научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/unitazy/cvetnie/zolotye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Пошла, хана.
Блэк-Блэк встретил Мерсшайра у вертолёта: Мерсшайр его специально поджидал.
- Хендс, дружище, - заговорил Мерсшайр навстречу. - Но ты-то видишь! Он же гробит миссию! Всех нас гробит! Да Шос просто оставит нас тут - до черты, ляжем тут вповалку, синие, вспухшие!
- Ничего не хочу сказать тебе, - сказал Блэк-Блэк, стоя над Мерсшайром и хрустя пальцами. - Он - лидер. Он знает больше нас. Он приказывает, мы выживаем. Я верю ему. Он не самоубийца, он только маньяк. Один из нас. Ты ему, кстати, Мерс, должен свою жизнь.
- Я помню! - шёпотом закричал Мерсшайр, с каждым словом посовываясь к Блэк-Блэку, словно курица на шаге. - Но он не знает ничего больше нас! Он потерялся, растерялся он, растерялся, Хендс, старина! Не варианты миссии менять надо - командира! Надо менять командира и идти к ЭТАЦ! Прямо сейчас!
- Чтобы я согласился с тобой, Адам, - сказал Блэк-Блэк по прозвищу Хендс, - мне не хватает одного. Кандидатуры нового командира. У тебя на примете есть подходящая? Уже думал об этом?
Мерсшайр воздел руки, подержал их в вышине, обежал Блэк-Блэка кругом по часовой стрелке.
- Нас ждёт страшная смерть, если проволыним! - сказал он. Он хотел бы, произнося пророчество, потрясти Блэк-Блэка за грудки, но не осмелился. Да и тянуться пришлось бы - не достать.
- Если в чём-то я с тобой и согласен, дружище Мерс, то это не меняет ничего. Хан растерян? Возможно. Причин навалом. Но он растерян, - а ты в истерике. Я не доверяю ни тебе, ни ему. Но он лидер. Я верю лидеру…
(Здесь я бы добавил на его месте: "Так завелось, и с тех пор ведётся".)
Словно каменный чёрный столб, Мерсшайр обежал Блэк-Блэка против часовой стрелки.
- Хорошо, - сказал он. - Вот ты, Хендс. Что делал бы ты на месте Хана. Это вопрос.
- Под запись, вероятно? - сказал, усмехнувшись, Блэк-Блэк.
- Нет, - в виде ругательства ответил Мерсшайр.
- В таком случае, раз вы так любезны, мистер комиссар, на ваш вопрос ответ у меня будет прост: я не полетел бы на Марс, будь на месте Хана. Помните, мистер комиссар, он рассказывал из своего прошлого? У него была возможность покончить жизнь самоповешением? Зря он ей не воспользовался. Мне такой возможности не представилось, хотя определённый настрой у меня был… Жаль, что я не был на его месте. Извините, мистер комиссар, лидер приказал мне проверить вертолёт. Надо мне этим заняться. Выполнить приказание лидера.
- Да не адаптировано это железо! - с огромной досадой сказал Мерсшайр и пнул ногой стойку шасси.
- Почти наверняка, - согласился Блэк-Блэк. - Однако я должен, мистер комиссар. Как комиссар вы должны радеть за мою ответственность. Приказ есть приказ. Разрешите выполнять?
- Когда мы с тобой… В том коллекторе… И ты уронил свой стропорез… - сказал Мерсшайр тихо.
Блэк-Блэк, уже взявшийся за поручень и поставивший подошву на подножку, остановил себя.
- Я помню, мистер комиссар. - Он усмехнулся. - Боюсь, я ожидал, что ты мне сейчас напомнишь. Не трудись. Я помню и сам. Но я отвечаю тебе. Если б над нами не висела странная чёрная туча, я показал бы вам, мистер комиссар, на звёздном небе то место, где в двухстах парсеках висит наше Солнышко. Это далеко, мистер комиссар. Далеко тот коллектор. - Его руки на поручнях напряглись: Блэк-Блэк заканчивал. - Приказ лидера я выполню… если ты, конечно, подвинешься… Адам, мой друг. Кстати, Хан тебя звал. Сразу забыл тебе передать, заболтался с тобой. Так что ты сходи к нему, объявись.
