научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/Damixa/arc/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Как я ненавидел эту шлюху Рид! Из-за нее я столько пропускал. Глава двадцать вторая Как и предсказывал Рай, ключей от ворот Штасслера Лорен не нашла. Ей пришлось перелезать через забор из колючей проволоки. Она чуть было не упала, перебираясь через верхнюю нить, стоя при этом на качающейся под ее весом проволоке.Затем ей пришлось приподнять нижнюю проволоку и приказать Лерою пролезть под ней. Ее пес выказал полное нежелание ползать по земле на брюхе, и она заключила, что, несмотря на его обаяние, в солдаты он не годится. На длительные переходы он тоже был не способен. После сорокапятиминутной прогулки по палящему солнцу от машины до строений он совершенно запыхался. Надежда на защиту, на которую она рассчитывала, взяв его с собой, быстро сменилась осознанием выпавших на его долю трудностей.И вот сейчас, стоя перед дверью Штасслера, она понимала: первое, что она попросит у него, – воды. Это ее очень расстраивало. Ей не нужны были никакие услуги с его стороны. Она пришла сюда требовать ответа, а вот теперь приходится...Штасслер прервал ее мысли, широко распахнув дверь. Он выглядел таким же худым и мускулистым, как большинство мужчин в серии Семейное планирование. Должно быть, он ваяет своих героев по своему подобию. Однако, он казался более крепким, даже более крепким, чем его бронзовые фигуры. На нем была рубашка без рукавов, а утренние тени четко обрисовывали рельеф мышц у него на плечах, руках, шее. Лорен видела перед собой тело молодого гимнаста. Кажется, она где-то читала, что он показывал чудеса на брусьях и перекладине.– Я звонила вам, – сказала она уже не с той злостью, которую испытывала, когда стучалась в дверь и разговаривала с ним через окно.Лорен смягчилась. Такое бывало с ней очень часто, когда она лицом к лицу сталкивалась с объектом своего презрения. Эшли Штасслер теперь не был абстрактным символом.– Да, вы это уже сказали. Но я в последнее время не проверяю телефонные звонки. Слишком скучно и утомительно.Он говорил так, словно хотел подавить зевок.– Я хочу поговорить с вами о Керри. Но сначала мне надо воды для него, – она взглядом указала на Лероя. Тот, тяжело дыша, лежал у ее ног.Штасслер посмотрел на пса так, словно раньше не замечал его. Лорен отметила легкое движение головы скульптора. Отвращение? Возможно. Ничего определенного. Это она чувствовала. Он прошел мимо нее и повернул вентиль на трубе, торчащей из стены сарая. Вода засверкала на солнце бриллиантовыми брызгами.– Иди, Лерой, – приказала она.Пес тяжело поднялся и пошел к текущей струе, стал лакать.Она поблагодарила Штасслера.– Я очень занят. Так что я могу сделать для вас? Или Керри?– Вы можете показать мне, где она остановилась, где спала, где работала. Она была моей ученицей, – подчеркнула Лорен. – Я не могу допустить, чтобы она пропала бесследно. Я должна узнать все, что смогу.– Так вы можете найти ее? Вы действительно думаете, что сможете это сделать?– Не знаю, – честно призналась она.– И я не знаю, чем могу вам помочь. Я описал все шерифу, беседовал с таким количеством тупоголовых репортеров, с каким, наверное, не сталкивался и президент. У меня очень много работы. Сейчас я чрезвычайно занят. Я как раз собирался начать новый проект, когда вы прервали меня. Я должен вернуться к моему занятию до того, как материал остынет.Невероятно, но он повернулся и пошел прочь. Она схватила его за руку.– Пожалуйста. Я стараюсь выяснить о ней все, что можно, так как, в конце концов, это все, что у нас есть. Можете вы, по крайней мере, показать мне ее комнату, ее кровать, где она ела, где работала? Это очень важно.Он выдернул руку и направился к дому.– Я проведу вас по дому, – не оборачиваясь, фыркнул он. – А потом я буду вам очень признателен, если вы позволите мне вернуться к моей работе.
