https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

- «Предатель должен умереть.»
- Я не выдержу, - Алпа разрыдалась и случайно ткнула головой в больное плечо Тулпан. - Как же я это могу выдержать? Я, наверное, соглашусь, если меня огнем прижгут!
- Пори, тебе поможет Пори, - напомнил Агни. - Просто подойдешь к нему, закроешь глаза и протянешь руки или ноги к жвалам. Но первой должна решиться принцесса. Тулпан, не медли, когда умрет Строжа, они придут за Пори, тогда мы останемся с Воолхом, но он не хочет ни с кем общаться. Надо поспешить.
- Люсьен! - вспомнила Тулпан и выпрямилась. - Люсьен идет по нашим следам. Он поможет, верно, Пори?
- Что он сможет сделать один? - усмехнулся Агни. - Эти повстанцы сожгли город, победили потом вернувшихся пауков, уходили от облав по степи... Остались самые лучшие, самые сильные. Одного стражника на них маловато.
«Он здесь,» - сказал вдруг паук. - «И не один, с Олафом. Если бы еще хоть один смертоносец, они выручили бы нас.»
- Двое? - Агни немного оживился. - Олаф парень не промах, мечом машет как пчела крыльями. Но дикарей все же слишком много... Эх, если бы у нас было оружие, уж одного-двух я бы прикончил. Вижу! Агрис, ты сидишь с краю, дальше от Костаса, тебе и ползти.
- Куда ползти? - испугался юноша, который опять повторял про себя только что услышанное, чтобы лучше понять. - Зачем?
- Оружие! Топор, его отбросил в сторону тот, волосатый. Видишь, поблескивает там, в траве? - Агни осторожно показал Агрису направление.
- Так все ведь заметят?.. - юноша побледнел. - А у меня руки связаны...
- Ты их Пори к жвалам протяни, он попробует перекусить. Верно, Пори?
«Олаф обещал мне быструю смерть. Я попытаюсь.»
- А яд? - испугался Агрис.
- Этот недотепа все не так сделает! - зашевелилась Алпа. - Давай я с ним местами поменяюсь!
- Нет, Костас заметит, - остановил ее однорукий. - Действуй, Агрис, или я уговорю колдуна казнить тебя огнем, клянусь! Я знаю, как это сделать!
«Они уже близко,» - сообщил смертоносец. - «Если хотите им помочь, торопитесь. Я не могу больше ждать, Строжа умирает. Сейчас я позову Олафа.»
Агрис, дрожа всем телом, отполз немного назад и вложил руки в страшные жвалы смертоносца. Сколько раз ребенком он играл с пауками, хватал их за это природное оружие! Дети знали, что паук никогда не вспрыснет яд в человека. Но теперь...
Жвалы задвигались, сдирая кожу, мочаля веревки. Юноше показалось, что яд уже жжет его кровь, он всхлипнул и дернулся.
- Терпи, дурак! - не выдержала Тулпан. - Можешь нас всех спасти или погубить!
- Да, принцесса... - пробормотал Агрис. - Конечно...
«Попробуй руки. Мне не видно, но я больше не чувствую веревок.»
Юноша осторожно пошевелил окровавленными кистями. Яд не поразил его. Как же так, ведь целые капли его стекали из открытых протоков? Агрис не знал, что яд смертоносца быстро разлагается в его слюне, которой паук успел обмыть жвалы.
- Костас не смотрит, чем-то занят, - торопил Агни. - Ну, давай же! Тебе надо проползти всего несколько шагов. Если заметят - беги к топору, швыряй его мне, а потом слушай своего Люсьена. Пори, они готовы?
«Да, но Олаф просит действовать тихо. Он надеется пленить колдуна. Олаф, нет времени!» - тут же взмолился смертоносец. - «Строжа умер!»
Это почувствовали все - и пленники, и прячущиеся в темноте воины, и повстанцы у костра, и Костас. Колдун будто нехотя расправил плечи, поднялся, посмотрел на Вальту.
