Доставка с Wodolei.ru 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Комитет Провидения был создан из чиновников высшего ранга гражданских и военных служб города. В его работу входил обмен информацией с самой Службой Провидения, управляемой из Кунфшона. Еще Комитет был ареной для споров между группами, которым иначе было бы негде высказывать свое недовольство друг другом и обмениваться мыслями.
Силы на поле битвы располагались обычным порядком: легионы, которыми по большей части руководили мужчины, — против Храма, управляемого почти исключительно женщинами. Королевская администрация и представители торговых и купеческих домов находились меж двух огней — легионов и Храма, — и каждая из спорящих сторон старалась перетянуть их на свою сторону.
Через широкий круглый стол генералы Гектор и Кесептон недовольно смотрели на Верховную жрицу Эвилру, аббатису Плезенту и принцессу Беситу. Справа от Кесептона с начальником полиции Гланвисом по правую руку сидел камергер Берли.
Напротив расположились купцы, Йавайн и Слимвин, — два весьма дородных господина, облаченных в костюмы из черно-зеленой шерсти. Наконец, здесь была Флавия из Новициата, включенная в Комитет благодаря всеми признанной силе своего интеллекта и врожденному здравому смыслу.
Несмотря на полное отсутствие у Флавии силы, именно благодаря ей проходили многие решения, обычно блокируемые остальными. Принцесса Бесита, входившая в Комитет, потому что являлась Верховной жрицей Милосердных Усилий в доминионах своего отца, частенько устраивала подобные развлечения, воздерживаясь от дебатов. Бесита очень не любила принимать решения.
Как раз в этот момент Верховная жрица Эвилра поднялась, чтобы парировать критические замечания по поводу неудач службы безопасности в День Основания, отпускаемые генералом Гектаром.
— Великое Заклинание было сплетено заново, и городские стены опять в безопасности. А ваши слова — не праведная клевета в адрес Храма.
Генерал Гектор не шевельнулся; только моргнул.
— Я выражаю благодарность ведьмам Марнери за искусную работу, — поспешно сказала аббатиса Плезента, чтобы разрядить напряженную тишину.
— Но как удалось провести обряд черной магии в стенах города в День Основания? — настаивал генерал.
— Они убили стражника, а все остальные были на празднике.
— Но предполагается, что на каждых воротах находится по пять стражников, сказал купец Йавайн. Эвилра разволновалась и села на место.
— Вот именно, — сказал Гектор. — В Марнери падает дисциплина. Вместо пяти там был один, который и был убит.
Гланвис подавил гневную реплику. Берли, камергер, сердито пожал плечами:
— Я возмущен попыткой возложить вину на королевскую гвардию. Это лучшие люди города.
— Достаточно, Берли, нам известны достоинства гвардейцев. Но истина в том, что из охраны ворот Афо отсутствовало четыре человека, и это позволило злодеям исполнить подлое дело.
Эвилра свирепо сверкала очами.
— Мужчины — слабовольные создания, управляемые низменными страстями.
Мужчину можно купить всего лишь за несколько золотых и серебряных монет.
Генералы Кесептон и Гектор обменялись взглядами. Она сказала «мужчины»?
Эвилра сегодня явно заняла оборону.
— Нам кажется, что на полицию и храмовых ведьм тратится достаточно средств, чтобы гарантировать, что подобные вещи не могут происходить, — сказал Гектор.
— А мне бы хотелось добавить, — сказал Кесептон, — что я всегда был убежденным сторонником полиции в этом городе. Разве не так, Гланвис?
Гланвис ответил слабой улыбкой. Эвилра вновь рассердилась.
— А кто это, интересно, всегда нам твердит, что на полицию тратится слишком много? — Эвилра была в ярости. — Так вот, я скажу вам, кто. Это генерал, который израсходовал по сорок крон на пиво на каждого своего легионера в последний праздник Основания. Вы осмеливаетесь критиковать финансовые дела Храма, когда сами ежедневно проматываете богатство, заработанное тяжким трудом наших крестьян.
Генерал выкатил глаза.
— Моя дорогая Верховная жрица, я совсем не занимался критикой финансирования Храма, я только…
Старый Кесептон, которому подчинялся Гектор, с трудом сдерживая ярость, поднялся и оборвал его реплику:
— Договорами, связывающими королевства Аргоната, обусловлено, что Марнери будет содержать два легиона. Кроме того, их должны кормить. Выплаты людям Первого легиона были приостановлены, чтобы построить форт Далхаузи. Почему так?
Почему от солдат ожидают даровой работы, когда вокруг они видят мужчин и женщин, живущих припеваючи?
— Им платят достаточно! — сказала Плезента. — И очень важно, чтобы вы поняли, как дорого стоит содержать в боевой готовности наши вооруженные силы.
