научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/mebel/zerkalo-shkaf/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Потом, правда, отошёл немного. А когда провинившийся кадет докладывал про интервью с Эвелиной Уроцкой, старик крякнул, покосившись на окружающих:— Ох, хитрецы… Шельмы!Услышав про потерянное суворовское удостоверение, начальник училища помрачнел и даже перестал фыркать в усы.Теперь Иван Царицын стоял перед Еропкиным и Савенковым на вытяжку, сглатывал сухие слёзы и осознавал главное: теперь уж точно отчислят. Погоны сорвут. Позор.А что поделаешь? Пришлось Царицыну всё рассказать. Генерал потребовал. И про страшную месть, про Уроцкого и пушку-сорокапятку. А кадеты не лгут. Кадеты имеют, конечно, право на военную хитрость — однако такая хитрость применима только против врага. А начальник родного училища — не враг, ему надо отвечать по правде. Всё. Точнее — почти всё. Разумеется, Ваня ни разу не упомянул про Петрушу Тихогромова. Это противоречило бы не менее важной кадетской заповеди: «Береги брата-кадета, не подставляй товарища под удар». В результате генерал Еропкин услышал слегка адаптированную версию событий, согласно которой Царицын якобы вытаскивал пушку из пруда единолично. И «корочку», разумеется, потерял не кто-нибудь, а сам Иванушка.«Дело, братцы, пахнет отчислением!» — эта мысль неотвязно ворочалась в голове Царицына, как шипучая змея. А во всём виноват проклятущий Тихогромыч! Ваня, конечно, успел добраться в Жуковку и прибрать валявшуюся на газоне красную корочку, благо, журналист Уроцкий ещё не проснулся. Однако, возвращаясь в училище, кадет Царицын попал прямо в лапы лейтенанта Быкова. Причём в самый ответственный момент, а именно в роковой миг перелезания через забор.— Сплошнейшее безобразие! — повторял генерал, с беспомощным видом оглядываясь на Савенкова. Однако старый контрразведчик и сектоборец слушал рассказ Царицына с нескрываемым любопытством, а иногда даже со стула подскакивал и начинал расхаживать, потирая руки, пожирая Иванушку взглядом.— Позорище на всю страну! — стонал Еропкин, откидывая седую голову и закрывая ладонью глаза. — Что теперь делать? Как быть?..И вдруг спросил кратко, не отрывая ладони от глаз:— Нашли хоть? Царицын вздрогнул:— Так точно, товарищ генерал-полковник. Нашли…— А этот… Урод… Урицкий… — генерал несколько замялся, подыскивая приличествующее слово. — Журналист… видел Вас?— Никак нет, товарищ генерал-полковник, — поспешно ответил Иванушка и шмыгнул носом.— Он ещё спал. И собаки тоже спали. Я осторожно перелез, подбежал, а удостоверение на траве лежало, прямо возле пушки.— Быков, — глухо позвал начальник училища. — Надо бы орудие-то… это самое… вернуть бы его на место. И желательно без шума. Попросите старшину, пусть подгонит туда грузовик… ну и… чтобы всё грамотно.— Есть, товарищ генерал, — кивнул Быков, пряча улыбку.— Я сожалею, дорогой друг Севастьян Куприянович, что Вы поневоле сделались свидетелем этого скандала, — Еропкин обернул красное лицо к Савенкову. — Хочу заверить Вас, что таких недисциплинированных, распущенных хулиганов, как Царицын, в нашем училище больше нет. Это уникальный случай.— М-да, случай и правда редкий, — усмехнулся Савенков, глядя на Иванушку поверх очков. — Молодой человек очень изобретателен.— Разрешите доложить, товарищ генерал, — подал голос Быков. — Насчёт изобретательности — очень верно замечено. Под его руководством наши воспитанники не один фокус отчебучили. То ракету самодельную изготовят, то памятник Суворова конфискованными ландышами по пояс завалят, а ещё был случай — изобрели новый способ подметания территории. С использованием мускульной силы служебных собак. Было такое, Царицын?