научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/dushevie_poddony/80x80cm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Хорошо, — кивнула Мак-Нагайна с видом удава, которому только что принесли маленького пушистого крольчонка. — Пригласите, пожалуйста, господина Детектора.Господин Детектор появился почему-то очень быстро. Горбатый, в чёрно-серой сырой хламиде, он всё-таки, кажется, был человеком. Бесшумно вышел на середину. На голову до самых плеч натянут не то колпак, не то остроконечный балахон, как у средневековых палачей… — Перед ним поставили стул.— Иди, девочка, — Мак-Нагайна больно сжала Надин локоть и потянула вперёд. — Садись на стульчик. Будешь отвечать на вопросы.— Я не хочу… — прошептала Морковка. — Кто это? Это палач?!— Не бойся, девочка, — немного раздражаясь и часто сглатывая, говорила Мак-Нагайна, подтаскивая Надиньку к стулу. — Он ничего не сделает, только подержит пальцы у тебя на голове…— Не трогайте девчонку! — крикнул Ваня. — Ей страшно!— Это не важно, — с улыбкой сказала Мак-Нагайна и склонилась к Надиньке. — Если ты хочешь, можешь поплакать. Это нам не мешает.Надя Еропкина была отважной девочкой. Но даже генеральская внучка тихонько завизжала, когда её стали усаживать — спиной к страшной безликой фигуре, похожей на отвердевшее привидение. А когда зашевелились суставчатые кости в седой заверти рукава, когда потянулись вперёд темноватые пальцы с искривлёнными ногтями…— Не-ет! Ай, холодно! — заверещала она. — Пустите, пустите, не-ет!И вдруг затихла — только зубы стучат. Это ледяные пальцы проникли в её волосы и коснулись кожи.— Тебе не будет больно, — прошептала ей на ухо Мак-Нагайна, а потом с улыбкой добавила:— Если, конечно, ты не будешь врать.— Я н-никогда н-не вру, — немного заикаясь, простонала девочка. От страха она уже, казалось, не могла и пальцем пошевелить.— Разрешите мне задать несколько вопросиков? — рыжая Сарра тощей кошечкой скользнула поближе. — Как твоё настоящее имя, девочка? Зачем ты приехала в этот замок?— Н-н… Н-надежда… — заикаясь, пополам с беззвучными рыданиями отвечала Морковка. — Я х-х… хотела стать волшебницей…Рыжая Сарра быстро глянула на Детектора, потом снова на девочку — в глазах её мелькнуло изумление. А Надинька, вспомнив про свою мечту, вдруг перестала плакать и заговорила жёстче, почти озлобленно:— Да, я хочу здесь учиться! Я читала все-все книжки про юного волшебника Гарри и его друзей. Я думала, вы хорошие и добрые! Я думала, вы будете рады меня встретить, а вы… Что я вам сделала?!— Неплохо для начинающей актрисы, — пробормотал Феофрасто Феофраст, чувствуя, что проигрывает пари. — Проклятье… неужели она говорит правду?— Она не лжёт, — прошептала Мак-Нагайна. — Иначе Детектор давно бы с жадностью вцепился в неё…— Девочка, девочка! Вот слушай, ещё скажи, — не унималась Сарра, увиваясь вокруг на цокающих копытцах, — кто тебе рассказал про наш замок? Кто сказал тебе, что ты должна сюда ехать?Надинька на секунду замялась… Сарра вскинула торжествующий взгляд и быстро обвела им коллег. «Внимание, — читалось в этом блистающем взгляде. — Я вам говорила… вот теперь наблюдайте!»— Мне сказали, что надо ехать, — пролептала Надинька.— Кто, кто сказал?! — ведьма Мак-Нагайна всем гадючьим корпусом подалась вперёд. — Генерал Савенкофф, не так ли?— Нет, что Вы! Мне посоветовал… один мальчик, юный волшебник, — выдохнула Надинька. — Он сказал, что мне суждено учиться в вашей школе… И ещё Лео сказал…— Лео? — Мак-Нагайна подалась вперёд. — Ты видела Лео?— Он приезжал к нам в школу. Он рассказывал про академию магии. И я сразу захотела учиться на волшебницу!