Мерсшайр находил необходимым демонстративно перед Блэк-Блэка лицом плюнуть наземь в честь приказа Рукинш-тейна, но Исмаэл "Хендс" Блэк-Блэк тары растабарывать на сегодня закончил. Он был уже в кабине вертолёта. Дверца задвинулась, в кабине загорелся свет. Мерсшайр отправился к Салло - уважаемой в женских кругах ханы личности.
У раскрытого контейнера при свете десятка разбросанных по земле и прискотченных к стенке контейнера люминофоров неторопливо суетились сама уважаемая Валерия "Долли" Салло в окружении Луны Лейбер и Юпи Колдсмит. Колдсмит, как всегда, что-то жевала.
- Тебя звал Хан, комиссар, - сказала Салло при виде Мерсшайра. - Ты разговаривал с Ханом?
Не отвечая, Мерсшайр сел на ящик с блоками питания, подпёр голову руками и, сделавшись ещё более угрюмым, застыл.
- Комиссар, вы слышали? - спросила Колдсмит. - Долли сказала: лидер вас звал.
- Я слышал… слышал… - проворчал Мерсшайр, не меняя позы. - Ешь спокойно, Колдсмит… Перебьётся ваш (…) грёбанный (мтрн.)

лидер.
Переглянулись дамочки. Салло поморщилась и махнула рукой. Они вернулись к делу.
- Да-да, верно, - сказал Мерсшайр. - Приказ передан, вы чисты перед законом… Я сам разберусь. - Вдруг он оживился. - Валера, а персональные блики вы отпаковали?
- Нет, комиссар, - ответила Салло. - Лейбер, когда ты бликами займёшься?
- С минуты на минуту, Валера. Я закончила почти тут…
- Давай - вот. Комиссар прав. Совсем забыли.
- Слушаюсь.
Ящик с бликами уже вытащили из контейнера, но ещё не распломбили. Мерсшайр, удивляясь неизвестно откуда взявшемуся возбуждению, помог Луне его перекантовать на расстеленный кусок парашюта (именно что старшина Блэк-Блэк, когда уходили от места "посадки", нарезал на ходу керамофольги - несколько десятков квадратов) и светил люминофором, пока она, сверяясь с инструкцией на крышке, открывала ящик. Крышка откинулась.
- Так, - сказал Мерсшайр, мгновенно всё поняв. Иногда моральная победа - всё, что нам достаётся. Не много, но.
- Валера! - окликнула Лейбер, поняв всё парой секунд позже.
Все десять ИСКИНов были активны. Сиреневый свет десяти дисплеев смешался с охрой люминофора, и Лейбер, взглянувшая поверх ящика на комиссара, увидела торжествующего многодневного мертвеца. Сама она выглядела так же в этом освещении, но торжествовать не знала отчего.
Сервис-модуль, встроенный в крышку ящика изнутри, автоматически зажёг большой экран. Мерсшайр переместился так, чтобы читать не сбоку. Блики получили дополнение к документации по миссии семь часов назад. Выругавшись, Мерсшайр приложил палец к замку второго слева гнезда, замок сработал, блик выдвинулся, Мерсшайр поднялся с колена, держа блик в руке. Он уже разобрал приказ начать миссию по реанимации немедленно. Пока достаточно. Опоздание уже необъяснимо.
- Дела… - сказала Салло. - Ты был прав, комиссар. С меня наряд на минет вне очереди.
"Наряд - Хану", - хотел сказать Мерсшайр, но это и так явствовало.
- Слушай мою команду, леди! - негромко сказал он. - Закончить разбор и подготовку снаряжения в течение получаса. Салло?
- Есть, комиссар.
- За работу. Я пришлю к вам всех остальных.
- Есть.
- Закончите - собирай всех к костру.
- Есть.
Хан пил чай. Мерсшайр бросил ему свой блик. Как всегда, Хан успел поставить чашку. Он обладал невероятной реакцией. Он повернул девайс к себе дисплеем, и Мерсшайр буквально увидел в буром свете костра, как лидер побелел.
