научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/mebel/penaly/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Должно быть, я действительно спятил, соглашаясь на такое.Один из старейшин схватил поводья.— Мы не позволим тебе уехать, Ранесса. Твой брат поручил нам заботиться о тебе. Если мы отпустим тебя, то нарушим обещание, данное Рейвенстрайку.— Да замолчи ты, старый болтун, — сердито ответила Ранесса.На солнце сверкнула сталь меча.— Отпусти поводья, или твоя рука будет болтаться на них отрубленной.Ранесса не умела ни ездить на лошади, ни держать в руках оружие, но никто не сомневался, что она готова выполнить угрозу. Старейшина слегка кивнул в сторону Ранессы, и остальные тревинисы плотным кольцом обступили лошадь.— Не подходите ко мне! Слышите? Предупреждаю! — закричала Ранесса.Но крик криком, а ее охватил ужас: она находилась в состоянии зайца, пытавшегося ускользнуть от гончих. Страх передался и лошади. Той вовсе не нравилась ни всадница, ни люди, мешавшие ей двигаться. Лошадь выпучила глаза и оскалила зубы, готовая броситься на людей.— Отпустите ее! — послышался голос Бабушки.Бабушка стремительно проталкивалась сквозь собравшихся вокруг тревинисов, бросая на них сердитые взгляды.— Почему сон Ранессы заслуживает меньшего уважения, чем сон кого-нибудь другого?Бабушка обвела свирепым взглядом собравшихся.— Будь на ее месте кто-то из вас, вы бы подчинились воле богов. Так?Бабушка была права. Тревинисы, как и пеквеи, относились к снам с вниманием и уважением. Очень часто воин узнавал во сне свое взрослое имя.— Сон велел Ранессе отправиться в путь, — продолжала Бабушка. — Удерживая ее, вы оспариваете волю богов.— Пусть едет, — сказал старейшина, отступая назад. — Но дворф волен сам решать, поедет ли он с нею или отправится один.— Это вы так думаете, — пробормотал себе под нос Вольфрам. — Пусть едет со мной, — произнес он вслух, угрюмо посмотрев на Ранессу. — Но учти, я не поеду у тебя за спиной, словно новорожденный младенец. И убери меч, пока не оттяпала себе титьки.Подойдя к лошади, Вольфрам прижался к ее морде. Лошадь благодарно его лизнула. Вольфрам еще раз зло посмотрел на Ранессу и в ответ получил такой же злой взгляд. Эта молчаливая война за первенство продолжалась еще некоторое время, затем Ранесса опустила глаза. После нескольких неуклюжих попыток ей удалось засунуть меч в кожаные ножны. Недовольно сопя, она переместилась ближе к лошадиному хвосту, освободив место для дворфа.Вольфрам извлек из лошадиной пасти мундштук и отбросил его прочь, потом отстегнул и выбросил поводья. Дворфы обладали способностью сливаться со своим конем в одно целое, заботясь друг о друге и относясь друг к другу с одинаковым уважением. Освободив таким образом лошадь, Вольфрам вскочил ей на спину.— Упрись коленками ей в бока, — велел он Ранессе. — Если боишься упасть, держись за мою рубаху. Но учти: если свалишься, я из-за тебя останавливаться не стану.Он мягко хлопнул пятками по бокам лошади, щелкнул языком, и умное животное двинулось к реке. Вольфрам чувствовал себя легко и уверенно. Ранесса ерзала взад-вперед, пытаясь следовать его наставлениям, и крепко держалась за одежду дворфа.Джессан слышал, как по деревне, подобно свежему ветру, пронесся вздох облегчения.— Хотел бы я знать, что скажет твой дядя, — произнес Башэ.— Вряд ли он вообще что-нибудь скажет, — ответил, пожимая плечами, Джессан.Юноша был прав. Боги объявили свою волю. О чем тут еще говорить?Джессан увидел нескольких пеквеев, направлявшихся к ним. Они кричали, что в деревне кто-то сильно порезал палец и Бабушка должна вернуться и помочь бедняге. Однако Бабушка, когда ей было нужно, мастерски умела притворяться глухой. Схватив посох, она двинулась к реке.