— Кажется, всё в порядке, — сказала Мак-Нагайна с особым чувством, откидываясь на спинку стула. — Это Лео. Лео начал действовать. К нам потянулись очарованные русские девочки…Все заговорили разом, возбуждённо жестикулируя. Кто бы мог подумать! Не прошло и недели, а первые жертвы милого Лео уже хлынули в Мерлин. Итак, девчонка влюблена в магию. Заметьте, это не простая девочка, это — русская девочка! Какой успех…Но Сарра не сдавалась. Она подскочила и крикнула, тыча пальцем в сторону Вани.— А это кто? Отвечай, девочка! Как его настоящее имя?!— Кого? — несколько дрогнувшим голосом переспросила Морковка.— Вот этого, — сладко улыбнулась Сарра. — Как настоящее имя мальчика, с которым вы прибыли?Надинька обернулась и широко раскрытыми глазами посмотрела на Ваню.— Это… мой друг… — негромко сказала она.— Имя! — взвизгнула Сарра. — Называй имя.— Я же сказал: меня зовут Шушурун, — простонал Ваня.— Да-да, он же сказал, что его зовут Шушурун! — тут же подтвердила Надинька. — Это чистая правда!И она не лгала. Ваня действительно сказал, что его зовут Шушурун. Глава 8.Воля госпожи Колпак Старуха подошла к нему, сложила ему руки, нагнула ему голову, вско чила с быстротою кошки к нему на спину, ударила его метлой по боку, и он, подпрыгивая, как верховой конь, понёс её на плечах своих… Тог да только сказал он сам в себе: «Эге, да это ведьма». Н. В. Гоголь. Вий Вместе с толпой новичков-первокурсников русских детей вели по длинному коридору — на сортировку. «Вот он, долгожданный момент!» — со слезами радости думала Еропкина. Коптящие факелы, тёмные витражи — дети спешат по гулкому лабиринту этажей, и толстые ковры скрадывают весёлый топот детских ног. Как здесь прелестно! Уже кажутся милыми бронзовые рожи под потолком, и даже статуя голой вампирши, держащей в зубах чью-то оторванную руку, представляется чем-то домашним, почти родным…Троих опоздавших всё-таки допустили к урокам. «Видимо, будут скрытно приглядывать за нами», — усмехался Ваня, двигаясь в толпе по бесконечной анфиладе полутёмных залов, наполненных вежливо кланяющимися статуями. Немного ненормальный Петруша спешил следом, по привычке сжимая кулаки и пугливо примечая, не пора ли кого ремнями вязать. Ваня то и дело подмигивал другу: расслабься, улыбнись, никого крушить не надо, пока работаем под надзором…Надинька была счастлива. Белобрысый хвостик воспрял, щёчки впервые за несколько дней порозовели. С восторгом она глазела на огромных железных рыцарей, которые с грохотом салютовали детям, на старинные картины с подвижными, немного лукавыми портретами древних ведьмаков и чародеек. «Смотрите, ах, смотрите! Это ползучая лестница старого Хью! А это… надо же, какая прелесть!., статуя самого Гарри! — счастливо пищала она, дёргая Ваню за рукав и указывая на мраморную фигуру стройного и серьёзного юноши в круглых очках с узким волнистым клинком в руке.— Да ладно, — усмехнулся Царицын. — Это Джон Леннон в юности!Наденька фыркнула. Впрочем, она уже не способна была обижаться. Пёстрая толпа детишек, галдя и восторгаясь на разных языках, бурливым потоком взмыла по ступенькам Главной лестницы — и выплеснулась в огромный, залитый светом зал. В центре блистало золотое изваяние горбатой смеющейся старухи с весами в руке.— Тхе халль оф Дестину, — попытался прочитать Петруша, тыкая пальцем в паукообразные буквы на потолке.Глухо, точно из-под земли рокотнули невидимые барабаны, и два здоровенных охранника в чёрных котелках и крылатых плащах вынесли на середину зала нечто похожее на восковую фигуру. Это была кукла старой горбуньи в огромной чёрной шляпе с тусклыми блёстками. Жёсткие, гнутые поля шляпы закрывали старушке горбатую спинку. Ване показалось, что у куклы отсутствуют ноги. Впрочем, нижнюю часть маленького тельца скрывал чёрно-серый подол такого же цвета, что и гигантская шляпа, нахлобученная сверху.