научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 смеситель grohe eurosmart cosmopolitan 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Сочетание политики и бизнеса обеспечивало Райнеру надежное будущее.
Соперники скрестили мечи и продолжили поединок на зеленом газоне, окруженном изгородью аккуратно подстриженных кустов. Из сада доносился терпкий запах экзотических цветов и деревьев. Откуда-то издалека послышался звук полицейской сирены. Райнер сделал ложный выпад, заставив соперника отступить. Пот струился по спине уставшего Ле Грана.
«Богатый, избалованный ублюдок, — думал он о Райнере, — ты пытаешься скрыть свою гнусную сущность за привлекательной внешностью. Ты атлетически сложен, красив и превращаешь всех знакомых женщин в рабынь. Но ты тупица, потому что убежден, что то же самое тебе удастся сделать с Алисой. Болван! Она возненавидит тебя, а вместе с нею и весь Американо! Мы еще увидим, как ты нахлебаешься дерьма…»
Ле Гран сдержал свой гнев, вспомнив о той запутанной цепи, звеньями которой все они являлись. Он вытер влажный лоб и сменил позицию, готовя атаку на соперника. «Я давно подозревал, что Лаббэк собирается воспользоваться тобой, замышляя против меня интриги. Но это ошибка с его стороны. Да, Алиса приглашает тебя на вечеринки за смазливую внешность и трогательную лесть, но это не значит, что ты оказываешь влияние на Президента. Ты молод и глуп. Ты не подходишь для этой игры, потому что слишком горяч, чтобы добиться успеха.
К тому же над тобой висит обвинение в убийстве робота. Лаббэк и «Халид», конечно, выгородят тебя в этом деле. Убитый тобой синтетик был слугой всего лишь четвертого класса, но преступление налицо. Эта вспышка гнева дорого тебе обойдется, и я не знаю, сможешь ли ты убедить суд, что несчастная жертва случайно попалась тебе под руку. Кстати, сейчас в Линкольне проводится шумная кампания в защиту прав синтетиков. Во всяком случае, в ближайшее время Лаббэк будет держать тебя на очень коротком поводке. — Ле Гран взглянул на сверкающее лезвие меча своего соперника. — Но я не синтетический робот, — проговорил он про себя, — и владею оружием не хуже тебя. Сейчас ты в этом убедишься». Он сделал выпад, и Райнер отступил. Тут же Ле Гран нанес ему быстрый удар слева. Хвастливый соперник был уязвлен, и Ле Гран самодовольно улыбнулся.
Лаббэк, одетый в тяжелый пиджак, наблюдал за поединком, стоя в десяти ярдах от них. Здесь, в Лексингтоне, в разгар лета он выглядел, словно в монастыре. Лаббэк не находил себе места среди развлечений, которые устраивала Президент во время ежегодного летнего отдыха. Государственный секретарь чувствовал себя как выброшенная на берег рыба. Рядом с ним в тени стояла Реба. Райнер еще не успел заметить, что с ней был какой-то высокий мужчина в голубом пиджаке флотского покроя.
«Должно быть, это тот самый астронавт, который сломал ему руку и грозился убить, — подумал Ле Гран. — А флирт Ребы и Курта, вероятно, закончился, не успев начаться. Но как понять идиотскую манеру Райнера называть Лаббэка „папочкой“? Конечно, между ними не было родства, но Райнера одно время принимали в доме государственного секретаря, словно зятя. Лаббэк по-прежнему подвержен своей слабости. Он убежден, что ему в зятья необходим скрытый пси-талант. Этот наивный человек уже потратил кучу денег в „Ашраме“ Рамакришны, чтобы убедиться в том, что Райнер начисто лишен этого качества. Нелепая прихоть! Лаббэк просто в плену у моды. Ему хочется, как это сейчас принято у нас, выдать дочь за пси-таланта, но не за старого. Так что, астронавт, у тебя нет практически никаких шансов».
