научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/sayni/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

.. — произнес наконец Крисарх. — Мой народ не посылает должарианцев, чтобы те делали за них грязную работу.
Вийя медленно кивнула.
— Мне тоже так кажется. — Она набрала команду, и пульт перед Брендоном ожил, осветившись огнями. — Что ж, посмотрим, чему успел научить тебя Маркхем.
Она включила интерком.
— Жаим, мне нужен перегрузочный режим. Мы должны уйти вниз как можно быстрее, чтобы лучи их рапторов не доставали до нас, рассеиваясь в атмосфере. — Она повернулась к Марим, не прекращая набирать что-то на пульте. — Я хочу выйти на орбиту с противоположной стороны с максимальным запасом энергии. Отключи гравитационные и — если понадобится — отбери часть энергии от защитных полей — против рапторов от них все равно никакого толка.
Прозвучало сразу несколько тревожных сигналов.
* * *
Осри оторвался от холодильных поддонов, которые старательно драил, и смахнул со лба слипшиеся от пота волосы.
Невесомость? Что, черт подери, происходит?
В дверях показался Монтроз; лицо его было непривычно суровым.
— Кончай работу и брысь в свою каюту. — Голос его звучал сухо, без намека на обычную иронию.
Осри заколебался. Монтроз в два размашистых шага пересек камбуз, рывком поднял Осри за шиворот и, не обращая внимания на сдавленные протесты Осри, почти на весу отволок его в каюту.
Осри с размаху влетел в люк и услышал, как щелкнул за спиной замок. Он едва успел добраться до койки, когда отключились гравиторы.
Единственное объяснение — их отключили для ремонта... Или энергия нужна для чего-то другого. При обычной посадке такого не бывает. Самые невеселые догадки роились у него в мозгу, и каждая каким-то образом связана была с нападением на Шарванн.
Осри тряхнул головой, пытаясь отделаться от них. Это же Мандала, центр власти Дулу... Внезапный рывок корабля не оставил от этих его надежд камня на камне. Снаряды? За этим последовал низкий, ни с чем не сравнимый, пронизывающий до костей рык разряда раптора; к счастью, промах. Теперь он перепугался уже по-настоящему; беспомощность и невозможность видеть, что же происходит, только усугубили страх. Спасла его злость. Что, черт бы их побрал, задумали эти проклятые рифтеры? Потом он почувствовал знакомый рывок от входа в атмосферу, и тяжесть вернулась. Они шли в атмосфере — нежеланные гости в небе Артелиона. Но от кого они только что уворачивались?
* * *
Брендон успел пристегнуться прежде, чем вырубили гравиторы, и они оказались в невесомости. Он вполуха слушал команды Вийи остальным постам, торопливо проверяя готовность своих систем. Где-то посередине этой процедуры на мониторе открылось и тут же исчезло маленькое окно, но он успел заметить слово «индивидуальная». Индивидуальная настройка? Он прервал проверку и вернул программу назад. Ему предлагалось два альтернативных выбора — автоматическая подстройка и... В глазах его защипало, когда он увидел вторую строку: Alt L'Ranja gehaidin! Древний девиз приемной семьи Маркхема, ныне навсегда исключенной из рядов Тех, Кто Служит. Он выбрал вторую строку и набрал: «Принято».
Экран мгновенно погас, затем загорелся снова — в совершенно другой конфигурации. Боевые тенноглифы! Экран менялся на глазах: цвета, надписи, расположение окон. Когда пару секунд спустя трансформация завершилась, перед газами Брендона красовался пульт управления огнем — примерно такой же, с какими он имел дело в Академии. В горле его словно застрял комок. Последний подарок Маркхема. Теперь его руки двигались над пультом во много раз быстрее, чем прежде, продолжая ускоряться по мере того, как возвращалась к пальцам память.
«Да не думай ты о них, Бренди, просто дай им двигать твоими руками. Не мешайся под ногами, и пусть глифы сами делают всю работу».