- Дерьмо случается, Хан, не правда ли, - сказал Мерс-шайр нейтрально.
Хан даже не выругался. Читая, громко скрёб лоб ногтями. Поднял глаза на Мерсшайра.
- Косяк… - процедил. - Отвечаю… Забыл…
- Мы все забыли, - сказал Мерсшайр.
- Ну вот только не надо, Мерс. Мой косяк, отвечаю. Так… Что делать. Что делать, что делать… Так. Боря, Бля! - заорал Хан, Мерсшайр даже отступил.
- Я-батя! - донеслось из темноты.
- Сюда иди!… Адам, - сказал Хан. - Об это потом поговорим. Пока - благодарю. Поможешь мне править косяк?
- В одном очке сидим.
Хан усмехнулся.
- Наблатыкался? Всё равно не выходит. Лучше уж я к вам, фраерам… Ты читал?
- Не успел. Только заголовки.
- Шос идёт сюда. Будет над нами… - Хан посчитал, шевеля губами. - Около полудня по времени здесь. Спутник нам Шос отменил. Две недели назад местные космачи пытались обследовать ЭТАЦ, пропали, естественно, но там остался их адаптированный к грунту танк. Частоты танка, пароли на администрирование нам прислали. Танк нам и помаячит. Займись этим. Бери Колдсмит, Мадлу и займись этим. Нам надо выйти через полчаса. Что не успеем распаковать - бросаем… Боря, Бля, что у меня с кавалерией?
- Четыре-на-ходу-две… на-подходе-батя, - доложил запыхавшийся Никополов.
- Экипировка? Вода?
- Ну-с-готовыми-я… всё-сделал… они-там-траву-гры-зут, - Никополов махнул головой в направлении. - А-ос-тальных-то… нет-ещё.
- Готовность?
- Ну-ты-батя-сказал-же… до-утра…
- Когда у меня будет шесть лошадей, а не четыре, Бля?! - зашипел Хан, словно воды на радиатор плеснули.
- Я-их-по-тяжёлому-же-реанимирую-батя… Время-же-было… - Никополов оглянулся на Мерсшайра.
- Никополов, очередная пара у тебя - когда? Просто скажи, - сказал Мерсшайр.
- Через-полтора-часа… По-тяжёлому-же… А-что-слу-чилось-то.
- Комиссар, соберите людей через две минуты здесь. Нужен общий брифинг. Нам надо быть очень осторожными: десантники могли потечь в "обслей", ч-чёрт… Ладно. Один КТ-комплекс оставляем в контейнере, второй - в ровер. Всё, хана, собираемся, двигаем, - приказал Хан, вскочил, броском вернул блик Мерсшайру и зашагал ко мне, пройдя прямо сквозь костёр.
Честно говоря, я решил, что он идёт меня убить.
subfile 4.9
created: 11.11.123 UTC
author: ххх
subject: свидетельство Кемерова
re-mark: Новый Судья приказал лишённому "я" Призраку, бывшему Вику Кемерову, Бейлифу Четвёртой ЕН-5355, рассказать об этом. Призрак подчиняется и рассказывает
audio-txt:


ГЛАВА 22. МЁРТВЫЕ ИДУТ, ИЛИ КТО СТРЕЛЯЛ

Существующие оставили их одних - оживать. Светало, семь утра. Средняя осень царила в этом месте Запрещённой планеты, середина октября по местному. Небо над было затянуто тучами. То ли природа играла за них, то ли Существующие - чем могли. Так что светало - с фильтром.
Первым же делом они поставили часы.