Лорен старалась впитать каждую мелочь, с того самого момента, как вошла в вестибюль с медным кованым потолком. У нее была удивительная зрительная память. Впервые она узнала об этом, когда отец взял ее на знаменитое лодочное шоу в Мэдисон-скуэр-гарден Нью-йоркский концертно-спортивный комплекс. Современное (четвертое по счету) здание построено в 1968 г. на Восьмой авеню между 31-й и 33-й улицами, на месте старого Пенсильванского вокзала, полностью перенесенного под землю. Представляет собой гигантский цилиндр из сборного железобетона и, по общему мнению, считается крупной архитектурной неудачей. Первое здание Мэдисон-скуэр-гардена было построено в 1879 г. на Мэдисон-авеню между 27-й и 29-й улицами и стало одним из основных спортивно-развлекательных центров города. В 1890 г. на этом же месте знаменитый нью-йоркский архитектор С. Уайт построил новое здание в стиле неоренессанса, где также царили спорт и варьете и где устраивалась самая известная в те годы выставка лошадей. Здесь же, в саду на крыше второго Мэдисон-скуэр-гардена, в 1906 г. архитектор был застрелен мужем своей бывшей любовницы. Третье, предпоследнее здание было построено в 1925 г. между 49-й и 50-й улицами и Восьмой авеню

в Нью-Йорке. Она вернулась домой с огромной жаждой рисовать и часами рисовала увиденное с фотографической точностью.Та же самая наблюдательность пришла к ней и сейчас, когда Штасслер проводил ее через гостиную с высокими потолками и дальше по коридору к спальне, где жила Керри.На полу лежала одежда. В тридцати сантиметрах от нее на резиновых шлепанцах валялись трусики, словно Керри спешила быстрее уйти, натянуть велосипедные штаны, которые были с нее так жестоко сорваны.– Я ни к чему не притрагивался, – заявил Штасслер. Однако его выдавали голос и жесты.«Они выдают его, – подумала она. – Они и беспорядок. Валяющиеся трусики! Какое ханжество!»Лорен проверила все ящики, заглянула под кровать. Она открыла чулан, даже не задумываясь, что может там найти. Как выяснилось, ничего особенного. Одно платье, несколько пар брюк, в основном джинсы. Никакого «дымящегося ружья», как выразился бы Рай.– Вы готовы?В голосе Штасслера слышались нотки нетерпения. Пятясь из спальни, она оглядела все еще раз. Скульптор показал ей кухню, где могла бы разместиться целая бригада поваров.– Вот здесь она питалась, – он кивнул на стойку для завтраков. – Впечатляет, не так ли?Лорен не заметила сарказма в его голосе.– Удовлетворены? – спросил он.– Спасибо.Она выглядела пораженной. Так оно и было. Видеть свидетельства пребывания Керри и не видеть ее саму. Лорен расстроилась. Он повел ее из дома по направлению к дороге.– Нет, – сказала она, чувствуя себя так, словно она проснулась от гипноза. – Еще я хочу посмотреть, где она работала.Теперь замешательство появилось на лице Штасслера. Явная игра.– Вы хотите сказать, что желаете осмотреть мою литейку, мое рабочее место? Да вы смеетесь!Он согнутым пальцем нарисовал в воздухе вопросительный знак.– Нет, я не шучу, – мрачно объявила Лорен. – Я бы хотела взять с собой ее портфолио. Вы знаете, где оно? В спальне я его не видела.– Не знаю, где оно. Я его давно не видел.– Что вы этим хотите сказать? Вы должны были помочь ей в работе.– Я полагал, что она задержится здесь достаточно долго и сможет извлечь пользу из моих советов.Тут Лорен взорвалась. Его пренебрежение к подписанному контракту, к девочке, а теперь и к ней самой!