научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/shtorky/dlya-uglovyh-vann/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Керри подняла голову. Лорен видела напряженность в ее взгляде. Ошибка была не ее, но это ее первая отливка. Лорен решила, что девушка вполне могла винить во всем себя.Лорен заметила, как она шепчет под защитной маской, но ее никто не может услышать:– У тебя все отлично получается. Все просто превосходно. Отливщик сделал небольшой шажок, нацелил тигель и на этот раз начал лить прямо в форму, которая принимала бронзу.Лорен вдохнула теплый воздух литейки, ощущая, как по телу стекают капельки пота. Для женщины она всегда слишком сильно потела. Зачем, ну зачем она так оделась?
Лорен повесила шлем на один из крючков у двери и стянула тяжелый защитный костюм. Ее пальцы коснулись бровей, потом пробежали по волосам, стирая пот. Ее бледное лицо внезапно стало красным, как огонек светофора.Кожа у Рая тоже выглядела влажной. На верхней губе у него скопились капельки пота, и она с трудом удержалась, чтобы не смахнуть их.Когда они вышли в холл, то обычный теплый воздух показался им прохладным.– Ну, и что ты думаешь о процессе отливки?– Там как в сауне, – вздохнул Рай, небрежно вытирая пот с лица.Он надолго приложился к бутылке с водой.– Ты заметил ту маленькую ошибку, которая чуть было не привела к катастрофе? – спросила Лорен, когда они подымались на третий этаж.– Так это была ошибка? Я в этом не был уверен. Я заметил, что парень, стоящий лицом к нам, уставился на того, который отливал.– Это был не парень. Керри. И она тут ни при чем.– Керри? Правда? Никогда не подумал бы.– Трудно узнать человека под маской, да еще в защитном костюме.
Они обошли заграждение, которое все еще стояло перед ее кабинетом.– Они собираются ремонтировать здание? – Рай посмотрел на щель, которая была неровно замазана цементом.– Понятия не имею. Они никогда нам ничего не говорят, – Лорен открыла дверь кабинета. – Но какие-то работы ведутся.Он вновь взглянул на ограждения.– Они, очевидно, не доверяют собственной работе.– Кстати, – сказала она, подходя к своему письменному столу, – я нашла это в интернете. Думаю, у тебя появится желание просмотреть эту статью.Лорен протянула ему распечатку статьи под названием «Треугольник жизни».– Оказывается, когда был толчок землетрясения, мы делали все неправильно. Нельзя задерживаться в дверных проемах. Очень многие пострадали именно из-за этого.– Серьезно? А я слышал, что двери самое безопасное место во время землетрясения.– Я тоже. Но теперь они утверждают, что надо найти ближайший прочный предмет и встать рядом с ним или, если надо, то присесть рядом с ним. Если упадут потолок и стены, ты сможешь спастись, – она продемонстрировала сказанное руками. – Нужно встать между стеллажами или залезть под письменный стол. Тогда не получишь по голове куском потолка.Рай взглянул на распечатанную статью, потом снова на Лорен.– Если ты неосмотрителен, то каждый день узнаешь что-то новое.Он с улыбкой протянул ей статью обратно.– Можешь оставить себе. Я распечатала ее специально для тебя.– Спасибо. Ты так щедро тратишь на меня свое время. Как ты смотришь на то, чтобы вместе пообедать? Или поужинать?То, как он сказал «Или поужинать?», подсказало ей, что они достигли перекрестка: пообедать – это безопасно. Поужинать – означает секс. Разница очевидная, как трещина в потолке.– Пойти обедать я не смогу. По крайней мере, сегодня. У меня назначена встреча со студенткой. А вот поужинать... можно. Сегодня вечером? – она подумала, что именно это он имеет в виду. Ему надо будет ехать от самого побережья.– Великолепно. В семь?Лорен кивнула, отчасти сожалея, а отчасти предвкушая вечер. В животе у нее что-то сжалось.– Куда за тобой заехать?Она назвала ему свой адрес, и они пожали друг другу руки, как делали это каждый раз при прощании. Лорен задумалась о том, как они пожелают сегодня друг другу спокойной ночи. Студенткой, с которой у нее была назначена встреча, была Керри. Лорен не хотела выяснять, не подогреет ли интерес Рая перспектива присутствия девушки, и определенно не хотела больше терпеть флирт Керри.Керри, по привычке, опоздала на несколько минут. Лорен это злило, так же, как то, что ее студенты протыкали свои пупки, носы, уши кольцами, шпильками и булавками. Она с удовольствием отметила, что Керри ограничила свое самоистязание дыркой в пупке, носу и непременной полудюжиной дырок вдоль внешнего края каждого уха.Лорен пришла к выводу, что чаще всего себя прокалывают те студенты, которые выглядят слишком агрессивно, непривлекательно, но в конце концов все они оказываются очень милыми. Она верила, что избыточный пирсинг является защитой от сексуального интереса. Предсказуемая реакция на культуру, которая порождает сексуальность с самого детства, используя для этого рекламу, музыку, кино и иногда, что самое печальное, общение.