— Виноват, товарищ генерал, — Иванушка опустил голову. — Пожалуйста, не отчисляйте меня. Я исправлюсь, честное кадетское слово…— Погодите-погодите, я припоминаю! — насторожился Еропкин. — Самодельную ракету… это которая угодила в окно известного писателя?Быков уточнил, что праздничная ракета была запущена в честь дня рождения графа Суворова, а к писателю залетела абсолютно случайно.— Постойте! — генерал щёлкнул пальцами. — Ведь Вы докладывали мне, что ракету придумал этот самый… отличник наш, юный гений, лучший в училище… как его фамилия, вылетело из памяти. Прозвище ещё смешное у него — Иван Царевич. Лейтенант, напомните фамилию вундеркинда из Вашей роты…— Вот он и есть, товарищ генерал-полковник. Перед Вами, — сказал лейтенант Быков, кивая на провинившегося кадета. — Иван Царицын, по прозвищу Иван Царевич. Призёр многочисленных конкурсов и олимпиад, главный хулиган в моей роте. Замучал своими фокусами, товарищ генерал-полковник.— Минуту! — Еропкин вздрогнул. — Теперь я вспомнил: действительно, Иван Царицын! Ведь это Вы, молодой человек, минувшей зимой победили в городской олимпиаде по истории Отечества?— Так точно, товарищ генерал-полковник, — ответил за Иванушку Быков.— А конкурс на приз мэра по химии? А кубок Северного округа по радиоэлектронике — тоже Ваша заслуга, не так ли?— Лучший ученик в параллели, товарищ генерал-полковник, — доложил Быков не без гордости. — За прошлый год заработал училищу четыре медали, два кубка, шесть почётных грамот и переходящий портрет Крузенштерна.— Послушайте, Иван Царевич, — спросил доктор Савенков как бы невзначай, — а Вы по-английски разговаривать умеете?— Разрешите доложить, — опять встрял Быков. — Болтает, стервец, со страшной силой. Полгода назад цинично обманул известного детского писателя Мылкина. Позвонил писателю домой, назвался сыном американского генконсула. И на чистейшем американском диалекте пятнадцать минут умолял о встрече. Дескать, мечтает заполучить автограф великого писателя.— Мылкин? Это который про юных ведьмочек целый сериал написал? — спросил Еропкин. — Знаю-знаю, у меня внучка читает.Сказав последнюю фразу, генерал погрустнел.— Так точно, про ведьмочек. Про 38 людоедов. Тот самый Эд Мылкин. Его книжки теперь на английский переведены. В итоге, очень нехорошо получилось. Писатель пришёл в условленное место, а никакого сына американского генконсула там не оказалось. Зато оказалась большая толпа пьяных байкеров из группировки «Ландскнехты преисподней», у них в этом скверике как раз что-то навроде слёта происходило.— И что?— Ну… напугали писателя немножко. Впрочем, он вскоре оправился, сейчас опять книжки пишет.— Скажите, Быков, а почему… я только сейчас узнаю об этом? По какой причине не докладывали? — поинтересовался начальник училища, глядя чуть исподлобья, как лев на провинившегося жирафа.— Ну так… товарищ генерал, мы не хотели Вас беспокоить по мелочам. Царицын своевременно понёс заслуженное наказание.— Так точно, — буркнул Ваня. — Шесть нарядов по столовой: кастрюли драить.— Минутку. Разрешите полюбопытствовать, — остро сощурился доктор Савенков, — писатель, получивший праздничную ракету в окно, и писатель, которого заманили на съезд байкеров, — одно и то же лицо, не так ли? За что господа кадеты так невзлюбили Мылкина?— Разрешите честно сказать, товарищ генерал-полковник? — Царицын поднял глаза. — Этот человек написал учебник по истории, в котором представил Александра Васильевича Суворова сумасшедшим, сварливым алкоголиком. А суворовская «Наука побеждать» в этом учебнике преподносится как «наука дребезжать».