научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/installation/Geberit/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 




Маргарет Уэйс Трейси Хикмен
Стражи звездного щита


Звёздный Щит Ц 1



Маргарет Уэйс, Трейси Хикмен

Стражи звездного щита

Пролог. Миф и легенда

Шауна-кир шествует по звездам. Они принадлежали ей от рождения и были ее домом. Неслышно кружась в танце, она проносилась сквозь туманности, боясь до срока потревожить юные звезды, смеялась, локоны ее игриво развевались, а меж тем вихревые фронты квантовых волн, возникая то тут, то там, сметали целые цивилизации. На мгновение она замирала, задумавшись о тех мирах, где при переходе от одной реальности к другой рушилась жизнь, стеная от боли. Она лишь хмурилась, ибо в том и состояло ее величие, что она могла опечалиться от утраты столь бесконечно малого.
Однако грусть была ей несвойственна, и, отвернувшись, она ныряла в черные дыры, всплывая уже в ином времени и пространстве.
Красота мироздания покоряла ее. Ужас бездны она постигала до самой сути лишь в те мгновения, когда, глянув в самые глаза Галактики, видела некий драгоценный камень во всей его неповторимости.
Он был черен, его грани все более усложнялись, неясно растворяясь в глубине. Это было величайшее творение, и сердце Шауны-кир невольно устремлялось к нему. Ее влекла не красота камня, хотя она любила драгоценности и самые прекрасные из них создавала сама. Этот камень не был самым красивым, но в глубине его таилась награда, скрываемая его кристаллической структурой. Имя камня также было тайной, и вся эта таинственность мощным торжественным хоралом отзывалась в ее душе.
– Нас покоряет тайна? – раздался убаюкивающий глубокий голос у нее за спиной.
Шауна-кир оглянулась в Пустоту, заслонявшую от нее звезды и самое пространство, и мрачную темноту у черной дыры, проплывающей мимо нее.
– Обем-улек, ты явился не зван. Что тебе известно? Пустота медленно обволакивала ее чувственным ничто, оценивая, но не рискуя поглотить.
– Ничего и все, Шауна-кир! Я лишь знаю, что его суть скрыта внутри. Только через его око можно почувствовать мироздание и только через его знание ты обретешь себя. Скорблю, но все остальное тайна. – И вновь лукавил Обем-улек в угоду сестре. – Ибо знание является тайной для тех, кто им не владеет. Знание– тюрьма для тех, кому его недостает. Знание – рабство для тех, кто позволил использовать его себе во вред. Разве Кендис-дай не скрывал от тебя тайну? Разве ты не узница его Мантии Мудрости? Не раба ли ты Кендис-дая, склонившая главу перед его знанием и собственным невежеством?
Шауна-кир задумалась над всем сказанным, поскольку знала, сколь лукав ее брат. Но все же слова Обем-улека отозвались в ее сердце, а внутри притаилось желание вселить в Кендис-дая страх, но не стать его рабыней.
Поэтому она отвернулась от своего брата и сделала Выбор – ибо право Выбора было величайшим даром ее рода – и, выбрав, она покинула звезды, канув в сердце черного камня.
Эхо перехода разнеслось по всей Вселенной.