«Олаф!!» - неслышно надрывался Пори. - «Ты обещал мне!»
Дикари, продолжая распевать хвалу Фольшу, откатили в сторону обугленную, с шипящей в углях кровью тушу мертвого паука, многие пригоршнями выхватывали и пожирали куски мозга.
- Вот трусливый Пори! - выругался Олаф, приподнимаясь. - И я, дурак, поклялся... Пока его жарят, мы бы успели подобраться к этому Костасу и поговорить с дикарями, держа меч у его горла. - Что же теперь? - поспешил Люсьен за ним. - Теперь - выполнять обещанное.
Олаф быстро шел вперед и в несколько шагов одолел расстояние до границы света. Здесь он вдруг бросил стражнику через плечо:
- С принцессой придется удирать тебе, иначе ты ее убьешь. Вот так и сделаем, не подведи.
Прежде чем Люсьен успел переварить услышанное, Олаф перешел на бег и гигантскими скачками понесся к колдуну. Тот стоял спиной, все еще потягиваясь, но вдруг что-то почувствовал, закричал, призывая на помощь, не оборачиваясь кинулся к костру, к пьяно пошатывающейся атаманше.
- Эх! - расстроенно выкрикнул Олаф, меняя направление, и подскочил к пленникам.
В то же мгновение его сбил с ног недотепа Агрис, который по окрику однорукого наконец-то побежал к топору. Чивиец только крякнул, покатившись по траве, негодующе вскрикнул Агни. Люсьен едва успел перепрыгнуть через юношу и остановился, оказавшись между пленниками и повстанцами.
«Убей меня скорее!» - надрывался впавший в панику Пори. - «Олаф! Олаф!»
- Да иду, глупая раскоряка, иду! - Олаф вскочил, успев пнуть недотепу Агриса, подбежал к смертоносцу, в высоком прыжке взлетел над ним и страшным ударом сверху вниз глубоко вогнал меч в мозг, потом подналег всем телом и со скрежетом провернул его в хитине. - Все, успокоился? Люсьен, бери же принцессу!
Несколько дикарей уже опомнились, бешено визжа впереди всех мчалась Вальта. Костас отскочил с ее дороги, виновато улыбаясь, что-то крикнул. Люсьен попятился, взгляд его упал на сапоги женщины, те самые, что он видел в ущелье. Стражник шагнул навстречу, качнулся в сторону, пригнувшись, чтобы пропустить врага мимо себя и достать ударом снизу. Но атаманша не попыталась остановиться, а лишь сильно ударила его по клинку, не позволив рубануть.
- Топор! - завопил Агни юноше, наконец завладевшему оружием и забывшему, что с ним надо делать. - Кидай, дурак!
Помня, куда способен кинуть топор такой человек, как Агрис, Люсьен обернулся, попятился. Он успел заметить, что Алпа помогает встать принцессе, а Олаф вскочил на второго паука, собираясь оборвать и его мучения. Агрис швырнул оружие, и оно, завертевшись рукоятью вокруг тяжелого лезвия, упало почти под ноги Вальте.
К атаманше прыгнул однорукий Агни, женщина хотела сразу проткнуть его, но чивиец неожиданно ловко изогнулся, пропустил клинок мимо себя и сильно ударил ее коленом в живот. Люсьен не видел, как он схватил топор, потому что уже отмахивался от двух подскочивших повстанцев.
На помощь Вальте кинулась Мета, продолжая выкрикивать имя Фольша, но не успела. Агни прямо от земли ударил ее краешком топора в висок, и атаманша кулем повалилась на траву, умерев почти мгновенно. Олаф, закончив со смертоносцами, змеей проскользнул между одноруким и Люсьеном, зашагнул за спины их противников и широкими взмахами меча ранил обоих дикарей в ноги.
- Да беги же, не убивай ее! - он оттеснил стражника корпусом, приняв на себя удар бешено рычащего Вика. - И забери с собой долговязого придурка!
