https://wodolei.ru/catalog/mebel/rakoviny_s_tumboy/Dreja/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Например, ракетами из черной стали.
– Ракеты? Это те огненные трубки? – хмурится Видельт.
Доррин кивает.
– Варварское оружие.
– Не в большей степени, чем огненные стрелы Белых. А наши ракеты способны пробивать корабельные корпуса.
Эллна морщится,
– Меня это тоже отнюдь не радует, магистра, но если нас вынуждаются сражаться, то мы предпочитаем победить.
Доррин понимает, что сражения, видимо, не избежать. Белые, конечно же, знают о «Молоте», но наличие одного боевого корабля их не остановит. Чтобы заставить их повернуть, потребуется немалое количество ракет, да еще и некая толика везения.
– Решать вопросы обороны твоего порта и использования твоего оружия мы предоставляем тебе, – говорит Видельт, отбрасывая упавшие на лоб каштановые волосы. – А сейчас мне хотелось бы прогуляться по поселку... одному, если ты не возражаешь.
– Как тебе угодно.
– Встретимся у конторы начальника порта около полудня, перед отходом почтовой кареты, – говорит Эллна своим спутникам и направляется в сторону пустого склада.
Видельт идет вдоль стены, словно собрался обойти таким манером всю гавань, а Оран с Доррином остаются на пристани.
– Как ты собираешься назвать свой город? – спрашивает отец сына после долгого молчания.
– Мы это не обсуждали. Пока называем Южной Гаванью.
– Ну, здесь ведь будет не только гавань.
– А у тебя есть предложение?
– Почему бы не назвать его «Найлан», в честь первого кузнеца Рибэ?
– Мне нравится, но надо будет спросить и кое-кого еще, например Яррла, Лидрал, Рейсу. Кроме того, имена для нас – не самое главное.
– Знаю. Кил сказал, что ты собрался дать имя кораблю, лишь когда тот уже был наполовину построен.
– Меня, пожалуй, больше интересуют результаты, чем слова.
– И это я тоже знаю, – говорит Оран, и в его тоне уже не слышатся столь заметные ранее горечь и раздражение. – Давай зайдем к тебе. Расскажи мне о своем городке... и его жителях.
Направляясь в глубь острова, они проходят мимо конторы начальника порта.
– В порту у нас заправляет Рейса, – говорит Доррин. – Она была бойцом в Южном Оплоте...
– Это та, которая без руки?
– Да. Она же обучает наших бойцов.
– Вот как? Стало быть, ты обзавелся и бойцами?
– Их пока немного, всего два отряда. Одним командует Рейса, а другим – Кадара... Точнее, командовала и будет командовать, когда оправится после родов. А вот там, – Доррин указывает на два здания, стоящие напротив оружейной и площадки для воинских упражнений, – мастерская и склад Йорды и Алерки. Йорда приехал откуда-то из долины Фейна, он бочар и корзинщик. Что же до Алерка, то он торговец шерстью. Я спросил его, с чего это ему вздумалось построиться здесь, если большая часть отар пасется на другом конце острова, и знаешь, что он ответил? Что место купца там, где намечается оживление торговли. А у него, между прочим, есть большущий дом на Краю Земли.
Когда отец и сын проходят мимо маленького домика, который покрывают черепицей, им машет рукой руководящий кровельными работами Пергун.
– Это Пергун, – говорит Доррин. – В Дью он был подмастерьем на лесопилке, а у нас здесь стал главным строителем. Впрочем, и мой дом в Дью был построен с его помощью.
Оран внимательно присматривается к тому, как действующий на конной тяге строительный кран поднимет деревянный каркас здания, после чего угловые столбы опускаются в укрепленные камнем углубления в фундаменте.