«Все, как он сказал, — подумал Брендон. — Раз выучив их, уже не забудешь».
Боевые иероглифы — условные обозначения — совершенствовались на протяжении многих столетий, охватывая любой возможный вариант военных действий, а поскольку они создавались на основе простейших модулей, их оказалось поразительно легко адаптировать к новым технологиям и тактике. Используя цвет, форму и движение, они представляли собой то самое звено, что связывало человека и машину в единое целое.
Теперь Брендон почти видел своего друга, улыбающегося у него за спиной, слышал его насмешливый голос.
«Ну что ж, Бренди, вот ты прижат к планете линкором, которого ты не можешь поразить ни одним из имеющегося у тебя видов оружия... Что будешь делать?»
— Ослепить их своей гениальностью или заболтать до... — Он осекся, поняв, что говорит вслух. Он огляделся по сторонам и увидел, что весь экипаж смотрит на него, даже Вийя перестала стучать по клавишам. На маленьком окошке, отображавшем его пульт на основном мониторе, ярко мигали глифы.
Вся радость, охватившая Брендона, куда-то исчезла, сменившись жестокой реальностью.
* * *
«Что это за говно шиидровское такое на экране?» — Марим изумленно таращила глаза на глифы. Локри смотрел скорее на руки Брендона; на лице его застыло странное выражение. Грейвинг даже привстала, чтобы лучше видеть происходящее на экране.
Аркад рассмеялся напряженным, лишенным веселья смехом.
— Это боевые глифы — что-то вроде специального тактического кода. Их установил сюда Маркхем. — Он замолчал, удивленно глядя на остальных. — Вы что, ни разу не видели, как он ими пользуется?
Вийя медленно покачала головой.
— Он делал что-то... говорил, что сюрприз... перед тем, как его убили. Он так и не успел показать никому.
— А Джакарр ничего не рассказывал, — брезгливо фыркнув, добавила Марим.
— Возможно, он их не просто не нашел, — вставил Локри.
Их перебил голос Жаима из динамика:
— Вийя, у меня все готово. Двигатели настроены на перегрузку. У тебя тридцать секунд на все про все, потом тебе придется самой дуть на них, чтоб не перегрелись.
Вийя повернулась к Брендону.
— Вы готовы?
— Да. Кажется, нам удастся перехватить их ракеты, и мы можем понизить эффективность рапторов, находясь так близко к планете.
Она нажала клавишу, и Артелион на экране внезапно рванулся прямо на них. Сами они ничего не ощущали — искусственная гравитация в корабле не позволяла этого, но Грейвинг знала, что они несутся к планете с ускорением более пятнадцати «же». Теперь все зависело от умения Вийи. Стоит им войти в атмосферу под неверным углом, и корабль или развалится, или отскочит обратно в космос, словно камешек от водной поверхности.
«Кулак Должара» за кормой провалился за горизонт, потом появился снова и начал приближаться. Аркад пробежался пальцами по клавишам, секунду всматривался в глифы на экране, потом выпустил из кормовой установки веер ракет в его направлении.
— Что ты делаешь? — не выдержала Марим. — Этими пукалками линкора не продырявить, даже если он уберет свои поля.
— Они собьют с толку его датчики и ослабят лучи рапторов, — коротко ответила Вийя. — Смотри и учись.
За кормой яркими вспышками расцвели разрывы их ракет и тут же померкли, когда мостик содрогнулся от зубодробительного рыка раптора. Грейвинг изо всех сил стиснула зубы. Ивард вскрикнул от боли, изо рта его потекла струйка крови.
— Марим! — крикнула Вийя сквозь рев входа в атмосферу. Пульт маленькой рифтерши загорелся красными огнями, но пальцы её уже запорхали по клавишам.
Глифы на экране мигнули и перестроились, и Брендон дал еще один залп из кормовых установок. Еще один луч раптора коснулся корабля, на этот раз слабее.