Люсьен вспомнил наконец долг и понял, что не имеет права спорить. Дикари сбились в кучу, но уже что-то выкрикивал им Костас. Сейчас они опомнятся, окружат немногочисленных противников, и тогда никому не вырваться. Стражник побежал за мелькнувшим уже в темноте ярким платьем Алпы и конечно же наткнулся на стоящего столбом Агриса.
- За мной! - рыкнул Люсьен, присовокупив к приказу хороший удар кулаком.
По опыту он знал, что такое обращение с бестолковым подопечным - единственный способ заставить его сделать что-нибудь быстро. Догоняя девушек, стражник слышал позади неловкий, сбивчивый топот. Люсьен даже улыбнулся - несмотря ни на что он привязался к Агрису.
Агни убили быстро, топор не самое удобное оружие для однорукого, к тому же ослабленного потерей крови воина. Олаф даже не успел заметить, когда это случилось, только понял вдруг, что остался один. Он злился на Люсьена, который промедлил, на Пори, который украл драгоценные мгновения, на колдуна, чье ненавистное лицо мелькало позади наседающей толпы.
Перед ним повисло будто облако рассекающих воздух клинков. Олаф не мог больше нападать, делать выпады, и лишь отмахивался наугад, отступая шаг за шагом. Так махать мечом долго невозможно, в самую пору закричать, как было не раз, «Чивья! Чивья!», и тогда обязательно успеют, обязательно выручат двуногие и восьмилапый собратья. Но теперь никого нет. Повстанцы накатывали, он пятился все быстрее и наконец нога запнулась, Олаф взмахнул руками и повалился на спину. Но не успел он еще упасть, как что-то очень тяжелое встретилось с его затылком и свет костров погас.



Люсьен, догнав принцессу, схватил ее за руку, но по крику девушки понял, что она ранена. Тогда стражник отпихнул Алпу, поддерживавшую Тулпан с другой стороны, и все же потащил девушку за собой. Надо было обязательно разогнаться, чтобы с ходу пересечь ручей, а потом вскарабкаться на крутой склон.
Алпа вскрикнула, упала, Тулпан попыталась остановиться, но Люсьен дернул сильнее. Пусть хоть цепляется за траву, он, подданный Горного Удела, должен хоть волоком вытащить свою принцессу.
В ручье девушка все же упала, да и Люсьен споткнулся о какой-то невидимый в ручье камень, потерял скорость. Позади звенела сталь, еще было несколько мгновений. Решившись, стражник закинул вскрикнувшую Тулпан на плечо, побежал так. Мешал меч, и он, не тратя времени на поиски ножен, неловко зажал его в зубах, порезав губы. В склон Люсьен почти врезался, и все же быстро забрался вверх на высоту человеческого роста. Здесь потерял равновесие, почувствовал, что роняет назад девушку. Внизу кто-то громко пыхтел.
- Агрис! - меч выскользнул изо рта, ушел вниз. - Поддержи!
- Ох! - но длинная рука уперлась в ягодицу стражника, помогла удержаться, поправить ношу. - Меч! Мне, прямою...
- Возьми его и за мной!
Люсьен даже удивился ловкости, с которой вскарабкался наверх. Еще несколько шагов, и он едва не упал вниз, забыв сгоряча о спуске, но удержался, и спустя пару мгновений уже пробежал мимо трупов часовых. Сзади кто-то крикнул, и стражник, услышав женский голос, вдруг испугался, что ошибся в темноте и спасает Алпу.
- Принцесса?!
- Больно!.. - пробормотала Тулпан, прижатая к плечу стражника сломанной ключицей.
- Агрис! Беги за мной! - Люсьен понял, что в темноте недотепа обязательно собьется с пути, станет добычей повстанцев вместе с мечом стражника. - Оружие не потеряй!
- Тут Алпа!.. - как всегда не к месту заявил Агрис.
