в солнечном свет
е волосы придавали ей особо торжественный вид Ц вид человека, перенесше
го тяжкие испытания, не уронив достоинства и вышедшего из них, обретя очи
щение.
«На свете есть еще и любовь», Ц с душевной мукой вспомнил он слова старик
а с Небесной Фермы. А Елена, его умершая дочь, пребывающая в Анделейне, ска
зала: «Позаботься о ней, любимый. Позаботься хотя бы ради того, чтобы в кон
ечном итоге она смогла исцелить нас». При виде Линден у него защемило сер
дце. Он потерял и ее. Потерял все.
Словно почувствовав на себе его взгляд, Линден подняла глаза, машинально
убрала с лица длинный локон, и Ковенант увидел, что случившееся не прошло
для нее даром. Усталые глаза глубоко запали, щеки покрыла мертвенная бле
дность, а складочки у уголков рта выглядели так, словно их пробороздили с
лезы. Он смотрел, и в нем нарастал беззвучный протест. Неужто все это время
, с того самого часа, как они избавились от никоров, Линден провела у его по
стели? Она, так нуждавшаяся в отдыхе?
Встретив его взгляд, Линден поднялась на ноги и сдвинула брови, что было я
вным признаком гнева или тревоги. Изучая Ковенанта с помощью своего виде
ния, она приблизилась к гамаку и, по-видимому, ощутила нечто, отчего линии
у ее рта сделались еще строже.
Ц Так ли это? Ц требовательно вопросила она. Ц Ты решил отступиться?
Ковенант вздрогнул Ц неужто его неверие в себя столь очевидно?
В тот же миг выражение ее лица изменилось, на нем появилось сожаление. Лин
ден опустила глаза и бесцельно развела руками Ц так, словно ее рукам был
а известна неудача.
Ц Я не то имела в виду... Ц начала она. Ц ...то есть я пришла не затем, чтобы ск
азать тебе это. Я вообще сомневалась, стоит ли приходить сейчас. Ты стольк
о перенес Ц может быть, следовало дать тебе подольше времени... Ц Линден
снова подняла глаза, и, встретив обращенный к нему взгляд, Ковенант пораз
ился ее целеустремленности. Она находилась здесь потому, что имела свое
собственное представление Ц и о надежде, и о нем. Ц ...Но Первая собиралас
ь прийти сама, вот я и решила опередить ее... Ц Линден вперила в Ковенанта т
акой взгляд, словно искала способ вытряхнуть его из гамака, из его отреше
нности и одиночества. Ц Она хочет знать, куда мы направляемся теперь.
Ц Куда? Ц Сердце Ковенанта горестно сжалось. Ц Куда? Ц Казалось, что в о
дном этом слове заключалась вся его горестная судьба. Куда может направл
яться он?
Ведь он совершенно разбит, и вся его мощь обратилась против него. У него ни
чего не осталось: делать ему нечего, идти некуда. На какой-то миг Ковенант
испугался того, что сейчас, на ее глазах, лишится тех остатков достоинств
а, что придавала ему отрешенность, и сломается окончательно.
Ц Первая говорит, что мы должны куда-то идти, Ц продолжала Линден. Ц Сол
нечный Яд по-прежнему существует, так же как и Лорд Фоул. Мы лишились Перв
ого Дерева, но все остальное осталось прежним. Не можем же мы всю оставшую
ся жизнь плавать кругами.
Говоря все это, Линден, скорее всего, пыталась заставить Ковенанта понят
ь то, что для нее было уже очевидно. Однако на него эти слова подействовали
иначе: почти без перехода боль сменилась жгучей досадой. Линден, возможн
о и не осознавая того, вела себя жестоко. Своими ошибками, провалами и ложь
ю он уже предал все, что любил. Так какую же еще ответственность должен он
теперь, по ее мнению, взвалить на свои плечи?
Ц Я слышал, ты избавила нас от никоров, Ц с горечью в голосе вымолвил Ков
енант. Ц Я тебе не нужен.
Тон Ковенанта заставил Линден поежиться.
Ц Не говори так! Ц воскликнула Линден. Судя по глазам, ей было понятно вс
е, словно она слышала каждый стон его исстрадавшейся души. Ц Ты нужен мне.