Помимо прочего, горбатая карлица была слепа: в её удивлённо выпученных глазах мутнели белёсые бельма.Вперёд вышла профессор Мак-Нагайна, уже переодетая в строгое чёрное платье с высоченным бледным воротником, поддерживавшим её сплюснутую голову так, что казалось, будто кобра выглядывает из фарфоровой вазы.— Итак, торжественная сортировка начинается, — возгласила профессор. — Сейчас вы, дети, узнаете свою судьбу. Госпожа Колпак почувствует ваш характер, ваши способности — и определит, на каком факультете вам суждено учиться.Она взмахнула палочкой — и снова глухо заурчали невидимые барабаны.— Итак, начинаем. Первый по списку… — она поднесла к глазам чёрную книжечку и торжественно огласила:— Ариэль Ришбержье из Лиона!Кучерявенький смуглый мальчик с бегающими глазками преспокойно вышагнул вперёд.— Это я, мадам! — сказал он с нагловатой улыбочкой.— Иди, мальчик, не бойся, это добрая старушка, — профессор Мак-Нагайна подтолкнула его к бородатым охранникам, державшим уродливую куклу. Ваня заметил, что курчавый ничуть не боится госпожи Колпак. Охранники осторожно приподняли восковую уродину и бережно посадили её мальчику на плечи.И вдруг — дети ахнули в голос: кукла ожила! Горбунья цепко охватила кучерявую голову ручками, и все услышали скрипучий голос, как у пьяного мужика:— Ох-хо-хо, сколько здесь горячей ртути, магния и тёмного воска! Очень, очень хорошая головёнка. И даже думать нечего: торговать, накапливать, наращивать и немножко обманывать, как же без этого, хо-хо-хо!— Итак, каков же Ваш приговор, госпожа Колпак? — улыбнулась профессор Мак-Нагайна.— Факультет Агациферус, и это абсолютно определённо, — снова закашляла мадам Колпак. — Рекомендую кафедру профессора Коша. Мальчик без труда преуспеет в алхимии, кабалистике и оккультной адвокатуре. Следующий! — она расцепила тёмные жилистые ручки, похожие на лапки старой обезьяны.— Я к ней не пойду, — шепнул Тихогромыч Царицыну на ухо. — Меня стошнит, точно говорю.— Придётся потерпеть, — строго сказал Ваня. — Пусть гражданка обнимет за череп, тебе жалко что ли?— Алулухала Мауналоа из Гонолулу! — с трудом прочитала профессор Мак-Нагайна. Вперёд вывалилась, расталкивая окружающих, толстая девочка с плоским лицом, приплюснутым носом и маленькими глазами, похожими на плотоядных жучков.Горбунья быстро схватила руками черноволосую голову девочки — и тут же отпихнула с кривой улыбкой:— Потомственный дар сведения посевов и порчи домашней птицы. Факультет Пангея Розенблатт! Следующий!— Ашур-Теп Тихий Гром из Сибири!Петруша беспомощно глянул на Царицына — и обречённо полез на середину зала, как медведь на заклание. Старушка протянула было руки — но внезапно растопырила пальцы:— Шо такое? Шо Вы мне предлагаете?! — возмущённо взвизгнула она. — Русский дух! Да от него за версту воняет акафистами!— Успокойтесь, госпожа Колпак. Он русский только по крови. Это ученик шамана Шушуруна, — произнесла Мак-Нагайна.— Да ну? Самого?! — поразилась мадам Колпак. — Ну, таки ладно, давайте его сюда.Петрушу подтолкнули к горбунье. Многослойно морщась и отворачивая крючковатый нос, старуха едва коснулась коготками бритого кадетского затылка:— Не, не могу! — отдёрнула лапку. — Сами его сортируйте, по тестам.Петруша, плохо скрывая радость в голубых глазках, вернулся обратно в толпу школьников. Ваня заволновался, ожидая своей очереди. Кто-то коснулся его плеча. Царицын обернулся — и увидел бледное лицо молодого преподавателя с дёргающейся бровью.