— Идем, — сказал Джессан, и все трое покинули деревню.Когда они проходили мимо кладбища, Джессан остановился.— Покажи ему, — велел он Башэ.Башэ повесил мешок Густава себе за плечи. Но мешок был столь большим для коротышки-пеквея, что при ходьбе ударял его по ногам. Джессан предложил взять мешок на свои плечи, однако Башэ отказался, напомнив, что рыцарь вручил мешок ему. Значит, он должен нести мешок сам и передать его в целости и сохранности вместе с содержимым в руки госпожи Дамры.Башэ поднял мешок над головой.— Видишь, я исполняю твою волю, — крикнул он.По густой траве, что росла на кладбище, пробежала зеленая рябь. Листья на ореховых деревьях, окаймлявших последний приют тревинисов, зашелестели. Но то был просто ветер.Что бы ни сулило им это путешествие, оно началось. ГЛАВА 12 Когда умирающий Владыка Густав давал Рейвенстрайку мудрый совет — отвезти проклятые доспехи в Дункар и отдать в тамошний Храм Магов, ни он сам, ни тем более Рейвен и подумать не могли, что в исполнение этого замысла вмешается Пустота.Верховного Мага из дункарского Храма Магов считали самым могущественным человеком в королевстве, обладавшим даже большей властью, нежели король Моросс. Король отличался глубокой набожностью. Однако его придворные утверждали, что Моросс просто рад переложить вину за свои беды на плечи богов. Он без конца повторял свое излюбленное утверждение: «Все в руках богов», тем самым снимая с себя всякую ответственность.К счастью (хотя впоследствии это обернулось для Моросса большим несчастьем), Верховный Маг в местном Храме Магов был человеком сильным, мудрым и смышленым. Он с радостью помогал королю во всех важных делах. Верховный Маг Дункара вызывал благоговейный ужас у всех, кто его знал. Прямой, суровый, без тени улыбки на лице, он достиг своего высокого звания благодаря усердному труду и служению и не видел причины, почему бы и другим не следовать его примеру. От своих собратьев он требовал абсолютной преданности и безоговорочного послушания. Новички испытывали перед ним изрядный страх, маги уважали его, а народ относился к нему с глубочайшим почтением.Эти качества вместе с высоким званием и влиянием, которое он оказывал на слабовольного и слабоумного короля Моросса, сделали Верховного Мага королевства Дункарги идеальной целью для врикилей.И вот за год до описываемых событий Верховный Маг пал от руки врикиля по имени Шакур.Шакур был самым старым и самым могущественным из всех врикилей. Для убийства он воспользовался кровавым ножом — особым ножом, сделанным из собственной кости. Но Шакуру была нужна не только жизнь Верховного Мага; ему требовалось похитить его душу. Шакур заменил свой телесный облик — жуткий разлагающийся труп — на облик Верховного Мага. В новом обличье Шакур получил невиданные доселе возможности, чтобы подготовить падение королевства Дункарга.Однако победа над Верховным Магов далась Шакуру нелегко. Опасаясь его магических способностей, врикиль напал на мага во время сна. Верховный Маг умер без единого крика, однако его душа, оказавшись на краю Пустоты, отчаянно сопротивлялась, не желая падать в бездну вечного мрака. Душа Верховного Мага попыталась швырнуть в Пустоту самого Шакура. Пустота влекла врикиля и в то же время несказанно пугала его. Но за двести лет Шакур привык вести подобные сражения с душами и в конце концов одержал победу.Первоначально Шакур собирался убить короля. Однако, приняв его облик, врикилю пришлось бы подражать его характеру, а Моросс менял свои мнения при каждом дуновении ветра. Зато Верховный Маг держался твердо, и именно он, находясь в тени трона, был настоящим правителем. Поняв это, Шакур решил расправиться с Верховным Магом. Решение оказалось верным. Приняв обличье мага, врикиль своими ядовитыми речами сумел нагнать на короля такого страху, что тот начал пугаться собственной тени.