Люсьен про себя выругался. Будет тащить девку - отстанет, ему бы себя дотащить. Хотя Алпа вроде бы шла сама, может быть, она сама еще поможет недотепе. Мало, мало времени, чтобы оторваться! Но погони стражник пока не слышал. Нашаривая рукой дорогу, Люсьен ворвался в лабиринт скал, продрался через него, ударившись несколько раз о стены, и остановился немного отдышаться, скинул ношу на камни.
- Ты тяжелая, Тулпан... - выдохнул Люсьен вместо извинения, когда девушка опять вскрикнула. - Агрис! Где же ты?!
Торопливые шаги раздались на звук его голоса, но выскочила из-за скалы Алпа, перед собой она держала меч, которые два не прорезал куртку стражника.
- Где он?! - Люсьен вырвал оружие, сунул в ножны, опять подхватил Тулпан.
- Я думала, здесь! - Алпа повернулась: - Агрис! Дурак эдакий, куда ты побежал?!
- Догоняй! - стражник продолжил гонку. Теперь добежать до того склона, где ели муху, раньше останавливаться нельзя.
- Агрис! - продолжала сзади звать Алпа.
Тулпан действительно оказалась куда тяжелее, чем выглядела. У Люсьена темнело в глазах, и он не знал, связано ли это с то появлявшейся, то скрывавшей за острыми вершинами скал луной. И все же надо было бежать, потому что в одиночку не отстоять даже узкого участка тропы. Рассчитывать на помощь безоружного Агриса нельзя, он умеет только мешать да портить.
Просчитывая в уме шансы, Люсьен понял, что все решится, когда погоня достигнет места засады. Если беглец сумеет оторваться от преследователей и пройти несколько сот шагов в сторону Хажа, миновать завал, то сумеет укрыться на скалах, где в темноте его уже не найти. Но если стражника нагонят, услышат его шаги впереди - все кончено.
Он не знал, что смертоносец, несший на себе Чалвена, еще задолго до заката встретил бредущую по дороге Настас. Ее разум был совершенно непроницаем для паука, а старик, утомленный дорогой и перепуганный, не сразу смог от нее хоть чего-то добиться. Точнее сказать, женщина размахивала здоровой рукой как могла, но Чалвен только тряс ее за плечи и требовал рассказать все подробно.
Наконец смертоносец решился и, оставив Чалвена с мешком в скалах, понес Настас обратно в Хаж. Иржа еще не успел уйти далеко в горы, и вскоре Око Повелителя уже сам стоял перед женщиной, приносящей несчастья. Патер оказался более понятлив и когда Настас изобразила глотательное движение и провела пальцем от горло к животу, угадал со второго раза.
- Медальон?.. Принцесса?..
Женщина закивала, и тут уж совсем недолго осталось до понимания, что с караваном случилась беда. Немногочисленные стражники столпились вокруг воеводы, наперебой выкрикивая требования ехать на помощь, а Патер умоляюще смотрел на Иржу.
«Это может быть ловушка, воевода,» - Око Повелителя Ужжутака часто перебирал передними лапами, что было даже неприлично в его возрасте. - «Я не могу быть уверен в Настас. Сейчас во дворце почти никого нет, мы оставим его незащищенным.»
- Поднимем мост! - предложил Патер. - Поедем сколько нас есть, все но поднимем мост, а ты поможешь моим парням спуститься с утеса на паутине!
Старый вояка начал быстрее соображать, как только понял, что его принцесса в опасности.
«Не Мост и не стены защищают дворец,» - рассудительно заметил Иржа. - «Про дикарей из Гволло мы знали только от гостей, это может быть ловушка. Когда придут люди из поселка?»
- Завтра утром, - развел руками воевода. - Люди просили времени на сборы.
«Я пошлю смертоносца, и он приведет их сюда,» - решился Иржа. - «Он же останется здесь, ему я доверю дворец. Мы едем.»