Но прежде чем Лорен заговорила, он указал рукой в сторону литейки.– Хотите осмотреть ее. Отлично. Идемте.Он повел ее к кирпичному зданию, к тому, которое она первым увидела из вертолета. Лорен усадила Лероя в тени фасада и прошла за Штасслером внутрь.Она видела много литеек, но такую огромную встретила впервые. Подъемники, цепи, решетки и баллоны, столы, инструменты и тигли предстали перед ней. В пространстве он недостатка не испытывал.Штасслер жестом указал на комнату.– Посмотрите, может, ее портфолио где-то здесь.Его здесь не было. Это она чувствовала так же ясно, как и удивительно прохладный воздух. Каждый предмет в литейке лежал на своем месте. Эшли Штасслер был из тех скульпторов, которые прекрасно знали, куда они положили тот или иной резец или самый маленький винтик. Или портфолио.И все же она должна все осмотреть. Она должна собрать все самые мелкие детали, чтобы нарисовать себе последние дни жизни Керри.Она прошла мимо скамейки, над которой на крючке висели киянка и скребок, и подошла к отгороженной части. Она зашла за перегородку. У стены стоял деревянный ящик. «Зачем его отгораживать?» – удивилась она.– Вам не нравятся мои скульптуры, не так ли? – поинтересовался Штасслер.– Что вы этим хотите сказать? – доверительный тон Штасслера после такой холодной отчужденности удивил ее.– Когда-то они вам нравились. Вы обожали их. Вы прислали мне статью, которую написали в студенческой газете: «Эшли Штасслер не только понимает уязвимые места нашего века, но и знает его темного двоюродного брата – будущее». Пышно, но вполне подходяще для выпускницы университета.Она была поражена, что он смог процитировать статью, которую она писала более двадцати лет назад. Чтобы ответить, ей потребовалось время.– Вы правы. Если быть честной, то я просто не являюсь вашей поклонницей.– Я это всегда понимал.– А вам разве не все равно?Она понимала, что ему далеко не все равно. Но зачем поднимать этот вопрос?– Конечно, все равно, – быстро ответил он. – Мне просто интересно, почему и как изменилось ваше мнение.– Вкусы меняются, – пожала она плечами. – Когда-то мне нравился Дейв Кларк Пятый, а теперь он для меня ничего не значит.Ее рука легла на ящик. Лорен почувствовала между пальцами прекрасную бархатную пыль. Она показалась знакомой. Очень знакомой.Он покачал головой, на этот раз более заметно. Лорен поняла, что задела его самолюбие, сравнив его с ничтожной бандой шестидесятых, с посредственностью, которая и близко не стоит с тем величием, которое он приписывал себе. И опять-таки, она не поняла, почему это его так беспокоит, когда мир искусства полон знатоков, готовых петь ему гимны.– Посмотрели? – спросил он.– Думаю, да.Она подняла руку с ящика, поток прохладного воздуха скользнул по ее пальцам. Если она и заметила это, то быстро забыла, следуя за скульптором, стараясь запомнить каждую деталь. «Зачем все это?» – спросила она себя. Если это все, что она может собрать о жизни Керри здесь, то у нее просто ничего нет. И нигде нет разрубленного тела. Только вот это. Ее взгляд упал на три формы из альгината, лежащие, словно безголовые призраки, на столе. Затем она заметила, что у мужской фигуры разбита рука.– Как это случилось?Он посмотрел на нее так, словно она не имела никакого права спрашивать об этом.– Ошибка, – холодно сказал он. – Такого больше не повторится.