Ковенант чувствовал, как его отчаяние приближается к той грани, за котор
ой оно грозит перерасти в истерику. В словах Линден ему почудилось ликов
ание, торжествующий смех Презирающего. Возможно, он зашел по этой дороге
слишком далеко, так далеко, что уже сам, во всяком случае какой-то частью с
воего «я», превратился в Презирающего, стал совершеннейшим его инструме
нтом, а то и воплощением его воли. Но увещевания Линден не позволили ему по
ддаться этому чувству: он не мог обойтись с ней так, ибо любил эту женщину
и уже причинил ей немало горя.
На миг голова его пошла кругом: в залитой ярким светом каюте все казалось
расплывчатым, непрочным и зыбким. Он предпочел бы кромешную тьму, тень, в к
оторой можно было бы спрятаться от гнетущей реальности. Но Линден по-пре
жнему стояла возле гамака, и Ковенанту казалось, будто и его голова, и весь
мир вращаются вокруг нее. И ее слова, и ее молчание воплощали требование,
отказать в котором он не мог. Но в то же время Ковенант не был готов сказат
ь ей правду. Подпитываемый своими страхами, он непроизвольно искал какую
-нибудь зацепку, чтобы перевести разговор в иное русло. Искал Ц и нашел. Щ
урясь от солнечного света, заплетающимся языком Ковенант спросил:
Ц Что они сделали с Морским Мечтателем?
Линден обмякла, видимо почувствовала, что кризис предотвращен, и слабым
голосом ответила:
Ц Хоннинскрю хотел кремировать его, как будто такое возможно. Ц По мере
того как Линден говорила, тягостные воспоминания подступали со все боль
шей силой, и каждое слово давалось ей с трудом. Ц Но Первая велела Великан
ам похоронить его в море. Мне показалось, что в тот момент Хоннинскрю гото
в был броситься на нее. Но потом в нем что-то надломилось. Конечно, не в прям
ом смысле, но мне показалось, будто я слышала, как что-то треснуло...
По тону Линден можно было понять, что трещина эта прошла и по ее сердцу...
Ц Он поклонился Первой, словно не знал, что еще сделать со своей мукой, и в
ернулся на мостик. Вернулся к своей работе. Ц Линден беспомощно пожала п
лечами. Ц Держится он прекрасно, и понять, что с ним творится, можно лишь з
аглянув ему в глаза. Но когда они предавали Морского Мечтателя морю, он им
помогать не стал.
В слепящем свете Ковенант видел лицо Линден не слишком отчетливо, но ему
показалось, что глаза ее затуманились. Наверное, Морского Мечтателя все-
таки следовало сжечь. Освободить от посмертного ужаса в кааморе белого п
ламени. Но одна лишь мысль об огне вызвала у Ковенанта нестерпимый зуд. Он
ненавидел себя Ц ненавидел за ложь. Он знал Ц или, во всяком случае, долж
ен был знать, Ц что случится. Но скрыл от нее правду. И виною тому его эгоис
тичная любовь. Не в силах заставить себя даже взглянуть на Линден, Ковена
нт процедил сквозь зубы:
Ц Что заставило тебя сделать это?
Ц Сделать что?.. Ц Особое видение, однако, не наделяло Линден даром предв
идения, и она просто не поняла, о чем зашла речь.
Ц Ты бросилась в огонь! Ц со страстью и горечью воскликнул Ковенант. Он
винил себя, а не ее Ц винить ее не имел права никто. Ц Я отослал тебя, чтобы
попытаться спасти твою жизнь. Ничего другого мне придумать не удалось, д
а и, насколько я понимаю, было уже поздно что-то предпринимать. Червь уже п
робудился, я уже уничтожил...
Горло Ковенанта перехватил спазм. Несколько мгновений он не мог произне
сти ни слова, но затем конвульсивно сглотнул и продолжил:
Ц Я не видел иного способа спасти тебя, вот и отослал. Но ты бросилась в ог
онь. Я был связан с тобой, магия связала нас воедино. Впервые все мои чувст
ва были обнажены. И единственное, что я увидел, это как ты бросаешься в ого
нь. Почему ты вынудила меня вернуть тебя обратно?
Линден ответила ему гневным взглядом, словно он задел обнаженный нерв.
Ц Почему? Да потому, что в том состоянии, в каком ты оказался, я ничем не мо
гла тебе помочь.
Неожиданно женщина сорвалась на крик:
Ц Там находилось лишь твое тело, а тебя не было и в помине. А без тебя это т
ело представляло собой всего-навсего кусок гниющего мяса. Даже будь у ме
ня возможность доставить тебя в больницу Ц да что там, будь у меня возмож
ность прямо на месте сделать переливание крови и операцию, я все равно не
смогла бы тебя спасти. Мне было необходимо, чтобы ты вернулся со мной. А ка
к иначе могла я добиться твоего внимания?