— Вам не удастся выкрутиться, Царицын, — вздохнул генерал. — Мы Вас всё равно отчислим. Ваша месть писателю Эдуарду Мылкину и журналисту Уроцкому — дерзкое самоуправство. Такие хулиганские выходки, знаете ли, несовместимы со званием суворовца.Эти слова обожгли Ваню. Его качнуло, тихо закружилась голова.— Товарищ генерал… нет! Пожалуйста, не выгоняйте, — прошептал кадет.Мысли смешались в голове Царицына, он хотел сказать, хотел объяснить, что это была не бездумная шалость! Ещё в прошлом году Ваня запоем читал книги о великой Империи, об офицерской чести… и смотрел старинные фотографии, поражаясь тому, какие удивительные лица были у царских офицеров. Как у ангелов-воителей! Ваня чувствовал необъяснимое родство с этими давно ушедшими людьми. И тогда он решил, что будет последним офицером забытой Империи. Что в нынешней России, продажной и загаженной, он будет защищать их светлую, честную память. Если надо — в одиночку.Ванька верил, что генерал обязательно простил бы его, но… стоило подумать об отчислении и сразу сделалось дурно. Язык на самом деле прилип к гортани. А генерал и не желал выслушивать оправданий:— Сначала Вы принесёте извинения журналисту Уроцкому. А затем с Вас сорвут суворовские погоны и с позором выставят за ворота училища. Быков, подайте сюда бумагу и перо. Я немедленно подпишу приказ.Бумагу-то генералу подали, а вот перо не сразу нашлось. Пока Быков хлопал себя по карманам, доктор Савенков поднялся со стула и подал было Еропкину свою авторучку, да вдруг — вцепился пальцами и не отдаёт! А сам наклонился и быстро прошептал что-то на ухо начальнику училища.— Что? Ты шутишь? — удивился генерал Еропкин.— И не думаю шутить.— Но послушай, ведь… это шпана какая-то, а не кадет! Нарушитель дисциплины, озорник и проказник! Просто хулиган!— О нет, друг Тимофей Петрович, — очень серьёзно сказал Савенков. — Это не просто хулиган. Это хулиган с принципами.Помолчав немного, добавил:— Принципы — это разум сердца. Ваш Иван Царевич не просто проказничает. Он защищает то, что любит. Такие люди нынче великая редкость.— Кого же, с позволения спросить, защищает этот юнец?— Посуди сам, Петрович, — сказал Савенков негромко, чтобы Ваня не слышал. — Честь Суворова. Честь армии. Эти слова для парня — не пустой звук. В нём есть твёрдость. Я его выбираю.Генерал Еропкин развёл руками.— Ну… гляди, как бы парень не подвёл тебя.— А мне кажется, он теперь горы свернёт, — ответил Савенков совсем уже шёпотом. — Всё сделает, лишь бы заслужить прощение.Доктор с Лубянки снял узкие лекторские очки и поглядел на Иванушку в упор. Глаза у Савенкова оказались почти такие же синие, как у кадета, — только не ясно-васильковые, а словно выгоревшие на солнце.— А скажите нам, Царицын, вот какую вещь. Вы могли бы перелезть через стену древнего замка? — спросил Савенков с невинной улыбкой.— Суворовец Царицын занимается на факультативных курсах по спортивному альпинизму, — услужливо сообщил Быков.— Я только начал учиться, товарищ лейтенант! — быстро сказал Ваня.— Ага, начинающий нашёлся, — не унимался Быков. — В прошлом году суворовец Царицын, находясь в увольнительной по случаю своего дня рождения, глубокой ночью при помощи троса спустился с крыши пятиэтажного жилого дома на улице Тютчева и раскрасил чёрной краской девицу на рекламе пива. Как называлось пиво, Царицын?— «Титьков», — буркнул Ваня. — Там была голая женщина нарисована. Без трусов.— Не понял! — насторожился генерал, он глядел на Царицына с нескрываемым ужасом. — Что Вы сделали с бедной гражданкой?— Не с гражданкой, товарищ генерал, а с рекламой, — успокоил начальника Быков. — Большое рекламное панно на стене дома висело, на уровне четвёртого этажа. Русская красавица в кокошнике. Кроме кокошника — ничего. Суворовец Царицын взял баллон с чёрной краской и нарисовал девушке двухметровые трусы.