Керри обхватила длинными ногами ножки стула и наклонилась вперед.– Можете угадать?– Что угадать?– Штасслер сказал, что я могу остановиться в одной из комнат в его доме. Сказал, что наверху того сарая, где он живет, есть комнаты для гостей. Так что в моем распоряжении будет огромный дом. Еще он сказал, что живет далеко от обитаемых мест и поэтому мотаться к нему каждый день будет слишком обременительно.– Очень предусмотрительно с его стороны.– Но я все равно возьму с собой велосипед.– А как далеко его обитель от города?– От Моаба что-то около тридцати километров.– Далековато для велосипеда.– Да не так уж и далеко. Я езжу на горном велосипеде каждое лето с шестнадцати лет. Для меня тридцать, тридцать пять километров, как нечего делать.Керри была отважной, и Лорен видела, что в ней так привлекает мужчин. В ее энергичности таилась некая сексуальность. Если рассматривать ее черты по отдельности, то красивыми их не назовешь, но если собрать все вместе: ямочка на подбородке, волосы цвета хны, вырезанные странной буквой V на лбу, яркие карие глаза и прямой нос и по-настоящему прекрасные губы – вы получите чрезвычайно привлекательный портрет.– Это мировая столица велосипедистов, – заявила Керри. – Всю жизнь мечтала туда попасть.– Надеюсь, это не повлияет на твою...– Ни в коем случае. Здесь в округе множество мест, где можно хорошо покататься. Я просто хочу поработать со Штасслером, – убежденно сказала она. – У него такой взгляд на мир... Даже не знаю, как выразиться, мрачный, но очень реальный.«Да, – подумала Лорен. – мрачный, но реалистичный». Как и андеграунд, который на нее в свое время произвел огромное впечатление. Мрачный и реальный, но теперь она из этого выросла, как, наверное, и многие другие художники. Лишь некоторые из них продолжают барахтаться в этом болоте. В основном те, кому не посчастливилось. Они рано обрели успех и тем самым приговорили себя к бегу по замкнутому кругу. Они делают то, что от них ожидают, повторяются до тошноты. Еще Лорен подумала о художнике, который два десятилетия назад добился коммерческого успеха, нарисовав стилизованные сердечки. Он так до сих пор их и рисует. У него просто отсутствуют то ли смелость, то ли воображение. А потом Лорен задумалась об Эшли Штасслере. Однако, критиковать его не ее работа. Лучше предоставить Керри прийти к собственному заключению. Как это произошло и с ней самой. Когда Лорен разрабатывала программу стажировки, она старалась соединить скульпторов с теми мужчинами или женщинами, которыми они восхищаются. Штасслер удивил ее своей готовностью к сотрудничеству. И за это она ему благодарна, несмотря на то, что рассматривает его больше как ремесленника, чем художника: прекрасная техника, но полное отсутствие оригинального видения. Однако ее мнение ничего не значит по сравнению с взглядом маститых критиков.– Отлично, давай обсудим те цели, которые будут стоять перед тобой в ближайшие два месяца.Для студента очень важно не забывать, ради чего он отправился на стажировку, иначе он превратится в мальчика на побегушках у художника. В одном из пунктов договора значится, что скульптор должен помогать студенту в его собственной работе.Керри открыла свой портфолио и разложила на столе копии материалов, посланных Штасслеру, включая черно-белые фотографии работ, которые она собиралась сделать под его руководством. На столе появились и ее наброски, вместе с творческой биографией, и цветной снимок, на котором она присела рядом со скульптурой. На этом снимке в Керри не было ничего антропоморфного: коротенькая юбочка и облегающий топик. Лорен с трудом сдержала стон. У нее появилось такое ощущение, что ее живот отвис до колен.– Ты послала это ему? Все это? – она провела рукой по материалам, включая и дерзкую фотографию самой Керри.– Угу, – ответила Керри. – Я хотела, чтобы он видел все, – добавила она не задумываясь.Лорен почувствовала страх. Не за себя, за девушку. Фотография Керри могла стать наживкой для массы мужчин. И, возможно, это особенно касается мужчины, который живет в пустыне сам по себе. Может быть, Керри именно на это и рассчитывала, но Лорен не хотела верить. Девушка может флиртовать. Но устраивать сексуальную ловушку? Нет, Лорен так не считала.