Через мгновение они уже снова очутились под лучами яркого солнца. Когда они подошли к сараю, Лорен открыла вентиль, и пес сделал еще с полдюжины глотков, прежде чем отошел в сторону. Лорен сложила руки лодочкой и попила сама. Штасслер и не подумал предложить ей стакан, но удивил ее тем, что предложил подвезти до ворот.«Должно быть ему очень хочется побыстрее избавиться от меня». Но ее первая мысль была тут же оттеснена второй: ей очень хотелось избавить себя и собаку от обратной прогулки по жаре.– Спасибо. С удовольствием.Он повел ее за угол сарая к джипу. Ей на глаза попалась закрытая на висячий замок дверь.– А здесь что у вас?– Ничего особенного.– Так зачем же она тогда закрыта?– Я не хочу, чтобы мыши и другие грызуны из пустыни бегали здесь.– Можно взглянуть?– Это мой дом, – сказал он. – Не могу поверить, что вы вдруг захотели осмотреть мои комнаты.– Я не прошу вас показывать мне ваши комнаты. Это сарай. Ваш дом наверху. Я вполне уважаю личные апартаменты.Хотя в душе она надеялась попробовать попасть и туда.– Вам, конечно, лучше знать.Его голос внезапно стал трескучим, злобным. Штасслер, похоже, заметил это и сам, поджал губы. Затем он пришел в себя и, пройдя мимо нее, открыл дверь.– Тут ничего нет. Вы будете разочарованы.Лорен ничего не ответила, но почувствовала, что он, возможно, и прав. Она то и дело испытывает разочарования в поисках Керри.Сарай, как Штасслер и сказал, был пуст. Солома в стойлах и все. Стойл около дюжины, но никаких следов пребывания лошадей: ни упряжи, ни седел, ни единой вещи. Пусто, как в пещере.Но если он так беспокоится о мышах, то зачем же оставлять здесь солому, в которой они с удовольствием совьют гнезда. Кто знает? Она уже задавала ему множество вопросов и ни на один не получила удовлетворительного ответа.Лорен развернулась и сделала было два шага к выходу, но услышала, как Штасслер сказал:– Эй, парень, пошел отсюда, пошел, – и хлопнул при этом в ладоши.Она обернулась и увидела, что Лерой роет солому в последнем стойле в левом ряду.– Лерой, – резко скомандовала она. – Ко мне. Штасслер отошел в сторону, когда она направилась к собаке. Она схватила его за ошейник, чтобы оттащить как раз в тот момент, когда его коготь зацепился за кольцо, которое поднялось и громко упало.Лорен, искренне растерявшись, повернулась к Штасслеру, но тот уже был рядом с ней и схватил ее за руку.– Уберите от меня руки! – крикнула она, Лерой поднял голову от кольца и посмотрел на того, кто схватил его хозяйку.Ему достаточно было зарычать, чтобы Штасслер отпустил руку. Лерой оттеснил его к противоположному стойлу, а Лорен, напрягшись, две-три секунды переводила взгляд с кольца на Штасслера и обратно.Но, когда она взялась за кольцо, он с криком «Не смей!» ринулся к ней.Лерой вцепился ему в правое бедро.Штасслер выругался от боли, а Лорен подняла толстую деревянную дверь.– Есть там кто-нибудь?.. – крикнула она, и не успела договорить, как послышался голос Керри.– Я! Я здесь! Заберите меня отсюда!Лорен снова поглядела на Штасслера, который был прижат к стене и стоял с окровавленной ногой. Лерой отпустил свою жертву, но теперь он предлагал цену, на которую не согласится ни один мужчина: его оскаленные зубы готовы были впиться в промежность Штасслера. Скульптор аж посерел.Лорен, спустившись вниз, увидела парад скелетов и клетку. Она глубоко вздохнула, и это чуть было не оказалось ее последним вздохом, так как воздух здесь был пропитан смертью.