— Это ещё зачем? — полюбопытствовал Савенков.— Кадет обязан вступиться за честь женщины, — не поднимая глаз, сказал Царицын. — Они её на всеобщее обозрение выставили. А нам с ребятами за барышню стыдно стало.— Потрясающе, — доктор Савенков оживился. — Вы, Царицын, кроме всего прочего, ещё и скалолаз? Итак, стена старинного замка для Вас не препятствие?Иванушка задумался.— Неплохо бы знать высоту стены. И какое у меня будет снаряжение?— Снаряжение… ну, допустим, у Вас будет блок-ролик, пара зажимов для подъёма и спусковое устройство самой лучшей фирмы, — сказал Савенков. — А высота стены нам точно не известна. Думаю, не больше пятнадцати метров.— Материал? — прицельно сощурился Иванушка.— Армированный бетон, отделанный декоративным облицовочным покрытием под старые камни.— Бесшумно не получится. В облицовке придётся сделать небольшие выбоины, — подумав, сказал кадет. — Вопрос: а шуметь можно будет? Если да, тогда нужна ударная дрель на аккумуляторах. А перелезать надо ночью или при дневном свете?Вместо ответа Савенков многозначительно покосился на Еропкина.— Думается, вам лучше продолжить разговор в моём кабинете, — тяжко выдохнул начальник училища. Глава 9.Разведка bоу-ем Казаки везде пролезут. А. В. Суворов. Три воинские искусства — Садись, суворовец Царицын, на стул. Вот тебе стакан чаю, бери баранку. Грызи и слушай внимательно, — приказал генерал Еропкин.Иванушка послушно сел, взял баранку и приготовился слушать, украдкой разглядывая двух великих людей, сидевших напротив. Начальника училища он уважал безмерно — почти так же, как самого графа Суворова, — и, честно говоря, до сих пор не мог поверить, что удостоился чести перешагнуть порог генеральского кабинета. Генерал Еропкин напоминал Ване Царицыну тех самых царских офицеров. Иногда Царицыну казалось, что начальник училища был родом из дореволюционной России, что он тоже был человеком Империи — только тщательно замаскированным.Что же касается жилистого старика в лекторских очках, то он вызывал у Иванушки не столько симпатию, сколько жгучее любопытство. Что-то необычное, почти киношное было в этом человеке. В сканирующем взгляде пульсировало въедливое любопытство матерого хищника-интеллектуала. Однако этот молодой жар во взгляде Савенкова непостижимым образом соединялся с лёгким блеском расслабленной стариковской иронии. Временами Савенков был похож на высохшего в бесконечных походах колониального англичанина, а иногда — на немецкого профессора археологии. Царицыну было страшно представить, сколько всяких интересностей связано было с доктором Савенковым. Он догадывался, что эти глаза видели немало: и закат в саванне, и рассвет в джунглях, а пожалуй, и горящие танки в горах… Этот человек, может быть, свергал режимы, побеждая хитрейших аналитиков Пентагона и Ленгли, а теперь вот скромно так посиживает в кресле и как простой смертный попивает зелёный чаёк.— Ну что, Севастьян Куприяныч, для начала картинки покажем? — сказал генерал Еропкин, засунул баранку в роскошные, мягкие седые усы и хрустнул ею там.— Конечно, как же без весёлых картинок, — доктор Савенков вытянул жилистую руку с пультом. — Смотрите, юноша. Это север Соединённого Королевства, один из Шетландских островов.Экран мигнул, и возникло изображение довольно мрачного замка — нагромождение готических башен, чёрных шпилей, толстых морщинистых стен и зубастых бастионов, нависших над пропастью. Ярусы древних укреплений многократно опоясывали скалистую вершину, словно кольца огромной гадюки, — казалось, что замок медленно взбирается к облакам, точно огромная, каменная, холодная, мерцающая змея.