Работы, которые Керри собиралась создать, были впечатляющими. То же самое можно сказать и о набросках. Если Штасслер поможет ей с отливкой, то это будет большой подарок для нее. Больше от скульптора такого ранга они просить не могли. Кроме, конечно, того, чтобы он держал свои руки подальше от нее.Лорен долго размышляла, как ей одеться к ужину. Она понятия не имела, куда Рай собирается ее отвести, и очень боялась переборщить... «Переборщить в чем? – спросила она сама себя. – Я не должна выглядеть слишком... жаждущей его? Выглядеть слишком... заинтересованной? Выглядеть слишком... сексуально?»Когда в последний раз она задумывалась об этом? Лорен приложила к груди красный свитер и посмотрелась в настенное зеркало в уголке ее крошечной комнатки. Потом начала напевать «Норвежское дерево». Она попросила остаться меняСесть, где угодно,Выпить винаНо стула тут нет,А есть лишь кровать.Может, мне стоит на ней полежать ? У свитера был соблазнительный вырез на спине, который на сантиметр или два не доходил до талии. «Черт! – она отбросила свитер в сторону и взялась за белую блузку. – Нет, совершенно не подходит. В ней я выгляжу как школьная классная дама. А я и есть классная дама. В своем роде».Прочь блузку. Назад свитер. И доходящая до икр серая юбка с застежкой спереди. Последний раз она надевала ее на декабрьскую премьеру. Тогда она была вместе с Чэдом, как раз накануне того вечера, когда она сказала ему, что хочет выйти замуж и, может быть, даже завести детей. Лорен расстегнула застежки на юбке до колен. Это не помешает. Она нагнулась, чтобы снова застегнуть юбку, но потом передумала.Теперь Лорен взялась за свою любимую ярко-красную губную помаду, потом слегка подкрасила брови и замерла, подумав о духах.Сделай это, приказала она сама себе.
За ужином в одном из лучших морских ресторанов Портленда Лорен наконец-то заставила Рая раскрыться. На это у нее ушел почти месяц. Он удивил ее, сказав, что является вторым ребенком в семье. Всего их было четверо. Всех вырастила мать. Отец сбежал от них, когда ему было четыре года.– Четверых, и в одиночку?– Она удивительная женщина. Очень умная.– Она работала? Я имею в виду вне дома?– Спрашиваешь. Она вынуждена была это делать. Работала советником в адвокатуре. По специальности она психиатр. Мы обычно говорили, что мама лечит людей, которые перенесли тяжелое эмоциональное расстройство.Лорен рассмеялась. Рай тоже улыбнулся, довольный, что старая семейная шутка снова имела успех.– Уверена, вы были очень хорошими детьми.– Были. И остаемся. Конечно, мы скучали без отца, но мать ходила на все игры в мяч и школьные пьесы. Она не пропускала ничего из того, что для нас было важно.– Пьесы? – Лорен и сама, учась в колледже, готовила декорации для самодеятельных спектаклей. – Ты играл или что-то делал за сценой?– Играл.– И потом все забросил?– Не совсем. Я работал над передачами как ведущий.– В телевизионных новостях? Правда?– Что тебя так удивило?– Ты кажешься...– Каким?– Слишком...– Слишком?– Слишком умным. Теперь рассмеялся он.– Ну, не все же там тупицы. Сначала я работал в Миннеаполисе, затем почти десять лет в Майами.– А почему ты ушел оттуда?– Если сказать просто, то мне все это надоело, – Рай выжал лимон на своего морского окуня. – Я просто больше не мог выполнять свою работу. Когда я им об этом сказал, они ответили: «Не беспокойся, мы возьмем тебя обратно, когда бы ты не вернулся. Ты всегда можешь рассчитывать на место телеведущего новостей в шесть и в одиннадцать». Странно. В комнате для новостей все было убого. Все просиживали там часами, а я приходил в пять тридцать, только чтобы успеть наложить грим. Неловко, но я должен был делать это постоянно. Я заработал уйму денег и решил уйти и попробовать себя в чем-нибудь другом.– Написать книгу о скульптуре? – в вопросе Лорен прозвучал скептицизм.– У каждого человека есть история. А у некоторых людей просто удивительные истории. Надо просто уметь слушать. А кроме того, у меня в отношении этой книги есть особое чувство.