***

Вдали, уже на краю мироздания, оно достигло Кендис-дая.
Им мгновенно овладел страх, ибо он знал, что Обем-улек был повсюду и ненависть его была ужасна. Владеющий Звездным Щитом, чтобы стоять на страже мироздания; Мечом Ночи, чтобы покорять все своей воле; Мантией, чтобы все знания, настоящие и грядущие, позволяли ему вершить суд, Кендис-дай пронесся сквозь миллионы и миллионы миров. Через мгновение он достиг Ока Галактики и обнаружил ненавистного Обем-улека, победно плывущего среди звезд.
– Она для тебя потеряна, Кендис-дай!
Голос Обем-улека пронзил, казалось, все пространство Галактики. Время замерло, и мироздание насторожилось.
– Шауна-кир более не шествует по звездам.
Но Кендис-дай не нуждался в словах Обем-улека, ибо обладал Мантией Мудрости. Он много раз видел драгоценный камень и знал все, что произошло и что произойдет.
Шауна-Кир покинула звезды по собственной воле.
– Ты бросил к ее ногам знание, – сказал Кендис-дай, и эти его тихие слова заполнили Вселенную. – Знание жизни и смерти, боли и радости, здоровья и болезни, – ты предложил ей все, чему учит опыт.
Обем-улек усмехнулся из глубины Пустоты.
– Ты показал ей жизнь и смерть, – невозмутимо продолжил Кендис-дай. – Но есть лишь одна наука для богов – отказ от бессмертия.
– Я победил! – взревел Обем-улек. – Она пала настолько, что отказалась от Вечной Жизни, и умрет. Ты, Кендис-дай, без нее всего лишь полубог, а следуя за ней, ты также падешь. Кто тогда тебя спасет? Покорись мне, брат, и отдай мне мироздание. Возможно, я буду великодушен. Останься и борись со мной, страдая от утраты своей половины, и тогда моя победа станет тем полней!
Так в слепой жажде власти глумился Обем-улек, увлекая Кендис-дая, закованного в черные кандалы, в Авадон.
Кендис-дай молча шел по улицам, гремя цепями. Они миновали улицу, и Обем-улек взошел по ступеням Храма, ведя Кендис-дая за собой.
– Мироздание принадлежит мне! Преклони предо мною колени, брат мой и раб мой! – провозгласил Обем-улек, и при звуке его голоса макрокосм содрогнулся.
– Слушайте меня, – тихо произнес Кендис-дай. Голос его прозвучал ясно и был услышан всеми собравшимися. – Я отдаю символы моей власти. Примите Щит, Меч и Мантию и спрячьте от глаз смертных. Надежно храните их до моего возвращения.
– Они мои! – возопил Обем-улек. Но Кендис-дай лишь улыбнулся, и лучезарность этой улыбки почему-то потрясла Обем-улека.
– Ты умен, Обем-улек, но не ведаешь чувств. И в этом твоя слабость. – Слова Кендис-дая словно засияли в вышине. – Я отправлюсь за своей любовью в то забытое место, отринув бессмертие, но почему бы мне не разделить судьбу с тем, кто сделал это возможным?
И Кендис-дай обнял Обем-улека, опутав его теми же цепями, какими был опутан и он сам. Крик из Пустоты отозвался в вершинах гор и глубинах морей, дойдя до слуха испуганных цивилизаций неведомых миров.
Они вместе отвергли Вечную Жизнь, пожертвовав своей властью ради мудрости и любви Шауны-кир.
Там, среди смертных, Кендис-дай поклялся добыть знание и опыт и обещал, что, когда наступит время и Вселенная снова востребует его, они с Шауной-кир вернутся к звездам и создадут новую империю.
Что же касается Авадона и Города Просвещения, то он и все знания, накопленные там, были сокрыты от глаз смертных. До дня возвращения Кендис-дая его Мантию, Меч и Звездный Щит будут охранять стражники в Храме Звезд.