– Интересный способ. Не припоминаю, чтобы мне приходилось видеть что-то подобное.
– Я разработал его в Дью. Нужда заставила: у меня не было возможности нанять работников.
Поднявшись выше по склону, они останавливаются перед очередным, ничем с виду не примечательным, домом. Мощеная дорожка ведет к узенькому крыльцу. Боковые окна остеклены, а вот фасадные еще нет, и потому они закрыты ставнями. Над трубой поднимается тонкая струйка белесого дыма.
– Здесь живет Кадара, а с ней Рилла, старая целительница. У нас уже почти все расселились по своим домам, только для обеда собираемся, как и раньше, в общей трапезной.
– Хороший у вас тут вид, – замечает маг, глядя со склона на холодные, зеленые воды Восточного Океана.
– Да, – только и отвечает Доррин, у которого нет времени любоваться здешними красотами.
Дом самого Доррина находится рядом с кузницей, откуда доносится стук молотов и жужжание точила. Оран видит у большой наковальни занятого фургонной осью Яррла, а у малой – Ваоса, кующего гвозди. Оба кивают вошедшим, но работы не прерывают.
Рик попеременно то подкачивает меха, то переходит к точильному камню. Осмотрев мастерскую, Оран выходит с сыном наружу. Над трубой поднимается дым – Мерга хлопочет у очага. Хотя, она работает не переставая, иначе такую ораву не прокормить.
– Ты действительно многого добился, – говорит сыну Оран. – Постарайся все это сберечь. И себя тоже. А мне пора – почтовая карета скоро уходит.
Рослый маг размашистым шагом направляется вниз по склону. В то время как Доррин провожает отца взглядом, на крыльцо выходит Лидрал.
– Ну и чего они хотят? Усложнить нашу жизнь?
– Нет, – отвечает Доррин, взбегая на крыльцо и заключая ее в объятия. – Они явились, чтобы предупредить нас. Белые посылают против нас флот. В Совете полагают, что он выйдет из Великого Северного Залива уже через несколько дней.
– А помогать они нам будут? – спрашивает Лидрал, высвобождаясь из объятий.
– Каким образом? – хмыкает Доррин. – У них под рукой только два судна, остальные разосланы в дальние края за товарами, которые сюда уже никто не привозит.
– Два корабля? И это все?
– Я вообще не припоминаю, чтобы флот Отшельничьего насчитывал больше дюжины судов. Никто никогда не дерзал нападать на остров, а торговля с ним всегда приносила прибыль. Они не готовились к обороне.
– Вот и глупо! – фыркает Лидрал. – Ну а ты, ты что намерен делать? Только не говори мне, что хочешь изобразить из себя героя.
– А что, у меня есть выбор?
– Конечно нет, – со вздохом отзывается она. – Но все-таки, что ты предпримешь?
– Постараюсь сделать как можно больше ракет. Вы с Риллой соберите компоненты для черного порошка. Нужно будет обеспечить всех бойцов на борту щитами из черного железа. Вот и все. А что еще можно сделать?
– Я извещу Рейсу. Рилле будет не до порошка, ее помощь нужна Кадаре. Ребенок вот-вот родится, и роды, хоть ты и добавил ей гармонии, могут оказаться нелегкими. Ну а нам с тобой надо браться за дело.
Она касается губами ее губ. Он задерживает ее, чтобы вернуть поцелуй, но тут же со вздохом отпускает.
– Соберу ртуть, серу, селитру... все, что удастся. Малость осталось у нас на складе, да и у северных фермеров, как они говорили, кое-что имеется, – с этими словами Лидрал спешит к пристройке, служащей временной конюшней. Доррин возвращается в кузницу.
– Ваос!
– Да, мастер Доррин.
– Боюсь, нам придется работать без продыху, и не только сегодня, а целую восьмидневку, – заявляет Доррин.
Металла на ракеты хватит, хватило бы пороху.

