https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/Niagara/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Еще я напомнил ему о трех замолчавших двигателях и о двух
неисправных остальных.
- Отсюда до Эрина семь или восемь лет полета. Если мы протянем
столько.
- Не протянем. Мы уже поговорили с доктором Ксавье насчет наших
резервов. На два года, не больше, и то при жесточайшей экономии. - Джим
Свифт убил мою последнюю надежду, но продолжал так же радостно: -
Возможно, Малый Ход, если мы найдем его, будет не лучше. У меня слишком
мало информации. - Вот это, - он поднял электронную книжку Уолтера
Гамильтона, хихикнув при этом как безумный, - говорит о том, что техника
Малого Хода в момент Изоляции находилась на стадии эксперимента. А это, -
он ткнул пальцем в навикомп, - показывает, что какой-то "медленный
вариант" хранится где-то здесь, в Сети.
- Нам не найти его прежде, чем заглохнут двигатели, - я тупо смотрел
на экран, усеянный точками узлов Сети.
- Не найдем, если будем искать там, - возразил Джим. - Шейкер
говорил, что в узлах нет ничего, кроме разбитой техники. Он, конечно,
тупица, но в том, что касается техники, разбирается. Поэтому у меня нет
оснований не верить ему. В Сети нет ничего нам полезного. Остается только
База - а она в Ушке.
- Но мы уже искали там.
- Нет. Шейкер с командой осматривали большой ангар, а мы - самый
малый. Среднюю часть не обследовал никто.
- Ту, которая мерцает? Но вы сами говорили, что это может быть
опасно.
Он покосился на меня единственным выглядывающим из-под повязки
глазом.
- Ты прямо как Мел. Одно дело тогда, другое - теперь. Понятие
"опасно" - относительно. Ты можешь провести туда корабль?
- Разумеется, могу. - Вопрос был провокационным. Разве я не
"прирожденный космолетчик", как говорил сам Шейкер?
За последние пять минут я тоже изменился. Тогда до меня не дошло, что
мое лекарство начинает действовать на меня так же, как на Джима Свифта -
его. Зато я был уверен, что могу лететь на чем угодно, не исключая и
разваливающийся "Кухулин".
Как далеко? Это был другой вопрос. Меня он не волновал. В полет!
А теперь мой совет: если вам надо пилотировать корабль, на котором вы
не умеете летать, в ситуации, которая, как вам говорили, смертельно опасна
- ступайте и первым делом разбейте лицо о стену. Хорошо бы при этом
сломать нос. Потом дайте накачать себя лекарствами. А потом вы окажетесь
вне опасности (если конечно не угробитесь сразу) раньше, чем вы ее
осознаете.

Когда мы прорывались в Ушко в первый раз, я слышал, как Дэнни Шейкер
негромко комментировал торможение при проходе через мембрану. На этот раз,
осторожно маневрируя на оставшихся двигателях, окруженный со всех сторон
серым туманом, я понял, сколько он не договорил.
Я удвоил тягу, а движение наше замедлялось - и мы еще не прорвались
внутрь Ушка.
Пора было делать выбор. Рваться дальше и навеки похоронить двигатели?
Или попытаться вернуться? Впрочем, и выбора-то особого не было. Внутри
Ушка мы, возможно, и умрем. Вне его - умрем наверняка.
Я махнул рукой на экраны и смотрел только на приборы. Оба двигателя
доживали последние минуты. Контрольное табло зашкаливало. Все, что я мог
делать - это уравновешивать их тягу так точно, как только мог. Когда Мел,
глядевшая на экраны, тихо сказала: "Прошли", - я знал, о чем она.
Двигатели глохли, но наша скорость росла. Мы были внутри.
Я убрал тягу. Мы подплывали к Базе. Я не сводил глаз с ее средней
части.
Вернее, я пытался увидеть ее. Под ее поверхностью вспыхивали,
перебегали и гасли огоньки, появлялись и исчезали какие-то странные формы.
Мне чудилось огромное ухо, человеческое лицо, чудовищных размеров кулак,
стискивающий искаженную карикатуру на корабль Сверхскорости...
- Кто пойдет в Головешку, а кто останется? - Это была, конечно, Мел.
Она не только придумала название этому странному месту (а и впрямь
похоже!), но одновременно ответила на мой собственный вопрос: кто пойдет?
Лишившийся хода "Кухулин" был ничем не лучше любого обломка скалы,
плавающего в Лабиринте. На этот раз я ни за что не останусь.
- Мы сможем выйти из Ушка? - спросил доктор Эйлин.
- Только не на этом корабле.
- Тогда есть смысл идти всем вместе. Забери с собой все, что тебе
необходимо. Я уложу еду и питье. Здесь все оставлять все равно некому.
Она была права. Останься мы здесь - и "Кухулин" станет нашей магмой.