Она пробежала через весь подвал к тому месту, где, ухватившись за прутья клетки, стояла Керри. Рядом с ней застыла обнаженная девушка.– Ключи! – закричала Керри. – Они у него. Они всегда при нем!Лорен побежала обратно в сарай, боясь того, что она может там увидеть. Штасслера с пистолетом? Штасслер убежал за оружием? Но Лерой не отступал. Штасслер стоял неподвижно, как и его статуи, очевидно, боясь, что при первом же движении он многое потеряет.– Мне нужны ключи! – закричала Лорен, и от этого Лерой зарычал.– Они наверху, в моей спальне, – нервно ответил Штасслер.– Выверни карманы.– Он меня укусит.– Не укусит, – заверила Лорен, даже не зная, да и не больно-то беспокоясь о том, правда это или нет.Штасслер с поразительной медлительностью полез в карман. Он вывернул его с той же медлительностью, продемонстрировав только потрепанную подкладку.– Другой, – приказала Лорен.– Не могу, – ответил Штасслер, его глаза показали на Лероя, словно он хотел без слов добиться от нее понимания.– Другой, или он сейчас сожрет тебя живьем.И опять она не представляла, насколько правдивы ее слова, но ее это совершенно не беспокоило. Штасслер начал исполнять ее приказание. На сей раз, когда карман был вывернут, на свет появилась связка ключей.– Бросай их сюда.Он без усилия бросил их, но они до нее не долетели. Она нагнулась вперед, подняла их и метнулась обратно в подвал. Когда она пробегала по земляному полу, то поняла, что с этого дня ее феноменальная зрительная память превратится из дара в проклятие: этот парад костей, с абсурдными скелетами, одетыми в одежду и застывшими в мрачных позах, будет преследовать ее до конца дней.Она попробовала три ключа, прежде чем нашла нужный. Но как только она открыла дверь, голая девушка вцепилась в Керри и начала умолять ее остаться.Остаться? Она, должно быть, совсем выжила из ума. Лорен бросилась к ним, стараясь оторвать от Керри голую девушку. Эта задача была бы намного проще, если бы девушка была одета. К ее удивлению, девушка отпустила Керри, а Лорен допустила ошибку, оставив ее.Девушка выскочила из дверей клетки и попробовала захлопнуть ее. Лорен подставила плечо под металл и набила себе синяки. Удар вышиб из нее весь воздух, но это спасло их от этой тюрьмы.Она проследила взглядом, как девушка взмыла вверх по лестнице. Керри помогла Лорен подняться, и они вдвоем прошли мимо скелетов.Когда они добрались, наконец, до сарая, жгучая боль в плече у Лорен уже начала ослабевать. Штасслер так и стоял прижатым к стене, а следов девушки нигде не было видно.Керри повернулась к скульптору:– Чтоб ты сдох! – прокричала она. – Подохни здесь, сукин сын!Лорен потащила ее за собой.– Пошли, не задерживайся.Они выбежали из сарая прямо к джипу. Лорен попробовала открыть водительскую дверцу, но та оказалась закрыта, а ключи... Господи! Ключи остались в дверях клетки!Она повернулась, собираясь еще раз спуститься по лестнице, но увидела, что к ним вразвалочку бежит Лерой. Но когда она взглянула дальше, то ее охватила паника. Она увидела, как из стойла, поспешно хромая, выходит Штасслер.Лорен развернулась, схватила Керри и потащила ее направо, в пустыню.– По дороге нельзя, – задыхаясь, объяснила она. – Он поедет за нами.