научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 Покупал тут Водолей ру 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Запустить робота можно было только механической ремобилизацией. Чтобы добраться до панели управления, робота пришлось вручную оттащить от сосны, в которую он упёрся головогрудью. Команда "малый вперёд", прошедшая, видимо, перед аварией, ещё была активна. Когда Спэб захлопнул крышку блока управления, манипуляторы пришли в движение и опять повлекли бедолагу в светлую даль, каковая началась у соседнего дерева. Некоторое время Бейлифы слышали модуляции движка, потом сработала защита, и робот снова утих. Больше они не останавливались для осмотра "частных" периферии ЭТАЦ. Скалы, обросшие кривыми кустами, оказались удобны для прохождения, слепота проходила, доставляя лишь неудобства, не потребовалось даже верёвок. Обошлись кошками и молотками.
Разрушения юго-восточных корпусов ЭТАЦ были чрезвычайно эффектны, но Бейлифов не удивили, поскольку фотографии подготовили их. Хотя, по старой памяти, им было неприятно видеть родное оборудование в столь плачевном состоянии. Они спустились к обрыву, посветили вниз, бросили люминофор, оценили высоту и спрыгнули на мятую наклонную крышу препускного цеха. Крыша была неполной, недонабран-ной, часто приходилось перепрыгивать зияния, проходить по шпангоутам над неведомыми пропастями. Небо над головой оставалось затученным, ущелье наполняла глубокая тень, фонари работали на полную мощность. Возникла надежда, что внутрь комплекса входить не придётся. Однако диспетчерская башня-маяк, рассевшаяся недалеко от зева ущелья, обойти себя не давала. Вдруг начался дождь.
- Обидно, - сказал Номо.
Они спустились в технический люк без крышки.
- Выключи-ка фонарь, - сказал Кемеров, выключая свой. Спэб повиновался.
Снизу, из-под нескольких решётчатых настилов, пробивался электрический свет. Бейлифы стояли несколько минут, прислушиваясь. В какой-то трубе, далеко от них, жутко завывал сквозняк. Звуков искусственных, кажется, не было. Они попали в тупик гребневого технического коридора. Большой кулер в незарешёченной нише стоял, на лопастях наросла какая-то нитястая каша.
- Свет у нас, значит, только внизу, - тихо произнёс Спэб.
- Его достаточно, - заметил Кемеров. - Холодно тут, кстати.
- Да? Может быть. Жутковато немного.
- А вот такого, мертвец, от Вас я не ожидал, - сказал Ке-меров.
- И выражаешь мне своё презрение.
- Да нет… Я и от себя такого не ожидал. Хочется взвести оружие и держать его наготове.
- Если хочется - так и поступим.
- Тесно.
- Ну, я же не предлагаю скорчеры собирать. Флинты на малый - и вперёд.
- Не вперёд. Вниз.
Спэб включил фонарь и повёл лучом. Коридор делал поворот налево в семи метрах от них.
- Пока - не вниз, не вперёд, а назад, - сказал Спэб. - Но без модели сразу заблудимся. Я надену маску, буду тебя направлять. Под ноги очень внимательно смотри, не провалиться бы.
- ОК.
Сразу за поворотом, путь, накось от притолоки к плинтусу, перегородил монтажник с одним-единственным габаритным огнём. Огонь монтажника был почти мёртвый, утыкался в стену и ничего не освещал, даже отсветов не давал. Что там за монтажником - светить и разглядывать пришлось с четверенек. На них же пришлось и преодолевать скорбное препятствие. Больше не сворачивая, коридор привёл напарников к лестничному пролёту. Спускались по решёткам предельно осторожно. Первые два марша ступеньки были все, даже перила были, но потом, на горизонтах "II" и "I", стало интереснее. Административный корпус, видимо, строился первым, успев испечься процентов на сорок. Даже двери были навешены. Аварийное освещение играло на горизонте "I".
- Так, первый горизонт. Десять метров по коридору "синий" - и мы в осевом тоннеле, - сказал из-под маски Спэб. У него там была включена трёхмерная модель ЭТАЦ. - Проходим под башней. Придётся спуститься на минус первый горизонт. Операционный зал мозга, конечно, заперт. Его будем обходить. Не сложно. И справа есть - где, и слева есть.
