научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/Damixa/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Надо только знать код.
- А ты знаешь, Джокер?
- Знаю, Филин, - криво ухмыльнулся Мортимер-Джокер.
- Откуда?
- Вытряхнул из старого осла. Он еще что-то соображает...
- И когда ты успел... - восхищенно развел руками человек, которого Джокер назвал Филином.
- Успел... - Мортимер-Джокер поколдовал с кнопками электронного ключа, и тяжелая заслонка послушно и бесшумно закупорила комнатусейф.
- Все, - Джокер глянул на часы. - Уложились минута в минуту. Пора уносить ноги. А неплохая идея с этим кумаром, а, Филин?
- Да... тихо и аккуратно.
- Главное, надежно. Молодчина, однако, этот Люк. Сделать противогаз в виде вставной челюсти... Здорово... золотые руки.
Первым магазин покинул Филин. Он снял табличку, отворил двери и, оглядевшись по сторонам, неторопливо зашагал вниз по улице.
За ним следом вышел Мортимер-Джокер. Он сразу свернул за угол и нырнул в салон ярко-красного "Понтиака". Машина тотчас тронулась с места и, быстро набрав скорость, скрылась за поворотом.
Последними из магазина вышли "молодожены". Они, нежно воркуя, пересекли дорогу, свернули на оживленную авеню и смешались с толпой прохожих.
"Понтиак" в это время уже лавировал в потоке автомашин далеко от места преступления. Его водитель явно старался избежать оживленных магистралей. Поэтому машина вертелась в лабиринте улочек, оглашая их визгом тормозов и ревом мощного двигателя.
Джокер, развалившись на заднем сиденье, с удовольствием прихлебывал прямо из банки холодное пиво. Его нижняя челюсть уже "сократилась" до нормальных размеров, а шрам на шее куда-то исчез, словно его и не было.
Наконец "Понтиак" выбрался за черту города, крутой поворот, светофор перед выездом на хайвей... Водитель притормозил, но в это время откуда-то сбоку вывалился большой тупорылый грузовик. "Понтиак" пытался вильнуть и уйти от столкновения, но не успел... Скрежет тормозов...
УдарМассивный бампер грузовика смял капот "Понтиака", от удара седан швырнуло в сторону, потом перевернуло на бок, и машина, проскрежетав по асфальту, врезалась в столб.
Задние колеса "Понтиака" еще вращались, когда из кабины грузовика выпрыгнули Бачей и Мелешко в рабочих комбинезонах. Бачей быстро вскарабкался на покореженный бок машины и ловко нырнул в салон ногами вперед, буквально через секунду он уже выбрался наружу с сумкой Мортимера-Джокера в руках. А еще через секунду обоих лихо умчал черный "Мерседес" с номерами города Сан-Франциско.
5
Вряд ли кто-нибудь из радиолюбителей штата Калифорния мог похвастаться такой же аппаратурой, какая подобралась у Тони Рейнквиста.
Мощнейший радиопередатчик "Санио" с компьютерной системой слежения, настройки и подавления шумов, блоком памяти, радиолокационной антенной, солнечными батареями - все, о чем может только мечтать любой радиолюбитель.
Сам Тони так привык к своему сокровищу, что и не мыслил, как всего год назад он существовал без этого электронного великолепия? А ведь все свалилось ему на голову как снег. Но он всегда верил в свою счастливую звезду! И потому нисколько не удивился, когда год назад к нему явился "посланец с небес" и предложил бешеные деньги. Всего-то за одну коротенькую радиограмму.
Он, Тони, всегда ждал чего-нибудь подобного и принял предложение посланца как нечто давно ожидаемое, а требования конфиденциальности - как само собою разумеющееся. И вообще, кто не знает, что у Тони принцип: никогда не задавать лишних вопросов?
Посланец регулярно появлялся у него раз в два месяца. Он приносил с собой бумажку, исписанную цифрами, и чек. И Тони ни разу ни о чем его не спросил. Зачем?
Ни о чем не спросил Тони и другого незнакомца. Этот, второй, появился две недели назад. Он предложил Тони совершенно баснословную сумму - сто тысяч долларов. И Тони продал ему копии четырех последних шифрограмм: компьютер запомнил их и через пару секунд выдал на экране монитора. Незнакомец восхитился предусмотрительностью Тони и предложил еще сто тысяч - если вместо цифр, которые принесет посланец в очередной раз, Тони передаст в эфир другие.
Тони запросил двадцать тысяч сверху - "за риск", и новый партнер, не торгуясь, согласился.
