Сантехника супер, доставка супер 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Hitlers Jugend, S. 11.
. Но на протяжении всех поколений фамилия эта принадлежит мелким к
рестьянам, ни один из которых не вырывается из заданных социальных рамок
.
7 июня 1837 года в доме № 13 в Штронесе, принадлежавшем небогатому крестьянину
Иоганну Трумельшлагеру, незамужняя служанка Мария Анна Шикльгрубер пр
оизвела на свет ребёнка, который в тот же день был окрещён под именем Алои
с. В книге записи рождений общины Деллерсхайм рубрика, сообщающая о личн
ости отца ребёнка, осталась незаполненной. Ничего не изменилось и тогда,
когда пять лет спустя мать вышла замуж за безработного Ч «безместного»
Ч подручного мельника Иоганна Георга Гидлера. Более того, она в том же го
ду отдала своего сына брату мужа крестьянину Иоганну Непомуку Гюттлеру
из Шпиталя, вероятно, по той причине, что боялась не справиться с воспитан
ием ребёнка. Так или иначе, Гидлеры, если верить преданию, потом настолько
обеднели, что у них «в конце концов не было даже кровати, и спали они в коры
те, из которого кормили скот»
Ibid. S. 19 f.
.
Оба брата Ч подручный мельника Иоганн Георг Гидлер и крестьянин Иоганн
Непомук Гюттлер Ч это двое из предполагаемых отцов Алоиса Шикльгрубер
а. Третьим же называют Ч и это скорее всего авантюрная, хотя и пришедшая и
з ближайшего окружения Гитлера история Ч еврея из Граца по фамилии Фран
кенбергер, в чьём доме, как говорят, и служила Анна Мария Шикльгрубер, когд
а забеременела. Во всяком случае, Ханс Франк, много лет бывший адвокатом Г
итлера и ставший впоследствии генерал-губернатором Польши, давая показ
ания в Нюрнберге, сообщил, что в 1930 году Гитлер получил от сына своего сводн
ого брата Алоиса написанное, возможно, с целью шантажа письмо, в котором е
го автор в туманных выражениях намекал на «весьма определённые обстоят
ельства» в семейной истории Гитлеров. Франк получил задание конфиденци
ально расследовать это дело и обнаружил кое-какие отправные точки для п
редположения, что дедом Гитлера был именно Франкенбергер. Правда, отсутс
твие документальных доказательств делает это утверждение весьма и вес
ьма сомнительным, хотя у Франка в Нюрнберге, вроде бы, не было никакого пов
ода приписывать Гитлеру предка-еврея. Последние расследования ещё боль
ше подорвали достоверность его заявления, так что это утверждение едва л
и следует анализировать всерьёз. Но его истинная суть и значение не стол
ько в его объективной достоверности, сколько Ч и с психологической точк
и зрения, и по существу Ч в том, что Гитлер был вынужден в результате расс
ледований Франка усомниться в своём происхождении. Новая следственная
акция, предпринятая в августе 1942 года по инициативе Генриха Гиммлера, ощу
тимым успехом не увенчалась. Не является достаточно убедительной по сра
внению со всеми другими предположениями насчёт того, кто же был дедом Ги
тлера, и свидетельствующая об определённом комбинационном тщеславии в
ерсия, называющая «с граничащей с абсолютной уверенностью вероятность
ю» отцом Алоиса Шикльгрубера Иоганна Непомука Гюттлера
Maser W. Adolf Hitler. Legende, Mythos, Wirklichkeit, S. 34, а также
: Der Spiegel, 1967, Nr. 31, S. 40 ff., где тоже приводятся выводы Мазера. По поводу обстоятельств, р
ассказанных Хансом Франком, см.: Frank H. Im Angesitht des Galgens, S. 320 f., а также: Maser W. Hitler, S. 26 f. Мазер, конеч
но же, не может доказать свой тезис, тем не менее, он излагает свои аргумен
ты так, будто они уже доказаны. Даже тот факт, что Гюттлер не усыновлял Ало
иса до смерти жены, которая скончалась в 1873 году, он расценивает как веский
аргумент в свою пользу, в то время как отсюда скорее напрашивается вывод
о том, что дело обстоит отнюдь не так, как он полагает. Ибо вести себя столь
тактично Гюттлер должен был бы только в том случае, если бы он сам признал
себя отцом Алоиса и усыновил его. Столь же сомнительны и все остальные ар
гументы. Кроме того, Мазер вообще не может привести ни одного объяснения
поведению Гюттлера, которое бы стопроцентно подтверждало его точку зре
ния и исключало любую другую. Гипотеза о том, что требование Гюттлера изм
енить фамилию было условием признания Алоиса Шикльгрубера наследником
, существует давно, см., например: Kubizek A. Adolf Hitler, mein Jugendfreund, S. 59. Впрочем, в связи с этим нель
зя не заметить, что вопрос о том, кто был дедом Гитлера, имеет на самом деле
второстепенное значение; разве что версия Ханса Франка могла бы придать
этому вопросу новую психологическую окраску, в остальном же он не предст
авляет никакого существенного интереса.
