https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/dlya-tualeta/ 

 

Она — маленькое алчное создание.Тобиас с любопытством посмотрел на Невилла:— Зачем рвать отношения? Мне казалось, вам нравится общество Салли…— О, она, конечно, очаровательное создание, — подмигнул Невилл. — Энергичная и чертовски изобретательная. Понимаете, что я имею в виду?— Да, вы иногда упоминали об этих ее качествах.— К сожалению, все эта энергия и изобретательность со временем начинает сказываться на мне, — тяжело вздохнул Невилл. — Ужасно неприятно признаваться в этом, но я уже не так молод. Кроме того, Салли требует все больше драгоценностей. В прошлом месяце я подарил ей серьги, так она имела наглость заявить, что камни в них слишком малы.«Салли — опытная женщина, — решил Тобиас. — Она, разумеется, поняла, что Невилл заскучал. Чувствуя, что отношения близятся к финалу, Салли пытается выжать из своего поклонника как можно больше, прежде чем он оставит ее».Тобиас холодно улыбнулся:— Дама такой профессии, как у Салли, должна думать о черном дне. Для женщин легкого поведения пенсии не предусмотрены.— Она может отправиться назад в бордель, где я нашел ее. — Невилл прищурился. — Может, хотите занять мое место? После сегодняшнего вечера Салли будет искать нового покровителя, а я могу засвидетельствовать, что она превосходна в постели.«Мне вовсе не нужна любовница другого мужчины, пусть даже энергичная и изобретательная», — подумал Тобиас. И вообще он сомневался, что Салли надолго останется в одиночестве. Судя по тому, как высказывался о ней Невилл, она умная девушка.— Ваши слова убеждают меня в том, что я просто не могу позволить себе такую роскошь, — сухо отозвался Тобиас.— Она превосходна, но не столь дорогая, как куртизанки. — Невилл допил вино и поставил бокал. — Прошу прощения, Марч. Не хотел докучать вам. Мне гораздо интереснее узнать, как продвигается наше дело. Есть новости об этом чертовом дневнике?Тобиас по опыту знал, что клиенты часто хорошо реагируют на охотничьи термины.— Могу сообщить вам, что я вышел на след, и он становится все отчетливее.Глаза Невилла возбужденно блеснули.— Что это значит? Что вы узнали?— Я предпочел бы не вдаваться в подробности на данном этапе. Однако у меня есть кое-какие приманки, и жертва уже клюнула. Дайте мне еще несколько дней, и я предъявлю наш улов.— Проклятие, Марч, почему же так долго? Мы должны найти этот чертов дневник, и поскорее.«Пора рискнуть», — подумал Тобиас.— Если вы не удовлетворены моей работой, сэр, то всегда можете нанять другого для выяснения этого дела.Лицо Невилла обреченно вытянулось:— Больше нет человека, в щепетильности которого я был бы полностью уверен. И вам это прекрасно известно.Тобиас только сейчас понял, что затаил дыхание в ожидании ответа.— Успокойтесь, сэр. Скоро у меня будут для вас новости.— Надеюсь, что это так. — Невилл поднялся. — К сожалению, мне пора. Придется навестить ювелира.— Прощальный подарок Салли?— Конечно. Прелестное колье, на мой взгляд. Придется выложить за него кругленькую сумму, но ведь нужно платить за удовольствия, а? Сказал ювелиру, что заеду сегодня и расплачусь. Боюсь опоздать.— Отчего же?Невилл снова фыркнул:— Бартон сказал мне, что заказал сапфировую брошь для своей любовницы в этом же магазине, но забыл вовремя заплатить за нее. Так ювелир отправил брошь ему на дом, где она была вручена леди Бартон вместо прелестной киприотки.Тобиас рассмеялся:— И конечно, это произошло совершенно случайно.