— Блин! — взвизгнула Марим, на этот раз без обычного бахвальства в голосе. — Блин, блин! Эти гребаные ублюдки зацепили наши скачковые. Правда, не сильно.
«Телварна» задрожала; дрожь быстро переросла в отчаянную, беспощадную тряску. Впрочем, гравиторы удержали корабль, не дав ему развалиться, а там уже взревели плазменные дюзы, выравнивая машину. Тряска исчезла, зато вернулась тяжесть — они шли уже в атмосфере, на собственной подъемной силе.
Им вслед тянулись зеленые стрелы разгоняемых лазерами ракет отставшего линкора, рапторы которого были в атмосфере бессильны. Брендон открыл заградительный огонь; за кормой вспыхнул свет, а когда померк, экраны заднего обзора были пусты. Они ушли — пока.
— Высота двадцать шесть, скорость двадцать два маха, — нараспев докладывал Ивард. Лицо его казалось особенно бледным на контрасте с кровавыми потеками, но руки двигались над клавишами уверенно. Грейвинг смотрела на младшего брата с гордостью.
— Марим, ступай в машинное, помоги Жаиму, — приказала Вийя. — И дай знать оттуда, сколько потребуется для ремонта скачковых. — Марим выскочила с мостика, и Вийя кивком послала Иварда за её пульт. — Принимайся за дело, Рыжик. Марим понадобится поддержка.
Небо прямо по курсу начало бледнеть — «Телварна» приближалась к освещенной стороне планеты. Далеко внизу блестела в лунном свете вода. Брендон открыл у себя на мониторе окно с пульта Иварда и решил, что они пройдут в восьмистах километрах южнее архипелага Мандалы.
— Вам известно что-нибудь, Аркад, о схеме обороны Мандалы?
Брендон отрешенно поднял взгляд.
— Нет. Я вообще не думаю, чтобы об этом задумывались серьезно, но возможно, что-то все-таки задействовали после того, как сняли Щит. Возможно, впрочем, что военные отключили все оборонительные системы, как только стало ясно, что они проиграли — в подобной ситуации это обычный выбор.
— Значит, есть шанс, что нас никто не засек?
— Шанс есть. Но не более того.
Он помолчал, обдумывая слова, но тут из динамика послышался голос Марим:
— Эй, Вийя, тут все здорово разболталось, но со всем можно подождать, кроме плазмоводов и скачковых. На вид работы часов на шесть, не меньше.
Вийя подтвердила прием и снова повернулась к Брендону:
— Вы хотели что-то предложить.
— Есть одно место, где наши шансы значительно выше.
Она удивленно приподняла бровь.
— Большой Дворец. Наш нынешний курс проведет нас немного южнее.
— Боюсь, вы просто соскучились по дому, — иронически усмехнулась Вийя. — Это самое последнее место, где мне хотелось бы сажать «Телварну».
— И это последнее место, где этого от вас ожидают. Смотрите: Архипелаг Мандалы покрывает миллионы гектаров. Даже вблизи Дворца полно лесов, где без труда можно спрятать корабль таких размеров. Мой личный код может отключить те оборонительные системы, что еще включены, и, если дворцовый компьютер еще включен, мы, возможно, сумеем узнать, что же все-таки произошло. — Он замялся. — И мне хотелось бы проверить, не можем ли мы помочь еще кому-то из моей семьи. Поймите, поскольку дело касается компьютеров системы безопасности, мне просто необходимо быть там. — Он вдруг улыбнулся, в упор глядя на нее голубыми глазами: — И потом, вы ведь рассчитываете на плату за все, что я сделал с вашим кораблем?
Вийя слегка нахмурилась.
— У вас нет ничего, кроме кольца на пальце, — ответила она. — Не уверена, что этого хватит.
— И вы еще называете себя рифтером! Неужели вы никогда не мечтали обчистить дворец Панарха Тысячи Солнц?