Тони явно "передернул" во время этой сделки - не рисковал он абсолютно ничем. Правда, его прежний клиент присутствовал при передаче.
Он следил за действиями Тони, понимал "радиоязык", он же задавал Тони длину волны и точное время выхода в эфир. Но для компьютера не существовало ничего невозможного.
Посланец явился двадцатого августа ровно в двадцать ноль-ноль. Он никогда не предупреждал, об очередном визите, но Тони жил в совершенном отшельничестве и по вечерам не выходил из дому.
На связь Тони вышел в двадцать часов пятнадцать минут - это было его официальное время, и Тони имел на него разрешение. Вот только волна не та... Он быстро отстучал цифры, получил от неведомого собеседника подтверждение и спрятал заработанный чек в ящик стола.
Между тем его далекий коллега принял совершенно другие цифры: их ему передал компьютер.
А Тони... Тони "стучал" в пустоту. Его сигналы даже не вышли за стены дома, а клиент ничего не заметил.
Совесть? Совесть его не мучила... В том, что оба его клиента подонки, Тони не сомневался...
Правда, за деньги одного он приобрел свою чудесную аппаратуру, а деньги другого сделали его богатым, но... Неизвестно, кто в этой кутерьме грабанул больше всего. И дураку понятно: если за простенький набор цифр его заказчики выкладывают кругленькие суммы, то уж сами внакладе не остаются. Хотя один из них, кажется, "пролетел" в этот раз. Черт с ним... Тони теперь богат и... может спокойно смотать удочки. Да! Подальше и от гнева надутого заказчика, и от благодарности удачливого.
Содержание шифровок его не интересовало.
Пусть даже они грозят всем Соединенным Штатам страшными бедами. Плевал он и на Штаты, и на все остальное. Он - полушвед-полунемец по национальности, космополит по природе и эгоист-одиночка по убеждениям. Или наоборот.
А закон? Ха! Он никого и ничего не боится. Его радиоточка официально зарегистрирована, он платит за свою долю эфира, а шифрограммы попробуй запеленгуй да докажи... Эфир бесконечен, а Тони отнюдь не беспечен и теперь богат...
Яхта "Северное сияние" уже вторую неделю дрейфовала вдоль побережья Калифорнии к югу, и синьор Ладейра - официальный владелец яхты - отчаянно скучал. Он уже вдоволь насладился и рыбной ловлей, и охотой на акул, и обществом голенастой загорелой блондинки, которую подцепил еще в Колумбии. Зеленоглазая бестия честно отрабатывала в постели свое содержание, но больше, увы, ни на что не годилась. Мало того, в последние дни она принялась скулить и жаловаться на недостаток развлечений. Ладейре, для острастки, пришлось двинуть ее пару раз по накрашенной мордашке и пригрозить холодной купелью в обществе дурно воспитанных акул. Хотя в душе и сам Ладейра признавал обоснованность ее претензий.
Ему тоже до чертиков надоела бесполезная болтанка в открытом море, и даже крепкие коктейли не могли унять мятущуюся душу сеньора. Эх!
Будь он на самом деле владельцем "Сияния", уж он-то развернулся бы вовсю... Но Ладейра лишь числился владельцем яхты, а на самом деле она принадлежала сенатору Соморе. Соморе всемогущему и всевидящему, Соморе-богу.
Соморе, чье имя так же не запятнано, как и репутация. Почему? Да просто потому, что вместо Соморы свои имена и репутации подставляли такие, как Ладейра.
Нет, сам Ладейра не жаловался на судьбу. Что из того, что его имя фигурировало в пятнадцати судебных процессах? Имя можно сменить, что он и делал регулярно. Сомора такого себе не мог позволить. Шесть лет за решеткой? Ерунда, Ладейра и за решеткой жил припеваючи. И для всех он был миллионером и злым гением. Да он и жил, как миллионер.
А Сомора... тот ходил в кумирах и защитниках бедноты, в друзьях у вице-президента и в поборниках демократических прав у коллег по парламенту. И такое распределение ролей устраивало обоих, но... Сомора знал, куда и зачем поплывет "Северное сияние", а Ладейра хоть и знал, зачем, но не ведал ни слухом ни духом - куда и когда.
Сомора был хозяином, а Ладейра лишь слугой.
Двадцатого сентября Ладейра получил наконец долгожданную радиограмму. О кокаине на борту знали трое: он, капитан да еще один матрос, приставленный к товару в качестве охранника.