Альфа. Книга мериндЫ, 3256 лет спустя

1. Водопад

Меринда Нескат осторожно ступала по скользким камням. Вокруг клубился прохладный вечерний туман. Ах, скоро ее волосы станут тяжелыми от влаги, и густые медово-золотистые локоны потеряют свою форму. Намокшая одежда также не обещала хранить тепло на обратном пути наверх. Серая морось обволокла ее настолько, что она почувствовала, как намокли обнаженные руки и ноги. «Бесстыжая, – прозвучал в ее голове голос Деке Либрис. – У Атис Либре из „Омнета“ должны быть более респектабельные манеры? Как собираешься ты выбраться с этой скалы? Как думаешь сделать карьеру, если не уважаешь себя?»
Меринда чуть заметно усмехнулась. «Да, Либрис… ребячество, – произнесла она про себя насмешливо-серьезным тоном. – Но я буду высоко нести свое достоинство!» Правда состояла в том, что Меринда действительно была серьезна, гораздо более серьезна, чем все, с кем она работала. Меринда верила, что спасает Вселенную, – по-своему, в меру своих сил. Она откровенно презирала окружающих, всех, кто не понимал важности «возрождения прошлого, сохранения настоящего и защиты будущего», что было девизом ее рода. Она редко сходилась с кем-либо, в том числе со своими сотрудниками. Но Меринда всегда напоминала себе, что это и необязательно. Она едва удержалась, чтобы не хихикнуть при этой мысли, снова босыми ногами веером плеснула в воздух водой и продолжила путь по скалам. Ей здесь нравилось. Туман, заполнявший воздух над стремительным горным потоком, был полон жизни и покоя, – рай в сравнении с кошмаром другой стороны ее существования. Камни монастыря дышали холодом, несмотря на устойчивую жару, таким холодом, что никакое солнце не смогло бы их согреть. Это суровое место, по мнению некоторых, вполне ей подходило, но ведь те люди совсем не знали ее, не так ли?
Обнаженные скалы заканчивались там, где из бурлящей воды вставал высокий камень. Меринда ловко ухватилась за него и, оттолкнувшись ногами, перелетела на другую сторону камня.
От представшей ее взору красоты у Меринды перехватило дух. Чтобы добраться по тропинке до этого места, у нее ушел почти час, но усталость тут же улетучилась.
Водопад Денали на планете Бришан V когда-то был тайным священным местом, доступным взорам лишь местных жрецов, способных по достоинству понять и оценить его величие. Потоки воды копили силу на вершинах Кревиш-Ренджа, места, где под покровом небес жили древние боги этого мира. Источниками трех рек, сбегавших с вершины Денали, были слезы богини Ришан, оплакивающей смерть трех своих сыновей, погибших от руки их жестокого дяди Умблеха. Здесь потоки образовывали величественный водопад, с оглушительным шумом срывавшийся с громадной высоты в озеро у подножия гор. Но красота водопада и определялась не только его высотой или древним монастырем, чьи башни горделиво возвышались над водами трех рек. Особенность водопада заключалась в необычных кленитовых лианах, точно угрожавших поглотить воды каждой из рек на самом его гребне. Изогнутые лозы были полые внутри, и вода свободно текла сквозь них, создавая двойной эффект, В витиеватых каналах кленитовых лоз вода отфильтровывалась и превосходно очищалась, перед тем как извергнуться вниз, а причудливая преграда из лоз создавала неповторимые по изяществу струи. Как всегда, Меринда пришла на место вовремя, поскольку солнце уже готовилось уйти на ночной покой у края долины, раскинувшейся далеко внизу. Внезапно, как показалось Меринде, мир наполнился розовым светом, когда каскады воды и туман у подножия водопада слились с закатным сиянием.
Меринда стояла по щиколотку в песке переката, который считала своим, и чувствовала, как этот песчаный перекат становился частью ее. «Это жизнь, – думала она, – это то, что составляет жизнь. Мне надо так мало, чтобы радоваться жизни. Я выберу свой собственный путь и вынесу любую боль, одиночество и отчаяние, потому что есть такое место и всегда есть тот единственный, кто меня ждет».
Позади нее, в неясности стремительных потоков, появился почти незаметный силуэт. Фигура приблизилась бесшумно. Это был высокий мужчина в темно-сером одеянии, покрывающем его с головы до ног. Темный плащ поверх одежд был тяжел от влаги и не развевался, как обычно. Мужчина подошел сзади, протянув к Меринде большие руки в серых перчатках.
Она стояла, беспечно глядя на восхитительный водопад.
Неожиданно ее взгляд резко метнулся в сторону.
Она отступила назад, стараясь схватить противника за руку, повернулась боком к нападавшему и попыталась перекинуть его через себя.