CLXXVIII

– Ты возглавишь флот, Фидел, – объявляет Ания с победной улыбкой. Бородатый маг хмурится, переводя взгляд с нее на Керрила и обратно.
– Ты что, хочешь, чтобы я сразился с этим кораблем? С этим измышлением демонов?
– У него всего одно судно, а в твоем распоряжении будет дюжина прекрасно вооруженных военных шхун. И тебе даже не потребуется высаживаться. Просто используй свои способности и спали этот городишко.
– А если кузнец... пустится за нами в погоню?
– Ты потопишь его корабль, – спокойно заявляет Керрил. – Сам же говорил на Совете, что, будь ты командующим, поступил бы именно так. Вот и командуй.
– Хорошо. Но мне понадобится несколько помощников. Из числа магов.
– Выбирай, кого сочтешь нужным.
Фидел поджимает губы, потом склоняет голову.
– Я могу идти?
– Ступай.
– Проклятый дождь, – бормочет, потирая лоб, Высший Маг, когда за бородачом закрывается дверь. – У меня от него голова раскалывается.
Рыжеволосая волшебница садится за стол, бросает взгляд на ничего не показывающее сейчас зеркало и улыбается.
– Тебе и правда безразлично, одержим ли мы победу? – спрашивает Керрил.
– С чего ты взял?
– Каждый из твоих сторонников получил должность на флоте. Нечто подобное описано в книге Хартора.
– Ты так сведущ в истории... Это внушает к тебе еще большую симпатию.
– В случае победы они будут обязаны тебе... – начинает Высший Маг, трогая амулет.
– Они обязаны тебе, Высший Маг.
– Как это мило с твой стороны, Ания! Я признателен за любезность, но все-таки хочу, чтобы ты меня выслушала. Могу я просить тебя хотя бы об этом?
Ания улыбается, но только губами.
– Так вот, если мы уничтожим или одолеем этого Черного строителя волшебных судов, все окажутся в долгу перед тобой. Но если этот загадочный Черный окажется столь же великим, каким был, скажем, Креслин, никого, кто мог бы бросить тебе вызов, попросту не останется в живых. И, – добавляет он с кислой миной, – никто не захочет принять амулет по меньшей мере лет десять, пока не поблекнут воспоминания о катастрофе. Ты весьма проницательна, дорогая Ания. И уж конечно... – Керрил выдерживает паузу. – Если они потерпят поражение, но все же вернутся, я отправлюсь следом за Стиролом.
– В таком случае почему ты принял мое предложение?
– А почему бы и нет? Вся жизнь – это азартная игра. Причем я, как, кстати, и покойный Стирол, подозреваю, что эта затея с нападением обречена на провал.
– Вот как? И при этом отправляешь флот?
– Так ведь я могу и ошибиться, – улыбается Керрил.
– Можешь.
Улыбнувшись в ответ, Ания встает и шагает к нему, подставляя губы для поцелуя.