Безусловно, в команде и обслуге были еще "глаза и уши" Соморы, но кто именно, Ладейра мог только догадываться.
Приняв радиограмму и собственноручно расшифровав, Ладейра сжег бумажку с шифровкой и поторопился к капитану. Через пятнадцать минут яхта уже взяла курс на южную оконечность Калифорнийского побережья.
Причуды хозяина вовсе не удивляли и не волновали команду, Ладейра щедро платил матросам и обслуге, капитан не изводил придирками. Нравы на яхте царили более чем легкие. Что же до капризов хозяина... Так на то он и хозяин.
Ранним утром "Северное сияние" уже стала на якорь в назначенном месте на траверзе мыса Аргуэльо.
Засим для Ладейры последовал длинный, полный ожидания день и лишь в сумерках, когда на баке пробили девять склянок, от берега донеслось легкое жужжание. Оно быстро перешло в ровный гул и наконец в мощный рев. Рев оборвался где-то за кормой "Северного сияния". И из темноты вынырнул быстроходный катер под флагом спасательной службы.
Катер с тихим всплеском приткнулся к правому борту. С палубы выбросили трап, и по нему с профессиональной сноровкой вскарабкались два моряка в форме спасателей.
На палубе их встретил сам капитан Энквистон.
- Начальник спасательной службы Слейдж, - представился один из моряков.
- Капитан Энквистон. Чем могу служить?
- Вы разве не получили штормовое предупреждение?
- Нет... - округлил глаза капитан.
- Ожидается шквальный норд-ост, сэр, и вашему судну необходимо немедленно покинуть якорную стоянку и поискать надежную гавань.
Впрочем, вы вполне успеете дойти и до Лос-Анджелеса.
- Странно, - пожал плечами капитан. - Вообще-то мои старые кости поламывает, и нос улавливает эдакое что-то... в воздухе. Но приборы ничего не показывают - Ничего странного, - вмешался в разговор второй спасатель розовощекий весельчак с глазами-маслинами. - Наша электроника тоже молчит. Мы получили извещение из Центральной метеослужбы. Они связаны с космосом, а значит, с самим Господом.
- Жаль, - покачал головой капитан. - Хозяин яхты собирался устроить в этих местах настоящую королевскую охоту с аквалангами Он, знаете ли, очень богатый человек, а здесь, на берегу, живет его старинный дружок... жаль. . впрочем, я должен его предупредить.
Капитан извинился перед спасателями и собирался уже опуститься в каюту к Ладейре, как изрядно хмельной и веселый синьор Ладейра собственной персоной вывалился на палубу - "дохнуть свежего воздуха". В одной руке Ладейра держал бутылку шампанского, в другой - зеленоглазую блондинку.
Блондинка сразу уставилась голодным взглядом на розовощекого спасателя и незаметно подмигнула. Ладейра при виде непрошеных гостей нахмурился и на ломаном английском осведомился, ни к кому, собственно, не обращаясь
- Что за парни?
Капитан почтительно представил хозяину спасателей и доложил о причине их появления на яхте.
Слейдж в продолжение короткого доклада капитана одобрительно молчал, а его помощник затеял с блондинкой настоящую перестрелку взглядами.
Ладейра внимательно выслушал капитана и, как всегда с ним бывало после третьей бутылки, перешел от веселья к унынию. Он грубо отпихнул блондинку и растроганно заморгал глазами:
- Что ж это вы, ребята? У меня же такой друг на берегу. А? Четыре года не виделись.
- Не все же еще потеряно, - попытался утешить его Слейдж. - Шторм уляжется, и вы вернетесь.
- Нет, - обиженно шмыгнул носом Ладейра. - Мне уже пора назад... дела... А я ему еще кофе привез. С собственной плантации. Он так любит... Целый мешок... -Ладейра, казалось, вотвот разрыдается.
Слейдж переглянулся со своим помощником.
Тот улыбнулся и кивнул.
- А как зовут вашего друга? - поинтересовался Слейдж.
- О... это известный человек. У него тут на побережье вилла, а я хотел сделать ему сюрприз. Он приезжает завтра. Сенатор Гилмор... Он любит уединение, - пьяно пробормотал Ладейра.
- Сенатор Гилмор? Мы хорошо знаем его виллу. И я мог бы передать от вас привет и кофе, великодушно предложил Слейдж.
- Правда? - обрадовался Ладейра. - Вы золотые ребята. Хотите выпить?
- Спасибо, - вежливо отказался Слейдж, хотя его напарник, судя по всему, был настроен более лояльно. - Мы на службе.
