научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/accessories/derzhatel-tualetnoj-bumagi/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Момент как раз благоприятный...
- Постой, - Сергей недоуменно глянул на календарь в наручных часах. - А успеем?
- Должны успеть, - жестко отрезал Фитцжеральд. - И вопрос тут не в двухстах тысячах. Такие деньги мы, конечно, найдем... Но получить в результате этой операции можем гораздо больше.
Да не в этом даже дело...
- А в чем?
- Ты же прекрасно понимаешь, что доходы мафии зависят не только от наркобизнеса. Не менее доходные статьи - это и индустрия развлечений, и проституция, и многое другое. Короче говоря - тотальный рэкет. И то, что мы собираемся сотворить с Завадским и Джокером, тоже рэкет.
Эти ребята должны знать - кто в Калифорнии хозяин.
- Ну с этим-то ясно, - хмыкнул Сергей. - А как мы у Лича будем отбивать его источники бизнеса? Мне кажется, пока в Калифорнии хозяин он. А мы что, будем с ним воевать за публичные Дома и диско-бары?
- Нет... - рассмеялся Фитцжералвд, которого такая перспектива искренне повеселила. - Для этого у нас силенок не хватит. Пусть Джакомо собирает законную дань с подданных. У него целая армия сборщиков под ружьем. А мы... мы пойдем другим путем.
- Каким же?
- Сам должен был уже сообразить. Лич рэкетирует всю Калифорнию, а мы рэкетируем лично Лича. Он же не бог, тоже смерти боится и жлоб изрядный. Чем плох такой путь? Не количеством, так качеством. И истинными хозяевами в Калифорнии будем тогда мы, русские, а не вшивые макаронники. Усек?
Сергей только покачал сомнительно головой, но идея ему понравилась.
3
В воскресенье Станислав Завадский проснулся в преотличном настроении. Накануне вечером он получил известие, что голубой карбункул в шестнадцать карат благополучно миновал таможню и находится теперь в Атлантическом океане на пути к Гибралтару.
Погода на улице радовала солнечным постоянством, а обжаренные в масле гренки и крепкий кофе настроили Завадского на лирический лад.
После завтрака он уединился в кабинете и позволил себе дорогое удовольствие - чтение. Но едва Завадский углубился в излюбленные главы из "Красных шитов" Ивашкевича, как появился слуга-дворецкий. Конечно, этот пустяк не мог испортить Завадскому настроение, тем более что его вышколенный старый слуга никогда не осмелился бы тревожить господина без важного на то повода.
- Что-то стряслось? - ласково улыбнулся Завадский.
Даже в хороших отношениях со слугами он всегда придерживался правил хорошего тона - Вас хочет видеть молодой господин.
- Но...
- Я ему объяснил, что вы заняты важной работой, но он настаивает. Дворецкий потоптался на месте и добавил: - Он хорошо одет и уверяет, что тревожит вас по делу, не менее важному, чем то, которым вы заняты. Вот его визитная карточка.
Завадский глянул на карточку и задумчиво потер переносицу:
- Мейлор... Мейлор... доктор права... Нет! Не знаю... Но полагаю, дело достаточно серьезное...
Придется принять. Проводи его.
Завадский небрежно сунул визитку в ящик стола и поправил галстук.
Через минуту в сопровождении дворецкого в кабинет вошел сухощавый смуглолицый брюнет лет тридцати двух. Завадский бегло осмотрел раннего посетителя и остановил взгляд на булавке галстука - единственном украшении в гардеробе Доктора права. Булавка заслуживала внимания - бриллиант в платиновой оправе тянул не менее Чем на пять карат и отличался редкой чистотой и искуснейшей огранкой.
"Вместе с этим камешком молодой человек стоит тысяч триста в год, тотчас оценил доктора старый пройдоха, - таких щеголей всегда ветретишь в великосветских салонах... если попадешь туда".
Завадского всегда отличала предельная учтивость. Даже в обращении к бродяге, а не то к джентльмену. Он предложил доктору садиться, но сам опустился не ранее, чем тот занял кресло. Шляхетские замашки Завадский унаследовал с кровью предков.
- Чем могу служить, доктор Мейлор? - первым начал он разговор. Признаться, ваш визит меня несколько удивил. Ведь если мне не изменяет память, то до сегодняшнего утра мы не были знакомы.
- Да, это так, - подтвердил доктор. - И всетаки я хорошо знаю вас... В одностороннем, так сказать, порядке.
