https://wodolei.ru/catalog/mebel/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ц Если к этому времени ты не подпишеш
ь, оставлю тебя здесь до завтра или до послезавтра. Мне нужно кое-что сдел
ать в Эдинбурге до возвращения в Лондон.
Ц Пол! Ц ее вопль раскатился эхом по тесному двору.
Ц О, не беспокойся. Я оставлю тебе достаточно пищи, чтобы протянуть день
или два.
Ц Пол, ради Бога! Подумай о ребенке...
Ц Ах да. Ребенок. Ц Он поиграл желваками. Ц Мой ребенок. Тебе лучше сохра
нять спокойствие, или его потеряешь, верно? Ц Он повернулся на каблуках.
Ц Два часа, Клер, а потом я приду за подписью.
Долгое время Клер не двигалась. Рыдания замерли в ее горле, руки не отрыва
лись от решетки. Во дворе было очень холодно, сумрачно под тяжелым ненаст
ным небом и совершенно тихо. Снег пошел еще гуще, занося высокие каменные
стены гаража, и Клер закрыла глаза, глубоко дыша, пытаясь заставить себя о
ставаться спокойной.
Когда пришла Изабель, она встретила ее со слезами узнавания.

Пол остановился возле машины. Поднял дорожную сумку Клер, которую та выр
онила во время борьбы, и порылся в ней, пока не нашел ключи от дома. Не тороп
ясь поднялся на крыльцо и вошел. Задержался и прислушался. В доме было хол
одно и темно, опущенные шторы не пропускали тусклый свет, огонь в очаге бы
л погашен, за каминной решеткой с фигурным литьем лежала груда пепла.
Он огляделся, затем медленно прошел на кухню. Плита была еще теплой. Напол
нив чайник, он поставил его на горелку и сел рядом на стул, глядя на часы. До
возвращения к Клер оставалось час и пятьдесят минут. Его вдруг начало тр
ясти как лист.

Собачья миска все еще валялась в углу клетки, с тех самых пор как много лет
назад Джеймс запер здесь маленькую Клер. С отколотой эмалью, налипшей гр
язью, забытая в углу, где лежала с тех пор, как умер последний обитатель кл
етки.
Клер пыталась справиться со страхом, подавить его, но чувствовала, что эт
о ей не подвластно, и ее вновь охватила паника. От страха ее горло перехват
ило, а рот судорожно свело. Руки ее все еще цеплялись за прутья. На миг она п
рислонилась к ним головой, затем с усилием заставила себя оторваться, от
ползла назад и села, крепко обхватив руками колени и прижавшись к ним лиц
ом, чтобы не видеть решетки. Глаза она зажмурила. Что делала в клетке Изабе
ль? Она молилась. Молилась Пресвятой Деве и святой Брайд, и святому Филлан
у, и святой Маргарет. Они не помогли ей, но каким-то образом она смогла сохр
анить рассудок.
Клер, двигаясь с трудом, сумела вновь встать на колени. На ней все еще был о
кровавленный плащ.
Мои воспоминания, твои воспоминания, сливаются и разъединяются в кошмар
е. Страх. Ужас. Отчаяние. Одиночество...
Мы не одиноки. Мы есть друг у друга.
Sancta Maria, Mater Dei, Ora pro nobis, peccatoribus, Nunc et in ora mortis nostrae ...
Птица в клетке, животное, узница без надежды.
Она закрыла лицо руками.
Боже милостивый, помоги мне сохранить рассудок. Только помоги сохранить
рассудок.
Libera me, Domine, de morte aetaerna...
Перед ней на полу, среди мусора, лежал сложенный лист бумаги, а рядом Ц ру
чка. Она их не замечала.
Снег теперь валил стеной.