В ту ночь, когда умирал Густав, Верховный Маг шел по затихшему Храму. Собратья мирно спали, не подозревая, какое зло ходит совсем рядом с ними. Малейший намек на это превратил бы их безмятежные сны в чудовищный кошмар.Шакур вошел в свои покои, миновал принадлежавшую ему библиотеку, гостиную и солярий, открывая и снова запирая за собой двери. Дойдя до спальни, он и ее дверь запер на ключ. Шакур не боялся, что его могут потревожить. Лишь немногие относились к нему с симпатией, но даже они не рискнули бы заглянуть сюда для непринужденной ночной беседы. Однако Шакур никогда и ничего не оставлял на волю случая. Этой привычке он следовал и при жизни, и после смерти, став врикилем.Теперь уж точно никто не мог его потревожить. Поэтому Шакур немало изумился, услышав донесшийся из темноты голос.— Где тебя носило? — холодно спросил голос. — Я дожидаюсь тебя более трех часов, а ты знаешь, что я отнюдь не обладаю беспредельным терпением.Шакур узнал голос, узнал его с такой же безошибочностью, с какой человек узнает биение собственного сердца. Правда, сердца у Шакура больше не было, но голос у него сохранился.Шакур медленно повернулся, чтобы успеть привести свои мысли в порядок, прежде чем он окажется перед лицом говорившего.— Мой повелитель, — смиренно произнес Шакур. — Я не знал о вашем появлении. Если бы вы предупредили меня…— Ты бы полетел ко мне на крыльях любви, — докончил фразу Дагнарус. — Так, кажется, изъясняются поэты? Впрочем, в твоем случае это были бы крылья ненависти. Не правда ли, мой дорогой старый друг?Шакур молчал, сдерживая не только слова, но и мысли. Дагнарус — Владыка Пустоты — был хозяином и создателем врикилей. Он носил при себе Кинжал врикиля — могущественное оружие магии Пустоты. Двести лет назад этим кинжалом Дагнарус оборвал жизнь Шакура, превратив его в живого мертвеца, каким он оставался и по сей день. Говоря по правде, Шакур не особо горевал, расставаясь со своей жизнью. Не было ни одного закона, который бы он не нарушил, начав длинную цепь преступлений с убийства собственной матери. Он добровольно отдал себя Пустоте, навсегда попав под власть Дагнаруса.Дагнарус встал. На нем были черные доспехи Владыки Пустоты, являвшие собой полную противоположность благословенным доспехам других Владык. Вообще-то доспехи Дагнаруса тоже несли на себе благословение, но исходило оно не от богов, а от Пустоты. Черный металл защищал его, как кольчуга. Когда Дагнарусу требовалось, доспехи обволакивали его, словно вязкое, тягучее масло.Он не носил шлема, способного испугать каждого, кто взглянул бы на ужасную, звероподобную маску. Дагнарусу незачем было прятать свое лицо. В отличие от врикиля, имевшего лишь облик живого человека, Дагнарус действительно был живым человеком. Давным-давно, когда он посвятил себя Пустоте, он был статным молодым человеком. Благодаря силе Пустоты таким он оставался и сейчас. У него были густые темно-рыжие волосы. Он отрастил их и носил косу, подражая моде воинов-эльфов. Его лицо было привлекательным, однако в его чертах проглядывало нечто распутное. Но когда Дагнарусу требовалось, он умел быть обаятельным.