И все рано я не ожидал, что она прикажет оставить его насовсем. Все время,
пока мы отключали системы жизнеобеспечения "Кухулина" и по одному
спускались в грузовой отсек, добавляя свои скромные пожитки к огромной
груде провизии в рубке катера, я не мог отделаться от мысли, будто я
добровольно отказываюсь от безопасности корабля. Скоро я уже вел катер,
причем получалось это у меня лучше, чем раньше. Жаль только, некому было
это оценить по достоинству.
- Пойдем вместе или по одному? - спросила доктор Эйлин Джима Свифта,
когда мы приблизились вплотную к темной части Головешки, где, как я
надеялся, находились входные шлюзы.
- И вместе, и по одному. - Джим Свифт уже обдумал эту проблему. - Мы
войдем в эту Головешку вместе, а там разделимся и будем искать порознь.
Договоримся о времени, когда встретимся в катере. Кто найдет что-нибудь
интересное, возвращается в катер и ждет остальных.
- И никто, - доктор Эйлин смотрела только на меня, - никто не
забавляется с тем, что может напоминать корабль, до тех пор, пока мы не
осмотрим его вместе.
Ну уж если кто и имел шанс нарваться на неприятности, так это не я, а
Мел. Однако времени спорить не было: мы подошли вплотную к Базе.
Внутреннее свечение сделалось ярче. На его фоне отчетливо виднелись три
темных отверстия, достаточных, чтобы через них прошел катер. Я выбрал
самое большое.
Наша прибытие прошло без особых приключений. Из ниши внутрь Базы вел
шлюз, мало отличавшийся от любых других шлюзов. С момента, когда мы
покинули "Кухулин", мы не снимали скафандры, так что перепада давлений в
шлюзе мы не заметили.
- Давление близкое к атмосфере Эрина, - сообщил Джим Свифт, глядя на
встроенные в стену приборы. - Но дышать ею лучше не надо. Гелий, неон и
ксенон. Идеальная инертная атмосфера для того, чтобы что-то хранить. Но
кислорода нет и в помине. Так что скафандры не снимать.
Внутренний люк шлюза начал открываться. За ним был самый заурядный
коридор; спустя всего тридцать ярдов он разветвлялся на четыре хода.
- Север, юг, восток, запад... - сказала доктор Эйлин. - По-моему, это
решает вопрос за нас. Джей, сколько у тебя воздуха?
Я посмотрел на контрольную панель скафандра.
- Тринадцать часов, почти четырнадцать.
- Мел? Джим?
- Шестнадцать часов.
- Двенадцать.
- Значит, у меня меньше всех. Чуть больше одиннадцати.
- Тогда встречаемся через девять или десять часов, ладно? - Судя по
тому, как блестели его глаза из-под шлема, Джиму Свифту не терпелось
отправиться на поиски.
- Нет, - доктор Эйлин снова приняла командование на себя. - Что если
кто-то из нас попадет в беду и не сможет вернуться? У нас должен быть
запас времени, чтобы прийти на помощь.
"Попадет в беду", подумал я. Разве мы в нее уже не попали? Но я
промолчал.
- Ладно. Как насчет шести часов? - предложил Джим Свифт. - Не
забывайте: прежде, чем мы что-то найдем, нам придется долго искать. И чем
дольше мы будем здесь трепаться...
- Значит, шесть. Принято. И каждый, кто не вернется к этому времени
без уважительной причины, будет иметь неприятности - со мной. Это я тебе,
Джей. И тебе. Мел, тоже. Шкуру спущу, если опоздаете. Пошли.
Я чуть задержался, заканчивая проверку систем скафандра,
крепко-накрепко вбитую в меня Дэнни Шейкером. Трое остальных уже выбрали
коридоры, ведущие наверх, налево и направо.
Мне оставался последний коридор. Южный. "Уйти на юг" - это было
излюбленное выражение дядюшки Тоби, деликатный синоним слова "умереть".
"Старуха Джесс тихонько собрала манатки и отправилась на юг". Будем
надеяться, на Головешке меня такая участь не постигнет.
Стены коридора были совершенно гладкими, без единой двери. Он вел
вниз всего на двадцать или тридцать ярдов, затем сменил направление на
параллельное тому, по которому мы входили в Головешку. Это было странно -
у меня было ощущение, будто я продолжаю двигаться к ее центру. Может, я
утратил ориентацию?
Вскоре я забыл об этом, так как встретился с новой проблемой. Мой
коридор кончился. Кончился ничем. Вернее, маленьким рыбьим глазом -
подобием мембраны, окружавшей все Ушко.
Гравитация на Головешке была слишком слабая, чтобы как-то ею
пользоваться. Пришлось использовать маленькие двигатели на скафандре. Они
помогли мне затормозить в паре футов от рыбьего глаза. Стоит ли попытаться
проникнуть сквозь него? Не то, чтобы меня удерживали угрозы доктора Эйлин
насчет риска и незнакомых вещей. Меня пугало само отверстие.
Я осторожно протянул руку в темноту и почувствовал легкое
сопротивление. И все. Если мембрана не слишком толстая, я пройду без
труда. Но стоит ли?