— Так утверждает ювелир. — Невилл вздрогнул. — Тем не менее я не собираюсь рисковать. Всего доброго, Марч. Немедленно сообщите мне, когда у вас появится информация о дневнике. В любое время дня или ночи.— Конечно.Невилл кивнул и покинул зал.Тобиас некоторое время смотрел в окно на проезжающие кареты. Мрак с улицы, казалось, проникал через окна, окутывая его серым туманом.Было приятно предположить, что любовница излечит его от мучительного беспокойства, которое охватывало Тобиаса каждый раз, когда он думал о Лавинии Лейк. Но он понимал, что это не так. Поцелуй подтвердил худшие опасения Тобиаса. Удобная постель и услужливая женщина, страсть которой оплачена, не утолят терзавшего его желания.Тобиас встал и прошел в комнату, где подавали кофе. По пути он взял газету, оставленную на столике.Крекенберн сидел на своем привычном месте у очага и даже не оторвался от созерцания «Тайме».— Видел Невилла в засаде, в соседней комнате. Ему удалось поймать вас?— Да. — Тобиас опустился в кресло. — Был бы вам крайне признателен, если бы вы воздержались от употребления охотничьих терминов. Это напоминает мне о беседе, которую я только что имел с Невиллом.— И какие же новости вы сообщили ему?— Дал ему понять, что дела идут хорошо.— Это так?— Нет. Но я не видел оснований информировать его об этом.— Хм. — Газета зашуршала в руках Крекенберна. — Невилла удовлетворили ваши мнимые успехи?— Едва ли. Но к счастью для меня, его сегодня занимают другие проблемы. Вечером он собирается проинформировать свою нынешнюю любовницу, что больше не нуждается в ее услугах. Невилл отправился к ювелиру забрать подарок, который, как он надеется, компенсирует муки расставания.— Вот оно что. — Крекенберн медленно опустил газету. В его глазах появилось задумчивое выражение. — Будем надеяться, что его последнюю любовь не ожидает та же участь, что и предыдущую.Тобиас, разворачивавший газету, замер:— Что вы имеете в виду?— Несколько месяцев назад Невилл расстался с еще одной дамой легкого поведения. Кажется, он содержал эту женщину в доме на Керзон-стрит почти год, прежде чем устал от ее услуг.— Ну и что с того? Люди, занимающие такое положение, как Невилл, часто содержат любовниц. Странно, если бы этого не было.— Конечно, но вас не удивляет, что одна из них бросилась в реку через несколько дней после того, как ее оставили?— Самоубийство?— Так говорят. Очевидно, сердце женщины было разбито.Тобиас положил непрочитанную газету на подлокотник кресла.— Поразительно! Невилл не раз говорил мне, что выбирает себе любовниц среди обитательниц борделей. Профессионалок, так сказать.— Вот как?— Таким женщинам обычно несвойственна сентиментальность. Сомневаюсь, что они способны влюбиться в человека, оплачивающего их счета.— Согласен. — Крекенберн снова вернулся к своей газете. — Тем не менее несколько месяцев назад прошел слух, что его последняя любовница покончила с собой. Глава 9 На следующий день Тобиас прибыл на Клермонт-лейн около двух часов пополудни. Едва карета остановилась, он устремился к двери. Тобиас поморщился от резкой боли в левой ноге, потом глубоко вздохнул, и боль уменьшилась.— Нам сопутствует удача. — Энтони грациозно вышел из кареты вслед за Тобиасом. — Дождь прекратился. Тобиас взглянул на свинцовое небо:— Ненадолго.— Я упоминал, что одна из твоих черт, вызывающих у меня восхищение, это оптимизм? Клянусь, у тебя такой нрав, что порой кажется, будто ты излучаешь сияние.Тобиас промолчал. Настроение у него было отвратительное, и причиной тому была не тупая боль в ноге. Тобиаса не покидало возбуждение.