Конрой Лаббэк никогда не мог наладить какие бы то ни было пси-связи, чтобы составить достойную партию своей дочери. Другие девушки из светских кругов выходили замуж за пси, а Реба по-прежнему оставалась одинокой. Пытаясь помочь дочери, Лаббэк взял под свою опеку Райнера, как студента РИСКа, и нанял для него частных учителей, которые пытались обучить Курта космическому анализу и экстрасенсорной коммуникации. Но Райнер развеял все надежды государственного секретаря, оказавшись бездарнейшим учеником, начисто лишенным пси-интеллекта.
Одна весьма немаловажная деталь в генеалогии Райнера в данный момент очень занимала Ле Грана. Райнер приходился кузеном злейшему врагу Ле Грана — Хальтону Хенри, нынешнему вице-президенту. Самая приятная перспектива состояла в том, чтобы заманить обоих родственников в ловушку и уничтожить, избавиться от них навсегда. Затем Ле Гран намеревался устранить и Лаббэка, обвинив его в связи с «преступниками». У Отиса было не слишком много времени, чтобы обдумать детали, поэтому он решил остановить поединок.
— Что, Ле Гран, устали уже? — спросил Райнер.
Ле Гран не придал значения насмешке и повернулся к Лаббэку.
— Я готов выслушать вас, господин секретарь. О каком срочном деле вы только что говорили?
— Весь сектор охвачен кризисом, сэр, — мрачно проговорил Лаббэк. Лоб его наморщился, и лицо приняло серьезное выражение.
— Кризисом? — переспросил Ле Гран. — Почему вы ничего не говорили мне об этом? Возникла какая-нибудь новая угроза?
— Армия барона Харуми блокировала нашу границу.
— Но он не сможет пробраться через систему Калифорнии — ему нечем будет кормить людей.
— Может быть, вы и правы, хотя неизвестно, долго ли еще сохранится такое положение дел.
Ле Гран вложил меч в ножны и отдал его тренеру, затем взял полотенце и начал вытирать пот с лица и шеи. «Политический деятель всегда должен находиться в хорошей форме, — подумал он. — Но, если присмотреться, каким способом мы ее достигаем? Сражаемся на мечах, как заправские самураи. Даже здесь мы не избежали влияния культуры Ямато. В нашем открытом обществе от нее никуда не деться. Односторонний культурный обмен ни к чему хорошему не приведет. Впрочем, сражение на мечах — неплохая тренировка, вне зависимости от того, где этот меч изготовили».
Ле Гран уселся за столик и сделал глоток апельсинового сока. Он вынудил Лаббэка терпеливо ждать, пока не выпьет весь стакан. Райнер, заметив рядом с Ребой знакомого ему астронавта, нахмурился и отвернулся. Курт не мог на этот раз затеять скандал при Лаббэке и гордо направился к дому в сопровождении своих гогочущих дружков. Ле Гран повернулся к Лаббэку.
— А теперь расскажите мне, что случилось.
Лаббэк оперся о балюстраду. В своем строгом черном костюме он резко контрастировал с Ле Граном, который стоял перед ним в белой рубашке с вышивкой.
— Прочтите вот это!
Ле Гран взял листок бумаги, беззаботно положил его на стол и прочел. Внутри у него все закипело. Лаббэк снова спрятал донесение разведки во внутренний карман пиджака и с усмешкой взглянул на Отиса.
— Вы что, проглотили язык, сэр?
— Это превзошло все мои ожидания, — ответил Ле Гран.
— Вот доказательство того, что Хальтон Хенри и его компания договорились с послом Ямато три месяца назад, предав наши интересы.
— Простите, но в сообщении говорится, что кучка торговцев собрала флот для перелета в Европу и что Хенри, его друзья и Окубо попытались этому воспрепятствовать.
— Они попросили барона Харуми задержать американский торговый конвой!
Ле Гран пожал плечами, как будто не замечая возмущения государственного секретаря.