. В конечном итоге, как одно, так и другое утверждение уходят во тьму
запутанной и отмеченной нуждой, некультурностью и ханжеством сельской
жизни. И сам Адольф Гитлер не знал, кто был его дедом.
Двадцать девять лет спустя, после того как Анна Мария Шикльгрубер умерла
«от изнурения, вызванного мятной настойкой» в Кляйн-Моттене близ Штрон
еса, и через девятнадцать лет после смерти её мужа, его брат Иоганн Непому
к с тремя знакомыми явился в дом пастора Цанширма в Деллерсхайме и заяви
л о желании официально усыновить своего «приёмного сына», которому было
уже около сорока лет, Ч таможенного чиновника Алоиса Шикльгрубера, хот
я, как сказал заявитель, отцом ребёнка был не он сам, а его покойный брат Ио
ганн Георг, сознавшийся в этом, что и могут подтвердить сопровождающие з
аявителя люди.
На деле же пастора либо обманули, либо уговорили. И он заменил в старой кни
ге актов гражданского состояния пометку в записи от 7 июня 1837 года «вне бра
ка» на «в браке», заполнил рубрику об отцовстве так, как от него хотели, и н
а полях сделал такую далёкую от правды пометку: «Записанный отцом Георг
Гитлер, хорошо известный нижеподписавшимся свидетелям, будучи названн
ым матерью ребёнка Анной Шикльгрубер, признал себя отцом ребёнка Алоиса
и ходатайствовал о внесении его имени в сию метрическую книгу, что и подт
верждается нижеподписавшимися… +++ Йозеф Ромедер, свидетель; +++ Иоганн Бра
йтенедер, свидетель; +++ Энгельберт Паук». Поскольку все три свидетеля не у
мели писать, они поставили вместо подписей по три креста, а их имена пасто
р вписал сам. Однако он позабыл указать дату, отсутствуют тут и его подпис
ь, равно как и подписи родителей (к тому времени уже давно умерших). И всё же
, хоть и вопреки законным нормам, усыновление произошло, и с января 1877 года
Алоис Шикльгрубер стал Алоисом Гитлером.
Толчок к этой деревенской интриге, несомненно, был дан Иоганном Непомуко
м Гюттлером Ч ведь он воспитал Алоиса и, понятным образом, гордился им. Ка
к бы заново родившийся Алоис женился и добился большего, нежели кто-либо
из Гюттлеров или Гидлеров до того, так что вполне понятно, что Иоганн Непо
мук испытывал потребность обрести собственное имя в имени своего приём
ного сына. Но и Алоис тоже был заинтересован в перемене фамилии Ч как бы т
о ни было, но, будучи энергичным и осознавшим свой долг человеком, он сдела
л за это время заметную карьеру, так что понятна и его потребность в приоб
ретении «честной» фамилии Ч это ведь давало гарантию и твёрдую почву ег
о карьере. Ему было только тринадцать лет, когда он отправился в Вену, чтоб
ы учиться сапожному ремеслу, но затем он решительно отказался от доли са
пожника и поступил на службу в австрийское таможенное управление. Продв
ижение его по службе шло довольно быстро, и в конечном итоге он дослужилс
я до поста старшего таможенного чиновника Ч учитывая его образование, э
то вообще было для него потолком… Он любил показываться в обществе, люби
л, чтобы его считали начальством, и придавал немалое значение тому, чтобы,
обращаясь к нему, его величали «господином старшим чиновником». Один из
его сослуживцев, вспоминая, называл его «строгим, точным, даже педантичн
ым», а сам же он как-то заявил одному из родственников, попросившему у нег
о совета при выборе профессии для своего сына, что таможенная служба тре
бует абсолютного послушания и чувства долга и тут нечего делать «пьяниц
ам, любителям брать взаймы, картёжникам и иным людям, ведущим аморальный
образ жизни»
См. письмо Алоиса Гитлера Алоису Файту от 9 октября 1876 года, НА, File 17A, R 1, и та
м же заявление старшего таможенного секретаря Хебенштрайта от 21 июня 1940 г
ода.