- "Синий", говоришь… - сказал Кемеров, светя маленьким фонариком. - Очень хорошо. Но, Спэб, не успели тут ничего покрасить, вот беда-то.
Спэб снял маску.
Лестничная клетка горизонта "I" имела два выхода, противоположных друг другу. Оба они ориентировались по оси рудника, то есть шли параллельно помянутому осевому тоннелю. Оба были перекрыты дверями. Над дверью, что вела, нестрого говоря, куда Бейлифам было нужно, горела лампочка, но отсутствовал штурвал ручного открывания. У второго выхода всё было точно так же, но наоборот. Голая арматура, плиты, решётки, рёбра. Ни краски, ни указателей.
- Первый ли это уровень? - спросил Кемеров.
- Я считал, - сказал Спэб. - Должен быть первый. Но я с тобой согласен. Непохоже на первый горизонт корпуса администрации. - Он включил маску, почитал схему. Выключил маску. - Ничего общего с планом.
- А раньше?
- Раньше нормально. И как инженер повторяю: не похоже это на первый горизонт. Для людей ведь строится. Хоть и для маленьких.
- А на что похоже?
- Да вспомогательный какой-то уровень, технический. То ли предраспределитель СПСВ, то ли, ещё больше подходит, МИК какой-нибудь.
- Ладно, что делаем?
- Вот эту дверь, с лампочкой, давай аккуратно надрежем.
- Автоматику не попробовать? - спросил Кемеров, разглядывая пакетник слева от двери. - А вдруг откроется?
- А вот не надо, Номо. Личный код набирать, командовать… Я никогда не общался с мощным мозгом, три года проведшим в одиночестве на грунте Новой. В особенности, если помнить, что это Запрещённая планета… Верней обойтись без авторизации пропуска. Нам всего-то надо пройти к фасаду. Пусть с ЭТАЦ останется Высший, нам не до него… Плита стандартная, полмиллиметра, флинт возьмёт на плавке. Квадрат метровый. Тихо-мирно минуем и пойдём себе. Куда нам надо.
- Согласен. Я сделаю. А ты, Спэб, отойди в сторонку, и на контроль.
- Флинт твой полный?
- Ещё да. Скоро он будет неполный.
- С фонаря заправишь.
- Ну да… Я начинаю. Вертикальный разрез один, левый. Идёт нормально. Закончил вертикаль один, слева.
- Принял.
- Вертикаль правая два. Закончил. Комингс намечаю, режу. Закончил. Плита не деформирована. Ко мне, Спэб, сейчас низ остынет, подхватишь, чтобы не гремело.
- Иду.
Пока Бейлиф Герц прислонял кусок металла к стене, стараясь не греметь и не повредить ещё горячими краями перчаток, Бейлиф Кемеров присел перед проделанным лазом на корточки и включил фонарь. Он вскрикнул, отшатнулся и с размаху упал на зад. Если бы не перила, он мог бы и упасть вниз, в пролёт, глубина которого осталась им неизвестна. От неожиданности Бейлиф Герц с грохотом выронил плиту, пал на бок, выхватывая свой универсальный пистолет. Дыра в двери выглядела как чёрный квадрат. Края остыли.
Пауза.
- Информация, - сквозь зубы сказал Герц. Кемеров не отвечал. - Ведущий, информация!
- Не вербализируется, (…) …ть (трбл.)

!
- Ты вооружён? - ни на миг не сводя прицел с центра выреза, спросил Герц.
- Да, флинт наизготовку. Там женщина.
- Кто?
- Там женщина.
Герц перераспределил в теле центр тяжести, сел, не сбив прицел. Поднялся на колено.
- Труп?
- Я не уверен. Кроме того, труп может и спать.
- От двери близко?
- В метре. Стоит на коленях. Голова на месте. Опущена. Лица не вижу.
Они прислушались. Было абсолютно тихо.
- Когда мне тебя ждать, Номо? - спросил Герц.
- Дай мне десять секунд.