- Вот как?! - Завадский изобразил на лице легкое недоумение. - И чем же вызвано столь пристальное внимание к моей столь скромной особе?
- О!.. Господин Завадский! Не преуменьшайте своих способностей, развел руками Мейлор. - Вы гениальны, господин Завадский, но вашу гениальность в этом мире вряд ли кто может по достоинству оценить, кроме...
- Кроме кого?
- Кроме вас самого и нас.
- "Вы" - это кто? - быстро уточнил Завадский.
- Мы - это мы, - загадочно улыбнулся доктор права, - к этому мы с вами еще вернемся.
Впрочем, перейдем к делу.
- Что ж, извольте...
- Господин Завадский, нам стало известно, что вы занимаетесь скупкой краденых драгоценностей и контрабандой перепродаете их за границу.
Нельзя сказать, что Завадский от этого заявления опешил, но глаза его на секунду остекленели.
Впрочем, его взгляд не отражал внутреннего состояния - мысли Завадского замелькали в голове, словно окна японского суперэкспресса.
- Так... - он откинулся на спинку кресла и криво улыбнулся, - мне кажется, доктор Мейлор, вы обратились не по адресу.
- По адресу, господин Завадский, по адресу - вы же прекрасно это знаете, - с мягким нажимом проворковал Мейлор.
- Так вот, - начал медленно закипать Завадский, - я сейчас прикажу выкинуть вас вон.
- Прежде чем сделать это, я бы советовал вам выглянуть в окно.
-Что?
- Я говорю: выгляньте в окно, - невозмутимо повторил Мейлор.
Завадский подскочил к окну и резко отдернул штору. Перед фасадом его дома приткнулись к тротуару голубой "Крайслер" и бежевый "Кадиллак". Боковые стекла обеих машин были опущены, и в полумраке салонов виднелись очертания плотно сбитых мужских тел.
- Славные у нас ребята, - прокомментировал картинку Мейлор, - не стоит портить со мной отношений - мои парни это неправильно поймут.
- Тогда... тогда я немедленно звоню в полицию, - Завадский ринулся к телефону.
- Зачем же так, - нежно укорил его Мейлор, - голубой карбункул еще в пути, а вы ведь не хотите, чтобы он не дошел до адресата.
При этих словах Завадскому показалось, что его взяли за горло железной пятерней. Он медленно вернулся на место и, тяжело опустившись в кресло, прошептал:
- Это шантаж...
- Самый настоящий шантаж, - подтвердил Мейлор и нагло осклабился.
Завадский вздохнул, выдвинул ящик стола и достал из него коробку сигар. Не говоря ни слова, он протянул ее Мейлору. Доктор права вежливо отказался и достал пачку "Кэмела". Завадский подвинул к нему пепельницу, а сам нервно откусил кончик сигары. Если бы Мейлор знал Завадского поближе, то безошибочно определил: старик разволновался больше обычного - каждая выкуренная сигара в его жизни была событием.
- Хорошо, - устало сдался Завадский. - У вас есть... я вижу... кое-какие факты.
Мейлор подтвердил это кивком.
- Я готов их купить.
- Мы не продаем факты, - тихо, но твердо отказался Мейлор.
- Так чего же вы хотите? - вскричал Завадский, который ровным счетом перестал что-либо понимать.
- Двадцать пять процентов с каждой удачной операции. Для начала сто тысяч - одна четвертая от прибыли, полученной по сделке с голубым карбункулом.
- Ха... ха... ха... - зашелся нервным смехом Завадский, - двадцать пять процентов с операций? Ха... ха... ха... с каких это операций?
- Со всех последующих, - сухо пояснил Мейлор.
- Да вы ведь даже не доказали, что я причастен к этому... голубому карбункулу.
- А мы не полиция и не суд, - веско отрезал доктор, - мы и не собираемся ничего доказывать.
- Ладно, - Завадский вытер выступившие от смеха слезы. - А если я откажусь платить, вы что, побежите в полицию с несуществующими фактами?
- Не беспокойтесь, факты существуют, - заверил его Мейлор, - и по всем прошлым вашим делишкам, и по нынешним. А в полицию мы обратимся только в одном случае. Хотите знать, в каком?
- Любопытно... любопытно...
- Если вы вздумаете удалиться на покой. Это чтобы вы не тешились надеждой, что заработанные нечистым путем денежки останутся за вами.
- Отлично, - Завадского, кажется, стала развлекать эта занятная беседа. - Ну а если я все же откажусь платить за миф, вы что, прибегнете к насилию?