. Его фотографии, а снимался он чаще всего по случаю очередного прод
вижения по службе, неизменно показывают статного мужчину с профессиона
льно недоверчивым выражением лица, за которым скрывается суровая буржу
азная добропорядочность и всегдашнее мещанское желание подать себя Ч
не без достоинства и самодовольства, в мундире с блестящими пуговицами д
емонстрирует он себя постороннему наблюдателю.
Однако за этой внешней порядочностью и строгостью скрывался, несомненн
о, весьма переменчивый темперамент, находивший своё выражение в явной ск
лонности к принятию импульсивных решений. Уже одна только страсть к пере
мене места жительства говорит о его беспокойном характере, не получавше
м простора в рамках размеренной таможенной службы, Ч известны по меньш
ей мере одиннадцать переездов в течение менее чем двадцати пяти лет, пра
вда, некоторые из этих переездов были связаны с перемещениями по службе.
Алоис Гитлер был трижды женат, причём его первая жена ещё была жива, когда
он уже ожидал ребёнка от будущей второй жены, а при жизни второй Ч ребёнк
а от третьей. Его первая жена Анна Глассль была на четырнадцать лет старш
е него, а третья Ч Клара Пелцль Ч на двадцать три года моложе. Сначала он
а служила у него в доме, была родом как и все Гидлеры и Гюттлеры Ч из Шпита
ля и до перемены фамилии считалась Ч по меньшей мере, официально его пле
мянницей, так что для заключения брака потребовалось особое разрешение
со стороны церкви. На вопрос о том, находилась ли она с ним в кровном родст
ве, так же невозможно ответить, как и на вопрос, кто был отцом Алоиса Гитле
ра. Свои обязанности по дому Клара исполняла незаметно и добросовестно,
она регулярно, повинуясь пожеланию супруга, посещала церковь и даже уже
после вступления в брак так и не смогла полностью преодолеть прежнего ст
атуса служанки и содержанки, каковой она и пришла в этот дом. И годы спустя
она с трудом видела себя супругой «господина старшего чиновника» и, обр
ащаясь к мужу, называла его «дядя Алоис»
По свидетельству Розалии Херль, НА. Op. cit.
. На сохранившихся фотографиях у неё лицо скромной деревенской дев
ушки Ч серьёзное, застывшее и с признаками подавленности.
Адольф Гитлер родился 20 апреля 1889 года в пригороде Браунау на Инне, в доме №
219, в семье он был четвёртым ребёнком Клары. Трое до него (1885, 1886 и 1887 годов рожде
ния) умерли в младенческом возрасте, а из двух родившихся после него в жив
ых осталась только его сестра Паула. Кроме того, в семье были и дети от вто
рого брака Ч Алоис и Ангела. На развитие Гитлера этот маленький пригран
ичный городок не оказал совершенно никакого влияния. Уже в следующем год
у отца перевели в Гросс-Шенау в Нижней Австрии. Когда Адольфу было три год
а, семья переехала в Пассау, а когда ему исполнилось пять, отец был перевед
ён в Линц. Там, вблизи местечка Ламбах, где в старом прославленном бенедик
тинском монастыре шестилетний Адольф пел в хоре, прислуживал во время ме
ссы и, по его собственному признанию, «так часто очаровывался величавой
роскошью необычайно торжественных церковных праздников»
Hitler A. Mein Kampf, S. 4.
, отец приобрёл в 1895 году имение размером около четырех гектаров, но в
скоре был вынужден его продать. Два года спустя, уйдя досрочно на пенсию, о
н купил дом в Леондинге, местечке у самого Линца, где и прожил до конца сво
ей жизни.