Последние слова паука услышали все, горстка стражников встретила их восторженным криком. Дальше все развивалось стремительно: все, кроме двух воинов и двух смертоносцев, отправились в путь, навстречу наступающим сумеркам. Оставшиеся люди подняли мост, а потом покинул дворец на паутине, спущенной восьмилапым с утеса. Затем паук заторопился в поселок, привести новых защитников дворца, а стражники забрались на его товарища и он понес их вслед за Иржей.
Око Повелителя не мог поступить иначе, даже будь у него больше оснований предполагать ловушку. Души людей были открыты ему, и там смертоносец видел смятение. Не пустить их сейчас спасать принцессу - значит открыто подтолкнуть к предательству Повелителя. Так случалось не раз, люди сами не понимают, как слаба их верность.
Маленький караван шел медленно - слишком много людей пришлось взять смертоносцам, да и Иржа придерживал своих восьмилапых воинов, не желая утомлять. Он постоянно прощупывал своим могучим сознанием окрестности, насколько позволяли ему скалы. Где бы не нашли Настас, засада все равно может быть в любом месте. Закат застал их в пути, и ночная прохлада сразу подействовала на смертоносцев, сделала их сонными.
Око Повелителя понимал, что если вслед сватам из Чивья подошел отряд лучников, занявший позиции по сторонам дороги, в одном из многочисленных укромных местечек, отряд обречен. При желании враги могут даже так спрятаться за камнями, что смертоносцы не смогут их заметить. Правда, степняки не слишком опытны в горной войне, а темнота помешает действовать стрелкам.
Но ничего не происходило. Наконец Настас забарабанила кулаками по хитину Иржи. Женщина достаточно хорошо видела в темноте и узнала те места, где оставили старика Чалвена. Несмотря на скверные отношения, она не питала к нему ненависти.
Иржа замедлил шаг, но понять ничего не мог - вокруг не было ни единого живого существа. Наконец, поговорив со своим восьмилапым, он понял, кого просит найти Настас. Однако Чалвен нашелся лишь гораздо дальше по дороге - старик не усидел и в одиночку отправился посмотреть, что произошло. Пришлось взять и его, одновременно запыхавшегося и трясущегося от холода.
- Что случилось? - слабым голосом спросил он у Патера, когда его втащили на спину Иржи. - Я же ничего не понял, совсем ничего! Эта сумасшедшая, она же просто издевается!
- Говорит, с принцессой какая-то беда, - пояснил Патер. - А остального и я не понял. Вот, спешим разбираться. Ты попей водички, а то помрешь.
- Отстань! - Чалвен едва не вышиб флягу из рук воеводы. - Что же твоя Настас ничего не предсказала, если у нее дар?!
- Она не моя, - сморщился Патер. - И не шуми, прошу тебя, скоро все узнаем.
Но старик не унимался, тянулся схватить за волосы Настас, тоже ехавшую на Ирже, толкал мешавшего воеводу. Наконец Око Повелителя сам призвал Чалвена к порядку, и только это немного помогло.
Первый смертоносец едва не упал, когда под ногами оказались неровные камни завала. В темноте даже многоглазые пауки не слишком хорошо видели дорогу. Караван пошел еще медленнее, а вскоре Иржа и вовсе приказал остановиться.
«Там скорпионы,» - пояснил он. - «Странно, что насекомые вышли из убежищ ночью. Мы должны убить их, прежде чем двигаться дальше.»
В темноте сражаться с хищниками непросто даже смертоносцам. Люди спешились и пошли за своими союзниками, а те осторожно выдвинулись вперед, опасаясь не заметить удара могучего хвоста. Насекомые же, вместо того, чтобы обороняться, вдруг перешли в нападение, будто защищали что-то.
«Патер, останови людей!» - предупредил Иржа.
Он боялся, что сражающиеся в темноте пауки и скорпионы ненароком растопчут двуногих друзей. Полагаясь больше на чутье, чем на глаза, смертоносцы действовали осторожно, атакуя врагов по двое. Один за другим хищники затихали, получив смертельный укус, и каждый раз восьмилапые продвигались еще на несколько шагов.