- Жаль, - Ладейра фамильярно потрепал Слейджа по плечу и доверительно добавил: - Американские ребята - славные парни, а тут и выпить толком не с кем. Эх... жаль... Ну я пойду...
Ладейра, не прощаясь, повернулся и, покачиваясь, направился почему-то на корму.
Впрочем, это было его личное дело - куда идти. Блондинка бросила на спасателей последний, сожалеющий взгляд и нехотя последовала за Ладейрой.
А через минуту два дюжих матроса споро перегрузили с борта яхты на катер спасателей мешок с кофе и несколько оплетенных бутылок в корзине.
На немой вопрос Слейджа, уже занявшего место за штурвалом катера, капитан Энквист перегнулся через борт и пояснил:
- Это вам, ребята. Хозяин распорядился. Вино отменное, такое только миллионеры и пьют.
Слейдж махнул на прощание рукой, катер отвалил от яхты и, подняв за кормой высокий белопенный бурун, помчался прямо на свет берегового маячка.
6
Двадцать второго сентября Джакомо Лич с нетерпением ждал вестей. В добрые старые времена мог бы переживал куда меньше, но теперь... Сверхъестественное чутье Джакомо уловило в воздухе запах гари. Кто-то нагло лез в игру.
Нахальное письмо, микрофон в часах Вито Профаччи, расправа с братьями Морано и, наконец, гибель самого Вито. Тревожные факты...
За свою долгую жизнь Джакомо побывал во многих переделках и врагов нажил не одну дюжину. И никогда он не пугался ни врагов, ни соперников, никогда с ними не церемонился. Но этот новый враг... Джакомо не знал ни его реальной силы, ни его цели...
Да и вообще: кто он, этот новый враг?
Единственная ниточка - Алиса О'Брайан, - оборвалась со смертью Вито. Лич очень сожалел о скоропостижной кончине этого помощника.
Именно Вито "курировал" все контрабандные операции с наркотиками и достиг в этом деле полного совершенства. И надо же ему было подсунуть башку под слепую полицейскую пулю!
Дела Вито пришлось передать в руки Артура Гвичиарди.
Артур, конечно, толковый малый, но его специализация - игорные дома и "индустрия развлечений". Для того чтобы заменить Профаччи, Артуру требовалось время. А его-то как раз и не хватало. "Северное сияние" моталась где-то у побережья, а вместе с ним товар на двести миллионов чистоганом.
Потеря этого товара чувствительно ударила бы даже по бездонному карману Лича. А потому двадцать второго августа Джакомо даже изменил привычному распорядку дня. Вечером он не поехал, как обычно, в клуб и заперся у себя в кабинете.
Артур еще сутки назад выехал в Окленд.
Именно в его окрестностях планировалось принять яхту. По всем расчетам, сегодня вечером Артур должен доложить о благополучном окончании операции.
Лич ждал известий - и дождался... Тихий зуммер внутреннего телефона оторвал его от тяжких дум. Лич нажал кнопку и услышал тихий вкрадчивый голосок своего секретаря:
- Господин Лич. К Вам Артур Гвичиарди.
- Что! Сам? - вскричал Лич. Появления Артура он никак не ожидал, и уж, конечно, это явление не сулило ничего хорошего.
- Да, - подтвердил секретарь. - Самолично и... кажется, он весьма взволнован.
- Проводи немедленно!
Ровно через минуту на пороге кабинета предстал Артур. При взгляде на его лицо, красное и потное, Лич понял почти все. Он зарычал, прыгнул к нерадивому слуге и, ухватя того за лацканы пиджака, неистово затряс:
- Свинья! Падаль! Что?!
Голова Гвичиарди задергалась, как у гуттаперчевого паяца, и он с трудом проклацал зубами:
- Ях... ях... ях... та не... не... пришла...
Лич отшвырнул его и заметался по кабинету.
Он молотил по воздуху кулаками, мычал что-то нечленораздельное и бешено вращал глазами, налитыми кровью. Более всего Джакомо в этот момент походил на разъяренного носорога.
Гвичиарди забился в угол и испуганно следил за боссом, нисколько не сомневаясь, что рано или поздно громадные кулаки Лича обрушатся на его бедную голову.
Однако Лич потрясающе быстро "переливался" из одного состояния в другое. Вот и теперь он внезапно прекратил беготню и тяжело рухнул в кресло. Его тело расплылось, словно кисель по тарелке, и заполнило все уголки и складки глубокого кожаного кресла.