— Перед Вами школа имени Мерлина. Колледж для юных волшебников. Это рекламная фотография, — произнёс Савенков. — А вот так выглядит данное безобразие из космоса.Экран мигнул, возник чёрно-зелёный снимок.— Чего тут только нет. Свой аэродром, вертолётные площадки на крышах, антенны спутниковой связи. Тройной охраняемый периметр с контрольно-следовой полосой, электрической запиткой и круглосуточным патрулированием с вышек и вертолётов. А это знаете что? Это бункер, выдерживающий прямое попадание современной авиабомбы. Таким вот хитрым образом оборудовано учебное заведение юных волшебников.— Простите, товарищ генерал, можно вопрос? — спросил Иванушка, с интересом приглядываясь к картинке на экране. — Вот здесь у них, кажется, находится астрономическая обсерватория?— Точно так. Ещё имеется шесть библиотек, девять кинотеатров, четыре больших танцпола, зал для занятий йогой на 300 человек, центр медитативной рефлексии, две биохимических лаборатории, лаборатория генной инженерии, подземный боулинг…— Интересно-интересно, — Иванушка сощурился на экран и, увлекшись картинкой, начал даже немного раскачиваться на стуле, чего, согласитесь, не стоило делать в присутствии старших, а уж тем более, начальника училища. — А зачем всё это понастроили?— В этом замке ежегодно обучаются от четырёх до шести тысяч юношей и девушек в возрасте от 12 до 16 лет. Приезжают сюда со всей планеты. Особенно много детей из США, Японии, Австралии…— А наши ребята? — спросил Иванушка.— Ровно год назад и наши впервые появились на этом острове, — доктор Савенков голубовато мигнул очками. — Приехали на обучение. А теперь не могут назад выбраться.— Странно, — удивился Ваня Царицын. — Вроде бы Соединённое Королевство — цивилизованная страна. Неужели там захватывают русских детей в заложники?— Ещё как захватывают, — поморщился доктор Савенков. — Только не в погребе держат и не верёвками привязывают, как в Чечне. У них в Шотландии система похитрее. Психологическое воздействие, мой юный друг, обработка сознания.— Дурят мозги деткам, вот и весь сказ, — генерал Еропкин рубанул красной ладонью столешницу. — Обманывают посредством разных там, ядрёна-гангрена, волшебных фокус-покусов. А Вы, Царицын, прекратите раскачиваться.Доктор опять нажал кнопку, и на экране возникло изображение группы улыбающихся подростков, облачённых в ярко-лиловые и пурпурные балахоны.— С одной стороны, замок — что-то вроде всемирного ПТУ для будущих специалистов в сфере паранормальных явлений, левитации, медитаций и прочей опасной муры. Слушателям выдают вот такие мантии и колпаки, сшитые в Китае. Проживают дети в студенческом городке, где все комнаты декорированы в средневековом готическом стиле. Ну, а с другой стороны, при колледже имеется огромный тематический парк.— Это что такое? — тихо спросил Ваня, не отрываясь от экрана.— Целый город аттракционов с разными модными фокусами. По образцу книжек про Гарри Поттера. Имитация полётов в ступе и тому подобное.— А это, случайно, не секта? — Ваня, точно прицеливаясь, сощурился на экран, на лиловые балахоны. — Я слышал, лет десять назад всякие богатые секты заманивали наших ребят за границу. Якобы на учёбу.— Не исключено, мой друг, — кивнул Савенков. — Во всяком случае, всё задумано с большим размахом. Вот, например, любопытный факт: волшебный замок сам обеспечивает себя питанием. На острове две птицефермы, свиноферма, тепличное хозяйство. Имеется свой незамерзающий порт, принимающий паромы и грузовые суда из Шотландии. Чуть пониже замка на берегу построена даже приливная гидроэлектростанция, которая снабжает колледж электроэнергией.