— О’кей. Чем же все это закончилось? Японцы задержали наш конвой?
Лаббэк выпрямился и с негодованием посмотрел на Ле Грана.
— Вы прекрасно знаете, что нет.
— Так в чем тогда дело?
— Флот сумел пройти только потому, что стартовал на два дня раньше предполагаемой даты. Торговцев кто-то успел оповестить. Нам неизвестно, кто, но нетрудно догадаться.
— Ну и что? Все эти проблемы — личное дело Хенри и его друзей.
— О, Боже! — воскликнул Лаббэк. — Да ведь это диверсия, чтобы поднять панику на бирже. Ни что иное, как государственное преступление. Хенри явно пытался спровоцировать гражданскую войну в Американо!
— Как много вы можете извлечь из двух почти ничего не значащих строчек донесения, господин секретарь.
— Я могу сказать больше. Президенту. Если вы участвовали в этом и утаили их планы…
— Что?!
Лаббэк не ответил, чтобы избежать открытой угрозы. Он повернулся и ушел вместе с дочерью и ее спутником. Ле Гран взял еще один стакан сока. Он разозлился на Лаббэка из-за его намеков. К тому же вся эта возня вокруг Хенри могла помешать собственной игре Отиса. Ле Гран не верил в то, что Хальтон Хенри мог вести себя так необдуманно.
«Лаббэк уверен, что у меня есть общие делишки с вице-президентом, — взволнованно думал Ле Гран. — Он убежден, что я вожу дружбу с Хенри. Ну и черт с ним! Зато я сумею показать Алисе, кто из ее советников поддерживает тайные связи с послом Окубо, а кто нет. — Ле Гран еще раз поднял стакан и залпом осушил его, так что на дне остались только выжимки. — Что бы ни случилось, — размышлял Отис, — Лаббэк вряд ли помешает моим планам в отношении Хальтона Хенри. Если все будет нормально, вице-президент появится в Шатто после полудня. И вот тогда, при встрече, я зачитаю ему смертный приговор». Ле Гран встал и направился в особняк, желая уединиться и получше все обдумать.
Полуденная жара привела Алису Кэн в тень кабинета. Необходимо было укрыться от потока ультрафиолета, который излучало мощное солнце системы Либерти. В особняке, по которому свободно бегали дети и собаки, царила прохлада. Алиса развлекалась беседой в дружеской компании. Ле Гран заметил, что рядом с ней сидела Кэрол Форд. Он отвернулся. «Не нужно возбуждать ревность Алисы, — подумал Ле Гран, отгоняя мысль о том, что, возможно, он мало что значит для Президента. — Хорошо, что Кэрол сидит рядом с ней. Во всяком случае, сегодня Алиса не будет подозрительна».
Всем уже было известно, что он тайный любовник Кэрол. Он пустил слух, будто бы оскорблен сплетнями, но это мало утешило Алису. «Эти женщины… — размышлял Ле Гран, раздражаясь. — Они просто не способны понять, что мужчина не властен над своими желаниями. Они находятся за гранью чувств и даже за гранью смертельной угрозы. К тому же некоторым мужчинам нужны не совсем обычные выходы для сексуальной энергии. — Ле Гран слегка улыбнулся. — Что мне действительно необходимо — так это две женщины в постели одновременно. Только это способно меня удовлетворить. Жаль, что кроме синтетиков мало кто может играть в такие игры, не испытывая ревности. Но синтетики скучны и утомительны своим однообразием.
Моя страсть — настоящие властные женщины. Подкрадываться к ним и ловить их в свои сети — самое лучшее развлечение. Завоевание Кэрол стало своего рода охотой. Но совсем недавно попалась еще одна — вдова Клайтона Шерфилда. Обе неплохи и скрашивают мои поражения в охоте за телом Алисы, хотя вряд ли они согласятся залезть в мою постель одновременно. Представляю, что бы стало с благонравной Алисой, если бы она увидела эту жанровую сценку, — сладострастно хихикнул Ле Гран. — Со времен СПИДа широчайшая сфера человеческого самовыражения оказалась под запретом. Лекарство давно найдено, но сексуальная свобода, к сожалению, не получила прежнего распространения. Черт бы побрал эти общественные пережитки, из-за которых я не могу заниматься хорошим сексом в открытую!»