В жизни они были десантниками и им приходилось работать на грунте в паре, но с тех пор, две смерти и одно возрождение назад, прошло немало - в личном счёте - времён и событий. Более готовым к операции чувствовал себя Бейлиф Дэмьен "Спэб" Герц. Во всяком случае он успешней чем Бейлиф Вик "Номо" Кемеров справился с тошнотой и головокружением, всегда сопутствующими возрождению. Пока Вик, чуть ли не на четвереньках, уползал за кусты и там разбирался со своим обретённым и расхлябавшимся в пути по гребням кратных горизонтов организмом, Дэмьен и развёл костёр, и повесил на треногу чайник, и засыпал в чайник концентрат, и взялся за распаковку тюка с одеждой и снаряжением, и только тут почувствовал наступление поры присесть, дать отдохнуть своему новому своё здоровью. На тюк он и присел, держа в одной руке пакет с комбом, а в другой ничего не держа.
- Как ты, мертвец? - услышал он сдавленный голос Кемерова. - Я - не очень.
- Я - ничего себе мертвец, - ответил Герц. - Ни хорошего ничего, ни плохого.
- Мне часа два понадобится, Спэб. - Кемеров издал серию тяжёлых человеческих звуков. - Воистину! - провозгласил он после, дыша через большие паузы. - Счастливы Присяжные! Ибо знают они предел всех и всяческих возможностей…
- Я не могу не сострить, - сказал Спэб Герц. - Поэтому рискну промолчать. Но ты говори со мной, я знаю, слова, в особенности ругательные, несут определённое облегчение человеку. Как врач знаю.
В ту же секунду, когда Спэб Герц помянул про облегчение, Кемерова длинно стошнило.
- Правильно мы сделали, плотно пообедав у Навин-на, - сказал Спэб. - Представь себе только, дружище Призрак, насколько рвать желчью неприятнее, невкуснее, чем отлично приготовленным бульоном. Вот видишь, я прав.
Кусты затрещали. Возвращаясь к месту остановки, Ке-меров прошёл прямо сквозь стеклянно-кровавую их гущу. Он держался прямо. Он остановился над бездымно горящим костром, потом, в два разделения, всё же пал на колено. Чай начинал пАрить, и дышать чайным паром ощущалось чрезвычайно полезным.
- Дыши, Вик, дыши, - сказал Спэб. - Но как ты думаешь, долго ли ты можешь сохранять на лице этот цвет?
- Какой цвет? - спросил Кемеров и откашлялся.
- Тот, что на нём сейчас. Красный интенсивный. Как листва на кустах. Я подумал, если ты гарантируешь его сохранение, мы могли бы оставить здесь фонари.
- Всё зависит от вдохновения, - сказал Кемеров. - Да и потом, нужно успеть до темноты.
- Вдохновение - неверная штука, - заметил Спэб Герц сокрушённо. - Жаль. Фонари придётся взять в любом случае. Вряд ли комплекс освещён. Я имею в виду освещение.
- Но ты-то хоть в порядке? - спросил Кемеров снова, глядя на Спэба испытующе. - Мне начинать завидовать?
- Не торопись, - честно ответил Спэб. - Во мне не меньше от хомо сапиенс, чем в тебе. Стоять пока не могу. Но ложиться не надо, Виктор, - предостерёг он. - Держи вертикаль, хотя бы стремись держать…
- Какое там - ложиться… - пробормотал Кемеров. - Это я просто упал.
- Тогда старайся не падать в костёр, - предложил Спэб.
Кемеров поднялся на четвереньки, после нескольких попыток сумел перенести центр тяжести на зад, сел, обхватил себя за колени, отыскал глазами Спэба, сильно сморщился, фокусируя внимание, и сказал:
- Но мы справимся, старина Спэб, мы всё преодолеем!
- А я сомневаюсь?! - воскликнул Спэб, потерял равновесие и чуть не свалился с тюка на бок. Кемерова медленно разобрал смех, утвердившись обратно на тюке, Спэб присоединился к нему. Тысячу лет уже они не смеялись.
- Когда я был жив тот раз, - сказал Кемеров, - по грунтам мне было ходить - пустяк!… Кто бы мог сейчас представить. Я бы не мог.
- Контрольный вопрос, Призрак, - прервав смех, сказал Спэб. - Отмахни готовность.
- Готов к контролю, - сказал Кемеров. - Но лучше подождать. Слушай, Спэб, я всё понимаю, но чайник сними ты, пожалуйста. Поухаживай за мной. Ты как-то живее выглядишь.