Антония, сидя в баре отеля «Георг», в десятый раз посмотрела на часы перед
тем, как взволнованно взглянуть на дверь. Она заказала еще один джин с тон
иком, когда появился Арчи, убирая мелочь в карман.
Ц Я наконец дозвонился до Гранта. Естественно, трубка лежала не на месте
. Он говорит, что они уехали вскоре после семи утра.
Ц В семь часов! Ц ужаснулась Антония. Ц Арчи, может быть, с ними что-нибу
дь случилось?
Арчи взял свой стакан и одним глотком осушил его. Покачал головой.
Ц Конечно, погода чертовски плоха, и к тому же сильно метет. Но они едут на
«рейнджровере», все должно быть нормально, и Пол не станет рисковать пон
апрасну. Подожди еще полчаса, и если они не приедут, начнем без них. Шампан
ское могут поставить в лед до их приезда. Ц Он зачерпнул пригоршню поджа
ренных земляных орехов и натянуто улыбнулся.
Джек Грант сообщил ему о гибели Касты, но он не собирался рассказывать об
этом жене. Пока нет. Арчи опустился на табурет. Он сразу заметил пропажу ви
нтовки и догадался, что ее взял Пол. Но почему именно собака? Такое прекрас
ное, преданное животное? Он хмурился, подвигая стакан на стойке, чтоб его с
нова наполнили. Было во всем этом нечто, что ему совсем не нравилось.

На полпути между Данкерном и Крюдел Бэй старая шотландская сосна застон
ала под тяжестью снега, и один из ее нижних сучьев обломился. Ветка зацепи
лась краем за телефонный провод возле телеграфного столба, оборвала его
и осталась там висеть под аккомпанемент метели. В радиусе двух миль все т
елефоны замолчали.

Пол, сидя в кабинете Арчи, пытался дозвониться до Гранта, но ему сообщили,
что на линии поломка. Довольно улыбаясь, он продиктовал телефонограмму в
гостиницу «Георг»: «Вернулись в Данкерн, потому что дороги на юг за
несены. Не пытайтесь сегодня вернуться домой. Оставайтесь в Эдинбурге. С
озвонимся завтра».
Молодой дежурный добросовестно записал послание, дважды предложив при
этом позвать леди или джентльмена к телефону, потом положил трубку и с за
пиской в руке прошел в бар.
Маклауды, наконец успокоившись, отправились на ленч и сами распили шампа
нское.
Высокие сугробы уже закрывали оконные рамы. Старые постройки, окруженны
е снегом, приглушали любой звук. Было очень холодно. Клер стояла на коленя
х, прикрывая лицо руками, а потом упала на пол и осталась там лежать ничком
среди мусора, уже запорошенного тонким покрывалом снега. Она кричала и з
вала снова и снова, безутешно рыдая, пока ее горло не перехватило от слез.
Она не способна была более рационально мыслить, не сознавала где она нах
одилась. Мир для нее перевернулся, и поблизости больше не было обширного
сада, чьи занесенные снегом верхушки деревьев виднелись из-за конюшен, и
не существовало больше огромного пустого дома, где Пол сидел на кухне, по
ставив на стол бутылку виски и положив рядом наручные часы, и смотрел, как
двигалась минутная стрелка. Сейчас она думала только об извилистом тече
нии реки Твид и резких, пронзительных криках чаек, носящихся над водой, и о
зимних ночах, когда стаи гусей пролетали под озаренными луной облаками,
их дикий и протяжный гомон эхом разносился над замерзшей округой.