Двести лет назад Дагнарус был принцем, сыном короля Виннингэльской империи. Он страстно мечтал стать королем, однако на престол взошел его старший брат Хельмос. В детстве Дагнарус участвовал в церемонии разделения Камня Владычества — дара богов, полученного его отцом, королем Тамаросом. Вручив Тамаросу Камень, боги предупредили короля, что он недостаточно правильно понимает назначение этого дара. И все же Тамарос решил разделить Камень в надежде установить мир между враждующими расами людей, эльфов, дворфов и орков. Он разделил Камень на четыре части, и шаг доброй воли привел к трагическим последствиям. Десятилетний Дагнарус заглянул в центр Камня и увидел там Пустоту, а в Пустоте — возможность приобрести власть, которой он всегда страстно жаждал.Каждая раса получила четвертую часть Камня, дабы у всех рас появилась возможность создавать могущественных магических рыцарей, называемых Владыками. Стремясь обрести такую же силу, какую имели Владыки, Дагнарус попытался стать одним из них. Но боги отвергли его притязания, и тогда он воззвал к Пустоте. Дагнарус получил желанную власть, но заплатил за нее страшную цену. В это же время с помощью друга детства принц сумел получить Кинжал врикиля, позволивший ему создавать живых мертвецов.Став Владыкой Пустоты, Дагнарус объявил своему брату войну. Его армия ударила по Старому Виннингэлю с двух сторон, сломив сопротивление защитников столицы. В самый разгар битвы Дагнарус отправился разыскивать брата и нашел его в Храме Магов, в особом помещении, именуемом Порталом Богов. Дагнарус потребовал, чтобы Хельмос отдал Камень Владычества ему и отрекся от короны. Король отказался. Тогда Дагнарус убил брата и завладел Камнем. Но едва он коснулся Камня, вихрь Пустоты, созданный Дагнарусом, столкнулся с магическими силами богов. Чудовищный взрыв разрушил все Порталы и почти полностью уничтожил некогда богатый и процветающий город Виннингэль.Но Дагнарус не погиб. Пустота перенесла его в безопасное место, сохранив ему жизнь за счет жизней других людей, которыми он завладел благодаря Кинжалу врикиля. Дагнарус был тяжело ранен, однако он остался жив. Рука его сжимала вожделенный Камень Владычества. Либо по чистой случайности, либо по велению богов неподалеку от того места, куда взрывом вынесло Дагнаруса, образовался новый Портал. Тогда никто не знал (да и сейчас немногие об этом знают), что тот Портал выводил в совершенно неизведанную часть мира, о существовании которой расы, населявшие Лерем, даже не подозревали.Первым путешественником через новый Портал оказалось существо, называемое бааком. Баак был совсем юн и потому особой смышленостью не отличался. Заблудившийся и голодный, баак бродил по незнакомому миру в поисках пищи. Надо сказать, что магия привлекала бааков так же, как цветущие растения привлекают пчел. Баак почуял магию Камня Владычества и пошел в том направлении. Баак был громадным и сильным, Дагнарус — слабым и раненым. Он делал все, чтобы защитить Камень от баака, но силы были неравны. Забрав Камень, странное существо удалилось. Дагнарус был в отчаянии. В тот момент он был как никогда близок к смерти.Но Пустота вновь не позволила ему умереть. Благодаря силе тех, чью жизнь он оборвал Кинжалом врикиля, Дагнарус сумел дотащить свое искалеченное тело до Портала, откуда появился баак. Здесь его разыскала откликнувшаяся на его призыв Вэлура — в прошлом возлюбленная Дагнаруса, ставшая затем врикилем. Вместе с нею сюда добрались Шакур и другие врикили. Дагнарус отправил их обратно с единственным приказом — найти Камень Владычества.Пока врикили искали Камень, Дагнарус прятался внутри Портала, залечивая раны. Наконец ему удалось полностью вернуть себе здоровье и прежнюю силу. С тех пор Дагнарус принялся осуществлять свой замысел, направленный на восстановление былой власти. Однако он никогда не забывал о своей главной цели — цели всей его жизни.