Еще минуту Лич тяжело сопел, с трудом преодолевая одышку, и наконец обрел дар речи.
Правда, речь его пока отличалась предельной лаконичностью.
- Рассказывай, - прошипел он, шумно выталкивая воздух, словно пустой водопроводный кран.
- Честное слово, я ни в чем не виноват, - заскулил Артур. - Мои люди оцепили все побережье. Десять катеров прочесали все море в радиусе ста миль. Потом... потом... я купил на четыре часа два вертолета у спасателей. Я лично вылетел на одном... Меня три раза стошнило, и я блевал с высоты. Я... я... даже связался с пограничниками и таможней. Господин... яхта не пришла... я не знаю - где она и что с ней... Но отрежьте мне голову, я ни в чем не виноват...
- Не беспокойся, - "утешил" его Лич, - для того чтобы отрезать твою голову, тебе вовсе не обязательно быть виноватым. Ладно... иди пока...
Лич устало махнул рукой и закрыл глаза. JTBHчиарди юркнул за дверь с такой поспешностью, словно перенесенное потрясение оставило вещественное доказательство в его штанах.
Лич так и не заснул в эту ночь, а рано утром получил короткое письмо все с той же коронованной "R" в монограмме. Короткое, но содержательное письмо...
"Внесите на счет № 204582-31 Европейского промышленного банка в Берне пятьдесят миллионов долларов в качестве вклада на благотворительные цели, и мы вернем вам то, что вы не получили. "Северное сияние" через неделю вспыхнет в Южной Америке. Ищите его там, а не здесь".
Уже в полдень личный самолет поднял тяжелую тушу Джакомо Лича и понес ее в Майами - на "консультацию" к самому Манзини.
В это же время Жора Литовченко, развалившись привольно на кушетке в гостиной на квартире Надеждина, потягивал холодный джин и, посмеиваясь, рассказывал о своем дебюте в роли моряка-спасателя:
- Самое трудное было взобраться по этому проклятому штормтрапу. Мы с Лешкой три дня тренировались. А потом, все эти норд-осты, зюйдвесты! Я не потомственный мореман, я казак, и пока все их заучил, едва не заболел морской болезнью.
- Ладейра не интересовался, почему изменили обычное место и почему он не видел вас раньше?
- Нет. Мы и не беседовали с ним наедине. Думаю, они и раньше часто меняли место разгрузки Что же до наших рож... Мы прибыли точно по расписанию, как указано в радиограмме, пароль назвали - что еще нужно? В конце концов, это дело Лича - кого посылать за товаром, а не Ладейры.
Так?
- Да, скорее всего он в данном случае не передал бы товар, если бы заподозрил неладное.
- Вот именно.
- Хорошо. Вали отдыхать. Вы с Лешкой славно потрудились.
- Это точно, - согласился Жора...
Когда Сергей назвал таксисту пункт назначения, тот покосился на пассажира с явным неодобрением и даже слегка укоризненно покачал головой. Реакция таксиста подтвердила сомнения Сергея насчет благопристойности бара "Боруссия", однако выбор делал, увы, не Сергей. Ему только указали время и место встречи, а когда указания исходят от Фитцжеральда, приходится только подчиняться, встретиться же Надеждин должен был с неким Ионом Саяниди, по словам Эдуарда - "магом и волшебником". Зачем тот Саяниди сдался Фитцжеральду, оставалось только гадать, но раз нужен, значит, деваться некуда - собирайся и езжай.
Сергей прибыл на место минут за десять до назначенного времени, занял столик в углу и с любопытством огляделся по сторонам.
Рекогносцировка только подтвердила худшие опасения Сергея. Бар "Боруссия" явно стоял в классификации где-то посередине между притоном и мусорной свалкой.
Небольшой зал с низкими сводами плавал в сизых клубах табачного дыма. Вентиляция работала отвратительно. На стенах грязные потеки и сальные пятна - отпечатки сотен голов. На полу окурки и плевки. Скатертей на столах не было вовсе, хотя оно и к лучшему - можно себе представить, как бы выглядели эти скатерти.
Но особенно не понравились Сергею завсегдатаи бара - крикливые парни в кожаных куртках, с бритыми наголо головами и с толстыми цепями на шеях и поясах. Они составили вместе несколько столиков и чувствовали себя здесь полными хозяевами.
Остальная публика - несколько бесцветных и пьяных личностей - жались по углам и у стойки.
Эти отбросы общества находились, как сразу понял Сергей, на побегушках у бритоголовых, за что и получали иногда подачку в виде банки пива или сигареты.