В противоположность этой картине, где, вопреки всем элементам нервознос
ти, преобладают последовательность и размеренность, буржуазная солидн
ость и чувство уверенности, легенда, созданная самим Гитлером, повествуе
т о бедности, нужде и скудности в родительском доме и о том, как победоносн
ая воля отмеченного печатью избранности юноши сумела преодолеть все эт
о, равно как и деспотические амбиции бесчувственного отца-изгоя. Чтобы п
ривнести в эту картину ещё больше эффектной чёрной краски, сын впоследст
вии даже сделал отца пьяницей, которого ему приходилось, ругая и умоляя, с
о сценами «ужасающего стыда», уводить домой из «вонючих, прокуренных пив
ных». Как и подобает рано проявившемуся гению, он не только был удачливым
заводилой среди сверстников в их похождениях на деревенском лугу и у ста
рой крепостной башни, но и своими хорошо продуманными планами игр в прик
лючения рыцарей и смелыми проектами экскурсий по окрестностям показал
себя прирождённым руководителем-Фюрером. Инспирированный этими невин
ными играми интерес к войне и солдатскому ремеслу наложил на его формиру
ющийся характер первый отпечаток, говорящий о его будущей ориентации Ч
ему, писал, вспоминая, автор «Майн кампф», «ещё не было и одиннадцати», ког
да он открыл, что «особое значение тут имеют два бросающиеся в глаза факт
а»: он стал националистом и «научился понимать и воспринимать смысл исто
рии» Ibid. S. 6, 8; о
якобы имевших место эпизодах сотцом-пьяницей см.: Frank H. Op. cit. S. 331.
. Эффектным и трогательным продолжением этого сюжета явились конч
ина отца, лишения, болезнь и смерть любимой матери, а также уход из родного
дома сироты, «которому пришлось в свой семнадцать лет отправиться в чуж
ие края и зарабатывать себе на хлеб».
На самом же деле Гитлер был бойким, живым и, несомненно, способным ученико
м, на чьи задатки, однако, уже с раннего возраста отрицательно влияла его о
чевидная неспособность к упорядоченному труду. А явная тяга к тому, что б
ыло бы ему удобно, подкреплявшаяся и поддерживавшаяся темпераментом уп
рямца, заставляла его чаще всего следовать своему собственному настрое
нию и потребности в красоте, чему он и отдавался со всем пылом. И хотя табе
ли его успеваемости из разных народных школ, в которых он учился, постоян
но свидетельствуют о том, что он был неплохим учеником, а на классной фото
графии 1899 года он позирует в самом верхнем ряду с выражением своего очеви
дного превосходства, но вот когда родители отдали его после народной шко
лы в реальное училище в Линце, он, как это ни удивительно, потерпел тут пол
ный провал. Его дважды оставляют на второй год, а ещё раз переводят в следу
ющий класс только после переэкзаменовки. В табеле его прилежание чуть ли
не регулярно оценивается «двойкой» («невыдержанное»), и только по повед
ению, рисованию и гимнастике он получал удовлетворительные или хорошие
оценки, а по всем остальным предметам его отметки были либо неудовлетвор
ительными, либо с трудом дотягивали до «тройки». Табель за сентябрь 1905 год
а демонстрирует «неуды» по немецкому, математике и стенографии; даже по
географии и истории, его «любимым предметам», как он сам потом говорил, гд
е он «шёл впереди всего класса»
Hitler A. Mein Kampf, S. 8; подробнее об оценках втабеле успе
ваемости см.: Jetzinger F. Op. cit. S. 100 ff.
, отметки тоже были весьма низкими, а его успехи в целом были столь н
еудовлетворительными, что ему пришлось уйти из училища.
Этот явный провал объясняется целым комплексом причин и мотивов. Кое-чт
о свидетельствует о том, что не в последнюю очередь сыграло здесь свою ро
ль то обстоятельство, что, будучи сыном чиновника, он в сельском Леондинг
е был заводилой в играх своих сверстников и это, конечно же, льстило его са
молюбию, в то время как попав в Линц, в городскую среду детей учителей, ком
мерсантов и чиновников, он остался приехавшим из деревни, третируемым им
и аутсайдером. И хотя Линц на рубеже веков, несмотря на свои 50 000 жителей, опе
рный театр и трамвай, символизировавшие собой статус современного горо
да, не утратил ещё окончательно черт сельской глуши и заспанности, этот г
ород, несомненно, уже дал Гитлеру представление о социальной субординац
ии. Во всяком случае, в реальном училище у него не было «ни друзей, ни прият
елей», и в принадлежавшем злой хозяйке фрау Зекира пансионате, где он жил
вместе с пятью своими ровесниками, он тоже оставался чужим, замкнутым и с
торонившимся остальных: «Ни один из пяти остальных обитателей пансиона
та, Ч вспоминал один из его бывших однокашников, Ч с ним так и не подружи
лся. В то время как все мы, воспитанники учебного заведения, говорили друг
другу „ты“, он обращался к нам на „вы“, и мы тоже говорили ему „вы“ и даже не
видели в этом ничего странного»
См.: Goerlitz W., Quint H. A. Adolf Hitler. Eine Biographie, S. 34 f., а также: Kubizek A. Op. cit. S. 68.