— Вы от Шушуруна? Где остальные русские? — шёпотом спросил он. — Берите их и следуйте за мной.Ваня, Петруша и Надинька выбрались из толпы — и вслед за нервным брюнетом нырнули под низкую притолоку в темноватую комнатку, заставленную несгораемыми шкафами. Навстречу поднялась измождённая маленькая женщина, бритая наголо, да ещё с красным пятнышком над переносицей.— Здравствуйте, Лала! — небрежно бросил брюнет. Стуча каблуками, прошёлся вдоль шкафов, погляделся в зеркало, поправил узел чёрного галстука на чёрной рубашке.— Вот, трое. Колпачиха отказывается их сортировать. Они закрыты русской защитой, пся крев Непереводимое польское ругательство. — Прим. авт.

.— Ах, что Вы говорите, Войцех? Шутите? — поразилась бритая Лала. — Неужели церковные дети?Войцех тряхнул чёрной прядью:— Это ученики великого Шушуруна. Однако, даже несмотря на это, протестировать их невозможно. Сильно повреждены русским духом. Так что доставайте Ваши тесты, Лала. Другого пути не вижу.Бритая Лала, путаясь в лимонном сари, полезла в несгораемый шкаф — и достала цветные картонные бланки.— Дети, садитесь за стол, берите карандашики и заполняйте анкету, — улыбнулась губами, окрашенными желтоватой помадой. — Пишите правду и только правду, тогда сможете попасть в лучшие факультеты. Может быть, даже в Моргнетиль!Ваня склонился над бланками. Вопросы были, мягко говоря, необычные. Уже первый пункт поставил Царицына в тупик: 1.1 Какова цель жизни ? — стать богатым; — стать прославленным; — стать тем, кого боятся; — стать тем, кого боготворят; — быть лучше других; — иметь всё, что хочется. Ваня пожал плечами и решил начать с конца анкеты: 9.3. Если два школьника дерутся, это… — прекрасно: пусть отделают друг друга, ведь это такое шоу; — слишком много шума, они мешают мне сосредоточится; — очень хорошо, надо пойти пожаловаться директору и заработать очки своему факультету; — отлично! Надо немедленно стать третьим и навалять по шее обоим дурачкам; — непорядок. Следует разлить их холодной водой, как поганых собак. Ваня представил себе, как Ариэль Ришбержье дерётся с Алулухалоу Мауналоа и, хмыкнув, выбрал предпоследний вариант. Петруша, заметив, что Царицын умудрился хоть что-то написать в своём листке, немедленно толкнул друга локтем в рёбра и поглядел выразительно. Во взгляде читалось: «Дай списать, а?» Царицын, тоже глазами, ответил: «Погоди мальца, всё будет» — и снова окунулся в анкету: 9.2. Школьники. не должны поднимать руку на учителей, потому что: — учитель может превратить тебя в жабу; — учителя такие грязные, неохота пачкаться; — если бить, так не рукой, а сразу топором; — можно отбить руку о челюсть учителя; — сначала надо вырасти большим и сильным, чтобы отомстить учителю, когда он станет старым и беспомощным. 9.1. Нужно иметь друга, чтобы: — он защищал тебя от врагов; — он платил за тебя в столовой; — он давал тебе списывать и подсказывал; — чтобы чувствовать себя главным; — потому что у каждого уважающего себя человека должны быть друзья. Дурацкая анкета, подумал Ваня и быстренько заполнил её наугад — куда рука попала, там и посадил свои галочки. Петруша, мигом смекнув технологию, последовал его примеру. А Надинька, высунув кончик языка от усердия, закончила свой тест только минут через десять — бедная маленькая отличница пыталась всерьёз отвечать на эти вопросы!Потом была краткая экскурсия по замку. Первокурсникам выдали мягкие тапочки — и повели по бесконечным залам из корпуса в корпус. Да, здесь было чему подивиться. За стеклянными стенами библиотек стыли, точно мухи в янтаре, старшеклассники над раскрытыми червивыми фолиантами, в полутёмных лабораториях изредка что-то взрывалось и грохало, озаряя сводчатые потолки зелёными или багровыми отсветами. Особенно дико смотрелись, по мнению кадета Царицына, компьютерные классы в готических залах со стрельчатыми окнами — мигающие экраны на чернокаменной резьбе, склонённые в наушниках головы под факелами.