Ле Гран собирался сделать Алисе Кэн дорогой подарок и смиренно во всем сознаться. «Простите, но я всего лишь человек, скажу я ей, — думал Отис, — и это залечит ее рану». Алиса в последнее время была с ним холодна. Она заставляла его помногу работать за пустяковое вознаграждение. Зато проявляла благосклонность к Лаббэку и с улыбкой выслушивала бесконечные комплименты Райнера. Алиса вовлекла их в интригу за спиной Ле Грана. Обычно он извлекал из этого выгоду, обманывая Хальтона Хенри снова и снова. Сегодня же Отис решил поставить вице-президента на колени. То, что Лаббэк раскрыл некоторые грязные делишки Хальтона, добавляло силы удару, который должен был его сокрушить. Но Ле Гран почувствовал, что от астронавта, который пришел вместе с Лаббэком, веяло какой-то контринтригой. Это насторожило Отиса, поэтому он решил поторопиться с осуществлением своего плана.
Движение в сторожевой будке усадьбы Шатто заставило Ле Грана поднять взгляд. Какой-то самолет запрашивал разрешение на посадку. Затем адъютант Ле Грана передал, что прибыл Хальтон Хенри. Отис поспешно обогнул внешний двор и прошел мимо охраны туда, откуда можно было увидеть вице-президента. Ле Гран наблюдал, как Хенри без сопровождения вылез из своего личного самолета. Отис испытывал к Хальтону особую ненависть. Вице-президент должен был стать жертвой, уступив Отису в их давней борьбе.
Все началось три года назад, когда их соперничество вылилось в жестокую ссору. Тогда Ле Гран через прессу уличил Хенри в преступном сотрудничестве с одной из крупных японских корпораций. Взбешенный вице-президент, завидовавший к тому же публичной фамильярности Отиса с Алисой Кэн, явился к нему со своим тестем, генералом Уотерсом. Хальтон пытался запугать Ле Грана, угрожая, что сотрет его в порошок при помощи своих людей и сделает это не в прессе и не по телевизору, а тайно — подстроит авиакатастрофу, например, или автомобильную аварию, да мало ли способов можно придумать…
Ле Гран сделал вид, что угрозы на него подействовали, и что он готов уступить и подчиниться. На самом же деле Отис начал плести невидимые сети для вице-президента, пользуясь всеми доступными ему средствами. Первую настоящую победу он одержал в своем поместье в Конкорде во время секретной встречи с Хенри, спровоцировав его на предательство Президента. Затем он специально прилетел к Кассабиану на Вайоминг, чтобы привлечь внимание Лаббэка к подрывной деятельности вице-президента. После этого он несколько раз встречался с Хальтоном, постоянно убеждая того, что его сестра Люсия может вновь занять президентское кресло в эти трудные дни. В противном случае Хальтон останется маловажной фигурой, контролирующей незначительную сферу и к тому же лишенной благосклонности Президента.
Ле Гран спешил осуществить свой план еще и потому, что жизнь Президента находилась в опасности. Если Алиса Кэн погибнет, поддержка Отиса испарится, как утренняя роса. Он завлекал в свои сети Хальтона с помощью надежды и лести. Надежда толкнула вице-президента на несколько ошибочных ходов. Прежде всего, провалился его план возвращения из ссылки Люсии — общественное мнение этому воспрепятствовало. Затем Ле Гран сыграл на дремлющей предрасположенности Хенри к Ямато, напомнив ему, какое положение тот занимал в администрации своей сестры. И вот лесть начала творить чудеса. Не случайно Люсия прибыла на Либерти именно в Филадельфию, прямо в семью делового партнера Хальтона — Сэма Квирка. Там вице-президент навещал сестру, подогревая свои обещания вернуть ей власть.