Дагнарус почти двести лет искал Камень Владычества, и теперь, накануне величайшей войны, целью которой было завоевание всего Лерема, Камень Владычества вдруг появился. Радости Дагнаруса не было границ.— Я сумею победить самих богов, — заявил он, услышав о появлении Камня. — А смертные пусть и не дерзают выступать против меня.Однако боги, похоже, так не считали, а что касается смертных, победа над ними далеко не всегда была легкой.— Для вас было очень рискованно появляться здесь, мой повелитель, — начал Шакур.— Чепуха, — нетерпеливо перебил его Дагнарус, меривший шагами спальню Верховного Мага. — Доспехи скрывают меня. Я становлюсь подобным темноте и двигаюсь вместе с темнотой. Если бы сейчас кто-нибудь сюда вошел, он бы увидел меня только в том случае, если бы я сам этого захотел.— Я о другом, мой повелитель, — возразил Шакур. — Я имел в виду, что для вас было рискованно оставлять вашу армию в столь ответственный момент. Вы ведь сами говорили, что сомневаетесь в этих диких таанских воинах, поскольку они непредсказуемы. Кто знает, чего от них можно ждать в ваше отсутствие?— Не забывай, Шакур, что я — их божество. Тааны боятся меня как своего истинного бога. Стоит мне только приказать, и они бросятся вниз с вершины горы Са-Гра. К тому же я не собираюсь долго отсутствовать. Мне нужно было только кое-что выяснить. Есть какие-нибудь вести от Ланы?— Нет, мой повелитель, — ответил Шакур. — Я ничего о ней не знаю. Вы же понимаете, что это невозможно. Как я могу узнать что-нибудь, о чем не слышали вы?Созданные Дагнарусом, Владыкой Пустоты, врикили были вынуждены служить своему хозяину и повелителю. У них не было собственной воли, они делали только то, что позволял им Дагнарус. Мысленно они всегда были связаны с ним. Но врикили поддерживали связь и друг с другом — через костяные ножи.Дагнарус стиснул пальцы в кулак.— Говори, что тебе известно? — потребовал он.— Мой повелитель, вы знаете все, о чем знаю я.— Говори!Шакур предпочитал не пререкаться с Дагнарусом.— Лана сообщила мне, что Камень Владычества находится у одного из Владык, благословенных богами. Эта весть обеспокоила меня, мой повелитель, о чем вы уже знаете. Я рассказал вам о своих опасениях по поводу могущества этих рыцарей.— Помню, рассказывал, — отмахнулся Дагнарус.Однако Шакур вовсе не хотел прекращать на этом разговор. Он не хотел, чтобы Дагнарус свалил вину на него.— Если вы помните, мой повелитель, я предложил отправиться на помощь Лане, чтобы мы вместе смогли добыть Камень. Вы не позволили, сказав, что я нужен здесь.— Ты действительно нужен здесь, Шакур, — сказал Дагнарус. — В эти судьбоносные времена, когда множатся слухи о войне на западе, отсутствие Верховного Мага выглядело бы более чем странно. Люди бы начали строить разные догадки. Тебе нужно было остаться здесь, чтобы успокаивать Моросса и, когда требуется, нагонять на него страху.Шакур почтительно поклонился.— Я предлагал других врикилей.— Они рассеяны по всему континенту, — раздраженно прервал его Дагнарус — Одни плетут сети среди орков, другие скачут по степям вместе с дворфами. Госпожа Вэлура находится в землях эльфов. И все они ищут остальные части Камня. Что до того владыки, который обнаружил часть Камня, принадлежащую людям, то он стар, дряхл и наполовину безумен. Оказавшись в чужих краях, без связей со своими, он должен был стать легкой добычей для Ланы.— Лана ранила этого Владыку кровавым ножом, но и он нанес ей серьезную рану и сумел скрыться. — Шакур покачал головой. — Все мысли Ланы были полны ненависти и жажды мщения. Она просто помешалась. Она позабыла о главной цели. Ее единственной мыслью было настичь рыцаря, столь унизившего ее.