Ваня заметил, что студентов легко разделить на две огромные группы: горделивые интеллектуалы, каждый из которых держится особняком и полностью сосредоточен на магической карьере, — и развесёлые участники шумных компаний, в которых, кажется, никто даже не вспоминает об учебниках.И те, и другие чувствовали себя в лабиринтах Мерлина весьма уверенно. Интеллектуалы с бледными лицами проплывали по коридорам с ноутбуками под мышкой или же, скрестив на груди руки, расхаживали в задумчивости по галереям. Интеллектуалы в юбках чаще обитали в висячем саду, где медленно раскачивались в гамаках либо прохаживались среди растений в поисках благодарного слушателя.Весёлые компании владычествовали в буфетах и на лестницах, а также под лестницами, на верандах и крышах зданий, на балконах и под балконами. Они бренчали на мандолинах и лютнях, метали зернь на деньги, пожирали разнообразные бутерброды, тайком торопливо развратничали, прятали от профессоров пустые бутылки и недокуренные самокрутки с анашой — словом, получали удовольствие от того, что многие нынче считают смыслом студенческой жизни.Юных разведчиков поразило и то, что в каждом зале, над каждой лестницей висели чёрные панно с зеленовато-золотыми электронными буквами и цифрами, отображавшими текущий этап в затяжном соревновании тринадцати факультетов за титул Чемпиона года. Цифры, указывавшие количество очков, набранных студентами каждого факультета, непрерывно вертелись, мелькая точно знаки в окошке игрального автомата или на вокзальном табло.Как ни прислушивался Царицын, русская речь не звучала. В пёстрой массе подростковых физиономий — бледных и смуглых, чернокожих и жёлтых — не встречалось даже намека на нормальное русское лицо с носиком-курносиком, круглыми глазами и каким-нибудь забавным хохолком на макушке. Все макушки были прилизаны, глаза подкрашены либо закрыты очковыми стёклами, а курносиков будто и вовсе не существовало в мире магов и ведьм.А Надинька смеялась и чирикала, как радостная птичка. Ей всё было чудесно: лестницы под ногами двигались, портреты подмигивали, стены исчезали и возникали сами собой, так что облик одного и того же этажа постоянно менялся. Изредка из распахнутой двери высовывалось и глазело на проходящих детей что-нибудь удивительное -'Трёхголовая кошка или, к примеру, говорящий фикус.— Ну что, теперь Вы верите в волшебство?! — торжествовала Надинька.— Угу, — иронически кивал Царицын. От зоркого кадетского глаза не ускользнули некоторые технические хитрости. Лестничные пролёты двигались, как заметил Ваня, далеко не по мановению волшебной палочки, а благодаря мощной — и, кстати говоря, вовсе не бесшумной — гидравлике. Стены катались взад-вперёд тоже не по щучьему велению, а по скрытым рельсам в полу. Железные рыцари прекращали салютовать, если выдернуть вилку из неприметной розетки позади постамента. Даже волшебные картины на стенах были всего лишь тонкими жидкокристаллическими телеэкранами, вставленными в старинные рамы.— Это что за монумент юным пионерам? — Царицын уставился на странный памятник посреди газона. В центре возвышалась статуя уже знакомого Ване очкарика с холодным лицом, только на этот раз очкарик стоял будто пригорюнившись. А перед ним замерла на коленях бронзовая девушка с распущенными волосами. Вся её фигура изображала почтительное преклонение, словно очкарик был вечным огнём или каким-нибудь языческим идолом. Вокруг двух статуй громоздились крупные, в рост человека, валуны.