«Восемь скорпионов,» - сообщил Иржа. - «Почему их так много здесь ночью? Патер?»
- На падаль приползли! - выдохнул воевода давно созревшую мысль. - И нас не хотели подпускать! Под ногами ищите, там что-то должно быть, не могли они все сожрать!
«Ищите!» - приказал Иржа и отряд разбрелся по завалу.
Вскоре они нашли куски хитина, обглоданные остовы ног, обломки человеческих костей - все то, что осталось после пиршества скорпионов. Теперь у Ока Повелителя исчезли последние сомнения: караван попал в засаду. Ничего живого он не чувствовал, да и не могло остаться уцелевших после появления хищников.
- Она что-то показывает! - пробасил Патер.
Настас не могла в темноте разглядеть, в каком именно месте поднялись на скалы повстанцы, но решительно тыкала здоровой рукой в южном направлении. Люди и пауки замерли, пытаясь сообразить, как продолжить поиски ночью, и в тишине вдруг отчетливо услышали стук сыпавшихся сверху камней.
- Там кто-то есть! - завизжал Чалвен, позабыв, кто находится рядом с ним.
Иржа уже разговаривал со стражником.
«Люсьен? Я чувствую тебя неуверенно, ты странный!»
- Иржа!.. - хриплым, но счастливым голосом закричал сверху Люсьен. - Это потому что у меня Тулпан на шее, я с ней не могу спуститься! Осторожно, за нами погоня!
Стражники уже лезли наугад, рискуя свернуть себе шею, смертоносцы пробовали лапами трещины. Наконец Иржа среди всеобщей радостной суеты догадался быстро соткать нить, клейкий конец которой обмотал вокруг себя один из людей. Вскоре по закрепленной на скалах тонкой, но прочной белесой линии вниз соскользнул Люсьен, мертвой хваткой удерживающий принцессу.
В толкучке никто и не заметил, что Чалвен упал в обморок, только Настас, широко улыбаясь чему-то в темноте, уселась рядышком. Кто-то наконец догадался добыть огонь и сложить крохотный костер из растущего на скалах чахлого кустарника. Пока оказывали первую помощь несчастной девушке, Люсьен успел все рассказать Ирже, а трое стражников поднялись наверх.
- Они приближаются! - тут же крикнули оттуда. - Надо уходить, но здесь еще Алпа!
Несмотря на сломанные ребра, пугливая подруга принцессы самостоятельно съехала вниз по паутине. Оказавшись на камнях, она вырвалась из рук стражников и отошла в сторону, потная, запыхавшаяся.
- Он сейчас грохнется, - уверенно и зло сообщила девушка. - Наверняка грохнется, вот увидите! Такой дурак!
- Вот еще подарок!.. - донеслось со скал, там происходила какая-то возня.
Наконец, нелепо размахивая ногами, вниз по нити поехал Агрис. Посередине пути он вдруг остановился и с мучительно сосредоточенным выражением на лице стал всматриваться куда-то вниз.
- Ну давай же! - торопили сверху. - Дикари бегут, мы их слышим!
- Это у вас там огонь?.. - дрожащим голосом поинтересовался Агрис.
«Спускайся быстрее!» - приказал ему Иржа, но человек не реагировал.
Поднялся крик, хрипло и счастливо захохотала Алпа. Девушка не могла ни оставить недотепу в скалах, где он без конца спотыкался а падал, ни заставить двигаться быстрее. Будь у нее оружие, она наверняка прикончила бы беднягу, но на счастье юноши под руку Алпе попадались лишь камни. Осыпаемый ее пинками и проклятиями, он все же добрался до ущелья вовремя, а вот теперь почему-то застрял на середине нити.
Времени больше не оставалось. Стражники один за другим поползли вниз, опасно напрягая тонкую паутину, первый спускающийся попытался сдвинуть Агриса вниз ногами. Юноша и так висел, цепляясь из последних сил, поэтому с воплем разжал руки и все же грохнулся вниз, как и предсказывала Алпа. Но странное счастье продолжало хранить недотепу: он сильно ушиб Патера, едва не сломал ногу смертоносцу, а сам отделался очередной ссадиной на руке.