Мука в голосе Линден заставила Ковенанта вновь взглянуть на нее. У нее бы
л такой вид, что ему показалось, будто он камень, который теперь треснул и
трещина дошла до самого сердца. С гамака он видел взволнованное, освещен
ное солнечными лучами лицо и решительно Ц такой решимости он не встреча
л ни в одной женщине Ц сжатые кулаки. Она, конечно же, винила себя, хоть и не
была виноватой, а стало быть, он не мог более уклоняться. Настало время ск
азать ей правду.
Когда-то он искренне верил в то, что утаивает истину ради ее же блага, щади
т ее, не желая взваливать на нее лишнюю ношу. Но теперь Ковенант яснее пони
мал свои побуждения и осознавал, что утаил правду по одной простой причи
не Ц эта правда его не устраивала. А поступив так, он сделал свои отношени
я с Линден неискренними, отравив их обманом.
Ц Мне следовало рассказать тебе раньше, Ц запинаясь от стыда, пробормо
тал Ковенант. Ц Я пытался говорить о чем угодно, но не об этом Ц слишком у
ж больно это ранит.
Словно ощутив присутствие между ними чего-то странного, Линден бросила
на Ковенанта сердитый взгляд, но на сей раз он не отвел глаз.
Ц Так бывает всегда. Происходящее здесь никак не воздействует физическ
и на тот мир, Ц откуда мы с тобой родом. Здешний мир замкнут в себе самом. Вс
який раз повторяется одно и то же: в Страну я попадаю больным, может быть, д
аже умирающим, но попав сюда, исцеляюсь. Дважды моя проказа исчезала без с
леда. Я вновь начинал ощущать каждый свой нерв...
Ковенант осекся. Сердце его дрогнуло, и причиной тому были как нелегкие в
оспоминания, так и горестный взгляд Линден.
Ц Но стоило мне покинуть Страну и вернуться в свой прежний мир, как и мое
физическое состоянием тоже оказывалось прежним, словно я и не бывал в Ст
ране. Я снова становился прокаженным. Проказа не излечивается. На сей раз
я получил удар ножом Ц но когда мы попали в Страну, исцелил рану с помощью
дикой магии. Точно так же я исцелил и Кайла, а ведь чтобы раздобыть кровь, о
ни располосовали ему руку. Теперь там и шрамов-то почти не осталось, но вс
е это не имеет значения. Происходящее здесь никак не влияет на происходя
щее там. Если что и меняется, то лишь наше отношение ко всему этому.
Ковенант говорил, но испытывал при этом такой стыд, что все же не выдержал
и отвел глаза.
Ц Теперь понимаешь, почему я не говорил тебе правду? Перво-наперво, во вс
яком случае в самом начале, я полагал, что тебе и без того хватает забот. Ты
и сама могла узнать все довольно скоро. Но потом все изменилось. Я действи
тельно не хотел, чтобы ты знала, ибо не мог просить тебя любить мертвеца.
По мере того как он говорил, потрясение Линден переросло в гнев.
Ц Ты хочешь сказать, что планировал умереть? Ц требовательно вопросил
а она, стоило ему умолкнуть. Ц И даже не потрудился поискать способов ост
аться в живых?
Ц Нет! Ц в отчаянии вскричал Ковенант. Ц Как ты думаешь, почему я так стр
емился обрести Посох Закона? Он был единственной моей надеждой, ибо обла
дание им сулило возможность бороться за очищение страны не прибегая к ди
кой магии. И возможность отослать тебя обратно. Ведь ты врач, разве не так?
Вот я и хотел, чтобы ты меня спасла.
В глазах Линден стояла такая мука, что Ковенант не мог оправдаться даже п
еред собой.
Ц Я старался... Ц беспомощно промолвил он. Ц Я... Я не говорил тебе потому, ч
то хотел любить тебя. Хоть некоторое время. Вот и все.
Линден шевельнулась, и Ковенант похолодел, испугавшись, что сейчас она п
овернется к нему спиной и уйдет. Покинет его навсегда. Но она не ушла, а, поп
ятившись к стулу, рухнула на него, словно что-то в ней надломилось, съежил
ась и закрыла лицо руками. Плечи Линден дрогнули, но она не проронила ни зв
ука, ибо еще у смертного ложа матери научилась сдерживать рыдания. Однак
о когда она заговорила, голос ее дрожал.
Ц Ну почему, почему я приношу гибель всем, кто мне дорог?