— То есть остров как бы… независим от остального мира? — спросил Иванушка.— В известной степени так, — кивнул доктор Савенков. — Охрана замка насчитывает около 80 человек, есть и служебные собаки. На территории несколько сотен видеокамер открытого и скрытого слежения, имеются сигнальные инфракрасные маяки, системы дистанционного прослушивания. Все внутренние помещения оборудованы электронными замками, открывающимися при помощи микрочипов, причём коды меняются каждую неделю.— Куприяныч, ты расскажи, сколько они сжирают за неделю, эти маленькие волшебники! — насупился генерал Еропкин.— Колледж потребляет еженедельно 15 тонн свинины, столько же курятины, 50 галлонов апельсинового сока, 300 галлонов газированной колы, 60 килограммов картофельных чипсов, 4500 леденцов на палочке, 5 тысяч пачек сигарет, 15 тысяч пачек жевательной резинки. Возникает вопрос: кто платит за всё это, кто финансирует эту школу волшебства? А главное — с какой целью воспитываются тысячи молодых ведьмаков и колдуний? Для каких таких исторических свершений?Савенков выдержал паузу и прибавил с тонкой улыбкой:— Итак, господин кадет… Хотите побывать в этом удивительном замке?Иванушка чуть не подскочил вместе со стулом. Но сдержался — несолидно.— Нужно провести разведку? — небрежным голосом уточнил Царицын, с подчёркнутым усилием подавляя зевок. Сердце его при этом прыгало от радости, как жеребёнок на мелководье.— Только не боем! — поспешно сказал, почти крикнул генерал Еропкин. — Вы в состоянии провести обычную, мирную разведку — без взрывов, без пальбы и обугленных корпусов? Вы согласны отправиться в замок на пару дней, осмотреться там и вернуться назад?«Ур-р-ра! Взрослое задание — волшебников уничтожать!» — очень хотелось крикнуть суворовцу Царицыну. Однако он солидно помолчал, как бы размышляя, затем вытянулся и твёрдо сказал:— Готов служить России, товарищ генерал!Голос всё-таки подпрыгнул — Царицын покраснел и сел обратно на стул, не сводя с генерала совершенно счастливого, влюблённого взгляда.— Эх-хе-хе… — вздохнул генерал Еропкин. Видно было, что он вовсе не уверен в том, что поступает правильно. — Ну, Царицын, слушайте задание. В замке Мерлина удерживаются пятеро ребятишек из России, воспитанники детских домов. Вам нужно встретится с детдомовцами, поговорить с ними, так сказать, по-человечески, ядрель-макрель… Правильно я говорю, Севастьян Куприяныч?— Совершенно правильно, Тимофей Петрович. Кадет Царицын должен выяснить, что мешает детям вернуться на Родину. Кто заставляет их делать антироссийские заявления. Выяснить — и спокойно покинуть академию Мерлина.— Мерлин… — прошептал Иванушка. — Странное название.— Самодельной взрывчатки с собой не брать, ясно?! — грозно пыхнул Еропкин. — Пленных, языков, трофеев — не брать. И — без диверсий! А то давеча в Жуковке Вы, прямо скажем, немного перестарались.Иванушка вздохнул. Доктор Савенков неспешно расхаживал по комнате, похрустывая пальцами.— На днях в Великобританию отправляется детский коллектив народного танца «Петрушки» из города Иваново-Вознесенска. Мы прикрепим Вас к этому коллективу под видом танцора или музыканта. Вы получите визу и поедете в Шотландию на поезде.— Через Париж? По туннелю под Ла-Маншем? — быстро спросил Иванушка, и глаза его заискрились.— Да, под Ла-Маншем. Но туннель взрывать не надо, — пошутил доктор Савенков. Спокойным, очень домашним голосом он пояснил, что требуется тихо-мирно доехать до шотландского города Глазго и уже в Глазго потихоньку отбиться от фольклорного коллектива.