- Фольш! Фольш! - донеслось сверху.
- Поджигайте же паутину, не видите - он меня убил!.. - прохрипел Патер.
Свежая нить горела неохотно, и все же огонь зацепился за нее, скрутил, поднял вверх и светил теперь оттуда, будто фонарик. Но повстанцы не стремились вниз, к неведомому врагу. Продолжая выкрикивать имя своего злого бога, они ограничились швырянием камней.
«Отойдите же все!» - потребовал Иржа, которому на спину положили Тулпан. - «Лучники, не отвечайте им! Прочь! Потушите костер! Сколько их там, Люсьен?»
- Не знаю, - признался стражник. - Но не думаю, что они выдержат открытый бой с людьми и смертоносцами.
«Все равно, уходим в сторону Хажа. Люди, сохраняйте строй!»
Пятясь, отряд медленно прошел по завалу. Они еще долго слышали бесконечные восхваления Фольша, но наконец скалы разделили повстанцев и их врагов. Когда под ногами снова оказалась ровная дорога, Око Повелителя приказал остановиться. Тулпан на короткое время пришла в себя, но выяснив, что с Алпой все в порядке, опять впала в забытье.
- А со мной не все в порядке, - пожаловалась девушка Патеру. - У меня ребра сломаны, мне даже дышать больно. Да еще этот недотепа... А тебе, Люсьен, я никогда не прощу, что ты меня оттолкнул.
- Мой долг - спасать принцессу, - невозмутимо ответил стражник, который поддерживал Агриса. Теперь, когда Тулпан оказалась в безопасности, он опять переключился на опеку недотепы. - Ты сама поступила бы так же на моем месте.
- И все же я тебе еще отомщу, - пообещала Алпа. - Можно мне сесть на смертоносца? Я ведь тоже пленница, тоже страху натерпелась. А Олаф, наверное, погиб, - вспомнила она. - И Агни.
Иржа уже успел выслушать подробный отчет Люсьена, теперь потребовал того же от Алпы. Девушка, негромко бормоча вслух, поделилась с пауком своими переживаниями.
- Ты слышал о таком, Иржа? Они называют себя людьми Фольша, говорят, их много в степи.
«Слышал...» - спокойно ответил смертоносец.
Его куда больше занимало другое: Люсьен передал ему послание Мирзы. Опасность для всего вида смертоносцев надвигалась из степи, но это были не люди, а... Стрекозы. Почему именно крылатых хищниц боится Повелитель Чивья, боится так, что готов любой ценой захватить перевалы, бежать за снежные вершины, в неизвестность. Это невозможно - любой Повелитель предпочтет умереть, чем отступить! Но опасность для всего вида могла что-то изменить в тысячелетней логике поведения.
Снова и снова Иржа обращался к воспоминаниям Люсьена, вслушивался в каждое слово, символ, вглядывался в сохраненную памятью человека картину парящей в вышине стрекозы. Насекомое ничем не отличалось внешне от своих многочисленных сородичей.
- Надо бы принцессу во дворец, - потребовал Чалвен, мнивший себя чуть ли не лекарем. - Дай мне одного смертоносца, я отправлюсь с ней. И еще... - он перешел на шепот, - Еще надо приглядеть за Настас. Ярлык-то у нее, то есть в ней... Хотя оставалась ведь без присмотра, вот какое дело...
«Мы уходим обратно в Хаж,» - решился Иржа.
Стражники недовольно загудели. Никто из них прежде не принимал участия в боях, и вот теперь отличиться довелось Люсьену. Все хотели тоже записать на свой счет двух-трех убитых дикарей, которых возненавидели всем сердцем.
«Нас слишком мало, а на скалах восьмилапым будет трудно вести бой,» - объяснил Око Повелителя.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
загрузка...


А-П

П-Я