Легионы — отнюдь не единственный наш вклад. Марнери содержит восемь больших кораблей, причем половина из них постоянно находится в плавании, сдерживая пиратов Светлого моря.
Гектор с видимым нетерпением пожал плечами.
— Послушайте, вы все не так поняли. Во-первых, в тот день сорок крон были поделены между легионерами, находящимися на дежурстве. Я серьезно, подумайте об этом. Сорок крон на солдата! Пиво продается по пенни за бутылку. В одной кроне сто пенни. Как по-вашему, сколько пива получается на одного легионера? Можно принять ванну, а? Как вы можете верить в подобную чепуху, тем более чтобы повторять ее? За сорок крон покупаются четыре тысячи бутылок пива для дежурного отряда. То есть по четыре бутылки на человека на целый день!
Плезенту это позабавило, Эвилра в замешательстве покраснела. Гектор продолжал наступать, намереваясь закрепить плацдарм.
— Кесептон абсолютно прав, дело дошло до скандала. Легионы давно получали ровно столько, чтобы поддерживать существование. Разумеется, это позор, но здесь на подобный факт никогда не обращали особого внимания, потому что в это время наши голодные солдаты находятся в Кеноре, за пять сотен миль отсюда.
Солдаты вынуждены терпеть, драконы и кони изголодались. А теперь выплаты опаздывают на три полных месяца. Легионы в Кеноре в этом месяце практически голодают.
Верховная жрица Эвилра с гневом ответила:
— У нас были тяжелые времена, повсюду на Голубых Холмах бесчинствовали бандиты. Те самые разбойники, против которых легионы не торопились выступать! В этом вопросе говорить можно только о вашей собственной лености!
Генералы сердито вперили в нее неподвижные взоры и негодующе зашипели:
— Лености!..
Флавия из Новициата вздохнула про себя. Похоже, заседание Комитета пойдет нелегко. А ведь им еще придется выслушать недобрые вести от достойной гостьи.
Флавия заметила, что Бесита необычайно спокойна. Как правило, Бесита находилась на переднем крае атаки на легионеров. Но сегодня принцесса не сводила взгляда с дверей в ожидании прибытия таинственной посетительницы.
Флавия хорошо сознавала важность миссии гостьи, несомненно, несущей им очередные плохие вести из глубины континента.
Дверь отворилась. В комнату в сопровождении Виурис из Службы Провидения, облаченной в простое серое платье без украшений, вошла Лессис из Валмеса в простом сером сари.
— Приветствую тебя, Лессис. От имени всех здесь присутствующих могу ли я пригласить тебя на наш совет? — сказала Бесита.
Флавия вновь удивленно подняла голову. Редко можно было услышать, чтобы Бесита воздавала хвалу Службе Провидения. Обычно она была одной из тех, кто часто осуждал практику этих служб в тайной войне с врагом, за кулисами, вне общего обозрения.
— Благодарю, Бесита, — тихим голосом произнесла Лессис, но услышали ее все.
Флавия вновь ощутила необычайное чувство присутствия силы, окутывающей Лессис незримой вуалью. Эта вполне обычная на вид женщина, одевающаяся в самые простые одежды и, как поговаривали, не имеющая никакой собственности, была одним из трех величайших адептов в Империи Розы. Великая ведьма, не чета остальным, с высоким рангом в храмовой иерархии самого Кунфшона.
«Опять она оплетает нас своим колдовством», — подумала Флавия, пока Лессис с тренированной легкостью распространяла вокруг себя чары привлекательности. В своем сером сари, с покрытой головой, она казалась всего лишь простой бедной женщиной средних лет.
— Приветствую всех вас.
Глаза ее, блеснув, отразились в глазах Флавии.
— Не буду тратить времени на формальности, мы ведь знаем друг друга, не так ли?
О да, Флавия хорошо знала эту ведьму, чересчур хорошо.
— Мне многое нужно вам сообщить, поэтому начну сразу.
Лессис заняла свое место. Двигалась она, как всегда, с легкой уверенной грацией. Флавия могла бы представить ее в качестве танцовщицы или гимнастки.
Флавия предполагала, что с кинжалом в руках эта женщина была смертельно опасна.
Лессис продолжила речь.
— С тех пор, как я была здесь в последний раз, прошел год или больше, боюсь, это очень много. Но все же мне нравится возвращаться в белый город у Светлого моря. — Она сделала паузу, казалось, обдумывая нечто очень приятное. Но вот я вновь здесь и принесла вам самые жуткие новости.
Кажется, Эвилра задрожала. Вечно Серые Сестры приносят плохие вести.
Присутствующие нервно заерзали на своих местах.
Эвилра не сдержалась:
— Вот так всегда. Когда сестры вашего департамента появляются в Марнери, они приносят дурные вести.
— И вместе с этими вестями срочную необходимость в деньгах, — поддакнул ей камергер Берли.