— Скульптурная группа под названием «Дай списать, ботаник!» — прокомментировал ироничный Царицын.— Ты что такое говоришь, Ваня? — поразилась Еропкина. — Это же знаменитая сцена из книги «Юный волшебник Гарри и Надсмотрщики Мрака»! Видишь, Гарри грустит по погибшим родителям, а Гермиома Грейнджер преклоняется перед его чувствами.— А кто родителей-то прикончил? — сощурился Ваня, глядя на каменное очкастое лицо. Глядя на скульптуру, он честно постарался проникнуться жалостью к ушастому батану, потерявшему предков. Но почему-то не удавалось. Слишком взгляд у батана был самодовольный и… немного плотоядный.— Нельзя быть таким безграмотным, — улыбнулась Надинька. — Родителей Гарри убил самый страшный демон на Земле, которого зовут герцог Моргиавола. Но Гарри выжил, ибо папа и мама наложили на своего сына Гарри заклятие мстителя. Это значит, что мальчик не умрёт, пока не отомстит за родителей. И теперь каждый год тёмный дюк Моргиавола в разных обличьях приходит в замок Мерлина, чтобы уничтожить Гарри.— Ну, и как успехи? — Иванушке стало даже интересно.— Великий Гарри каждый год даёт отпор страшному демону, — гордо сказала Надинька. — Поэтому Гарри все любят. Он — великий мститель. Он — идеал.— Погодите, — Царицын немного удивился. — Этот Гарри, наверное, помогает беззащитным? Великодушно прощает своих обидчиков? Утешает несправедливо обиженных? Почему его считают идеалом?— Как почему? — изумилась девочка. — Потому что только Гарри может защитить всех остальных от герцога Моргиаволы! Поэтому он идеал. А Вы, Иванушка, — темнота сибирская!И она расхохоталась, точно колокольчики рассыпались.Наконец подуставших от беготни по корпусам и вконец обалдевших первокурсников привели обратно в «Тхе Халль оф Дестину», как прозвал его Петруша Тихогромов.На этот раз детей встречало целое созвездие профессоров. На высоком подиуме в широких креслах из слоновой кости сидели те, о ком юные читатели книжек про волшебников привыкли говорить восторженным шёпотом: профессор Колфер Фост, доктор Артемиус Кальяни, тучный Феофрасто Феофраст в костюме гранда. Рядом — бледный и чуткий, точно обнажённый нерв Войцех Шпека, безудержная Карлотта фон Холь и другие.На трибуну поднялась торжественная профессор Мак-Нагайна, бессменный декан факультета Моргнетиль.— Дети!..Шёпот в толпе первокурсников умер, и стало слышно, как падают золотые песчинки в огромных часах на стене.— Настало время разделить вашу толпу по факультетам. Сейчас мы огласим результаты сортировки. Но сначала я представлю тех, кто примет вас под своё крыло.Она обернулась к подиуму, чтобы представить детям тех великих волшебников, о которых дети и так уже предостаточно знали из книг.— Профессор наступательной магии Колфер Фост, декан факультета Гриммельсгаузен! — пролаяла профессор Мак-Нагайна, и под гром факультетского гимна с потолка спустился на чёрно-зелёной ленте огромный герб с ночным крылатым ящером на зелёном фоне, напоминавшем цвет радарного монитора.— Профессор комплексного очарования Района аль-Рахамма, декан факультета Венусиомнис! — провозгласила Мак-Нагайна, и сверху медленно поплыл оранжево-розовый герб с алыми львицами и трёхконечными звёздами, до смешного похожими на значки радиации.— Профессор прикладной магии Кохан Кош, декан факультета Агациферус, — объявила Мак-Нагайна под рёв оркестра, и все увидели, как спустился, подрагивая, оловянный гербовый червь на серебристых с просинью полотнищах.Так, один за другим поднимались с места именитые маги и волшебницы во фраках и вечерних платьях, и вот уже двенадцать гербов опущены на цветных лентах, остаётся спустить последний, тринадцатый.