- Пошли твои десять секунд, десантник.
Призрак Герц досчитал до пятнадцати, когда Кемеров сказал: "Готов".
- Я пойду ведущим, - сказал Герц.
- Нет, - откликнулся Кемеров. - Прикрывай меня.
- ОК.
Герц передвинулся так, чтобы фокус атаки был у него на прямом угле. Кемеров гусиным шагом, с флинтом над головой медленно приблизился к двери, возможный огонь Герца собой не перекрывая, посветил фонариком, заглянул. Спина его напряглась. Герц видел в прицеле белесое тело, блестящее, словно мокрое, крупные чёрные соски.
- Говори со мной, - сказал Герц.
- Надо идти, - сказал Кемеров.
- Более чем надо! - проворчал Герц.
- Что ты хотел? Запрещённая планета…
- Как будто ты точно знаешь - что такое Запрещённая планета, что на ней происходит, когда нет людей или когда люди есть!
- Прикрывай меня, - сказал Кемеров, положил пистолет и фонарик на пол, отцекал на плечах "щелчки" лямок рюкзака, рюкзак осел за его спиной. Герц тем же манером, что и Кемеров, приблизился к проёму. Теперь он яснее видел женскую фигуру от пояса до лба, обнажённая женщина стояла на коленях, опустив руки, опустив голову, под лучом фонарика тело масляно блестело, словно канцелярским клеем намазанное.
- Пошёл, - сказал Кемеров и, с корточек шагнув через образовавшийся комингс, протиснулся за дверь и сразу же сдвинулся с линии огня влево. Квадрат в двери теперь был виден Герцу светлым.
- Больше никого, - услышал Герц. - Только тело. Мне кажется… Ладно, приходи ко мне, увидишь. Здесь какой-то пост. А, понимаю. Это времянка, Спэб, монтажный пост. Обзор отличный, никого нет. Приходи. Я на контроле. Не двигаюсь, ожидаю поддержки.
- Понял тебя. Передаю упряжь, убирай её с дороги.
Герц сунул пистолет под мышку, взял фонарик в зубы, пропихнул рюкзак Кемерова в дыру, снял свой, повторил пропихивание, Кемеров без промедления при помощи пинков убирал рюкзаки с дороги. Привычно оглядев покидаемый объём, найдя его безопасным, Бейлиф Герц вошёл в блокпост. Сразу же Кемеров включил большой свет с плеча.
Да, это был монтажный пост вертикального хода. Работы прервались действительно на полуслове: сварочный кибер-пасс висел под потолком, обвешанный исходниками и баллонами. Посредине круглой подвижной камеры стояла самоходная консоль-контролёр, бронекабель от неё тянулся, исчезая в открытом навесном квадратном тамбуре. А перед дверью, взломанной Бейлифами, стояла на коленях большегрудая, остриженная почти наголо мёртвая женщина. Тело её спереди покрывала клеистая слизь, копившаяся в паху и стекающая с бёдер. От головы мёртвой шёл слабый, но хорошо заметный пар.
- С неделю как SOC дала, - бесстрастно сказал Герц, по второй гражданской специальности - походный фельдшер.
- Предлагаю на неё не отвлекаться, - сказал Кемеров.
- Мы можем себе это позволить? - спросил Герц.
Кемеров промолчал.
- Приступаю к осмотру объекта. На контроль помещения.
- Принял, взял на контроль, работай. Только говори со мной.
Герц, став перед мёртвой фронтально на колени, осторожно взял её за макушку, поднял голову, увидел лицо мёртвой и шею, отдёрнул руку. Голова как-то неправильно поникла снова, одного движения оказалось достаточно, чтобы труп потерял равновесие и осел на бок. Рука описала в воздухе полукруг и, громко шлёпнув по настилу, упала. Кемеров не шевельнулся.
- Так, - сказал сильно севшим голосом Герц. - Я, конечно, мертвец, но действует очень сильно. Операция разогревается. Я собираю скорчер. Контроль, Номо.
- Скажи мне что-нибудь!