- Ну что вы, - деланно ужаснулся Мейлор, - мы чтим рамки закона Тогда, черт вас возьми, - снова вышел из себя Завадский, - как же вы намерены выбить из меня деньги?
- Мы прикроем лавочку под вывеской "Эрни-Джокер", в которой вы покупаете товар, и любую другую, с которой вы попытаетесь установить контакт.
- Вы... вы... - Завадский, кажется, потерял дар речи.
- Да, именно мы.
- Да вы, именно вы, знаете, что такое Эрни-Джокер? - захлебываясь, прокричал Завадский, привстав в кресле.
- Знаем, господин Завадский, но, если вы собираетесь сообщить о нем что-нибудь новенькое, я с удовольствием послушаю.
После этих слов Завадский пожалел, что не откусил себе язык - своим глупым вопросом он выдал себя с головой. А ведь наверняка где-нибудь в кармане пиджака Мейлора спрятан диктофон.
И он, старый стреляный волк, клюнул на приманку, словно слепой щенок.
В груди Завадский вдруг явственно ощутил неприятное покалывание. Рука его непроизвольно потянулась к сердцу. Мейлор заметил это движение и сочувственно произнес:
- Не стоит так волноваться. Ну, поделитесь с нами своими доходами. Что для вас двадцать пять процентов? Вы ведь баснословно богатый человек. А?
Завадский уловил в словах Мейлора искреннее сочувствие и попытался заглянуть тому в глаза.
Увы! Перед ним восседал сфинкс с беспристрастным взором.
Завадский достал чековую книжку и щелкнул ручкой.
- Сколько вы хотите за запись нашего разговора?
Мейлор презрительно хмыкнул, вынул из кармана маленький плоский диктофон и протянул его Завадскому:
- Берите даром, нам эта запись не нужна.
Двадцать пять процентов, это все, что мы хотим.
- Да по какому праву? - последний раз попытался вспылить Завадский.
- По праву сильного, - глаза Мейлора зло сверкнули. - До первого августа взнос в сто тысяч должен поступить на счет № 300628 Панамериканского национального банка. И имейте в виду, если деньги не будут внесены, голубой карбункул не дойдет до Эль-Кхаба. Так, кажется, зовут вашего покупателя?
Завадский подавленно молчал, но доктор Мейлор решил добить его:
- На десятое сентября Джокер наметил очередную крупную акцию. Имейте в виду - успех его предприятия целиком в ваших руках.
Джокер хранил свои планы в таком секрете, что о них не знали даже его ближайшие сообщники. Завадского он никогда не посвящал в свои дела, да и сам Завадский, следуя неписаному закону, никогда ими не интересовался. Но если о планах Джокера знал доктор Мейлор, значит, он знал все.
Впервые в жизни Завадский почувствовал, что из-под этого нового своего противника ему не вывернуться.
- Хорошо, - выдавил он, явственно ощущая нехватку воздуха в груди, - я подумаю.
- Подумайте, - согласился Мейлор. - Но помните, для раздумий у вас осталось совсем немного времени.
Доктор встал и учтиво откланялся. Едва за ним захлопнулась дверь, как Завадский выбрался из-за стола и на цыпочках прокрался к окну. Он чутьчуть раздвинул шторы и осторожно выглянул в образовавшуюся щель. Визит доктора показался ему мистификацией... бредом...
Но нет: вполне живой, реальный "доктор права" пересек пружинистой походкой лужайку перед домом Завадского, вышел через калитку и направился к бежевому "Кадиллаку".
Тотчас из машины выскочил мощный верзила и почтительно распахнул перед ним заднюю дверцу.
Доктор замешкался на секунду, обернулся и помахал рукой в направлении зашторенного окна.
Завадский отпрянул назад и набожно перекрестился.
Воистину, этот доктор знался с самим сатаной, если видел сквозь стены.
4
В ювелирном магазине Сьюди Мелвилла никогда не толпились покупатели. ТЪвар Мелвилла был рассчитан на солидного клиента, обычный "средний" клиент предпочитал обращаться в магазин Гопкинса - в соседнем квартале. У Гопкинса можно было приобрести и недорогую золотую безделушку, и искусную подделку под золото. Мелвилл предлагал изделия только высшей пробы и камни "чистой воды". Такая интеграция вполне устраивала и Гопкинса и Мелвилла, а потому они даже не числили друг друга в конкурентах.
Жаркий день десятого сентября подобрался к своей полуденной точке. За прилавком, на высоких стульчиках, чинно восседали два продавца.