. Характерным представляется тут то, что именно в это время впервые
можно было услышать из уст самого Гитлера высказывание о его происхожде
нии из хорошего дома, что и наложило в дальнейшем столь заметный отпечат
ок на его стиль и поведение, ибо это привило ему, стильному подростку в Лин
це и пролетарию в Вене, «классовое сознание» и стремление держаться любо
й ценой.
Впоследствии Гитлер представлял своё фиаско в реальном училище как реа
кцию протеста на попытку отца навязать ему карьеру чиновника, которую са
м отец проделал и завершил столь успешно. Но и описание этого якобы продо
лжительного противоборства, которое Гитлер представит потом как ожест
очённую борьбу двух мужчин с несгибаемой волей, является, как это выясне
но, во многом его чистой воды выдумкой. А с какой наглядностью он много лет
спустя описывал сцену в Главном таможенном управлении Линца, когда отец
пытался уговорить его избрать ту же профессию, в то время как сын, «преисп
олненный отвращения и ненависти», видел тут одну только «государственн
ую клетку», в которой «старые господа сидели друг на друге так плотно, как
обезьяны»
Picker H. Hitlers Tischgespraeche (далее Ч Tischgespraeche), S. 324.
.
В действительности же следует скорее исходить из того, что отец едва ли п
рореагировал столь резко и раздражённо относительно будущего выбора п
рофессии сыном, как это постарался сочинить Гитлер, дабы объяснить свой
крах в учёбе и придать уже своим юным годам черты железной решимости. Кон
ечно, отец хотел бы видеть сына чиновником на самых высоких должностях и
при званиях, которые ему самому были заказаны из-за его низкого образова
ния. Но вполне правдоподобна тем не менее описанная Гитлером атмосфера п
родолжительной напряжённости, причиной которой было частью несходство
темпераментов, а частью и решение отца осуществить давно лелеемую (и стр
анным образом проявившуюся потом и у сына) мечту и уже в 1895 году, в пятьдеся
т восемь лет, уйти на пенсию, чтобы, освободившись, наконец, от груза служе
бных обязанностей, отдаться безделью и собственным наклонностям. Для сы
на такая перемена означала самое непосредственное ограничение свободы
в доме Ч вдруг он повсюду стал натыкаться на крупную фигуру отца, постоя
нно требовавшего уважения и дисциплины и воплощавшего свою гордость за
достигнутое в претензии на безоговорочное послушание ему, так что именн
о в этом, а не в конкретных разногласиях по поводу выбора профессии, и скры
вались, по всей вероятности, причины конфликта.
Впрочем, отец застал только начальный период учёбы сына в реальном учили
ще. В начале 1903 года на постоялом дворе «Визингер» в Леондинге он едва отхл
ебнул из бокала первый глоток вина, как повалился в сторону и, отнесённый
в соседнее помещение, скончался ещё до того, как успели прийти врач и свящ
енник. Выходившая в Линце либеральная газета «Тагеспост» поместила о нё
м многословный некролог, где говорилось о прогрессивных взглядах покой
ного, его грубоватом юморе, а также о его ярко выраженной гражданственно
сти; газета называла его «другом пения» и авторитетом в области пчеловод
ства, равно как и воздавала должное его скромности и бережливости. Когда
же сын из нежелания учиться и перепадов настроения бросил училище, Алоис
Гитлер уже два с половиной года лежал в могиле, а мнимая угроза карьерой ч
иновника уж никак не могла исходить от постоянно болевшей матери. Она, пр
авда, кажется, какое-то время сопротивлялась упорным домогательствам сы
на насчёт того, чтобы бросить учёбу, но скоро у неё уже не осталось сил на б
орьбу с его эгоистическим и не терпевшим возражений характером: потеряв
столько детей, она обратила всю свою заботу на последних двоих, забота же
эта обычно проявлялась в материнской слабости и податливости, и сын вско
ре научился хорошо этим пользоваться. Когда в сентябре 1904 года его переве
ли в следующий класс только при условии, что он уйдёт из училища, мать пред
приняла последнюю попытку и отправила его в реальное училище в Штейре. Н
о и там его успехи выли весьма неудовлетворительными; первый его табель
пестрел столькими «неудами», что Гитлер, как он сам рассказывал, напился
и использовал этот документ в качестве туалетной бумаги, так что потом е
му пришлось писать заявление о выдаче дубликата. Когда же и табель 1905 года
оказался не лучше предыдущего, мать окончательно сложила оружие и разре
шила сыну бросить училище. Правда, как он не без иезуитства признается в «
Майн кампф», тут ему «неожиданно на помощь пришла болезнь»
Hitler A. Mein Kampf, S. 16. В подтвержден
ие Гитлер ссылается на «тяжёлую болезнь лёгких», однако это утверждение
, по крайней мере, в данном виде, явно не состоятельно. См.: Jetzinger F. Op. cit. S. 148, а также
: Heiden К. Hitler. Bd. 1, S. 28. Об истории с выпивкой пишет и А. Цоллер, см.: Zoller A. Op. cit. S. 49, где Гитлер об
ъясняет этим своё отвращение к алкоголю.