- Конечно. Но сначала соберу скорчер, прикрою тебя, и скорчер соберёшь ты, - сказал Герц, расшпиливая первый под руку попавший рюкзак. Не часто приходилось ему готовить к бою скорчер. Но и без тренировок он собрал его за считанные секунды, навернул на муфту обойника свой большой фонарь, переступил через несчастную слю и взял пост на контроль.
- Собирай пушку, Бейлиф, я сказал!
Кемеров справился со сборкой не медленнее, чем напарник. Взявши скорчер наизготовку, он принял место в двух шагах от Герца. Он полностью исключил слю из своего внимания.
- Предполагаю, это "третья" пресловутого десанта, - сказал Герц, на слух убедившийся в готовности напарника.
- Но тело не повреждено.
- Да, кожа чистая. Ни отслоений кожного покрова, ни обво-лошения. Я не успел глянуть на ногти, но, думаю, ногти тоже целы. Только кровь трансформирована. Неделя, с гарантией. А пропали они - две недели назад. Уже загадка. И кто перерезал горло? И почему не отделил голову?
- Я не помню, как её звали, но она ли это точно? Нам надо знать наверняка.
Герц поколебался.
- Ты прав. Мы узнаем. Контроль твой весь.
Он повернулся к трупу, наклонился, держа скорчер одной рукой на локте, снял с пояса сканер и провёл им по плечу женщины, где был штрих-код. Сканер зажёг зелёную лампочку. Неловко открыв "персонал", Герц провёл контактом сканера по дисплею, сканер вернул в зажим на поясе, девайс из мокрых от сока сли пальцев едва не выскользнул. Досье пошло на экран. Герц увидел файл, прочитал заголовок страницы, пробежал рулон.
- Да, она. Лодия Скариус, оперативный работник, десантник, главный специалист, БТ-оператор. Рождена здесь, в Пал-ладине, шестнадцати лет по рождению. Тому год назад, первая партия. Участник известного десанта. Резерв SOC на начало десанта - шестьдесят полных, пять резервных средних часов.
- Две недели назад.
- Два недели назад.
- Она должна была уже…
- Должна была… Всуе не называй. Не проснулся ли в тебе исследователь, Номо? Не забыл ли ты, что ты, и своё задание?
- У неё перерезано горло. Тело тёплое, парит и течёт. Кто?
- Вот именно. Кто?
Они помолчали.
- Надо идти.
- Я иду первый.
- Хочу теперь получить свою долю неожиданностей.
- Будь я космачом, я бы возражал. Поскольку я не космач, я бы хотел поговорить со своими Существующими. Но я не могу с ними поговорить. Их здесь нет. Остаётся быть космачом. Я возражаю. Внимание, десант. Я ведущий. Начинаю движение.
- Я ведомый… Погоди секунду, Спэб. Она была БТ-оператор. Они могли работать с БТ на грунте. Значит, в поле операции всё-таки могут быть активные БТ. Я советовал бы тебе стрелять на поражение. Сразу.
Герц кивнул.
- Согласен, Номо. И - двигаемся.
- Ты забыл?…
- Я не забыл.
И Бейлиф Номо Кемеров проверил, на предохранителе ли инструмент, и положил его, вытащил из крепления на бедре стропорез и, осторожно прижав ногой голову бывшей Лодии Скариус к полу, принялся отрезать её, продолжая уже имевшуюся рану. Когда клинок визгнул по позвонку, Бейлиф Спэб Герц произнёс:
- Я сделаю крест.
- Да уж, будь так любезен, мертвец, - сквозь зубы проговорил Кемеров. - А то я уже закончил почти.