— Сейчас ты вполне мог бы отправиться на поиски Ланы, — заявил Дагнарус — Моя армия на подходе к Дункару. Теперь здесь обойдутся и без тебя.— Мой повелитель, такое никак невозможно! — воскликнул Шакур. Разговаривая с Дагнарусом, он все время предчувствовал, что тот свалит всю вину на него. — Я не представляю, где ее искать. Мне остается лишь ждать, пока она снова кого-нибудь убьет кровавым ножом. По моим расчетам, ей вскоре должна понадобиться очередная душа для восстановления сил, и тогда я смогу наладить с ней связь. А пока я уже несколько дней ничего не ощущаю.— Я тоже полностью потерял с нею связь, — сказал Дагнарус. — Что могло с ней случиться? Что случилось с Камнем? Шакур, я должен это знать! Ведь часть Камня, принадлежавшая людям, наконец-то нашлась, причем накануне битвы. Если бы Камень не пожелал мне открыться, зачем тогда вся эта цепь событий? Мне нужно, чтобы ты отправился на поиски Ланы. Ты должен найти и ее, и Камень.— Вы же прекрасно понимаете, что мы лишь зря потратим время на поиски, — ответил Шакур. — И вам отлично известно, что случилось с нею. Владыка уничтожил ее, а Камень вновь ускользнул от вас.— Нет!Шакур почувствовал, как это «нет» пронзило его, словно кинжалом. Казалось, гнев Владыки Пустоты заставил вздрогнуть землю у него под ногами. Маги и послушники, спавшие в своих кельях, тоже ощутили неясную тревогу и беспокойно заворочались в своих постелях.— Мой повелитель, — нерешительно произнес Шакур, — а не лучше ли вам сосредоточить свои усилия на военных действиях и не отвлекаться на поиски Камня Владычества? Мы уже потеряли одного врикиля, но что приобрели взамен? Что вы рассчитываете получить? Чтобы стать самым могущественным человеком во всем Лереме, вам не нужен Камень. У вас есть Кинжал врикиля, к чему вам еще и возможность создавать Владык? Поиски Камня уже принесли всем нам немало бед. Мне думается, мой повелитель, пора перестать за ним гоняться. Ваши армии завоюют для вас весь мир. И Камень вам вовсе не нужен.— Нет, Шакур, он мне очень нужен, — ответил Дагнарус.Он замолчал. Молчание было столь долгим, что Шакуру показалось, будто его господин удалился, и он был немало удивлен, вновь услышав голос Дагнаруса:— Я хочу рассказать тебе то, о чем никогда не рассказывал ни тебе, ни вообще кому-либо.Шакур знал, что Дагнарус лжет. Он рассказывал об этом Вэлуре. Он всегда все рассказывает Вэлуре. Однако Шакур промолчал, предпочитая не упоминать об этом.— Но теперь я расскажу об этом тебе, Шакур, — продолжал Дагнарус, — потому что ты — мой ближайший соратник и потому что для тебя настало время узнать о моих истинных замыслах и моей главной цели. Когда мы вернулись из земли таанов, когда я вышел из Портала и вновь оказался на родной земле, я в одиночку предпринял некое путешествие. Припоминаешь, Шакур?— Да, мой повелитель. Помню, я еще возражал против того, чтобы вы ехали без спутников. Я считал это опасным.— Чего мне было опасаться? — надменно спросил Дагнарус — В то путешествие я непременно должен был отправиться один. И как ты думаешь, куда я поехал?— Понятия не имею, мой повелитель.— Я отправился к развалинам города, который нынче называют Старым Виннингэлем.Шакуру было нечего сказать. Он испытывал двойственное чувство: он был изумлен и в то же время ничуть не удивился. Он часто слышал, что преступника тянет на место преступления.