Утром он проснулся с очень странным чувством, и это сильно встревожило его. Человек его возраста и опыта должен уметь контролировать свои эмоции. Тобиас, словно юнец, стремящийся к своей первой пассии, жаждал вновь увидеть Лавинию.Его нетерпение сменилась недоумением при виде наемного экипажа, стоявшего у дверей маленького домика.Тобиас остановился:— Что она еще задумала, черт побери?Энтони ухмыльнулся:— Судя по всему, у твоей новой партнерши свои планы.— Черт бы ее побрал! Утром я послал ей записку и сообщил, что буду около двух.— Возможно, миссис Лейк не хочет потакать твоим прихотям, — предположил Энтони.— Это она придумала посетить другие музеи восковых фигур. — Тобиас устремился к лестнице. — Если Лавиния полагает, что я позволю ей одной беседовать с владельцами, она, черт возьми, должна хорошенько пораскинуть мозгами.Дверь дома широко распахнулась в тот момент, когда Тобиас и Энтони поднимались по ступенькам.Лавиния, в своей коричневой шерстяной накидке и полуботинках, появилась в дверях. Стоя спиной к улице, она с кем-то разговаривала.— Осторожнее, Эмелин. Это самый лучший экземпляр.Не поворачивая головы, Лавиния стала осторожно пятиться. Тобиас увидел, что она ухватилась за один конец объемистого свертка.Через несколько секунд появилась Эмелин. Ее блестящие локоны, обрамлявшие прелестное лицо, были частично скрыты бледно-голубой шляпкой. Она с трудом держала другой конец длинного, завернутого в ткань предмета.— Он очень тяжелый. — Эмелин осторожно смотрела под ноги. — Может, нам стоит продать что-то другое?Энтони замер. Не замечая мужчин, Лавиния продолжала пятиться.— Ни одна другая не стоит так много, как эта, — сказала она. — Тредлоу намекнул, что знает коллекционера, готового заплатить кругленькую сумму за Аполлона в прекрасном состоянии.— Я по-прежнему считаю, что мы не должны продавать эту статую для того, чтобы заказать несколько платьев.— Тебе следует думать о новых туалетах как о вложении средств, Эмелин. Я уже объясняла тебе это сегодня. Ни один приличный молодой человек не обратит на тебя внимания, если ты отправишься в театр в старом, немодном платье.— А я тебе ответила, что мужчина, неспособный разглядеть личность за одеждой, не интересует меня.— Вздор! Ты прекрасно знаешь, что погибнешь, если позволишь мужчине увидеть личность под твоей одеждой до того, как вы поженитесь.Эмелин рассмеялась.— Она — ручеек, звенящий под залитым солнцем небом, — прошептал Энтони.Тобиас застонал, уверенный в том, что Энтони имеет в виду не Лавинию.Он смотрел на женщин, спускавшихся по лестнице. Контраст между тетей и племянницей поражал. Эмелин, высокая и грациозная, была прекрасно сложена. Лавиния значительно уступала ей ростом.— Куда это вы собрались? — спросил Тобиас.Лавиния тихо вскрикнула и обернулась. Огромный сверток в ее руках опасно накренился. Энтони бросился вперед и подхватил статую, спасая ее от падения на ступени.Лавиния сердито посмотрела на Тобиаса:— Видите, что чуть не произошло из-за вас. Если бы я уронила статую, вы были бы виноваты в этом.— Я всегда бываю виноват, — отозвался он.— Мистер Марч, — тепло улыбнулась Эмелин. — Как приятно видеть вас!— Мне так же, мисс Эмелин. Позвольте представить вам моего родственника, Энтони Синклера. Энтони, это мисс Эмелин и ее тетя, миссис Лейк. Я, кажется, говорил тебе о них.— Очень рад. — Энтони поклонился, не выпуская из рук статуи. — Позвольте, мисс Эмелин. — Он взял весь сверток в руки, освободив девушку.