Локри расхохотался; даже Ивард ухмыльнулся. Из динамика интеркома донесся голос Марим:
— Если ты упустишь такую возможность, Вийя, я сама сдам тебя Хриму!
Губы Вийи пошевелились беззвучно, потом сложились в улыбку.
— Тогда дайте Иварду курс. Мы принимаем ваше предложение.
Брендон поднялся из-за пульта и отвесил присутствующим церемонный поклон, каким Дулу встречают равных себе, но никак не рядовых граждан. Одна рука прижата к сердцу, вторая отмахнула далеко назад и вверх.
Вийя снова вскинула бровь, потом переключила внимание на монитор.
— И повнимательнее за экраном, Аркад, — сказала она. — Мы пока не в безопасности.
21
Вечерний свет, лившийся сквозь расположенные высоко под сводами окна галереи перед входом в Зал Феникса, окрашивал деревянные панели стен и ковры в теплые тона. Галерея представляла собой длинный, широкий коридор, стены которого с равными интервалами украшали нишы, отделанные светло-янтарным камнем и мозаиками, разноцветные отблески которых падали на пол. В каждой нише стояло по мраморному бюсту правителя из династии Аркадов.
В воздухе витал аромат сандала и воска. Время от времени ниоткуда, словно из пустоты, доносился негромкий, мягкий звук, каждый раз нового тембра и звучания: то он напоминал далекие колокола, то приглушенные людские голоса, но каждый раз это добавляло помещению еще немного покоя и ощущения многовековой древности.
Эсабиан постоял немного перед бюстом Джаспара I, основателя династии — в его лице он безошибочно узнал черты своего побежденного врага. Потом он медленно двинулся по коридору, задерживаясь на пару секунд перед каждым бюстом и вглядываясь в лица. Все те же черты виднелись в каждом из следующих лиц — где-то сильнее, где-то слабее.
Стиль изваяний менялся по мере его продвижения по коридору от сухого академизма к избыточному украшательству и дальше, к манерной вычурности. Затем стиль вдруг снова становился почти классическим, но вобравшим в себя некоторые приемы предшествующих эпох. Глаза панархов и кириархей, казалось, следили за его продвижением, не позволяя ему забыть взгляд Геласаара Аркада.
Миновав примерно треть коридора, Эсабиан вдруг остановился, ощущая разгорающийся в нем гнев. Один из бюстов явно подвергся нападению вандалов: лицо обезобразили рваные выбоины, имя с постамента сбито. Несомненно, это было делом рук кого-то из этих бездарей-рифтеров, которых он же и нанял.
«Надо приказать, чтобы охрану распяли за недосмотр. А если обнаружат этого вандала...»
Мысль умерла, не оформившись до конца, когда до него дошло, что перед бюстом не видно ни осколков, ни каменной пыли. Он наклонился к бюсту и увидел, что иззубренные сколы на обезображенном лице смягчены временем и на них лежит слабый налет патины, словно от касания бесчисленного множества рук. Только теперь он вспомнил.
Лишенный лица.
Легкий холодок пробежал по его спине, и он отступил на шаг.
Место этого человека в истории навсегда забыто.
Вдруг он понял, что такого наказания не снилось даже ему, что такого возмездия не найти ни в одном из известных палиахов за всю долгую и кровавую историю Должара.
Они сделали так, словно он никогда не существовал.
Жуткая судьба этого давным-давно умершего Аркада, о которой напомнило изувеченное изваяние, лишила его покоя. Лишний раз напомнила ему, что в свергнутой им династии есть что-то такое, что он проглядел, начиная свой палиах.
Его привлекло движение позади, у входа в галерею. Он повернулся и увидел Барродаха, стоявшего в дверях с двумя другими мужчинами. Он жестом подозвал их к себе.