Она тащила девушку по пересохшему песку к густым кустарникам, которые остановят любую машину. Но даже здесь, пробираясь по пересохшим руслам и топкому песку, она понимала, что Штасслер, если надо, сможет преследовать их пешком. Он ни за что не позволит им уйти, как бы тяжело он ни был ранен, а Лорен сомневалась, что у него разорвана бедренная артерия. Сначала кровь хлынула, но потом она едва сочилась. Штасслер все еще мог ходить, а это значит, что вскоре они должны будут спрятаться. Глава двадцать третья Я рванул за ними, и я был уже не более чем в метре от них, как у меня свело ногу. Через мгновение я уже хромал, испытывая ужасную боль, словно в меня глубоко вонзили нож с зазубренным лезвием. Затем я сообразил, что даже если я и догоню их, то эта чертова собака разорвет меня на кусочки. У меня не было пистолета. Вдобавок к этому я понял, что уж если я хочу преследовать их, то мне надо запастись каким-нибудь обезболивающим.Эта паршивая скотина прокусила мне бедро. Сейчас мне надо заняться раной, обработать ее. Инфекция, которую могла занести эта грязная тварь, убьет меня быстрее, чем эти две ведьмы.Направляясь к холмам, они создали мне определенные трудности. Но и для них это убийственное решение. У них нет ни воды, ни пищи. С ними, можно считать, покончено. Таков их удел. Каждый их шаг ведет к гибели. Это может меня порадовать, и я радуюсь, но мне очень жаль, что я потерял Бриллиантовую девочку. Она видела меня, когда я находился в лапах этой чертовой собаки. Она вышла и посмотрела мне прямо в глаза. Я думал, она поможет мне. Мне казалась, эта прекрасная молодая обнаженная девица пришла мне на выручку, но тут она выскользнула в дверь, даже не обернувшись. При последнем взгляде на Бриллиантовую девочку я увидел только ее восхитительный зад. Ах, эти твердые, круглые щечки, к которым я прижимался лицом, по долинам которых я с таким волнением странствовал языком.Я не представлял, где она теперь. Но раз уж передо мной стоял этот печальный выбор: преследовать Ее Светлость, которая тоже задержалась при выходе, но только для того, чтобы выкрикнуть в мою сторону разные оскорбления, и Шлюху от прессы или Бриллиантовую девочку, то я должен был оставить мою маленькую любовницу. Маловероятно, что она натравит на меня власти. Если я вообще что-то понимаю, то она живет во власти собственных извращений. В таком случае она должна простить мне мои. Это соглашение мы заключили, не обменявшись ни единым словом. Оно всегда было между нами. Мы с ней выросли из одинаковых семян, но она еще бутон, а я в полном расцвете.Дезинфектор жег. О... о... как жег. Мазь пузырилась на ране, убирая кровь с багровой, воспаленной кожи.Я должен не терять их из виду, но помнить про свою рану. Я смазал рану мазью, наложил сверху марлю и надел шорты и рубашку, которая защитит мои плечи. Я прихватил шляпу, рюкзак и бутылки для воды. Наполнил обе бутылки из резервуара в холодильнике. Ледяная вода, тридцать четыре градуса. Я поискал тайленол Ацетаминофен, патентованное средство от головной боли и простуды (заменитель аспирина) в таблетках и капсулах производства компании «Макнил консьюмер энд спешалти фармасютиклс», отделения компании «Макнил-Пи-пи-си». Ранее производился также компанией «Джонсон энд Джонсон». В октябре 1982 г. страну потрясли сообщения о случаях отравления со смертельным исходом, вызванного тем, что ненайденный злоумышленник подложил в капсулы тайленола цианистый калий. Жертвами стали восемь человек в г. Чикаго и в штате Калифорния. В результате этой трагедии федеральные власти выработали новые правила проверки выпускаемых лекарств.