— Вы очень расторопны, сэр, — просияла Эмелин. — Клянусь, Аполлон уже сломался бы, если бы вы не подхватили его.— Всегда счастлив услужить даме, — заверил ее Энтони.Он смотрел на Эмелин так, словно она стояла на пьедестале и за спиной у нее были крылья.Лавиния набросилась на Тобиаса:— Вы едва не стали причиной катастрофы, сэр! Как вы смеете подкрадываться к людям подобным образом?— Я не подкрадывался. Я прибыл ровно в то время, которое указал в своей записке. Полагаю, вы получили ее?— Да, я получила ваше высочайшее повеление, мистер Марч. Но поскольку вы не удосужились поинтересоваться, подходит ли мне время вашего визита, я не стала затруднять себя ответным сообщением, что мне это совершенно неудобно.Тобиас угрожающе повернулся к ней:— Насколько я помню, мадам, именно вы пожелали поговорить с другими владельцами восковых фигур.— Да, но у меня появилось более важное дело.Тобиас подался вперед:— Что может быть важнее проведения этого расследования?— Речь идет о будущем моей племянницы, сэр.Эмелин состроила гримаску:— По-моему, это преувеличение.Энтони взглянул на нее с глубокой озабоченностью:— Что случилось, мисс Эмелин? Могу ли я чем-нибудь помочь?— Сомневаюсь, мистер Синклер. — Она сморщила носик. — Придется пожертвовать Аполлоном.— Почему?— Из-за денег, конечно. Проблема в том, что меня пригласили завтра пойти в театр в обществе леди Уортхэм и ее дочери. Тетя Лавиния считает, что я должна предстать перед глазами достойных джентльменов. А эти бедняги даже и не подозревают, что она имеет на них виды.— Понимаю, — помрачнел Энтони.— Лавиния убеждена, что дорогое модное платье необходимо, чтобы продемонстрировать мои достоинства. Она решила пожертвовать Аполлоном для получения необходимых средств.— Простите меня, мисс Эмелин, — галантно произнес Энтони, — но мужчина, не замечающий вашей красоты в любом наряде, просто полный идиот.Все посмотрели на красного как рак Энтони.— Я имел в виду, что вы очаровательны, независимо от покроя одежды.Никто не проронил ни слова. Энтони окончательно растерялся.— Вы будете выглядеть великолепно даже в одном фартуке, мисс Эмелин.— Благодарю вас, — пробормотала девушка, лукаво взглянув на него.Энтони больше всего хотелось сейчас провалиться сквозь землю.Тобиас наконец сжалился над ним:— Итак, если мы закончили обсуждать достоинства мисс Эмелин, предлагаю поговорить о том, как нам выполнить все дела сегодня. Пусть мисс Эмелин и Лавиния осуществят свои планы и пожертвуют Аполлоном. А мы с тобой, Энтони, встретимся с владельцами музеев восковых фигур.— Хорошо, — отозвался Энтони.— Подождите минутку. — Лавиния устремила на Тобиаса настороженный взгляд. — Я вовсе не отказывалась от участия в этих беседах.Тобиас улыбнулся:— Простите, миссис Лейк, но, по-моему, сегодня у вас более важные дела.— Ничто не помешает мне выполнить оба дела, — возразила она. — Эмелин собирается вместе с Присциллой Уортхэм посетить сегодня лекцию о предметах египетской старины. Я высажу ее у института, а затем продолжу путь в магазин Тредлоу, чтобы продать Аполлона. После этого мы с вами займемся музеями. А закончив, вернемся в институт за мисс Эмелин.Энтони оживился:— Я с огромным удовольствием проводил бы вас и вашу подругу на лекцию, мисс Эмелин. Меня очень интересует египетская старина.— Неужели, сэр? — Эмелин спорхнула со ступеней и устремилась к экипажу. — А вы, случайно, не читали последнюю статью мистера Мейхью?— Конечно, читал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32


А-П

П-Я