Когда бори приблизился, Эсабиан заметил, что тот держит в руках маленький серебристый предмет. Было что-то странное в том, как он его держит, и сердце Аватара подпрыгнуло в свирепой надежде. Сердце Хроноса!
Барродах остановился перед ним, и Эсабиан протянул руку за ключом от его царства.
* * *
Барродах в замешательстве смотрел на Эсабиана, пока его не осенила ужасная догадка.
«Он думает, что это Сердце Хроноса! — Не размышляя, он отдернул руку. — И ему известно о Сердце Хроноса не больше, чем мне. В самом деле, почему бы ему не заглотить мой палец? Он ведь не колеблясь прикажет отсечь мне палец!»
К счастью, поблизости не было видно ни одного тарканца; он почти ощущал, как зазубренный жу'летт, который полагалось носить каждому гвардейцу, по приказу Аватара врезается в его плоть.
Лицо Эсабиана потемнело, морщины в углах рта углубились.
— Дай его мне!
Рука Барродаха непроизвольно дернулась вперед — сработали двадцать лет повиновения. Эсабиан схватил шар и потянул, потом начал крутить. Барродах ахнул и едва не упал на колени.
— Господин, молю вас... — Он перекосился набок, глядя на Эсабиана, который едва не вывихнул его палец. — Это не Сердце Хроноса!
Аватар пристально посмотрел на шар, потом отпустил его.
— Тогда зачем ты явился ко мне с этим?
Барродах густо покраснел:
— Оно засосало мой палец, и никто не знает, как его снять.
Он услышал сбоку хихиканье, но не осмелился повернуться, чтобы унять Таллиса взглядом, Эсабиан посмотрел мимо него.
— Возможно, ты можешь объяснить это?
Таллис выступил вперед и низко поклонился.
— Милорд, это дизонианский мастурбатор. — Эсабиан непонимающе нахмурился, и Таллис пустился в дальнейшее объяснение: — Это такое приспособление для мужского самоудовлетворения с Дизона. Оно было среди артефактов, которые мы забрали в усадьбе гностора.
Аватар фыркнул и снова повернулся к Барродаху:
— И ты не знаешь, как снять его? — Барродах поднял взгляд на его лицо, и желудок его сжался от странного огонька в глазах Эсабиана. — Я надеюсь, это не мешает тебе в исполнении своих обязанностей?
«Он все равно намерен отсечь его!»
— Нет, Господин! — взмолился он. — От него нет никакого вреда! Я надеюсь, найдется кто-нибудь, кто сможет от... — Он осекся, проговорившись. — Кто знает, как снять его. — Он покрутил немного шар, как делал всю дорогу с борта «Когтя Дьявола».
— На вашем месте я бы этого не делал.
Все разом повернулись к Омилову — тот опустил взгляд, но лицо его оставалось мрачным.
— Вы можете включить его активный режим.
— Что ты хочешь этим сказать? — взвыл Барродах.
— Если вы включите активный режим, эта штука попытается вызвать у вас оргазм. Поскольку вы по собственной неосторожности надели его на палец, а не на что-то другое, боюсь, это будет невозможно.
В серьезном тоне гностора проглядывали искорки иронии, что почему-то было еще хуже, чем открытый смех.
Краем глаза Барродах заметил, как изогнулись губы Эсабиана.
«Он забавляется этим!»
— Как бы то ни было, — продолжал Омилов, — этот прибор спроектирован так, что будет продолжать попытки до тех пор, пока не добьется успеха. — Он сделал паузу. — Право, не знаю, что случится с вашим пальцем в этом случае.
— Ты должен знать, как он снимается! — в отчаянии произнес Барродах.
— Как я уже объяснил вам во время полета, боюсь, что леди Омилов не посвятила меня в подобные детали управления механизмом.
К изумлению Барродаха, Эсабиан захихикал.
— Великолепно, гностор! Мой бедный бори будет теперь жить в страхе до тех пор, пока мы не снимем с него эту штуку, хотя я не сомневаюсь: он, как и я, прекрасно понимает, что твоя маленькая речь была чистой импровизацией.