— Вы грызите баранки, Царицын, грызите, — ободрительно прошептал генерал Еропкин, пододвигая Иванушке блюдце. — И с собой берите, в карман, не стесняйтесь. В Глазго, чай, баранок днём с огнём не сыщешь.— Итак, в городе Глазго Вас найдёт наш сотрудник. Его имя — Виктор Петрович Телегин. Он доставит Вас далее, на остров Лох-Хоррог. Однако внутрь замка Вы пойдёте без него. Когда выясните, что происходит с нашими детдомовцами, сразу покинете академию Мерлина. Вам нужно будет подать Виктору Петровичу условный знак при помощи радиомаячка. Он подберёт Вас и доставит в Москву. Вопросы есть?— Есть один вопрос, товарищ Савенков. Что если меня выследит охрана замка? Наверное, нужно будет отстреливаться…Ваня с надеждой посмотрел на Савенкова. Очень хотелось получить шпионский пистолет, желательно бесшумный, и чтобы стрелял маленькими шприцами. Или пулемёт, замаскированный в школьном портфеле.— У Вас будет металлическая гербовая бляха, которая в академии Мерлина играет роль студенческого билета. Кроме бляхи, господин кадет, мы дадим Вам обычные, бумажные документы. Вы покажете всё это охране, если потребуется. Но, скорее всего, проблем не будет. Вы проведёте в замке всего два дня, и за это время сотрудники службы безопасности центра Мерлина навряд ли успеют отследить Вас в толпе сверстников.— Почему не успеют? — удивился Иванушка.— В академии Мерлина живут и учатся тысячи детей из разных стран. Кто всерьёз на волшебника обучается, кто — на аттракционах балдеет. Толчея сумасшедшая. В этой толпе никто не обратит на Вас внимания. Если Вы, конечно, не будете на глазах у всех размахивать оружием и петь на русском языке воинские песни.Сказав это, Савенков сделал паузу, достал из внутреннего кармана перо и вопросительно навёл на Иванушку очковые стёкла:— А теперь скажите, господин кадет, что Вам нужно для успешного проведения операции.Ваня взъерошил светлую макушку:— Значит, ага. Перелезаем через стену, незаметно пробираемся, ищем русских детей, вступаем в контакт, вытягиваем всю правду… И потом назад уползаем через стену. Угу… Один не сдюжу. Помощник нужен, напарник.— Как у нас с напарниками? — Савенков вопросительно обернулся на генерала Еропкина.— Погоди-погоди, Куприяныч, так нельзя! — возмутился Еропкин. — Договаривались об одном кадете! Напарник у Царицына и так имеется! Ты ж только что говорил про бывшего подполковника десантуры…— Ивану нужен напарник для работы внутри замка, — твёрдо сказал Савенков. — Для страховки.— Что, ещё один конкурс устраивать?— Товарищ генерал, разрешите доложить? — подал голос Царицын. — Не надо конкурса. У меня есть надёжный человек. Просто кремень, а не парень. Глава 10.У генерала Честь затоптана в грязь, порок торжествует, а поэтому я, как честный человек, должен явиться мстителем. А. П. Чехов. Мститель Уже не по-летнему вечерело. Спелое солнышко старательно подсвечивало оранжевым да розовым купола Донского монастыря, когда к самому подъезду добротного сталинского дома, где жил генерал Еропкин, подкатил угловатый немецкий джип. В нём находилась любопытная компания: два генерала и два кадета-суворовца.— Вань, а Вань! — весело пыхтел Тихогромов, громыхая сапогами по ступенькам. — Скажи, ракетные ранцы нам дадут? А снайперские винтовки?— Ага, дадут, — посмеивался Царицын. — Также получишь табельную скатерть-невидимку, шапку-самобранку и коня-горбуна с глушителем!Комнатка, выделенная для юных разведчиков, была небольшой и чистенькой. Мебели, за исключением письменной конторки да пары здоровенных шкафов с военными мемуарами, не было. Зато имелся выход на огромный балкон.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36
 вино livernano 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я