Клиент, как всегда, не шел. Один из продавцов, старший, глянул на часы и сладко зевнул. Но едва он успел захлопнуть рот, как старинный колокольчик над дверью весело прозвенел, и в магазине появился клиент молодой человек с необычной внешностью.
Строгий темный костюм, галстук, аккуратно подстриженные светлые волосы, уверенный взгляд - все соответствовало облику обеспеченного американца. Необычной была лишь нижняя челюсть молодого человека. Она поражала своей массивностью и резко выдавалась вперед. Эта челюсть изрядно портила парню внешность.
Между тем молодой человек даже не удостоил взглядом выставленные под стеклом изделия и сразу обратился к старшему по возрасту продавцу:
- Я хотел бы приобрести гарнитур для жены.
Цена.. в пределах семидесяти-ста тысяч. Мне рекомендовали господина Мелвилла.
- О, не извольте беспокоиться, - оживился продавец, - одну минуточку.
Его младший коллега резво соскользнул со своего стульчика и исчез в недрах магазина. Второй засуетился перед заказчиком:
- Присядьте, пожалуйста, вот здесь. Чашечку кофе? Или что-нибудь прохладительное?
- После, - коротко отрезал посетитель.
Говорил он гнусаво и глотал половину согласных. Но теперь продавец разглядел его поближе и установил причину странного дефекта: шею молодого человека, почти от уха до уха, пересекал тонкий, едва заметный шрам. Челюсть наверняка была искусственной. А поскольку посетитель говорил не размыкая зубов и пользовался для артикуляции одними губами, продавец предположил, что у парня, возможно, не все в порядке и с языком.
Бедняга, наверно, перенес большую операцию и теперь был вынужден таскать такую вот уродливую маску...
Впрочем, судя по всему, его кошелек набит, а это с лихвой окупает издержки внешности.
Ожидание не затянулось, через минуту-другую младший продавец вернулся в сопровождении могучего молодца с ручищами ниже колен и колючими, всевидящими глазками.
- Мистер Рейнси проводит вас к господину Мелвиллу, - любезно раскланялся продавец.
Посетитель ничего не ответил и решительно направился в глубь магазина. Сзади, на расстоянии двух шагов, следовал атлантоподобный мистер Рейнси.
Коридор, ярко освещенный неоновыми лампами, заканчивался небольшой кабинкой - такие кабинки можно увидеть на любой таможне.
Посетитель дошел до кабинки и вопросительно оглянулся.
- Прошу прощения, - пояснил его сопровождающий, - господин э-э...
- Мортимер.
- Господин Мортимер. Поймите нас правильно и зайдите на секундочку в контрольную камеру.
Если у вас есть оружие, вам придется его оставить здесь - на время, конечно.
Мортимер пожал плечами и шагнул в кабинку.
Тотчас над входом в нее зажглась зеленая лампочка.
- Еще раз прошу прощения... теперь сюда.
Они прошли еще один прямой коридор и
уперлись в бронированную дверь. В лицо Мортимеру уставились объективы сразу трех телекамер.
Рейнси уверенно нажал какую-то кнопку в стене, и дверь бесшумно ушла в сторону. Мортимер сделал еще шаг вперед и очутился в небольшой комнатке.
Это и был кабинет господина Мелвилла.
Внешне он ничем не отличался от тысяч таких же кабинетов в офисах представительных фирм. Все атрибуты: и вращающиеся кресла, и полированный массивный стол, и ковры на полу, и компьютер, и даже фотографии детей директора.
В этом кабинете не было только окон. Все дело в том, что окон в сейфах не бывает, а кабинет директора Мелвилла и представлял собой бронированный сейф, встроенный в глубине здания.
Стены сейфа, толщиной в шесть футов, напоминали слоеный пирог. Они состояли из нескольких прослоек бетона, брони и пластмассы. Такую стену нельзя было ни пробить, ни взорвать, ни просверлить. Кроме того - сейф не горел.
Та дверь, через которую посетитель попадал в кабинет, представляла лишь элемент, фрагмент заслонки, блокирующей комнату-сейф. Сама заслонка, такая же многослойная и толстая, как стена, герметически закупоривала при необходимости комнату. В действие она приводилась мощным механизмом, вмонтированным в стену.
Механизм подчинялся кодированному радиосигналу, излучаемому электронным ключом. Таких ключей насчитывалось три - два из них на ночь сдавались в местный банк. Ими пользовался владелец магазина господин Мелвилл. Третий ключ, запасной, хранился в подвалах центрального банка "Пан-Америкен".