Сообща, они завершили все отношения с миром Лодии "Метелицы" Скариус. Надели рюкзаки, перехватили оружие поудобней. Покинули монтажный пост: противоположная взрезанной дверь не была заперта. Прошли открывшимся неосвещённым коридором до ограничника с маркой "РАСПРЕДЕЛИТЕЛЬ 03-ГЛАВНЫЙ". Бейлифы не обсуждали положение. Кто-то кроме них был в комплексе, и оставалось лишь надеяться, что этот кто-то - не Судья, а мертвец Нюмуцце и его роботы БТ. Но пути назад - не было, а надежды обманули. Встреча с Судьёй произошла через несколько минут после нашей победы над дверью под маркой "РАСПРЕДЕЛИТЕЛЬ 09-ГЛАВНЫЙ". И это всё, что я, бывший Вик Кемеров, могу рассказать о том, как я был жив во второй раз.
subfile 4.10
subject: свидетельство Байно
audio-txt:


ГЛАВА 23. В КОГО СТРЕЛЯЛИ, ИЛИ МЕРСШАЙР УЖАСАЕТСЯ

ГЛАВА 23.1. ПРИМЕЧАНИЕ, ИЛИ ФЛЭШИНГ ОСОБОГО РОДА

Сделаны съёмки к отчёту, установлена акустическая система на капоте ровера. Проверяют оружие, проверяют короткую связь. Хан отдаёт распоряжения, сидя на борту кузова и разглядывая Крестовую гору. Сколько он о ней слышал, все уши ему прожужжали, а вот теперь видит её, нюхает её и готов уже осязать. Крестовая, старая каменная гора, невысока, всего триста метров в холке. На карте она напоминает равнокрылый крест с большими перепонками у перекрестия (или на крест, тысячу лет беспрерывно оплетаемый пауками).
Загадочное ущелье, куда несколько лет назад грохнулся зародыш ЭТАЦ, рассекает поросшее смешанным лесом западное крыло креста. Даже в болезненной хмари хладного осеннего полудня Хан видит вышку рудного комплекса, торчащую над скалами-воротами, пыльный матовый блик на её фонаре, и на камнях - бурые ожоги, оставленные выхлопом посадочных бустеров зародыша, бурые ожоги с резкими белыми протре-щинами в мёртвых зонах. Всё на планете бурое, кроме скал-ворот… Скалы-ворота, действительно, как нарочно поставлены. Круглая острая белая башня слева, метров пятнадцать высотой, и квадратная белая башня с плоской верхушкой, десятиметровая, - справа. Глубокая тень между.
Кто-то чихает. Хан отрывается от созерцания ущелья и сверяется с бликом. Половина двенадцатого. Красиво будет - что начнём в полдень, думает он.
- Итак, хана. Крайний раз повторяю, - говорит Хан сипло, закладывая блик в пояс. Хан осип дорогой. Всё время лил ледяной дождь, заливал забрало, и, чтобы выбирать путь среди холмов и оврагов, пришлось раскрыть шлем. Бремя лидера. - Слушают все. Я хочу начать в полдень. Как раз успеваем. Софья Василиковна, медленно, шагом, ведёшь за мной машину к ущелью. Будь готова включить запись. Я махну тебе. За приком нашим посматривай… - Морячок перебивает его с возражениями: она, мол, (…) (…) (мтрн.)

Морячок, от (…) (…) (мтрн.)

воплей прика дорогой устала как (…) (…) (мтрн.)

, а теперь даже и (…) (…) (мтрн.)

Долли ты, Маркуша, со мной оставить не хочешь?… Да отбросим мальчишку вон хоть с лошадьми, я не знаю… Хан ласково треплет Морячка по мощному плечу. - Обсудили уже, хватит. А усыплять прика нельзя, Софья Василиковна, сама знаешь. Его шанс, не наш, - говорит он. - А связан он хорошо. Поедешь ты тихо. Ну и оглядывайся в кузов раз в две минуты, что это тебе, перед бельё руками отжимать? Лады, Морячок?
- (…), - буркает Морячок.
- Не бурчи, Софья Власиковна. Юпи. Ты старшая справа, двести метров, - Хан тычет большим пальцем себе за спину. - Оттуда идёте. С тобой Лей-бер. Начеку, всем ясно? Оружие на виду не держать, но начеку! Долли и мистер Трицепс слева, те же двести метров. - Указательный палец вперёд. - Ну а я и наши чаровницы - прямо по центру, впереди ровера. Метров сто держи дистанцию, Софья Василиковна. Начеку, хана! Тут могут быть два обсли, самец и самка, и они вооружены.