CLXXIX

Когда в тусклом свете молот и наковальня начинают сливаться воедино, Доррин откладывает молот на полку, кладет очередную заготовку корпуса ракеты на огнеупорный кирпич и утирает лоб.
– Что с тобой, мастер Доррин? – спрашивает Рик.
– Просто устал. Ты можешь подмести здесь и затушить горн?
– Конечно.
Тяжело ступая, Доррин направляется к каменной душевой.
Кривясь от запаха собственного пота, он раздевается и пускает воду. Вода оказывается не теплой и даже не прохладной, а по-настоящему холодной. Юноша поскорее заворачивает кран, намыливается привезенным Лидрал из последней поездки в Край Земли мылом и, зябко ежась, споласкивается. Прежде чем ему удается почувствовать себя чистым эту процедуру приходится повторить несколько раз.
С полотенцем на бедрах он заходит в спальню.
– Как ты? – спрашивает Лидрал, читающая его рукопись в свете поставленной на придвинутый к кровати столик лампы.
– Замерз... устал... – бормочет юноша, бросая вещи на полку в углу.
– Просто поразительно, как здорово ты тут все объяснил, – говорит Лидрал, складывая рукопись на место, в шкатулку.
– А я думал, ты прочла все это еще давно, когда переписывала вместе с Петрой, – отзывается Доррин, с трудом отводя взгляд от ее обнаженных плеч.
– Тогда я прочла только ту часть, которую переписывала сама. К тому же у меня совершенно не было времени подумать о прочитанном.
Он ныряет под одеяло и только сейчас по-настоящему понимает, насколько он утомлен.
– Устал?
– Делал корпуса для тяжелых ракет.
– Когда ты выведешь «Черный Молот» в море?
– Думаю, завтра-послезавтра. Но в любом случае не раньше, чем мы увидим Белых. Нет смысла тратить попусту ни время, ни уголь.
– Доррин...
Юноша оборачивается.
– Обними меня... пожалуйста. – Лидрал скользит в его объятия, и его руки ощущают ее нежную кожу.
– Ты думаешь... что это разумно? Не рано? Я хочу сказать... – он отчаянно желает ее, однако боится, как бы сближение не пробудило вновь страшные воспоминания.
– Какое там «рано»... скорее, поздно, – ее ладони гладят его мокрые волосы, губы ласкают щеки, убирая слезы. Его руки гладят ее спину и скользят по гладкой коже бедер...
Лампа мигает на слабом ветру, шевелящем верхний листок рукописи в оставшейся незакрытой шкатулке.
– Мне недоставало тебя, – шепчет она. – Обними меня снова...
Он сжимает Лидрал в объятиях, вдыхая запах тонких, шелковистых волос и касаясь губами ее щеки.

CLXXX

Остановив фургон у причала напротив «Черного Алмаза», Доррин спрыгивает на землю и, подложив тормозные башмаки под железные ободья колес, откидывает борт. Внутри находится грубая клеть с дюжиной тяжелых ракет, способных – как, во всяком случае, полагает Доррин – пробивать борта кораблей.
– Еще ракеты? – спрашивает Кил, подходя к фургону.
– Да, тяжелые.
– На горизонте парус! – сообщает Тирел.
– Выяснили, чей?
– Пока нет.
Доррин потирает лоб – одна мысль об использовании проклятых ракет вызывает у него головную боль.
– Ладно. Разожги топку. Большого жара не надо, только чтобы поддерживать пар.
– Яррл придет? – спрашивает Тирел.
– Нет. Если со мной, неровен час, случится неладное, должен остаться хоть кто-то, способный построить еще один корабль.
– Разумно, – хмуро кивает капитан «Черного Молота». – Но, надеюсь, ты не планируешь поражение?
– Упаси Тьма!
Заслышав цокот копыт, Доррин поднимает голову и видит Лидрал, скачущую к причалу верхом и держа в поводу Баслу. Конь оседлан, черный посох вставлен в держатель.
– Ты нужен Рилле! – обращается она к Доррину.
Недоумевающий Кил пытается возражать, но Доррин уже понял, в чем дело:
– Кадара?
Лидрал кивает. Доррин торопливо отдает последние распоряжения:
– Тирел, если окажется, что это Белый флот, то как только он окажется в десяти кай от берега, давай гудок. Верхом на Басле я вернусь быстро. Кил, ты знаешь, как нацеливать ракеты. Я на тебя рассчитываю.
Последние слова он произносит, уже сидя в седле.
Коновязи у маленького домика нет, и Доррин привязывает Баслу к перилам по левую сторону крыльца.
На тесной кухне Мерга хлопочет у плиты, на которой в двух больших кастрюлях булькает вода. На столе стоит кувшин с настоем звездочника.
– Мерга, можешь растереть это как можно мельче и равномерно размешать? – спрашивает Доррин, наливая настой в чашку.
– Да, мастер Доррин.
Лидрал бежит в спальню, откуда доносятся приглушенные стоны Кадары.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75


А-П

П-Я