Согласно поправке 193 к конституции, они имели право провести досрочные выборы в течение шестидесяти дней после их объявления. Это означало, что проблему можно решить прямым электронным референдумом, если Люсия получит поддержку народа. Ле Гран уверял Хальтона, что у того в руках судьба Американо, поскольку он без труда сможет сместить свою сестру, и, вынудив ее уйти в отставку, унаследует президентский пост. Предложив эту схему, Отис сыграл на амбициях Хенри. Как только вице-президент проглотил приманку, Ле Гран исчез, оставив Хальтона перебирать в уме заманчивые предложения.
Сразу после этого Ле Гран отправил со своим курьером в Филадельфию секретное послание, адресованное Люсии. В нем он уверял ее, что может добиться досрочных выборов, спровоцированных проблемой Нейтральной Зоны, если экс-президент сочтет нужным в них участвовать. В то же время Ле Гран решил обезопасить себя на тот случай, если Алиса Кэн узнает о его интриге. Он отправился к Президенту и предложил ей разрешить затруднения, связанные с Люсией, путем досрочных выборов. Ле Гран мотивировал это тем, что накануне выборов можно предать гласности секретное предложение Люсии китайскому принцу, которое подорвет доверие к ней народа: кому захочется иметь Президента замужем за деспотом, способным расколоть страну.
Ле Гран терпеливо ожидал ответа Алисы, но та отмалчивалась. Затем он вновь посетил Кассабиана, чтобы убедить его, а через него и Конроя Лаббэка, что интрига достигла кульминации. Отис точно рассчитал следующий шаг. Терпеливо выждав неделю, он предложил Хальтону Хенри встретиться в Конкорде. Устроить китайскую свадьбу, решил Ле Гран, будет просто. Он получил ответ от Люсии Хенри, зашифрованный по-японски. Его глубокой ночью принес личный курьер экс-президента. Она писала, что согласна на предложение. Итак, путь свободен.
Ле Гран улыбнулся, вспомнив, как легковерный Хальтон поспешно прибыл в Конкорд, сгорая от нетерпения. Он был возбужден теми перспективами, которые открыл перед ним Отис, и они накрепко засели у него в голове. Вице-президент, кажется, окончательно потерял бдительность и прибыл один, без сопровождения. Ле Гран ненавидел его — ненавидел ухоженное самодовольное лицо, астматическую одышку, запах дешевого одеколона, повсюду сопровождавший Хенри. И кроме всего прочего, он презирал Хальтона за его безумную жажду власти.
— Мой дорогой Хальтон!
— Отис, рад видеть вас.
— Все просто отлично. Мы долго играли в покер и плели интриги. Теперь пришло время перейти к делу.
— Конечно, — живо отозвался Хенри.
— Разумеется, нельзя добиться всего сразу. Но у вас непременно появятся союзники. Во-первых, нам нужно разоружить Лаббэка. Для этого я хочу обратиться к Алисе с одним предложением, от которого она не сможет отказаться. У меня есть кое-что на уме, но сначала я должен взять с вас обещание, что вы доведете дело до конца.
— О’кей.
Ле Гран улыбнулся и положил руку на плечо Хенри.
— Вы знаете, я убежден, что вместе мы свернем горы. Вы умный человек, Хенри, и знаете о намерениях Лаббэка подтолкнуть Алису к войне с Ямато. И дураку понятно, что Американо не смеет даже надеяться выиграть эту войну. Если Алиса падет, она потянет за собой и вас. Но с вашими связями в Ямато вы могли бы разрушить эту угрозу одним ударом. Шестьдесят дней — достаточный срок, чтобы настроить общественное мнение против Алисы. В таком случае у вас появится шанс занять ее место.