Жгучее осознание вины стало еще острее Ц Ковенант чувствовал, что и эта
боль лежит на его совести. Больше всего ему хотелось вылезти из гамака, по
дойти к ней, обнять ее... Но он не решался, ибо считал, что лишился такого пра
ва. Ему оставалось лишь попытаться подавить в себе стыд и раскаяние и поп
ытаться ее утешить.
Ц Нет, Ц возразил он, Ц ты ни в чем не виновата. Ты делала что могла. Я долж
ен был сказать тебе правду. Ты спасла бы меня, будь это в твоих силах.
Линден вспылила, да так, что это захватило Ковенанта врасплох.
Ц Прекрати! Ц вскричала она, чуть ли не выплевывая слова. Ц Я не ребенок.
У меня своя голова на плечах, и нечего оберегать меня от правды. Ц Солнечн
ые блики играли на ее лице. Ц С тех пор как мы вернулись на корабль, ты валя
ешься в этом дурацком гамаке и мучаешь себя, будто во всем случившемся и в
правду виноват ты. Но это не так! Все дело в том, что Фоулу удалось втянуть т
ебя в свой замысел. Ну и что ты собираешься делать теперь? Оставить все как
есть и доказать, что он прав?
Ц Но я ничего не могу поделать! Ц воскликнул Ковенант, ибо каждым своим
словом она словно втирала соль в его раны. Ц Он действительно прав. Как ты
думаешь, кто он такой? Откуда он взялся? Я, я и есть этот самый Фоул. Он всегд
а лишь частица моего «я», злобная и презирающая часть моей сущности. Та ча
сть, которая...
Ц Нет! Ц категорически отрезала Линден. Она не сорвалась на крик лишь по
тому, что давно научилась владеть собой. Ц Ты не он. Он не собирается умир
ать!
С равным успехом Линден могла бы заявить: «Это я приношу с собой смерть». Н
ечто подобное читалось в каждой черточке ее лица, хотя вслух она произне
сла совсем другое:
Ц Каждый человек совершает ошибки. Но ты всего-навсего пытался боротьс
я за свою любовь. У тебя есть ответ, а вот у меня его нет... Ц Она вымолвила эт
о с жаром, в котором не было места жалости к себе: Ц ...нет, и не было с самого
начала. Я не знаю Страну так, как знаешь ее ты. У меня нет никакой мощи, никак
ой власти. Единственное, что в моих силах, это повсюду следовать за тобой.
И раз уж ты... Ц Руки ее судорожно сжались... Ц Раз уж ты собрался умереть, сд
елай так, чтобы твоя смерть не была напрасной.
И тут Ц словно на мгновение прикоснувшись ко льду Ц он понял, что Линден
пришла вовсе не потому, что Первой вздумалось узнать, куда направляется
Поиск. Прежде всего, это было нужно ей самой .
Отец Линден наложил на себя руки, а вину за это возложил на нее. Она чувств
овала себя виноватой и в гибели матери, а теперь и его смерть казалась сто
ль же неотвратимой, как Осквернение. Ей настоятельно требовалось обрест
и цель Ц и это в то время, когда он цели лишился. Сейчас она пестовала свою
прежнюю суровость, ту строгость к себе, какая отличала ее с первой их встр
ечи. Но нечто изменилось Ц в глазах Линден полыхало пламя, и он не мог не у
знать этого огня. То были безответный гнев, неутоленная печаль.
Спросив, намерен ли он оставить все как есть, Линден еще раз обнажила его п
озор.
«У меня нет выбора! Ц мог бы воскликнуть Ковенант. Ц Он разбил
меня. Выхода не осталось!»
Но он не сделал этого. Не сделал, ибо был прокаженным и кое-что знал лучше о
бычных людей. Проказа уже сама по себе есть поражение, поражение полное и
необратимое. Но даже у прокажённых есть свои причины цепляться за жизнь.

Этиаран говорила, будто задача живых Ц ценить значение жертв, принесенн
ых умершим, но теперь он понял, что истина простирается дальше: следовало
суметь сделать значимой собственную смерть. И смерти тех, кого он любил и
кто уже уплатил за это свою немалую цену. Уступая настойчивой решимости
Линден, Ковенант сел и хрипло спросил:
Ц Чего ты хочешь?
Казалось, что его вопрос помог ей собраться и в какой-то мере совладать с
горечью своих утрат. Но ответ ее прозвучал сурово:
Ц Я хочу, чтобы ты вернулся в Страну. В Ревелстоун. Ты должен остановить В
ерных. Укроти Ядовитый Огонь!