Покидая магазин, директор запирал сейф электронным ключом и сдавал ключ в банк. Утром он получал и... Эта процедура повторялась ежедневно.
Дверь, через которую вошли Мортимер и Рейнси, открывалась по команде изнутри, когда там находился Мелвилл.
А кнопка, которую нажал Рейнси, соединялась с обыкновенным звонком.
Неприступная и чудесная комната-сейф являлась той самой "святыней", в которой хранились несметные сокровища - предметы вожделения женщин и гангстеров всего мира.
Бедняге Мелвиллу приходилось целый день проводить взаперти в бронированной коробке.
А мистер Рейнси - единственный, кто допускался в святая святых, составлял директору плохую компанию, ибо от природы был угрюм и молчалив. Зато он верно служил хозяину и один стоил десятка телохранителей.
Мортимер с любопытством огляделся по сторонам, уселся на предложенный директором стул и небрежно забросил ногу на ногу.
- Итак, господин Мортимер, - начал директор, - вы желаете приобрести гарнитур для жены?
- Да... тысяч на семьдесят-сто.
- Жемчуг, бриллианты, рубины или, может, изумруды?
- Бриллианты... впрочем... жемчуг покажите тоже.
- Прекрасно, - потер руки Мелвилл. - Для такого клиента у нас всегда найдется что показать.
Он открыл простым ключом обычный несгораемый сейф, достал оттуда десятка два футляров и аккуратно разложил их перед Мортимером.
И по мере того, как он откупоривал сафьяновые и бархатные раковины, комната преображалась. На столе словно кто-то зажег сотни маленьких, ярких лампочек. Тоненькие лучики разбегались от каждого камешка, будто от миниатюрного солнца и голубыми, красными, зелеными искорками вспыхивали на потолке, стенах и в глазах Мортимера и Мелвилла.
Мелвилл молча наслаждался произведенным эффектом.
- Да, - восхищенно прошамкал Мортимер - У вас действительно есть что предложить.
- Обратите внимание на это колье, - Мелвилл взял со стола бархатную коробочку, - украшение композиции - вот этот бриллиант в центре. Это зеленый бриллиант - очень редкий, так называемый "оптический" бриллиант и...
- И, если не ошибаюсь, огранка "принцесса"? - продолжил за него Мортимер, демонстрируя прекрасное знание предмета. - Последний крик моды?
- О... Я вижу, что имею дело с настоящим ценителем, - польстил ему Мелвилл. - Тогда смею предложить вашему вниманию вот этот гарнитур..
Все камни "голубой" воды... Огранка классическая - всего шестнадцать граней...
- Значит, камешки с "историей"? - тотчас уловил его мысль покупатель.
- Совершенно верно, - обрадовался Мелвилл.
- А вот этот гарнитур? - Мортимер протянул руку и взял со стола кожаный футляр. На дне его поблескивали всего несколько камешков в скромных с виду оправах.
- О... У вас наметанный глаз, - погрозил ему пальцем Мелвилл.
Мортимер безошибочно выбрал из бриллиантовой россыпи самое дорогое, действительно редкое произведение ювелирного искусства.
- Это "красные" бриллианты. Огранка "сердце", - благоговейно прошептал директор. - Однако... стоимость этого изделия значительно превышает ту, которой вы, господин Мортимер, готовы манипулировать.
- Сколько? - уголками губ улыбнулся Мортимер чисто коммерческому построению фразы собеседника.
- Двести тысяч долларов.
Мортимер задумался, что-то высчитывая в уме.
Директор терпеливо ожидал ответа, почти с любовью глядя на покладистого покупателя и к тому же тонкого ценителя.
- О'кэй, - наконец решился тот, - камни стоят таких денег. Решено. Беру.
Мортимер достал чековую книжку и быстро подписал чек.
- Не могу не восхититься еще раз вашей решительностью и вкусом, рассыпался в любезности Мелвилл, принимая чек. - Однако простите нас еще раз, минутная формальность...
- Понимаю, - прогнусавил Мортимер, но теперь его голос не казался противным Мелвиллу. - Хотите получить подтверждение моей кредитоспособности в банке?
- Вы правы... но, поверьте, деньги большие...
наши принципы... Не желаете ли пока чашечку кофе или, может, коньяк?
- Не откажусь от кофе и, если позволите, сигару
- Конечно, конечно... Здесь, в моей клетке, нет окон, но вентиляция отменная - курите без стеснения. А я вам смею предложить чудные гаванские сигары.