– Чувство?Он снова рассмеялся. Ей нравилось, как улыбка превращает его лицо из симпатичного в озорное.– Так сказала бы и моя мама.– Твоя мать? – переспросила Лорен.– Это комплимент. Поверь мне.Вот и наступил этот момент. Они подошли к двери. Пожелать друг другу спокойной ночи. Неловко, если ты учишься в старших классах. Неловко, когда ты учишься в колледже. И все то же неловкое чувство не покидает тебя и в тридцать девять лет.Они поднялись на крыльцо, и свет фонаря над дверью вдруг стал казаться слишком ярким. У Лорен в голове опять зазвучала все та же песня, и она задумалась о том, что если пригласит его зайти, то куда же его усадит. Бессмысленно стоять здесь или сидеть на кровати. Тогда она сделала жест в сторону скамейки возле старой церкви, у дальнего конца фасада.Когда они уселись, Лорен спросила его об интервью со Штасслером. Рай пробудет здесь еще две недели, однако она отложила свою работу в студии в Пасадене. Теперь ей предстоит вернуться туда, и она может не увидеть Рая, когда он вернется из Моаба.– Как ты считаешь, сколько времени у тебя это займет? – она надеялась услышать, что не больше одной-двух недель.– Все зависит от того, сколько времени он сможет мне уделить. Я просто пожиратель времени, если ты этого еще не заметила.– Я не возражаю. Мне это очень приятно.Рай сел поближе и наклонился к ней. Лорен почувствовала, как участилось биение ее пульса. И... испугалась.Их колени соприкоснулись. Она не заметила, в какой именно момент это произошло, и могла сказать одно: ей понравилось. Лорен опустила глаза и заметила, что юбка у нее разошлась выше той пуговицы, которую решила оставить застегнутой. Колено и несколько сантиметров бедра соприкоснулись с его ногой. В свете фонаря ее плоть казалась бронзовой. Она воспротивилась своему рефлекторному желанию запахнуть юбку.Его рука поднялась к ее подбородку, и она позволила ему поднести свои губы к ее. Лорен чувствовала себя молодой, взволнованной. У нее кружилась голова. Ее удивило, что поцелуй еще может так ее возбудить, наполнить желанием. Но одновременно с этим она почувствовала, насколько порочно происходящее. Впервые за семь лет целовалась с другим мужчиной, а не с Чэдом. Глава пятая Семейное планирование. Этим названием я воспользовался, озаглавив свою первую работу, а потом решил, что так будет называться вся серия. Семейное планирование № 2, № 3 и так далее до Семейного планирования № 8.Веселый Роджер, Джун Кливер, сынишка и Бриллиантовая девочка станут номером 9. Я все еще продолжаю их компоновать. Обычно иерархия в семье вполне предсказуема, но эта команда нарушила все мои ожидания. В первую очередь Бриллиантовая девочка – это имя для нее пришло также естественно, как рассвет. Она тверда и прекрасна и, похоже, может наплевать на все. Она может стать ведущей в группе, невзирая на то, хотят этого ее родители или нет. Они отзываются на ее настрой. Даже Джун реагирует на Бриллиантовую девочку.Еще раньше я обострил эту ситуацию, объявив, что решения принимает она, что она – их хозяин. Если кому-то что-то потребуется, просьба должна исходить от нее.А они все чего-нибудь да хотят. Джун, например, первые две недели просила, а потом уже умоляла дать ей одежду. На ее колготках побежало дорожек больше, чем в Американском клубе собачьих бегов, а трусики у нее потеряли первоначальный цвет. Тогда я сказал ей:– Попроси Бриллиантовую девочку, посмотрим, что она тебе на это ответит.– Бриллиантовую девочку, – она задумалась, кто еще такой это может быть, и только потом уставилась на свою дочь. – Спросить ее?Джун поднесла руку ко рту почти так же, как это делают индейцы прежде чем издать боевой клич в фильмах старика Джона Уэйна Киноактер. Среди более 150 ролей наибольший успех ему принесли роли сильных личностей – ковбоев, военных и героев приключенческих фильмов и вестернов. Благодаря этим ролям в 1950 1960 гг. Уэйна считали эталоном американского патриотизма, его имя стало символом 100-процентного американца и супергероя.