Они выпили весь чайник. Где-то в районе девятой пиалы Кемеров, наконец, ощутил себя полностью готовым к исполнению обязанностей Бейлифа в пределах Запрещённого Мира 4-ЕН-5355. Контрольными вопросами Спэб проверил через костёр его реакции, объявил динамику адаптации партнёра к SOC-переменной Четвёрки замечательно положительной, потребовал ответной проверки и прошёл её удовлетворительно. Они существовали уже больше часа. Альфа поднималась из-за холмов, через которые им предстояло перевалить по пути к ущелью, к ЭТАЦ. С севера вдруг дунул ветерок. Ещё голый Кемеров моментально покрылся гусиной кожей и потребовал одеваться в опочивальню. Спэб перекинул ему пакет с ком-бом, потом - один за другим - ботинки, осторожно поднялся на ноги, подпрыгнул на месте - на пробу, повертел головой, сделал пару приседаний, наклонов, - его кружило, но несбойно на бок. Он застегнул штаны, натянул куртку, завёл ремни на комбе, заключил все пряжки и взялся за ботинки. Когда он справился с ними и выпрямился, то с удивлением обнаружил рядом абсолютно готового к бою Кемерова.
- Ну, я рад, Вик, - сказал Спэб. - Взялись на грунт. С новым тебя. По старой-то по па?
- Космач не умрёт со смертью, - сказал Кемеров, улыбаясь. - Впрочем, я-то никогда от себя - того - и не отказывался.
- Никто не отказывался.
"Номо" Кемеров перестал улыбаться.
- Не будем об этом, Спэб. Были, отказывались.
Спэб сообразил, закусил от досады губу.
- Извини меня.
- Сняли, Спэб, никому не мне меня, - сказал Кемеров. - Это, - он усмехнулся, - жизнь… Давай паковаться, записывать костёр и работать.
- Согласен, - сказал Спэб, шурша ладонью по подбородку. - Побриться бы.
- Тебя побреет гробовщик.
Они собрали рюкзаки, замочили костёр и закопали упаковку от чая за пять минут. Как раньше, ведущим в их спарке ходил Кемеров, поэтому большой фонарь к плечу взял Спэб. Вероятность слежения за районом ЭТАЦ с Птицы Второй была большая. Птица Вторая как раз сейчас проходила зенит района, но без фонаря свежие мертвецы в утренних сумерках безлунного Запрещённого Мира были бы слепы, как пули в обойме, а ноктовизоров у них не было. Северный ветер, сначала вогнавший их в дрожь, устыдясь, вдруг решил помочь: медленно, но верно наносил на район ещё один слой среднестоящих туч. Спэб, поглядевши это дело, включил фонарь и не выключал его больше. Бейлифы двигались по кочковатой равнине, лавируя между неорганизованно растущих разноцветных кустов, в массе бывших им чуть выше пояса. Кемеров шёл впереди и правее ведомого. Десантный манер движения вряд ли был необходим, но многолетняя привычка дело такое, что они, не сговариваясь, приняли и впоследствии держали строй, ни разу не задумавшись о его необходимости тире ненужности.
Призрак, возрождённый или несущественный, способен сколько угодно жить на любой планете геогруппы, но адаптация к конкретно наличествующей SOC-переменной необходима и им; взять же новый грунт с ходу, чаю лишь напившись, без поражения хотя бы куриной слепотой, конечно, немыслимо. Даже один работающий фонарь приносил такое облегчение, что вторые полпути они проделали в два раза быстрее, на очередной холм поднялись с ходу. Холм был крайним перед лесом. Тучи над головой штопке не подлежали: ни единой прорехи. Было без двенадцати семь местного. Присяжные определились по автокарте. Им предстояло спуститься с холма, пройти по лесу четыре километра, до низких, ниже верхушки холма, который они только что оседлали, едва выступающих над деревьями скал. Сброшенный в самый центр месторождения, ЭТАЦ устроился зародышевыми блоками в ущелье между этими скалами, фасадом выходя на плоскогорье, тянущееся на многие километры от западной опушки леса. Не будь слепоты, купол и недоразвитую вышку комплекса они видели бы отсюда. Полутанк, который нужно было уничтожить первым делом, стоял в лощине с той стороны, в ста метрах от северосеверо-западного шлюза комплекса.