Белая пелена тумана окутала клетку, одновременно и пряча ее, и погружая в
осеннюю сырость, и Изабель почувствовала, как болят и опухают ее суставы.
У нее начался жар, и она лежала в лихорадочном бреду, не дотрагиваясь до во
ды и пищи, наедине с мириадами демонов в ее мозгу, которые пытали и мучали
ее. Стражники запретили женщинам заходить в клетку, чтобы ухаживать за н
ей, и она оставалась одна.
Когда погода наладилась, прикосновения солнца исцелили ее. Его последни
е теплые лучи проникли в клетку, высушили ее одеяла, приласкали ее горяще
е в лихорадке тело, ее лицо напоило свежее дыхание ветра, и она наконец очн
улась. Еще очень слабой после болезни, ей стали давать настои из трав, кото
рые молчаливая женщина, по приказу жены коменданта, просовывала через ре
шетку в старом глиняном кувшине, и физически Изабель почувствовала себя
лучше.
Смерть короля и смерть ее мужа... Обе не принесли ей никакого облегчения. Т
юремщики держали ее в полном неведении о том, что происходит в Шотландии.
Она не знала, что Роберт одерживает в северной Шотландии победу за побед
ой. Она не знала, что он разбил лорда Бакана, что последний, бежав в Англию, у
мер от разрыва сердца, не вынеся позора. Она также не знала, что Роберт пре
вратил обширные владения Бакана в пустыню Ц месть человеку, который сде
лал жизнь возлюбленной адом, месть за женщину, которую он не смог спасти.

Ее здоровье было сильно подорвано, но ее мужество оставалось неизменным
. Молитвы и грезы помогали ей выжить.
По распоряжению жены коменданта на следующую зиму ее перевели в башню ра
ньше, чем в прошлую, и лучше кормили. Ее тело сотрясалось от кашля, продолж
авшегося пять месяцев, пока свежий весенний воздух не исцелил ее, когда к
летку вновь вывесили на стену и новое поколение берикских детей пришло м
учить ее, швыряя камни и мусор. Один мальчишка, сильнее других и обладавши
й более точным прицелом, чем остальные, снова и снова возвращался с рогат
кой и большим запасом тщательно подобранных, гладких круглых камней, взя
тых на отмели Твида, возле руин древнего моста. Завидев его, она уже заране
е пригибалась к полу, прикрывая голову руками, но однажды летящий камень
со всей силой ударил ее по лицу, рассек щеку и задел кость, в результате че
го один глаз у нее опух так, что она не могла им видеть. Ее новая беда неожид
анно возымела положительный эффект. Впервые одна из женщин, новая служан
ка в замке, открыто осмелилась выказать Изабель жалость. Она принесла ма
зь из толченных маргариток и просунула ее сквозь решетку со словами сочу
вствия. И лишь после этого первого проявления доброты Изабель не выдержа
ла наконец и заплакала.
Впервые она узнала об успехах Роберта на поле брани по возросшей враждеб
ности толпы, потом, постепенно, кое-какие сведения начали доходить до нее
, когда ей удавалось подслушать разговоры стражников на башне. Король Шо
тландии, король Хоб, как они его прозвали, повсеместно встречал поддержк
у и теперь наконец созвал парламент. Вскоре толпа у стен замка стала расп
евать об этом издевательские песни, но под их насмешками скрывался страх
.
Парламент? Она не могла позволить себе надеяться. Решетки были все еще на
месте, слишком реальные, слишком крепкие. Они воплощали собой весь ее мир.
Но тем не менее, в дальнем уголке сознания у нее возникал вопрос: разве соз
ыв парламента не означает уверенность в собственных силах?
Но если он в Шотландии, то где же он? Почему не приходит? Почему не подает ни
какого знака, что он ее не забыл? После заката солнца она мучительно сжима
ла прутья решетки, как в первые дни своего заточения, а глаза ее снова напо
лнялись слезами, когда она смотрела на запад, в сторону золотистых холмо
в...