- Плохо, если они выскочат в момент переговоров, - замечает Блэк-Блэк. - Очень неприятная вводная.
- Ну а (…) (…ли) (мтрн.)

, - говорит Хан, спрыгивая с ровера. Под тонкой коркой подмёрзшей земли грязь. Лошади по ноздри ей уделаны, а ровер из анилиново-красного превратился в бурый - в тон небу. Всё бурое… - Мало у нас нынче неприятных вводных? Вся наша жизнь - неприятная вводная. Будем как-то смотреть… Всё, пятиминутная готовность. Морячок, заводи. Прхалова, Усто-ца, раздевайтесь. Долли, Колдсмит, помогите им. Мистер Хендс, инъектор приготовьте… Борис, лошадей привязал? Боря, Бля!
- Базара-нет-батя.
- А питание вколол?
- Обидел-батя.
- А чего ты здесь?
- Пришёл-кино-посмотреть.
Кино, да, начинается. Прхалова уже топлесс.
- Не завидую я вам, девчонки, - воркует над ними Салло, поочерёдно беря у марсианок, стучащих зубами, части спецкостюмов, поддёвок, конфекции и бросая их, части, в кузов ровера. - Софья Василиковна, вы сложите аккуратно пока, хорошо? - (Морячок буркает матом, но весело, и подчиняется). - Мадла, да ты ботинки-то оставь! Оботри только, на тряпочку.
- П-пы-пыривычка, - пискает Прхалова. - Я в обуви никогда не работала - тяни-носочек не виден… З-зы-знаете, ха-хана, я снималась на Кавказе, но там, ха-хана, т-ты-тепло было… С-снег, а з-зы-загорать можно… Ой, материчка моя…
- Долли, да давай ты гель! - орёт уже совершенно голая Устоца. - Исмаэл, миленький, коли, коли, коли!
Блэк-Блэк наготове. Дважды свистит инъектор. Мадла Прха-лова взвизгивает в лад.
- Надо было до колоть, - авторитетно говорит Колдсмит.
- Ты очень умна, Юпи, - отвечает Хендс как ни в чём не бывало.
Никополов хохочет. Тётушка Софья дотягивается до него из кузова - врезает по назатыльнику.
- (…)! - говорит она грозно. - Тебе на жизнь девчонки сиськами по морозу зарабатывают!
- Всё-молчу-молчу! - сдаётся Боря-Бля, сложив на лице благодушие и понимание.
Устоца и Прхалова, лихорадочно уже спеша, обмазываются гелем. Салло указывает, где ещё надо ляпнуть, где осталось голое, загодя идёт к прицепу, приносит ещё одну банку. "Не жалейте, дамы, не жалейте… - приговаривает она. - Вы нам обратно здоровые нужны, без сопливых носов… без воспаления придатков…" Устоца отругивается дрожащим голосом.
- Между ног больше клади! - гаркает вдруг Морячок на весь Эдем.
- Всё хана, я больше не могу, - говорит Хан и начинает ржать, трясясь всем своим жирным телом. Хана подхватывает сразу - все сдерживались. Действительно, острие атаки, апофеоз Галактической Миссии называется: две голые девки, густо покрытые теплосберегающим гелем. За двести парсек от Земли. Смеётся, покашливая, даже Блэк-Блэк, даже Морячок широко улыбается рябым лицом. У Мадлы Прхаловой текут слёзы, и Валерия Салло бросается к ней с салфеткой.
- Зеркало бы, - выговаривает Прхалова. - Ой-ёй, Долли, щиплет!
- Ага, и съёмочную группу, девочка моя, - подхватывает Салло воркующе. - А потом О-о-оскар тебе Три Икса твой третий, ви-илла тебе в Италии…
- Четвёртая, - говорит Устоца.
- А без вопросов получили бы, - серьёзно говорит Колдсмит. - Лесби-шоу в холмах планеты Эдем. Реалити. Никаких спецэффектов. Имели бы Оскар, нет проблем.
- У меня есть Оскар за Космос, вы все что, забыли? - говорит Прхалова с обидой. - За Луну. "Первые люди на Луне". (…) утомились (мтрн.)