Лессис ответила простодушной улыбкой. Они, каждый по-своему, защитились от того, что, по их мнению, было искусными чарами. Берли, просто закрыл глаза и думал о сексе. Проклятые ведьмы! Но секс всегда срабатывал, отгоняя прочь эту гадость.
Проклятые ведьмы!
— Увы, — пробормотала Лессис, по-видимому, соглашаясь. — Да, это правда, что сестры моего департамента очень часто приносят плохие вести, когда они вообще что-нибудь приносят. Раскрывать заговоры врагов прежде, чем их подготовят, — вот наша задача. Что мы и делаем, скромными силами сдерживая огромные вооруженные отряды противника. С помощью разведывательных операций мы можем в самом зародыше пресечь многие из ударов врага.
— Или так провозглашается, — сказал Берли. — Но в каждом отдельном случае эти претензии трудно доказать.
— Это неизбежно. Сестры работают не за письменными столами, где можно было бы сфабриковать доказательства. Но неужели вам хочется, чтобы мы прекратили свою деятельность? Неужели вы чувствовали бы себя в большей безопасности, Берли из Марнери, если бы Сестры не проникали в тайные города врагов, чтобы распознавать злобные замыслы, лелеемые в страшных тенях?
— Конечно же, нет, — отмахнулся Берли.
— Нет, конечно, нет, — пробормотала Лессис. Голос ее стал жестче, требовательнее. — Слушайте меня внимательно, потому что я только что вернулась с крупной операции, которую мы проводили в глубинах мира теней под городом Черепа, Туммуз Оргмеином.
Страх возник в сердце каждого, когда она произнесла это имя. Собравшиеся поперхнулись и уставились на Лессис.
— В этом аду находится несколько сотен плененных женщин. Они заточены в мрачных загонах по двадцать человек в каждом и вынашивают беса за бесом, пока смерть не освободит их.
Присутствующие содрогнулись.
— Как же им удалось захватить сразу столько? — спросил генерал Кесептон.
Лессис пожала плечами, выражая, казалось, мировую печаль.
— Многих купили в Теитоле или захватили в плен в приграничных колониях.
Другие, к сожалению, были закуплены на юге у племени урдхов.
— Как и прежде, — резко произнесла Эвилра. — Урдхи продают врагу собственных женщин. Древний дикий народ с жестокими, бесчеловечными обычаями.
Они продадут врагам собственных матерей всего за несколько серебряных и золотых монет.
Лессис воздержалась от комментариев. Проблем в древней Империи Урдх было много, и в большинстве своем трудно решаемых проблем. Лессис благодарила судьбу за то, что не имела отношения к делам с племенем урдхов Службы Необычайного Провидения, сверхсекретной службы, на которую на самом деле работала Лессис.
Работа в Империи Урдх во многом неблагодарна, поскольку связана исключительно с людьми, а народ всегда крайне трудно воспитывать. Племя стойко держалось много столетий. То возникали, то исчезали в веках династии, что породило определенную эксцентрическую извращенность в обществе. Их цинизм и фатализм были чрезвычайны, их жестокость к путникам из других частей света казалась странной.
Для жителей деревень обычным делом была продажа детей богатым горожанам, использовавшим их по своему усмотрению. Была широко распространена практика поедания любимых животных по крайней мере раз в год. Самым популярным развлечением у беднейших слоев были крысиные бои.
Гулкое бормотание по поводу урдхов затихло. Лессис заговорила вновь:
— В подвалах Туммуз Оргмеина Неумолимый Рок выращивает огромную армию бесов. К тому же он набирает легион из негодяев, ренегатов самого что ни есть злодейского толка, которые с радостью исполнят свою работу, порабощая и убивая людей. Там много троллей, много больше, чем я когда-либо видела. Полагаю, что к весне армия Неумолимого Рока достигнет двадцати тысяч взрослых бесов. Там будет более двух тысяч троллей и прочих чудовищ. Неумолимый Рок проводил эксперименты над кодами жизни. Его подвал наводняют новые ужасы.
Они не сводили с нее глаз. Имена этих страшных сил были записаны кровью в древней книге, той самой, которую этот честный народ не видел ни разу на памяти последнего поколения. То были ужасы давних времен, остановленные за пределами Аргоната силами легионов.
— Двадцать тысяч? Я не ослышался? — произнес, наконец, Берли треснувшим голосом.
— Да, хотя, возможно, и больше. У нас нет донесений из глубин Хазога.
— Тогда они разобьют нас, — заявил Кесептон. — Они сметут наших полуголодных солдат. Эвилра нервно облизала губы.
— Но как нам удостовериться в этом? Как нам узнать, что их силы столь велики?
— Нам удалось проникнуть в подземный мир. Туммуз Оргмеин зависит от работы целой армии рабов, и многие из них — пожилые женщины в возрасте, когда они не могут иметь детей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59


А-П

П-Я