- Никогда не бывал в настоящем лесу, - сказал Спэб, пряча текст-папку в рюкзак. - Жаль, что глазки не прорезались. Наверное, прекрасно побродить по осеннему лесу при свете дня.
- Не сомневайся, это прекрасно, - ответил Кемеров, похороненный на Тройке в самом что ни на есть еловом лесу. - Однако ты мог бы ко мне заглянуть, если уж так исстрадался по деревьям.
- Мой Суд - Северный Полюс, - сказал Спэб. - Я никогда не страдаю, исполняя Суд.
- Ты всегда был ортодокс, - сказал Кемеров. - Даже когда был жив.
- Да, хотя здесь больше подходит глагол "дисциплинированный".
- А это глагол?
- По-моему, да.
- Ну, как скажешь. Но ты не беспокойся. Мы здесь навсегда. Порядок прежний. Я иду.
С холма спустились быстро. Уже на склоне росли деревья. Леса зелёной пары ЕН-5355, словно из одного прасемечка появившиеся, были в основном вечнозелёными, по климатическим поясам отличаясь только формой иголок да размерами стволов. Ботинки десантников утопали в осыпавшихся иголках по голенища. Спуск закончился, пошли по горизонту. Им не встретилось ни одной поляны, ни единого камешка. Шли в два фонаря. Кемеров озяб, застегнул комб, застегнул перчатки, привычный к холоду Спэб, казалось, искренне наслаждался прогулкой. Через сорок минут луч вызвал меж ствол короткий белый блеск камня. Ведущий поднял руку: ко мне. Спэб нагнал его.
- Определяемся, - коротко сказал Кемеров.
Раскрыли карты. Ориентироваться без спутниковой поддержки было неудобно и, главное, непривычно, рука так и тянулась к поясу, где обычно в кармашке плотно сидел блок GPS. Кемеров, водя над картой пальцем, считал, что идти надо вот так, Спэб был с ним почти согласен, но настаивал на своём варианте: не так точно, а вот сюда довернув. Они быстро и по делу поспорили. Главное, не могли Бейлифы взаимодействовать с местными Призраками: в Запрещённом Мире 4-ЕН-5355 ни Призраков, ни тем более Существующих не было. Существующие Тройки, доставив Присяжных через горизонты в пределы Запрещённого Мира, немедленно ушли, пока не попались…
Спор выиграл Спэб: он считал маршрут в свете предстоящего захвата полутанка, консервированного, но, без сомнения, на автоматическом опросе стоящего. Таким образом, Спэб предлагал не обходить ЭТАЦ по скалам, а пройти прямо по комплексу, проникнув в него через разрушенные при приземлении цеха. У Присяжных имелись спутниковые фотографии настоящего состояния ЭТАЦ, сделанные спецами Птицы Второй для десантников Нюмуцце и украденными из архива маленькими людьми Третьей. Разрушения были значительны, при достаточной сноровке не составляло труда войти в комплекс вполне тайно - и почти в любом месте. Вступать в контакт с БВС ЭТАЦ не было необходимости, желания и времени. Да и кто она сейчас есть, БВС, кого она представляет? Гораздо важней было избегнуть встречи с опальным Судьёй: формально и по праву он мог подчинить Бейлифов себе. А кто знает, что у Судьи Яниса Порохова на уме? Тысячу лет уже никто этого не знает.
- Да, я соглашусь, пожалуй, - сказал Кемеров. - Пойдём вот тут, вот тут пролезем в комплекс, а там увидим. Но, Спэб, старина, какое-то мы упущение совершаем… То ли забыли что-то, то ли не знаем о чём-то, и я это предчувствую…
- Мы можем помедлить немного, - сказал Спэб серьёзно. - Пока твои предчувствия не вызреют. Оцени их готовность.