с кодеином, но он у меня закончился. Я вытащил три пачки «Эдвила» Товарный знак болеутоляющего и жаропонижающего средства – ибупрофена; рекламируется от простуды, головной, зубной и мышечной болей, от артритов и невралгии; выпускается несколько разновидностей компанией «Уайет консьюмер хелскэр», г. Мадисон, шт. Нью-Джерси

, надеясь, что он снимет боль в ноге. И еще я прихватил набор для путешествия и два банана. Пойду налегке, но не настолько, как они. Я с нетерпением ждал того момента, когда обнаружу их страдающими от жары, с распухшими, как губка, и сухими, как пыль, глотками.Уже на выходе я прихватил пистолет, но напомнил себе, что использовать его надо крайне осторожно. Если я убью их там, в пустыне, это будет ужасной ошибкой. Тогда мне придется нести или тащить их обратно. Моему джипу ни за что не преодолеть эти пески и завалы. Так что, если я хочу получить вознаграждение за свои труды, то должен доставить их в полной неприкосновенности в подвал. Удовольствие может подождать.Их следы пересекли пересохшее русло шириной метров семь. Похоже, они уже начали выдыхаться. Мне бы этого не хотелось. Вряд ли они могли так быстро устать. Две здоровые молодые женщины. Я полагаю, что пару часов они вполне выдержат... и много больше в подвале. Если это не так, если они относятся к тем, кто с легкостью сдается, то воспользуюсь метамфетамином, чтобы вернуть их к кошмарной действительности.Пока я их преследовал, я продолжал планировать, разрабатывать каждую деталь до мелочей. Возможно, я даже сделаю укол и себе, чтобы мы все втроем наслаждались теми трудностями, которые неизбежно будут ждать нас впереди. Не надо переутомляться.Опять головокружение. Я определенно работаю без страховки. Слишком много неизвестных. Над головой может пролететь самолет. На беду может проезжать мимо горный велосипедист, и удачи как не бывало. Подобные мысли заставили меня сконцентрироваться. Словно я превратился в машину мщения. В этом есть своя красота. Не надо говорить, что я не воспринимаю красоту во всем ее многообразии.Передо мной поднимаются склоны холмов, а за ними горы Ласаль, но между холмами и горами лежит река. Они не уйдут дальше обрывистого берега. Им с него не спуститься. Ни один здравомыслящий человек не сможет с него спуститься. Перед ними откроется такой же вид, как с моста «Золотые врата» Висячий мост с 6-рядным движением через одноименный пролив. Построен в 1933 1937 гг. под руководством главного инженера строительства Дж. Стросса. Самый высокий в стране мост (высота пролета над уровнем моря – более 67 м). До 1964 г. мост был самым длинным в мире по длине пролета – 1260 м. Соединяет г. Сан-Франциско с северными пригородами по федеральной дороге № 101, ведущей на север. Мост платный только при въезде в город. Со смотровой площадки открывается панорама города и залива. Один из символов Сан-Франциско и всей Калифорнии

они увидят в трехстах метрах под собой камни и пенистую воду. Конечно, к тому времени, как они туда доберутся, они уже будут без ума от страха, изнуренные жарой. А я стану преследовать их, куда бы они ни пошли, если только они не решатся спрыгнуть в реку, что, очевидно, будет не так уж и плохо. Такой прыжок убьет их, а тела поток вынесет на пороги. Меня вряд ли можно будет обвинить в их глупости.Я их не вижу, но я не могу потерять их след. Отпечатки их ног на песке – как пятна краски. Собака уже, подтверждая мои предположения о ее жуткой кончине, начала отставать. Вы только посмотрите на эти отпечатки лап. В любой момент я ожидаю, что между ними появится непрерывная линия от волочащегося по земле языка. Что за зверь. Что за укус. Он будет щедрым подарком.Моя бутылка с водой стала скользкой от конденсата. Я сделал первый глоток с улыбкой, получив дополнительное удовольствие от того, что только через двадцать, а может, тридцать минут пути мне потребовалась вода. Они в пути много дольше, минут на десять-пятнадцать дольше. Их языки высохли от жажды. Думаю, они бредут сейчас по песку, напоминая пару пингвинов.Когда я поймаю их, мне надо быть с ними очень осторожным. Не хочу, чтобы они упали от перегрева. Возможно, я даже дам им попить, заставлю их встать на колени и с открытыми ртами ждать каплю воды. Возможно, это та поза, в которую три раза в день вставала эта Шлюха от прессы, чтобы вместе со мной попасть в книгу. Интересно, оставит ли он ее в книге после того, как она исчезнет? Посмертные почести? А ведь делить страницы с Эшли Штасслером – это большая честь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25
 коньяк vallein tercinier 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я