лунную эту пыль потом вымывать. А ребята такое воспаление получили!
Матерные слова у Мадлы выходят какими-то невинными. Не матерными. Боря-Бля монотонно плачет на заднем плане, держась за живот.
- Мадлинка, ты вся комками намазалась, - говорит Устоца ехидно. Она тоже смеётся, стоит вроде и свободно, но (как бы случайно) прикрываясь руками. Она погибнет через пять минут первой.
- Да зеркала же нет! - говорит Прхалова с отчаяньем, пытаясь заглянуть себе за спину. Тут смеётся в голос даже тётушка Софья (уых-уыхухых!). Она погибнет третьей, через семь минут.
Веселье прервать берёт на себя Блэк-Блэк.
- Представляете, лидер, мы тут, а за нами обсли наблюдают, - напоминает он. - Может быть, пора, лидер? Без пятнадцати полдень.
- Ваша правда, мистер Хендс, - отвечает Хан. - Пора. Девушки, вы согрелись?
Мадла кивает, Устоца говорит: "Да вроде".
- Тогда уж не кукожьтесь, девки, - совершенно серьёзным голосом приказывает Хан. - Бля, заткнись! Софья Василиковна, что им посоветуешь?
- Сиськи вперёд, жопки назад - и бедром, (…), бедром! - гаркает Морячок.
- Бля, заткнись! Ясно, девушки? Ну, тебе, Мадла, ясно что ясно. А ты, Слава, дорогая, надо себя как-то заставить. Короче, смотри на Мадлинку. Она у нас профи. Что ты ёжишься? Ты же согрелась.
- Психологически - нет! - развернувшись к боссу грудью и подбоченившись, заявляет Устоца.
- Уже лучше, - отмечает Хан. - А дам тебе по морде - так и вовсе будет хорошо. Приди в себя, Слава наша общая, ты на работе. Ну, всё. Значит, вы идёте впереди, я за вами - отпущу вас шагов на семьдесят. Полутанк приковский обходим слева. Метрах в двадцати от ворот останавливаетесь и начинаете… Мадла, как это у вас называлось?
- Флэшинг, - мгновенно реагирует Прхалова. Она погибнет через несколько секунд после Устоцы, второй. - Это флэшинг.
- ОК. Как только вы это вот слово начинаете, я командую тётушке Софье, и она заводит пластинку. Я прикрываю вас - от полутанка. Группа Блэк-Блэка слева, группа Юпи справа. Мистер Хендс, Юпи, ближе чем на тридцать метров не приближаться! И ничего без моей команды! Смотрим на… это вот слово, ждём Порохова. Выходит - дальше по плану.
- Лидер, а как вы думаете, долго нам? - спрашивает Прхалова.
- Рад бы тебе ответить, Мадлинка, - сказал Хан искренне. - Но одно, что точно, - больше недели у нас нет. Так, всё, на исходные! - Блэк-Блэк и остальные отваливают от ровера - вправо и влево. - Боря! Лошади, Боря! Всё, ушёл. Девушки, тихо-тихо вперёд, как только все займут позиции - я отмахну вам, - и начинайте движение. И руки, девушки, руки на виду! Не бойтесь: мы успеем прикрыть.
Тут впервые за долгое время подаёт голос Хич-Хайк. Он никогда не погибнет.
- Ма-арк… - жалобно зовёт он. - Ма-арк!
Хан дёргается.
- Это не тебя он, Хан, - успокаивает Морячок. - А ну, замолкни, нечисть! - Она замахивается, и Хич-Хайк забивается в свой угол кузова. - Того уродца, что с Мерсшайром, тоже Марком зовут.
- А! - вспоминает Хан. - Кстати. - Он включает связь. - Мерс!
- Здесь.
- Начали операцию. Укладывайся и начинай быть ближе к нам. Прика не развязывай! Знаю я тебя, сам уложишься. Всё, давай, хорошая работа, комиссар. С "Чернякова" нет?…
- Ничего нет.
- Всё, Мерс, флаг. Мы работаем.
- Флаг.
Хан оглядывается.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
 красное вино барбера альба 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я