. Я думал, она лишится дара речи, когда узнала новость о том, что естественный порядок, в конце концов, не является таким естественным, хотя я просто узаконил то, что уже давно было у них в практике. Надо быть полным дураком, чтобы не заметить этого. Ее глаза изменили цвет. Я не шучу. Они потемнели. Из карих превратились в черные, стали величиной со столовую ложку. Она ухватилась за прутья клетки, чтобы не упасть, и рука ее наткнулась на кошачий череп. Ее розовые пальчики нырнули в пустые глазницы черепа. Насилие над смертью, которое она даже не заметила.– Что тут происходит? – спросила она у дочери. – Почему ты творишь с нами такое? Думаешь, если будешь ему подпевать, он станет к тебе лучше относиться?Тут она внезапно замолчала. Ее лицо вытянулось, словно ей на голову вылили кувшин холодной воды. С ее губ сорвалось слово, которое я не расслышал. Должно быть «Подожди». Ее глаза вылупились, а на лбу и щеках появились глубокие морщины. Больше всего она в этот момент напомнила мне свежевспаханное поле. Урожай не заставил себя долго ждать.– Я все поняла, – заявила она сдавленным голосом. – Это ты. Ты и придумала все это, не так ли? Ты с ним заодно.Говоря это, она выпустила кошачий череп и подошла к дочери. Роджер очнулся от летаргии и попытался ее остановить.– Нет. Она не могла этого сделать. Она тут ни при чем. Ты просто слишком разнервничалась. Успокойся.Но Бриллиантовая девочка улыбнулась и даже не попыталась отказаться от той роли, которую отвела ей мать. Некоторые люди рождены для власти.
Днем позже, после того как Джун несколько часов проплакала, она начала умолять дочь поговорить с ней. А Бриллиантовая девочка объявила, даже не посмотрев в ее сторону, что ей будет «позволено» – да, она выбрала именно это слово, которое как нельзя лучше подходило к обстановке, – носить набедренную повязку, но никаких бюстгальтеров и ничего верхнего. Почему она так решила? У меня в запасе были две набедренные повязки. Одна сатиновая – ярко-красная, а другая с белыми и розовыми цветочками.Джун взорвалась, как нитроглицерин. Этого я и ожидал. Все эти слезы, увещевания, паранойя и материнское негодование, вся эта мишура улетучилась в один миг.Она вскочила на ноги, подлетела к Бриллиантовой девочке и принялась на нее кричать, пинать ногами. Бриллиантовая девочка сгруппировалась и стала ждать, пока Веселый Роджер не исполнит свой отцовский долг, что он и сделал. Правда, не обошлось без последствий, так далеко зашла Джун. Локоть, которым она заехала мужу в нос, вызвал у него кровотечение. Это вернуло Роджера к жизни впервые после того, как он вошел в клетку. Он оттащил жену в сторону и пообещал, что если она не угомонится, то он выбьет из нее всю дурь.Эта семейка вобрала в себя уйму пороков!Я не мог удержаться, чтобы не подзадорить их. Поднявшись наверх, в помещение для гостей, я взял повязки и не спеша спустился вниз.– Бриллиантовая девочка сказала свое слово. Которая?Я протянул повязки, каждая не шире ладони. Джун удивленно уставилась на них.– Они растянутся и подойдут, – заверил я ее.Прежде чем я смог это продемонстрировать, она отвернулась.– Давай розовую, – сказал Роджер. – А может обе? Чтобы было во что переодеться?Я отрицательно покачал головой и бросил ему с розовыми цветочками. Джун не стала сразу же надевать ее. Но когда я заглянул в клетку в следующий раз, повязка была уже на ней.– Твой бюстгальтер, – вытянул я в ожидании руку. Она знала уговор, но отрицательно покачала головой.– Тогда сыночек не получит еды.Появился бюстгальтер. Материнский инстинкт бывает очень сильным. Иногда. Она бросила гневный взгляд в сторону Бриллиантовой девочки, стоявшей, сложив руки на груди. Гримасничая, она передразнивала свою мать, чья попытка сохранить хотя бы минимальные приличия провалилась.