Насчёт истории с выброшенным табелем см. запротоколированное свидетел
ьство Н. Хайма от 8-9 января 1942 года, цит. по: Maser W. Hitler, S. 68 ff.
, которая, впрочем, документально нигде не засвидетельствована; ку
да более важной представляется иная причина Ч его опять оставили на вто
рой год.

Это была одна из тех катастрофических побед, которые Гитлер одержит ещё
не раз и не два: своими табелями об успеваемости, кишмя кишащими «неудами
», он доказал своему могущественному отцу, уже лежащему в могиле, что путь
в чиновничье сословие с его рангами и должностями, где отец желал бы его в
идеть, ему заказан навсегда. Одновременно он «со стихийной ненавистью»
Kubizek A. Op. cit. S. 72; ibid. S. 55,
здесь же говорится о том, что отец и после своей смерти долго ещё оставалс
я для него силой, которой он побаивался.
бросил школу, Ч она так и осталась в его жизни темой, пробуждавшей
у него колоссальное ожесточение, Ч и все его непрестанные попытки унят
ь беспокойство, порождённое этим фиаско, ссылками на призвание художник
а, так и не вытеснили до конца его жизни свойственного неудачнику чувств
а зависти и вражды. И вот, улизнув от требований нормального учебного про
цесса, он решил «целиком посвятить себя искусству». Он хочет стать худож
ником. Этот выбор определяется, с одной стороны, производившим впечатлен
ие талантом к срисовыванию, который у него был, а с другой Ч весьма смелым
и представлениями, которые сын провинциального чиновника вкладывал в п
онятие о свободной, ничем не скованной жизни художника. Очень рано у него
проявилась, склонность к эксцентричному стилю жизни; один из жильцов пан
сионата, который держала его мать, рассказывал впоследствии, что порой Г
итлер начинал вдруг рисовать во время обеда, нанося, как одержимый, на бум
агу наброски зданий, арок и колонн. Конечно, в этом сказывалась вполне зак
онная потребность вырваться с помощью искусства из тисков и рамок узког
о буржуазного мирка, к которому он принадлежал от рождения, уйти в идеаль
ные сферы, и тот, собственно говоря, маниакальный пыл, с которым он, забыва
я и презирая всё остальное, отдаётся теперь своим упражнениям в живописи
, музыке и мечтам, бросает некий обманчивый свет на эту его страсть. Ведь с
каким-нибудь определённым трудом, «профессией ради хлеба насущного», ка
к он презрительно говорил, Гитлер связывать себя никак не желает
Ibid. S. 25; см., кроме того
, докладную записку Вильгельма Хагмюллера руководству Верхнедунайской
области в 1942 г.: Goerlitz W., Quint H. A. Op. cit. S. 38.
.
Дело в том, что возвышения через искусство он явно ищет и в социальном пла
не. Как за всеми наклонностями и выборами в годы его формирования явстве
нно прослеживается огромная потребность быть или стать чем-то «более вы
соким», так и в его эксцентрической страсти к занятию искусством во мног
ом проявляется представление о том, будто оно является привилегией «бол
ее избранного общества».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32
загрузка...


А-П

П-Я