Никогда еще интрига в своей последовательности не представлялась Хенри столь ясно, как теперь. Слова Отиса пронзили Хенри, словно лазерный луч. У Хальтона начался астматический приступ, и он с трудом отдышался.
— Да. Я мог… Я мог бы это сделать. Но только с вашей помощью, Ле Гран.
— Я нужен вам, но подумайте, насколько больше моя зависимость от вас. Моя задача не так уж сложна. Зато выполнив ее, я навсегда окажусь в вашей власти…
— О, не беспокойтесь об этом. Добрые дела вознаграждаются.
— Вы будете распоряжаться всем Американо и, я надеюсь, окажете мне одну услугу.
— Что вы имеете в виду?
— Право, не знаю, как сказать. Не могли бы вы придумать способ избавиться от корпорации «Халид»? Уверен, вы недолюбливаете Райнера и легко бы убедили Сэма Кирка сделать это…
— А вы тем временем поставите меня под удар и бросите в самый трудный момент. Почему я должен верить вам?
Ле Гран развел руками.
— В таких делах никто не может гарантировать полную безопасность. Я не в состоянии сделать для вас все необходимое. Кое-что вы должны устроить самостоятельно.
— Почему вы так уверены, что Алиса согласится на выборы? Как вам удастся ее убедить вопреки советам Лаббэка? Она ведь не дурочка. С этим государственным секретарем ее трудно спровоцировать на необдуманные поступки. Может быть, вы просто пытаетесь заманить меня в ловушку?
— Перестаньте, Хальтон. Мне — сорок семь, Президенту — сорок шесть. Я знаю ее с пяти лет, поэтому ближе к ней, чем кто бы то ни было. Мне известны все нюансы ее натуры. Мои аргументы всегда были важны для нее.
— Да, но она никогда не соглашалась выйти за вас замуж, правда?
— А вы уверены, что я всегда стремился к этому? Она никогда не выйдет замуж ни за кого. Мне это слишком хорошо известно. В этом смысле у меня никаких перспектив. Больше всего мне хочется свергнуть Лаббэка. Именно ради этого я пойду на любой риск и добьюсь этого любой ценой.
— Да? — заговорщически усмехнулся Хенри.
— Вы согласны?
Глаза Хальтона сузились.
— Когда вы изложите ей суть дела? — спросил он.
— Как только вы подпишете документ об уничтожении корпорации «Халид». Естественно, все останется между нами, пока мы не начнем действовать.
Хенри еще сильнее заколебался.
— Вы хотите поместить меня между молотом и наковальней.
— Простите, но я не могу предложить другого плана.
— А что, если Алиса откажет и запретит выборы?
— Она этого не сделает.
— И все-таки?
Ле Гран вскипел от нетерпения, но вынужден был остудить свой пыл.
— Я не вижу другого способа. Но если она откажет — что из этого? Вам нечего бояться. Вы — вице-президент, государственный деятель, защитник высших интересов Американо, и ваш долг — открыто выражать эти интересы. Вы стремитесь только к общественному благу и делаете то, что предпринял бы на вашем месте каждый, обладай он подобной властью, влиянием и связями. Вы пытаетесь установить прочный и длительный мир с Ямато ради процветания Американо. Пойдите на телевидение, обратитесь к народу. Разве это преступление — желать мира и высказать это открыто? Нет! Неужели вы не видите, Хальтон, что все это не представляет для вас никакой опасности? Вы просто выльете ведро дерьма на чужую голову.
— Значит, это дерьмо уже приготовлено. Ну конечно.
Ле Гран пожал плечами.
— Тоже мне, государственный деятель! Именно таким образом делают политику.
— Мне что-то не нравится ваш тон, Отис.
Отчужденность в голосе Хальтона заставила Ле Грана на мгновение насторожиться. У него даже мелькнула мысль, что сейчас Хенри скажет о том, что разговор записывался на пленку, и он сам угодит в собственную паутину. Но ничего этого не произошло, и Ле Гран поспешно продолжил игру.