Лицо Омилова снова сделалось абсолютно бесстрастным.
— Возможно.
Голос Эсабиана тоже посерьезнел.
— Надеюсь, ты не будешь столь же изобретательным в том, что касается Сердца Хроноса?
Омилов не ответил, только продолжал спокойно смотреть на Властелина-Мстителя.
— Ну давай же, гностор, ты же не можешь не понимать, что все равно расскажешь мне, хочешь ты этого или не хочешь.
— Верно, но верность и честь велят мне молчать, пока у меня еще есть выбор.
— Геласаар хай-Аркад стоял предо мной совсем недавно и говорил что-то очень похожее. Это мало помогло ему, как не поможет тебе. Все его сыновья мертвы, и ему самому недолго ждать Геенны.
На мгновение лицо Омилова выдало охватившую его печаль, но он быстро скрыл ее.
— Но у тебя, гностор, времени еще меньше, чем у него. — Эсабиан помолчал, вглядываясь в его лицо. — Я вижу по твоим глазам, тебе кажется, что ты еще можешь удивить нас. Боюсь, не удивишь. Среди пленных, захваченных нами на Лао Цзы, была женщина с занятным прозвищем: «Паучиха».
Барродаху показалось, что он заметил в глазах Омилова что-то... Скорбь?
— Она тоже не была прежде знакома с умовыжималкой — уникальным должарианским устройством. Её знакомство с ним убило ее, но не прежде, чем мы выжали из нее шифры. Нам известно, что ты, Себастьян Омилов, один из Невидимых.
Барродах услышал, как Таллис ахнул и отступил на шаг, глядя на гностора. Действительно пререгат? На взгляд бори, невысокая фигура гностора плохо вязалась с представлениями о самых доверенных агентах Панарха.
Эсабиан улыбнулся:
— Впрочем, твоя усвоенная аллергия на веритонин тебе ни капельки не поможет. Умовыжималка действует на совершенно иных принципах, из которых главным является боль.
Он повернулся к Барродаху:
— Передай его Эводху. Убедись, что мой медик понимает, что это лишь ради информации, не в знак оказанной чести. — Аватар повернулся к Омилову: — Прощай, гностор. Твоя бесценная честь останется неприкосновенной даже тогда, когда мы разрушим кору твоего головного мозга. Надеюсь, это послужит тебе некоторым утешением.
Барродах ухватил Омилова за руку и толкнул к дверям, а Эсабиан повернулся к Таллису:
— Капитан, твой доклад о смерти Крисарха неполон. Поскольку твои действия лишили меня трети моего палиаха, которого я ждал двадцать лет, я хочу, чтобы ты объяснился прямо сейчас, не упуская ни малейшей подробности.
Барродаху хотелось бы посмотреть на то, как мучается Таллис на допросе у Эсабиана, но еще больше ему не терпелось посмотреть на Эводха за работой. Выталкивая Омилова из галереи, он гадал, останется ли Таллис в живых.
«Пожалуй, мне стоит переговорить с моим вторым агентом на “Когте Дьявола”».
* * *
«Телварна» медленно пятилась назад, скользя над землей на гравиподушке хвостом вперед в глубь леса, в тень. Наконец Вийя опустила корабль на землю так мягко, что Грейвинг не была уверена в том, что они приземлились до тех пор, пока двигатели не смолкли.
Некоторое время капитан не снимала рук с пульта, потом включила интерком.
— Жаим, новые повреждения есть?
— Нет, — послышался ответ. — Как только мы пошли в атмосфере, я отключил самые поврежденные системы. Но здесь и так хватает пакостей. Нам нужен серьезный ремонт на Дисе, и я боюсь, потребуется часов восемь работы со скачковыми прежде, чем я смогу на них положиться. И хуже всего, разумеется, то, что мы не можем как следует испытать их здесь.