- Нет! Уж позвольте мне угостить вас, - не остался в долгу Мортимер и протянул Мелвиллу массивный портсигар старинной работы с вензелем.
Директор повертел портсигар в руках с видом знатока, щелкнул крышкой и достал тонкую длинную сигару.
- Признаться, мне не приходилось пробовать такие.
- О! Это особые сигары, - пояснил Мортимер. - Мне их делают по персональному заказу на Манилах. Я, признаться, держу крупный пакет акций этой табачной фирмы. Попробуйте... аромат изумительный.
Он зажал сигару губами и искательно оглянулся. Рейнси, безмолвно стоявший за спиной покупателя, мигом выхватил из кармана зажигалку и, нагнувшись, поднес огонек к сигаре Мортимера.
Тот поблагодарил кивком, затянулся... Рейнси уже распрямлял согнутое тело, как вдруг прямо перед его носом раздался легкий хлопок. В ноздри Рейнси ударил едкий острый запах. В голове все пошло кругом. Он беспомощно взмахнул руками, пытаясь ухватиться за что-нибудь. Увы! Скрюченные пальцы Рейнси поймали лишь воздух, и он медленно завалился на ковер.
Мелвилл, с выкатившимися глазами, судорожно заглатывал воздух. Он всасывал его со страшными всхлипами, но вместо кислорода в его Легкие лезли лишь ядовитые пары. Захрипев напоследок, Мелвилл обмяк в кресле. Голова его запрокинулась назад. И лишь по едва заметным движениям грудной клетки можно было определить, что он еще жив.
На Мортимера газ не произвел ровно никакого действия. Он как ни в чем не бывало с любопытством следил за судорогами Мелвилла и Рейнси, не выпуская изо рта сигары.
Но как только оба они затихши, Мортимер преобразился. Он проворно вскочил, отбросил стул ударом ноги и легко перемахнул прямо через стол. Обшарив карманы пиджака Мелвилла, Мортимер вынул ключи и ринулся к сейфу. Без труда справившись с замком, он, словно ловец жемчуга, стал откупоривать футляры-раковины один за другим. Камни сверкающим дождем посыпались в сумку, невесть откуда взявшуюся в его руках, а "скорлупа" полетела в разные стороны.
В это же время в магазине происходила не менее удивительная сцена.
Невысокий, коренастый мужчина в рабочей спецовке зашел внутрь и, по-хозяйски заперев дверь на засов, вывесил табличку: "Обеденный перерыв".
- Что это ты здесь хозяйничаешь? - ринулся к нему один из продавцов.
- Стоять, - удержал его на месте властный голос. Продавец медленно повернул голову и с изумлением обнаружил, что молодая парочка, за минуту до того застенчиво осматривающая обручальные кольца, утратила свой скромный и безобидный вид.
Руки "жениха" уверенно сжимали короткоствольный автомат. И ствол автомата был направлен в живот нерасторопному хранителю ценностей. "Невеста" целила прямо в лоб его младшему коллеге. Ее нежные ручки так непринужденно удерживали тяжелый "магнум", что не оставалось никаких сомнений: лишнее движение - и она незамедлительно выстрелит.
Между тем человек в спецовке быстро натянул на себя противогаз, окончательно доконав и без того омертвевших от страха продавцов, и уверенно направился в глубь магазина. Он проследовал тем же маршрутом, что и Рейнси с Мортимером, проигнорировав, естественно, камеру контроля.
Перед бронированной дверью "работяга" остановился и смело вдавил кнопку звонка. Камера ожила и тихо застрекотала.
Ждать пришлось недолго: через минуту дверь плавно ушла в сторону, а на пороге предстал во всей красе своей сверхъестественной челюсти сам мистер Мортимер.
- У нас все о'кэй, - глухо доложил ему человек в спецовке.
- У меня тоже, - прогундосил в ответ Мортимер и распорядился: - Тащи сюда тех придурков. Пусть поскучают в обществе старого осла.
Телефоны, сигнализацию и компьютер я вырубил навсегда. Так что придется им посидеть взалерти.
- А может их... того?
- Зачем? - небрежно хмыкнул Мортимер. - Пусть помнят мою доброту. А сидеть им придется долго.
Загнав продавцов в комнату-сейф, из которой еще не выветрился тяжелый запах газа, человек в спецовке вопросительно глянул на Мортимера:
- А как же закрыть дверь?
- А вот электронный ключ с дистанционным управлением.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26
 белое полусухое вино тоскана 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я