Клер понемногу возвращалась в сознание, все еще не соображая, где она нах
одится, и вообще где сон, а где реальность. Она пошарила перед собой, как ча
сто прежде делала при пробуждении, и ужаснулась, наткнувшись на решетку
и рассадив при этом костяшки пальцев.
Дай мне проснуться. Пожалуйста, Господи, дай мне проснуться.
Она замерзла, до смерти замерзла, ее трясло как в лихорадке. Кругом стояла
полная тишина.
Борясь со страхом, снам и холодом, она вновь простерла руки к решеткам.
Ц Бесполезно. Прутья очень крепкие. Ты не сможешь их сломать. Ц Холодный
голос проник сквозь пелену сознания. Ц И ты останешься здесь, пока не под
пишешь документ.
Нагнувшись, Пол просунул руку в клетку и, держа бумагу двумя пальцами, сун
ул ей в лицо.
Вокруг нее вновь начинал смыкаться прежний кошмар Ц кошмар Изабель. Тум
ан над рекой, ржавые прутья, дождь, пришедший с Нортумберлендских холмов.
Страшно разочарованная, она снова заплакала.
Ц Подпиши, и я тебя выпущу. Подпиши! Ц Лист бумаги плясал у нее перед глаз
ами. До нее не доходил смысл слов и откуда сами слова доносятся, она не узн
авала стоящего перед ней мужчину. Его лицо в пелене тумана было призрачн
ым, каким-то нереальным. Но это был не Роберт.
Дрожа, она взяла бумагу, а потом ручку, которую он всунул ей в руку.
Ц Подпиши.
Ее пальцы были столь холодны, что она с трудом могла ими шевелить.
Ц Где, что подписать?
Ц Вот. Ц Он ткнул в бумажку сквозь решетку. Ц Здесь. Здесь.
Ее руки так тряслись, что она еле смогла удержать ручку, когда с трудом нац
арапала свое имя. Как только Клер закончила водить по бумаге, он тут же вых
ватил ее и, засунув в карман, с облегчением улыбнулся. Наконец-то сделка с
тала законной, теперь им его не подловить! Данкерн принадлежит ему, и он во
лен продать его кому захочет! Он не думал о свидетелях. Их подписи можно до
бавить позже.
Он выпрямился во весь рост, достал ключ из кармана, а затем снова нагнулся
, Ц на сей раз, чтоб отпереть замок.
Ц Теперь ты свободна. Видишь, как все оказалось легко. Ц Он распахнул дв
ерь. Ц Тебе больше нечего бояться, если ты будешь обо всем этом помалкива
ть. Ц Он немного поколебался, а потом снова улыбнулся. Кто ей поверит? Кто
может поверить в то, что она скажет, тем более про клетку? Ц Пойдем, я замер
з. Ц Ему не терпелось поскорее уйти.
Она не шевельнулась. Ее снова пытаются обмануть, как бывало раньше: ей отк
рывали дверь и манили наружу только для того, чтобы снова втолкнуть наза
д и ударить по лицу, скаля зубы со злобным смехом. Она поднесла озябшие рук
и к губам, пытаясь их согреть, и отодвинулась в самый угол, устало закрыв г
лаза. Клетка была ее домом. Здесь она будет в безопасности.
Пол нахмурился.
Ц Клер!
Он взглянул на нее, и от неожиданной тревоги его замутило.
Ц Клер! Выходи! Ты свободна. Ц Он отвернулся от клетки, оставив дверь отк
рытой, но Клер по-прежнему не двигалась. Он остановился и оглянулся. Ц Кл
ер, выходи. Тебе нельзя здесь оставаться. Холодно. Ц Выражение ее лица был
о совершенно бессмысленным. Внезапно испугавшись, Пол вернулся и, нагнув
шись перед низкой дверью, втиснулся в клетку, схватил Клер за руки и вытащ
ил наружу. Когда он подхватил ее на руки, ее тело сразу же обмякло, и пока он
нес ее к дому, ее ресницы ни разу не шевельнулись.
Он внес Клер по лестнице в спальню, уложил на постель и внимательно взгля
нул на нее. Ее дыхание было едва заметным, и он пощупал ее пульс, взявшись н
а миг за холодное запястье, даже не пытаясь считать. Пульс был слабый, но р
итмичный.
Ц Клер, ты сама во всем виновата. Ты сама заставила меня сделать это. Ц Он
говорил громко и убедительно. Ц Если бы ты вела себя, как подобает жене, и
помогала мне, ничего бы этого не случилось.
Он вытащил из-под нее одеяло и набросил сверху.
Ц В конце концов ты будешь только рада избавиться от этого владения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109


А-П

П-Я