Большую часть месяца ели они плохо, хотя я к этому и не стремился. Пища вызывала сильные споры. Веселый Роджер и Джун испытывали голод почти постоянно, так как я хотел на порядок снизить количество жира в их телах. Возможно, с Джун это и не удастся, так как жир прикипает к женщине, как живица к дереву. Уверен, что это результат эволюции. Но я заставлю ее сбросить двенадцать-тринадцать процентов и поправлю ее тонус. Тогда она будет выглядеть великолепно. Роджер, хотя и терял вес, выглядел все равно не очень-то хорошо. Это из-за отсутствия тонуса. У него тело человека, который слишком злоупотреблял пищей, содержащей слишком много жира и натрия. Такой пищей кормят в дешевых ресторанах. При этом у него отсутствовала должная физическая нагрузка. Тут дело даже не в жире. Несмотря на свои размеры, он казался хилым. Теперь, когда я увидел его обнаженным, мне показалось невероятным то, что Джун когда-то могла возбудиться от перспективы заняться с ним сексом. Она, может быть, и чокнутая, но тело у нее симпатичное. Она уже дошла до той точки, когда начинает хмуриться и визжать на меня каждый раз, когда я к ней обращаюсь.– Ты выглядишь очень хорошо, Джун, – сказал я, спускаясь по ступенькам подвала.Она отвернулась, пряча грудь, но демонстрируя ягодицы. Правда заключается в том, что очень немногие женщины из тех, кому далеко за тридцать, умеют носить набедренные повязки, но когда я ей это сказал, это не улучшило ее настроения. Она начала проклинать меня, отбросив всякие нормы приличия.– Послушай, я хотел сказать комплимент, а ты в ответ только огрызаешься. Ну что же, печенья тебе сегодня не положено. Я отдам твою долю Бриллиантовой девочке.Джун остановилась, замерла на ходу. Я мог прочитать, что происходило у нее в голове. Печенье.– Ты имеешь в виду эти маленькие кексы с шоколадом и кремом, с запахом абрикоса, вишни, клубники или кофе?– Да, это и есть печенье, Джун.Но я с самого начала не собирался давать ей печенья. Давать печенье тому, кто сгоняет жир? Это все равно, что давать «Джек Дэниелс» Товарный знак теннессийского виски-бурбона производства компании «Джек Дэниеле дистиллери»

тому, кто собирается бросить пить. Нет, это специальное угощение для Бриллиантовой девочки и сыночка, ни тому, ни другому не надо сгонять вес. На самом деле меня больше заботит то, чтобы сохранить их в той же форме, которая и так почти великолепна.– Ты все равно бы не дал мне ничего, – огрызнулась Джун, даже не оглядываясь на меня. – Без всяких на то причин.– Ну, можно было бы попросить Бриллиантовую девочку... К тому же в пять у вас молитвенный час.– Что?Теперь она повернулась. Лицо у нее скривилось, сморщилось и напоминало тряпку. Даже Веселый Роджер поднял голову, когда услышал слова.– Разве ты не говорила этого, Бриллиантовая девочка?– Говорила, – фыркнула она. – Молитва в пять, будьте готовы.Девочка просто великолепна. Быстро соображает и всегда готова подыграть. Мне будет ее не хватать.Джун поняла, что опять проиграла и начала снова изрыгать проклятья, отчего и без того сильно расстроенный сыночек, начал плакать и причитать:– Не надо говорить такие плохие слова, мама.Джун потрясла головой, отчего ее груди очень соблазнительно закачались, и подошла к сыну. Он обнял ее и прижался лицом к ее голому животу. Она тоже обняла его и прошептала:– Прости, сыночек.Очень трогательно, если кого-то такие вещи могут тронуть.
Дележ пищи действительно создает напряженную обстановку. Мне теперь совершенно ясно, что Веселый Роджер и Джун возмущены полноценной пищей, которую я выдаю Бриллиантовой девочке и сыночку. Если мне прошлый опыт что-то и говорит, то я скоро увижу полный распад семейства. Могу поспорить, что Джун набросится на Бриллиантовую девочку, чтобы отобрать у нее еду. Роджер не вмешается, так как он в это время будет отбирать еду у сыночка.Такое уже случилось с Семейным планированием №5, пятеркой из Кентукки. Я никогда не докачусь до такого состояния. Мне пришлось даже построить специальное убежище для детей. Иначе они бы не дожили до скульптуры.Родительская проблема у них сильно усложнилась необычайно сильной никотиновой зависимостью. После одного дня без табака они визжали и орали друг на друга по малейшему поводу, а на второй день колотили друг друга вообще без всякого повода.Мне пришлось отлить их намного раньше, чем я этого хотел, поэтому номер 5 получился самым слабым из всей серии. Даже критики согласились с этим. Если бы они только догадывались, через что мне пришлось пройти, то, наверное, были бы более снисходительны в своих статьях.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25
 игристое вино красное полусладкое 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я