Это пожелание было настолько дерзким, что Ковенант чуть не ахнул, но Линд
ен, не обратив на это внимания, продолжала:
Ц Если ты сделаешь это, действие Солнечного Яда замедлится. Он ослабнет,
возможно даже отступит. А мы выиграем время и постараемся найти лучшее р
ешение.
Тут, к немалому удивлению Ковенанта, Линден запнулась и отвела глаза.
Ц Наверное, я не так дорожу Страной, как ты. Мне было боязно идти в Анделей
н. Я ведь не видела Страну такой, какой она была прежде. Но любое недомоган
ие я распознаю сразу, а уж чтобы почувствовать Солнечный Яд, не обязатель
но быть врачом. Его чуешь всем телом. Я хочу покончить с этим, но сделать эт
о сама не в силах. Мне остается одно Ц действовать через тебя.
Она говорила, а в жилах Ковенанта вскипала кровь Ц воспоминание о былой
мощи. Однако страх возвращал его к исходной точке.
Ц Остановить Верных? Погасить Ядовитый Огонь? Ц раздраженно переспрос
ил Ковенант. Ц Да с чего ты взяла, что я могу хотя бы помышлять о подобных в
ещах, не подвергая опасности Арку Времени?
Линден криво усмехнулась и уверенно пояснила:
Ц Да с того, что ты теперь научился ограничивать себя, управляться со сво
ей силой. Я почувствовала это, когда ты использовал дикую магию, чтобы ото
слать меня обратно. Сейчас ты опаснее, чем когда бы то ни было. Я хочу сказа
ть Ц опаснее для Лорда Фоула.
Некоторое время Ковенант удерживал устремленный на него взгляд Линден,
но потом опустил глаза. Нет, он не чувствовал себя готовым возобновить бо
рьбу Ц ведь с того момента, как все пошло прахом, прошел всего-навсего од
ин день. Да и какой смысл говорить о борьбе, когда Презирающий уже одержал
победу. Сила Ковенанта заключалась в кольце, но коварство Фоула сделало
его более опасным для Страны, чем любой Солнечный Яд. То, чего хотела Линде
н, являлось безумием, а вот как раз безумным Ковенант себя не считал. Но вс
е же он должен был дать ей хоть какой-то ответ, ибо любил ее и признавал за н
ей право на такого рода требования. Сгорая от стыда, Ковенант попытался п
ридумать что-нибудь, позволяющее оттянуть необходимость принять решен
ие. По-прежнему избегая взгляда Линден, он нерешительно пробормотал:
Ц Я слишком мало знаю. Пожалуй, мне стоило бы поговорить с Финдейлом.
Ковенант надеялся, что таким образом ему удастся увести разговор в сторо
ну. С самого начала, с того момента как он присоединился к Поиску, Обреченн
ый никогда не являлся по чьему бы то ни было зову, а приходил лишь тогда, ко
гда находил это нужным, исходя из собственных соображений, остававшихся
для всех прочих тайной. Конечно, если кто и мог располагать знаниями, спос
обными помочь исправить положение, то лишь его дивный народ, однако было
бы нелепо рассчитывать, что элохим явится на призыв Неверящего. Стало бы
ть он, Ковенант, мог рассчитывать на передышку Ц во всяком случае до тех п
ор, пока Линден не сумеет договориться с Финдейлом.
Но она повела себя неожиданным образом. Не выходя из каюты, она повернула
сь в сторону корабельного носа и громко, отчетливо, словно приказывала е
му прибыть, произнесла имя Обреченного. Почти в тот же миг на каменной сте
не каюты появилось светящееся, похожее на солнечный блик пятно, а затем и
з камня вытек, обрел человеческую форму и предстал во плоти перед Линден
и Ковенантом Финдейл. Элохим словно ждал этого зова.
Облик его не изменился: бархатная мантия на плечах, пышные, спутанные сер
ебристые волосы и золотые глаза, словно вместившие в себя всю скорбь мир
а Ц все беды, тяготы и невзгоды, что обходили стороной его безмятежный, за
мкнувшийся в себе народ. Изможденный, с лицом, каждая черта которого выра
жала безмерную душевную муку, он словно являл собою полную противополож
ность изысканной и грациозной красоте своих соплеменников. Ужасную про
тивоположность Ц ибо такова была его роль. Но кое-что в нем все же измени
лось. До событий на Острове Первого Дерева элохим не откликнулся бы ни на
какие призывы. А сейчас он явился, хотя держался так же недружелюбно и отч
ужденно, как прежде. Слегка кивнув Линден, Финдейл с неодобрением произн
ес:
Ц К чему было так горячиться. Я прекрасно тебя слышу.