Причина, заставившая меня войти, не имела ничего общего с храбростью.
Я просто сообразил, что нахожусь всего в двух минутах от шлюза. У меня не
было ни малейшего желания возвращаться и ждать у катера пять с половиной
часов, чтобы потом хвастаться разведкой сотни ярдов коридора с голыми
стенами. Я знал, как отреагируют на такое признание Джим Свифт и особенно
Мел.
Я отошел на несколько шагов назад: в мембране, возможно, трудно будет
отталкиваться от стен и пола. Я отрегулировал тягу двигателей скафандра на
среднюю мощность и ногами вперед полетел в самую середину черной дыры.
Я не закрывал глаз, да в этом и не было нужды. Темнота внутри была
абсолютной. Это длилось недолго, и мои глаза не успели привыкнуть к
темноте, что было кстати - прежде, чем я успел что-то сообразить, я
вылетел на такой яркий свет, что сработало защитное затемнение прозрачного
забрала моего шлема.
Всего пять секунд назад я был в узком коридоре. Теперь я оказался в
помещении настолько огромном, что открывающиеся в него туннели, подобные
тому, из которого я только что вылетел, казались на противоположной стене
крошечными точками. Сначала мне показалось, что помещение пусто, если не
считать свечения в отдельных его местах. Потом я заметил, что светлые и
темные зоны движутся, образуя какие-то формы.
Знакомые формы.
Я узнал дальнюю от меня. Это была человеческая фигура - огромная,
нематериальная. Она была ростом в несколько сотен футов, но не более
вещественная, чем облачко дыма. Я мог видеть сквозь нее противоположную
стену.
Приглядевшись, я начал понимать смысл изображения. Справа от меня
виднелось жилое помещение корабля, внутри которого передвигались люди. А
слева, упираясь в дальнюю стену помещения...
То, что я видел, трудно поддается описанию. Словно ослепительная
полоса света закручивалась в спираль, тянувшуюся в глубину космоса.
Переводя взгляд слева направо, я понял, наконец. Это был не просто
корабль и не просто команда. Это был корабль Сверхскорости. Я как бы
смотрел на него со стороны хвоста-штопора, сквозь туман. И это была не
просто команда.
Я посмотрел на ближнюю ко мне гигантскую фигуру. Мои глаза находились
где-то на уровне ее пояса, так что лица я разглядеть не мог. Зато очень
отчетливо была видна черная полоса на его талии. За эту полосу был заткнут
белый цилиндр чуть размытых очертаний. Белый цилиндр футов тридцать или
сорок длиной, с изогнутой рукояткой. Пистолет. Пистолет Уолтера Гамильтона
за поясом Дункана Уэста.
Пока я смотрел, разинув рот, мимо неподвижной фигуры Дункана прошла
медленными шагами - в сто футов каждый - другая. Темное облако волос было
перевязано на затылке. Огромные руки - каждый кулак больше грузового
катера - были сложены на груди, кисти массировали бицепсы рук длиной
больше "Кухулина". Дэнни Шейкер.
Если верить Джиму Свифту, Шейкер и весь его экипаж исчезли навсегда,
выброшенные энергией Сверхскорости в другую Вселенную. И все же передо
мной были именно они. Я не мог видеть лиц, но мне кажется, я узнал
исполинскую тушу Дональда Раддена и морковно-рыжие волосы Тома Тула.
Я смотрел, не в силах отвести глаз от развернувшегося передо мной
безмолвного действия. Движения людей с "Кухулина" были настолько
замедленны, насколько сами они были огромны. Каждый шаг длился век, рты
открывались и закрывались в том, что я в конце концов опознал как речь.
Включив двигатели скафандра, я смог подлетать к каждой фигуре - и
пролетать сквозь них. Довольно долго я висел прямо перед лицом Дэнни
Шейкера, безуспешно пытаясь найти хоть проблеск жизни в тумане его серых
глаз. По его меркам моя фигура в скафандре должна была казаться не больше
жука. Впрочем, не было никакого признака того, что он хоть как-то заметил
мое присутствие.
Так я и двигался вместе с его перемещениями вдоль стены "корабля".
Остальные члены команды сидели теперь за столом и разговаривали. Каждая
фраза растягивалась на десять минут. Шейкер продолжал стоять. По его
действиям я решил, что он, по обыкновению, проверяет состояние корабля. Он
подошел к столу и долго говорил о чем-то с сидящим великаном, в котором я
узнал Патрика О'Рурка. С моей точки зрения это был очень молчаливый
диалог. Даже включив микрофоны моего скафандра на полную мощность, я
слышал только басовитый рокот, напоминавший эхо далеких горных обвалов.
Шелест воздуха в моем скафандре был и то громче. В конце концов Шейкер
направился в противоположный конец помещения.
Вид расположенного там пульта с разноцветными индикаторами и
дисплеями напомнил мне о моем собственном положении.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46


А-П

П-Я