Хозяин заведения - краснорожий толстяк с сизым носом и злобными свиными глазками - с полным пониманием относился к запросам своих шумных клиентов и к их грубым забавам.
Ждать от него сочувствия не приходилось. Это Сергей тоже определил сразу, а потому решил ни в какие конфликты не ввязываться.
Он заказал пиво и съежился в своем углу, стараясь не привлекать внимания шумных соседей.
К чести хозяина "Боруссии", пиво он подал отменное, и Сергей заказал еще порцию. Сдунув пену с боков большой глиняной кружки, он снова украдкой взглянул в сторону бритоголовых, и его взгляд поневоле задержался на двух оловянных пуговицах. Пуговицы эти украшали физиономию одного из субъектов и, судя по всему, выполняли функции глаз. А вообще рожа этого типа могла обогатить любой иллюстрированный учебник по психиатрии.
Не обнаружив в мутных зрительных приспособлениях дегенерата никаких проблесков мысли, Сергей быстро отвел взгляд и сделал вид, что его интересует исключительно содержимое пивной кружки. Но взгляд его, оказывается, был замечен и оценен. Ущербное дитя баловницы-природы изучало Надеждина со всевозрастающим интересом. Сергей чувствовал на себе тяжесть его взгляда. Никакой Саяниди же, как назло, не появлялся.
Тем временем жертва генетики, строго следуя законам исследовательской деятельности, решила перейти от созерцания к осязанию. Она с трудом вылезла из-за стола, отпихнула ногой стул и, пошатываясь, направилась к Надеждину.
Остановившись в двух шагах, ублюдок широко расставил ноги и ощерился, обнажив гнилые зубы.
Сергей хранил неподвижность статуи и хладнокровие рыбы.
Эта готовность к самопожертвованию удовлетворила любознательное "дитя", оно, протянув волосатую лапу с татуировкой, сцапало "объект исследования" и потянуло поближе.
Воротник больно сдавил Сергею шею, в нос ударил тошнотворный смрад винного перегара Татуированный "исследователь" был на голову выше, а потому - чтобы предоставить собеседнику право разговора на равных - он свободной рукой сграбастал Сергея за шиворот и легко приподнял. Теперь их глаза встретились на одном уровне.
- А сейчас я тебе откушу ухо, - обрадовал бритоголовый Сергея.
Сергею вовсе этого не хотелось, а потому плотоядные устремления бритоголового встретили решительный отпор.
Сергей что есть силы въехал агрессору коленкой в пах и одновременно провел хук правой в подбородок. И это был великолепный удар, даром что бил Надеждин из нестандартной стойки.
И вздумалось же бритоголовому именно в этот момент облизать жирные губы! Сергей так никогда и не узнал, удалось ли какому-нибудь хирургу пришить на место кончик языка. Увы! Не ухо Сергея, а язык бедняги пал жертвой. А Сергей получил наконец свободу: его притеснитель, взвизгнув, опустил воротник и скорчился, зажимая рот руками, а затем повалился на бок. Кровь тотчас окрасила его пальцы и щедро потекла на пол.
Столь жестокая расправа вызвала в компании бритоголовых бурную реакцию. Яростный рев двух десятков глоток, грохот опрокидываемых стульев, звон цепей не оставляли никаких сомнений - пощады обидчику не будет.
Но Сергей не просил пощады. Он отпрыгнул к стене, выдернул правой рукой "люгер", а левой притянул к себе стол, создав некое подобие баррикады.
Грозное на вид оружие на мгновение задержало разъяренных мстителей. Они тесным полукольцом сомкнулись вокруг Сергея, но ближе чем на шесть шагов приблизиться не решались.
На кулаки некоторые из них намотали цепи, а в руках нескольких Сергей заметил ножи.
"Даже если у них не окажется пистолета, - промелькнуло в голове Надеждина, - они все равно полезут в драку. Пьяные ведь в стельку. Тогда буду стрелять... Хотя... вряд ли поможет..."
От таких мыслей лоб Сергея покрылся холодной испариной Отступать было некуда, осталось только умереть достойно...
Вот уже тощий кретин тащит что-то из кармана куртки... Другой... слева... подобрался, как для прыжка...
И в этот решительный миг за спинами нападающих коротко грохнула автоматная очередь. Послышался звон битого стекла, а с потолка на бритые лбы посыпалась штукатурка.
- Скоты! Всем назад! - властно рявкнул чейто внушительный бас.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26
 вино lamura 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я