Однако его недовольный тон не произвел на Линден ни малейшего впечатлен
ия. Словно и не расслышав сказанного, она сердито подбоченилась и решите
льно заявила:
Ц Вот что, по-моему, эта игра в молчанку слишком затянулась. Нынче пришло
время ответить на кое-какие вопросы.
На Ковенанта Финдейл даже не взглянул. В Элемеснедене элохимы обращалис
ь с Неверящим так, словно он ничего собой не представлял, и здесь, на кораб
ле, их Обреченный придерживался той же позиции. Поэтому он задал Линден в
стречный вопрос:
Ц Значит ли это, что кольценосец вознамерился уступить свое кольцо?
Ц Нет! Ц отрезал Ковенант. «Не отдавай кольца», Ц звучали в его голове о
тголоски былого бреда. Ц Ни за что! Никогда!
Кольцо Ц это единственное, что у него осталось.
Ц Ну что ж, Ц вздохнул Финдейл. Ц В таком случае вы можете рассчитывать
на такие ответы, какие Ц как я надеюсь Ц смогут помочь удержать его от бе
зрассудства.
Линден обернулась к Ковенанту, явно ожидая, что вопросы будет задавать о
н. Но Ковенант, стоящий у самого края духовной пропасти, не мог ни ясно мыс
лить, ни внятно выражать свои мысли. Однако он знал и помнил, как много люд
ей желает завладеть кольцом Ц тем единственным, что еще привязывало его
к жизни и придавало значение его поступкам. Настойчивый взгляд Линден о
стался без ответа.
Сузив глаза, она пристально, словно оценивая его состояние, вгляделась в
Ковенанта, а потом, будто принудив себя отказаться от намерения утешить
и успокоить его, вновь обернулась к Финдейлу.
Ц Почему?.. Ц говорила она с трудом, мучительно проталкивая каждое слово
... Ц Даже не знаю, с чего и начать... Почему вы сделали это?
Воспоминание придало Линден решимости. Голос ее окреп, в нем зазвучало н
егодование.
Ц О чем вы вообще думали, совершая такое? Все, что ему требовалось, Ц это р
азузнать о местонахождении Дерева. Вы могли дать ему прямой ответ, а вмес
то того погрузили его в молчание, в бездействие.
Элохимы обрекли сознание Ковенанта на полное бездействие, и не рискни Ли
нден ради его спасения своей жизнью, он до конца своих дней оставался бы ж
ивым трупом, пустой оболочкой человека, лишенной мыслей, чувств и желани
й. За его избавление пришлось уплатить немалую цену, и она не могла вспомн
ить об этом без гнева.
Ц Ты в ответе за это, Финдейл. Да неужто после такого злодеяния ты еще мож
ешь жить в ладу с самим собой?
Финдейл нахмурился и, как только Линден умолкла, сердито возразил:
Ц А неужто ты думаешь, что мое Обречение мне в радость? Разве моя жизнь не
в такой же опасности, как и ваши? Более того, когда ваше время истечет, вы об
а Ц и ты, и Обладатель кольца Ц отбудете в свой мир, я же останусь здесь. И
возможно, мне придется расплачиваться за то, в чем нет моей вины.
Линден собралась было спорить, но осеклась, уловив в голосе элохима непо
ддельную печаль.
Ц Так что не спеши порицать меня, Ц продолжал Финдейл. Ц Я Обреченный, и
на меня ложится бремя всех ваших деяний. Не спорю, с Обладателем кольца мы
и впрямь обошлись сурово. Но неужто ты Ц ты! Ц не в состоянии постичь сут
ь дела. Ты Ц Солнцемудрая. А он Ц нет. Однако дикой магией, важнейшей из та
йн Арки Времени, владеет он, а не ты. И в этом видна рука Зла, простертая над
мирозданием и над нами, элохимами, воплощающими Земную Суть. Ты говорила,
будто мы служим Злу, которое вы нарекли Лордом Фоулом, Презирающим, но это
не так. Конечно, моего слова тебе недостаточно, но рассуди сама Ц стал бы
этот Презирающий посылать против вас Опустошителя, своего слугу, имей он
рядом с вами другого слугу, да еще такого, как я?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44
 коньяк remy martin louis xiii 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я