— Послушайте, Хальтон, извините меня за грубость, но я не хотел вас обидеть.
— Рад слышать это, Отис. Вам следовало бы знать, что со мной нельзя так себя вести. Мы очень отличаемся в этом отношении друг от друга. Мы ведь всегда были очень разными людьми, правда?
Ле Гран унял гордость в предвкушении будущей победы.
— Да, я думаю, вы правы. Но это не помешает нам закончить начатое дело.
— Я уже говорил, что цена, которую вы просите, слишком высока. Посудите сами: у Люсии есть отличная возможность занять президентский пост. Она популярна не меньше, чем Алиса. Но для предвыборной кампании понадобятся сотни миллионов кредитов. Между тем у меня имеется другой, более простой и надежный ход. Уотерс и Уэстерленд могут склонить на свою сторону армию. К тому же всегда есть барон Харуми. Как вы сами уже успели заметить, его присутствие на Гуаме значительно поднимает ставки.
Ле Гран зашипел на него.
— Вооруженный удар? Но это безумие! Мятеж ввергнет Американо в гражданскую войну и поставит сектор под агрессию Ямато! Угроза вторжения, конечно, может послужить оружием в вашем арсенале. Но американский народ никогда не поверит человеку, который приведет к ним убийцу Харуми… И пяти минут не поверит!
Хальтон презрительно и хрипло рассмеялся.
— Как вы заботитесь об американском народе, Отис. На меня бы произвело большее впечатление, если бы вы предложили мне открыто попросить Алису о помиловании, без разговора о семье Халид и подписания тайных контрактов.
— Пожалуйста, — холодно проговорил Ле Гран. — Выбирайте сами, захватить ли президентское кресло силой или пойти по тому пути, который предлагаю вам я. Вы можете взять Линкольн штурмом, а можете спокойно войти в него, пользуясь народной любовью. Выбирайте то, что вам больше по вкусу.
Наступила короткая пауза.
— Дайте мне контракт, — решительно проговорил Хенри.
Они уселись и начали обсуждать детали. Разрушение корпорации — с одной стороны и контроль за голосами избирателей — с другой. Ле Гран с трудом верил своим глазам, когда Хальтон подписывал контракт. Он едва смел мечтать об этом. Ле Гран вспомнил эту встречу со злорадством. Тем не менее его пугала альтернатива, о которой говорил ему Хенри. «Что, если он действительно пойдет другим путем? Мятеж во внешних системах сектора Американо. Армия грабителей, приобретающая мощную поддержку по пути в Линкольн! Господи! Что за жуткая перспектива!»
Ле Гран представил, как главнокомандующий армии Уотерс стучит в его дверь, делает его, Ле Грана, публичным «козлом отпущения», устраивает показательный суд за измену, а затем — такая редкая смертная казнь… Душу его поглотил холодный черный вакуум, пот заструился по виску, и Ле Гран заставил себя вернуться к действительности. Он еще раз все хорошо взвесил и понял, что его страхи напрасны. Подписав соглашение, Хенри становился всего лишь беспомощным астматиком, а не властелином мира. Он никого не мог вдохновить на un coup d’etat.
Поставив подпись под контрактом, Хальтон подписал себе смертный приговор. Остальное становилось не сложнее игры в куклы.
Ле Гран увидел Хенри. Он шел один, не взял с собой ни генерала Уотерса, ни Курта Райнера, которые могли бы оказать ему поддержку. Лицо Хенри заметно покраснело, когда он поднялся с сиденья пилота и выбрался из своего самолета. Он хлопнул дверью в форме крыла чайки и зашагал по дорожке, бросив взгляд вверх, на декоративные часы сторожевой башни. Хенри нервно мял лайковые перчатки и заходился судорожным кашлем.
Вице-президент своим появлением разбудил охотничью собаку в ярко-красном ошейнике.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
 вино гарнача арагон 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я