— И наконец, меня вы знаете. Для тех, кто прибыл к нам позже, повторяю, — меня зовут Йенна Мак-Нагайна, я профессор фундаментального ведовства и занимаю должность декана факультета…Последние слова потонули в восторженном гуле. Крылатый сфинкс Моргнетиля, горделивый и яростный, спустился из-под купола на чёрно-жёлто-вишнёвых лентах.— Ну а теперь вы узнаете, с каким из факультетов будет отныне навеки связана судьба каждого из вас, — ощерилась Мак-Нагайна и распахнула свой белый журнал.… Через полчаса всё было кончено. Утихли восторженные вопли счастливчиков и всхлипы разочарованных — вместо пёстрой толпы мальчиков и девочек в Зале судьбы выстроились тринадцать плотных манипул, каждая под своим флагом. Студентам сразу выдали новую форму — теперь, переодевшись в чёрные мантии с шарфиками и лентами гербовых цветов, первокурсники с восторгом оглядывали себя, а также — с ревностью — других, которые мгновенно сделались конкурентами.Только три человечка остались стоять посреди зала. Два серьёзных мальчика и крошечная девочка с торчащим светлым хвостиком на макушке.— Что такое? — испуганно вздыбила брови профессор Мак-Нагайна. — Вы кто такие? Почему вас нет в списке?!Подскочил немного запыхавшийся Войцех Шпека — с поклоном протянул небольшую бумажку:— Это русские, госпожа декан. Их тестировали отдельно, и вот результаты.— Отлично, — Мак-Нагайна сплюснутой желтоглазой головой кивнула, точно очковая змея.— Наши друзья из России тоже обретают своё место в стенах академии Мерлина. Итак, внимание. Ашур-Теп по прозвищу Тихий Гром!Петруша качнулся вперёд и вытаращился на страшную тётеньку.— Факультет… Гриммельсгаузен!!!Скрипки визгнули первые такты факультетского гимна, и Петруше сунули в руки сверток с чёрно-зелёной униформой.Глядя, как Тихогромыча под руки оттаскивают в толпу новоиспечённых гриммельсгаузенцев, Ваня сглотнул, пытаясь подавить небольшой комок, почему-то образовавшийся в горле.— Шушурун, ученик Шушуруна! — провозгласила Мак-Нагайна, выдержала паузу и пафосно озвучила:— Факультет Гриммельсгаузен!Царицын радостно подскочил — ура, вместе! Набежали старшекурсники в чёрно-зелёных мантиях, потащили Иванушку под флаги с распахнутокрылым ночным птеродактилем.— И наконец, самый младший ученик, тоже из России, — Мак-Нагайна покосилась на бледно-зелёную от волнения Надиньку. Глянула в бумажку, чуть поморщилась, перечитала ещё раз…— Невероятно, — вполголоса произнесла профессор. И громко объявила:— Факультет Моргнетиль! Глава 9.Урок алхимии Жид: … Есть у меня знакомый старичок,Еврей, аптекарь бедный…Он составляет капли… право,чудноКак действуют они. А. С. Пушкин. Скупой рыцарь Первое занятие было общим для всех факультетов. Амфитеатр академической аудитории был залит ярчайшим светом — под выгнутым потолком горели тяжкие золочёные светильники в виде созвездий. Сколько их, тысячи? Ваня поглядел вверх и понял, что находится в квадранте Лебедя. Тихогромыч угодил под что-то маленькое и тусклое типа Гончих Псов.Профессор Кохан Кош восседал в самом центре звёздного неба, под огромной Малой Медведицей. Профессор молча сидел, закинув остроносые жёлтые ботинки на стол, и разглядывал новых студентов. По восковому лицу его невозможно было понять, насколько профессору нравится то, что он видит. По лицу профессора вообще невозможно было что-либо понять. На то он и профессор алхимии Кохан Кош!Профессор Кош был длинен, но не казался высоким из-за ужасной сутулости.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36
 Красное полусухое вино бастардо 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я