Вийя посмотрела на экран — Марим подтвердила его слова, печально передернув плечами.
— Ладно, идите сюда, на мостик. — Она нажала другую клавишу интеркома. — Монтроз, иди сюда и захвати с собой Школяра. — Она повернулась к Брендону: — Вот то место, которое вы выбрали, Аркад. Надеюсь, вы не потребуете от нас идти дальше пешком.
Она чуть наклонила голову к монитору — на нем виднелся теперь коридор в лесу, по которому прошла «Телварна».
Локри тревожно вскинул голову.
— Идти? Мы что, действительно собираемся туда?
Грейвинг удивленно оглянулась на связиста: до сих пор он ни разу не выказывал страха. Чего он так испугался? Ей не верилось, что это просто физический страх.
— Блин! — презрительно фыркнула Марим. — Или ты хочешь сидеть здесь, пока за нами не придут? Тот линкор, например?
— Если «Кулак» или панархисты проследили нас, нам конец, — спокойно заметила Вийя, — но я в этом сомневаюсь. Наземные оборонительные системы, похоже, отключены, и «Телварна» достаточно хорошо укрыта. Жаим и Марим смогут отстреливаться, если будет такая необходимость. — Она подняла взгляд: на мостик вошел Жаим. — Остальные пойдут и посмотрят.
Локри побарабанил пальцами по пульту.
— Стоит нам ступить в Мандалу, и нам хана. — Он хмуро покосился на Брендона. — Если там что-то еще работает, они обратят это против нас.
Жаим пробормотал нечто вроде согласия; Ивард нервно хрустел пальцами. Брендон сидел в своем кресле, глядя на руки.
— Кто обратит, и с какого конца? До сих пор мы не видели и не слышали панархистов, — возразила Вийя, махнув на небо. — Или ты боишься, что Аркад сдаст нас должарианцам?
То, как она произнесла слово «должарианцы», заставило Крисарха пристально посмотреть на нее. Грейвинг увидела, как его взгляд скользнул с капитана на нее, и вспомнила, что сама говорила совсем недавно: «Они все любят рассказать о себе, так что спросите их самих». Это привело её к новой мысли: чего боится Локри — смерти или возможности быть узнанным? Из всей команды с Диса он меньше всех говорил о себе и своем прошлом.
Локри прикусил губу, потом пожал плечами.
— Мы воспользуемся тем, что известно Аркаду об оборонительных системах, и узнаем, что здесь происходит, или мы не сможем взлететь, даже отремонтировав двигатели, — продолжала Вийя.
Монтроз кивнул, одобряя план.
— Может, мы даже натырим там того добра, что он нам обещал, — весело заметила Марим.
Вийя посмотрела на экран. Сразу за опушкой леса виднелась небольшая беседка. Поле за ней постепенно переходило в невысокие холмы, утыканные деревцами, силуэты которых вырисовывались на фоне закатного неба. Других строений в поле зрения не было.
— Так мы пойдем? — спросила капитан у Брендона.
Он внимательно посмотрел на нее. Остальные начали переговариваться, словно реплика Марим насчет трофеев разрядила обстановку. Повинуясь импульсу, Грейвинг подошла к Брендону.
— Она должарианка, — шепнула она. — По рождению, не по воспитанию. Убежала оттуда много лет назад.
Крисарх улыбнулся ей, потом повернулся к остальным.
— До Большого Дворца отсюда приблизительно сорок километров. Но вся Мандала изрыта туннелями — часть из них используется для служебных целей, назначение остальных давно уже забыто. Эта беседка — вход в один из них; транспортная система доставит нас во дворец минут за десять.
— Дворец! — Марим, ухмыляясь, потирала руки. — Никогда не была во дворце.
— И не побываешь и на этот раз, — напомнил Жаим. — Ты будешь помогать мне чинить скачковые системы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32
 бренди gilbey's 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я