— Я поехал туда на поиски Камня Владычества. Казалось бы, глупо искать его среди руин, но не спеши с выводами. Как помнишь, Камень у меня отнял баак. Потом я узнал, что в окрестностях Старого Виннингэля было замечено немало бааков. Их притягивала магия, которая еще сохранялась в развалинах этого проклятого места. А оно действительно проклятое, Шакур. Никто не назовет меня трусом, и сотни сражений лишь подтверждали мою смелость. К тому же на мне были доспехи Пустоты, и оружием мне служила магия Пустоты. И тем не менее, скажу тебе, бывали моменты, когда я испытывал страх и подумывал, что, быть может, зашел слишком далеко. Но сейчас не время вспоминать о моих приключениях. Главное, я не нашел там ни малейших следов Камня Владычества. Тогда я понял, что его там нет и быть не может и мне пора уезжать. Однако я надеялся найти хоть какие-то намеки, хоть какой-то след Камня. Не без труда, преодолевая завалы и сопротивление магической силы, я добрался до самого центра того, что осталось от Храма Магов. До меня эти развалины не посещал никто. Говорю это с уверенностью, ибо никто просто не вынес бы такого путешествия. Я стоял среди хаоса каменных глыб и спрашивал себя: зачем я пришел сюда? Уж здесь я точно ничего не найду. Я уже собирался уходить, когда мой сапог наступил на что-то круглое. Я наклонился и увидел череп. Кожа давным-давно истлела, но по клочкам одежды я узнал, кто это. То был Гарет, мой мальчик для наказаний. Я стоял, глядя на его скелет. Воспоминания о той ужасной ночи нахлынули на меня с такой силой, что мне показалось, будто все это повторяется снова. Потом, когда образы начали бледнеть, я услышал голос, произнесший: «Мой принц». Я узнал этот голос. Он принадлежал Гарету.— Это был просто сон наяву, мой повелитель, — сказал Шакур, которому не понравился ход повествования Дагнаруса. — Вы вспомнили про него, и вам почудилось, что вы слышите его голос.— Поначалу я тоже так подумал, — признался Дагнарус. — И искренне, всем сердцем, надеялся, что все это мне почудилось. Мне не стыдно признаваться тебе в этом, Шакур, но когда я услышал голос, доносящийся из могилы, у меня кровь застыла в жилах. Я не привык оглядываться назад и сожалеть о прошлом. Что было, то было. Сильный человек всегда смотрит вперед. И все-таки иногда я, сам того не желая, оглядываюсь, — и когда я это делаю, то вижу упрек в глазах Гарета. Я вижу кровь на стене, вижу, как уходит из него жизнь. Из всех, кого я знал, он один был искренен со мной и верен мне. Он заслуживал лучшей участи.— Он оказался предателем, мой повелитель, — резко возразил Шакур. — Предателем, трусом и обманщиком. Что он заслуживал — так это наказания от ваших рук, которое и понес.— Ты так считаешь? Может, ты и прав. — Чувствовалось, Дагнарусу надоело предаваться размышлениям. — Главное не в этом, Шакур. Быть может, мне вовсе не почудился его голос. В развалинах Храма Магов мне явился дух Гарета.— И что же его дух вам сказал, мой повелитель?— Нечто очень интересное, так что можешь поберечь свой сарказм для других случаев. Я спросил его, почему он по-прежнему остается в этом мире, а не ушел в мир иной, дабы насладиться заслуженным покоем. Он ответил: «Мой дух настолько прочно связан с вашим, что не может уйти до тех пор, пока ваш дух не освободится от Пустоты или не будет поглощен ею». — «Тебе известно, что произошло в мире после твоей гибели?» — спросил я его. «Да, мой принц». — «А знаешь ли ты, где я смогу найти ту часть Камня Владычества, что некогда принадлежала людям?» — «Этого я не знаю, мой принц. Моих способностей не хватает, чтобы отыскать его. Честно говоря, я думаю, что боги скрывают это от меня. Однако у меня есть сведения, которые могут оказаться вам полезными». — «Ты был верным другом, Гарет, и сейчас остаешься таким же. И что же ты узнал?» — «Все думают, что Портал Богов разрушился, подобно остальным Порталам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
 розовое полусухое вино темпранильо 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я