Кемеров закрыл карту и стал постукивать по крышке пальцами. Он долго молчал. Спэб ждал без никакого нетерпения. Десант есть десант. Предчувствия опытного десантника - в поле - на новом грунте - стоят дорого. И так дорого, а этак - ещё драгоценней.
- Нет, - сказал Кемеров. - Не оформляется. Но и не рассеивается. Что гласит закон?
- Мы выбьемся из графика, - сказал Спэб. - Марсиане вряд ли спят.
- Я знаю, - сказал Кемеров. - Вопрос: на сколько мы выбьемся. Не навсегда ли? И Призраки смертны. Ничуть не меньше, чем обычные космачи.
- Тогда последуем духу закона, а не букве, - произнёс Спэб традиционную фразу. - Сядем, закурим, поговорим.
Они сбросили рюкзаки, сели на них - спиной к спине. Признаков даже минимального смещения сознания к SOC нового грунта не было ни у одного, ни у другого. Поэтому вели они себя вполне уже свободно. Кемеров закурил первую на новом грунте самодельную сигару. Некурящий Спэб Герц распечатал галеты и сунул одну в рот.
- Я помогу тебе, Номо, - предложил он. - Информационный кэш достаточен? И вертится на кончике языка?
- Мне кажется, да, - ответил Кемеров. - Вот - да, и всё тут. Прямо на кончике. Давай-ка по порядку.
- Погоди: предчувствие отдалённое или прямо по оси?
- Осевое, в том-то и напряжение. Я связываю предчувствие именно с проходом через ЭТАЦ.
- А! - сказал Спэб. - И первый вопрос?…
- Обычный.
- Начинай.
- Нам, группе в составе Спэб и Номо, на новом грунте четыре ен пятьдесят три пятьдесят пять, об обстоятельствах места проведения первого этапа миссии известно следующее. Рудный комплекс ЭТАЦ расположен там-то. Известно. Состояние комплекса коматозное, за три года с момента взятия на грунт ни удалённый, никакой другой контроль не проводились. Признаки комы чисто внешние, но убедительные. Данные десанта Нюмуцце-Скариус двухнедельной давности невнятны. Фон реактора рабочий. БВС активна. По гнезду данных нет никаких, но, скорее всего, гнездо если не погибло, то и не активировано. Деятельности по авторемонту и самообслуживанию комплекс не ведёт. Эрго: наш проход через территорию рудника безопасен. Так?
- Так.
- Так. Десант Нюмуцце-Скариус. Деятельность десантников, к сожалению, была пресечена Запрещённым Миром, к SOC планеты они были ориентированы механически, срок ориентации давно истёк. С ними ясно. Либо стекли, либо бродят. Обычной внимательности достаточно. Нам известно о наличии на территории миссии адаптированных остатков снаряжения скорбно помянутого десанта, каковые остатки мы и собираемся с тобой, Спэб, снять - для использования в наших целях и уничтожения. Полутанк, спецкостюмы, какое-то оружие. К работе с полутанком мы готовы, спецкостюмы нам не нужны, оружие пусть будет.
- Я понял, Номо. Ты неверно оцениваешь информационный кэш. Он недостаточен. Именно в разделе остатков оборудования.
- Поясни мысль.
- Они могли использовать БТ. Они могли использовать ремонтные роботы. Они могли оставить личные блики на связи. Они могли многое.
- И как нам это может угрожать?
- Наверняка, не может никак. Твои предчувствия проистекают от недостатка информации, а не от оценки имеющейся.
- Ты красиво сказал, Спэб.
- Я когда-то читал пару книжек.
- Многие полагали тебя весьма образованным хомо.
- И где-то они правы. Ты со мной согласен?
- Я очень точно отвечу. Мне нечего возразить. Это можно называть и согласием.
- Нам пора, Номо.
Эффекторные блоки ЭТАЦ, три года назад впавшие в реактивное состояние, начали попадаться Бейлифам. Один из них, криоробот, Бейлифы осмотрели, потеряв пять минут. Базовый процессор робота завис наглухо, не допуская опроса даже внешних комнат.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
 коньяк maxime trijol 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я