Мужчина отступил в сторону и заломил ей руку за спину. Она вскрикнула от боли, но ей удалось зацепить его ногой за лодыжку, и она навалилась на него всем телом, оттолкнувшись свободной ногой.
Они упали навзничь, ударившись спинами о камень, выступавший у кромки воды. Мужчина громко охнул, от удара немного ослабив хватку. Меринда вновь прижала его к камню. Но когда он неуверенно отскочил, она схватила его обеими руками и, не давая ни минуты передышки, ловким движением бросила его в воду. Он все же сумел подняться, и тогда Меринда неожиданным приемом, захватив его руки в свои, перекинула через себя и бросила вниз…
Высокий мужчина пролетел над ней с раскинутыми руками и шумно шлепнулся спиной в неглубокую воду у берега. Брызги от его падения еще не успели осесть, а она уже вскочила на ноги и прыгнула на него, выхватив из-за пояса оружие. Последние капли брызг едва коснулись поверхности, когда она уперлась коленом в грудь нападавшему, прицелившись ему между глаз.
Он зафыркал и закашлялся, освобождая рот и нос от воды, заливавшей ему лицо.
Меринда засмеялась:
– О великий и могучий Вестис Новус, вы вновь продемонстрировали свое превосходство над скромной Атис Либре. Не соблаговолите ли сдаться мне немедля?
Когда мужчина попытался удержать голову над водой, его капюшон свалился, обнажив копну черных кудрявых волос, обрамлявших мужественное лицо.
Меринде вдруг подумалось, что челюсть у него немного тяжеловата. Именно такое впечатление создалось и у Либре Бренай, ее коллеги из «Омнета», с которой она делила комнату с тех самых пор, как они впервые встретились на занятиях в Нетпрайме около двух лет тому назад. Кириа Бренай тогда решительно заявила, что Квикет Шн'дар мог бы запросто дробить камни своей мощной челюстью, и она ни минуты не сомневается, что он так и делает.
Меринда увидела, как блеснули его гранитно-серые глаза и его угловатое лицо расплылось в ослепительно белой улыбке. Она знала, что и этот свет глаз, и улыбка принадлежали ей.
– Сдаюсь, госпожа Либре, – произнес он высоким певучим голосом, – сдаюсь на милость твоих великолепно обученных воинов.
Меринда сделала большие глаза, изобразив изумление.
– Что? На чью милость? – Ее колено еще сильнее уперлось мужчине в грудь, от чего его лицо снова погрузилось в воду.
– Да-да! – фыркнул Квикет, снова появляясь из воды. – Сдаюсь и тебе тоже.
Меринда засмеялась, ласково опустилась на него, чуть не утопив его в третий раз, и перекатилась с ним на песок.
– О, Кет, когда я узнала, что ты возвращаешься, я надеялась, что ты посетишь это место, которое для меня дороже всего на свете.
– Среди звезд столько поистине прекрасных и ужасных мест! – Квикет тряхнул шевелюрой, окатив ее лицо брызгами.
– Но только не для меня, грубиян! Здесь мы с тобой повстречались. Это наше место, наша собственная маленькая Вселенная, такая далекая от тревог нашей профессии и…
– И Э'торис, – продолжил за нее Квикет. – Скажи, как там наша старая развратница?
Меринда состроила сердитую гримасу, сияющим взором уставившись ему в глаза, и плеснула в него пригоршней воды.
– Эй, – слабо запротестовал он.
– Думаю, наша Э'торис Либре в порядке. К тому же я уверена, что ты, как посол и исследователь «Омнета», отлично знаешь, что ее в настоящее время на планете нет.
– Неужели?
Меринда стала почти серьезной.
– О Кет, не считай меня дурой. Ты, как, впрочем, и я, отлично знаешь, что твой визит вызвал бы у нее целую серию приготовлений и церемоний. Ты всегда был ее любимцем, наипрекраснейшим из прекрасных, когда-либо обитавших среди этих гор. Вообрази, скромный просеиватель информации из Империи Д'Ракан, фактически поднявшийся до уровня Инквизитора «Омнета», если бы она узнала о твоем прибытии, из-за церемониальной суеты я бы никогда не смогла с тобой увидеться.
– Да, Э'торис Гилдиш всегда гордилась своей великой Империей Д'Ракан, – медленно произнес Квикет, подтянул колени к груди, обхватил их руками и, всматриваясь в туманное небо, принялся разглядывать первые звезды у себя над головой. – Я тоже так думал… пока не выбрался отсюда. Империя Д'Ракан великолепна, пока не сравнишь ее с Галактикой. Тогда… да, тогда она кажется очень маленькой, Рини.
Меринда склонила голову на руки. Квикет обратился к ней по имени, и она поняла, что он чувствует к ней то же, что и прежде.
– Кет, как там… наверху? Хочу сказать, как там приходится Инквизиторам?
Квикет грустно улыбнулся и покачал головой.
– Не так, как мы думали, Рини. Все гораздо сложнее. Плохое и хорошее, черное и белое вдалеке сливаются, становятся серым, таким же, как эти одежды.
– Но это твоя работа, не так ли? – Меринда не совсем поняла, о чем он говорит. – Отделять белое от черного? Ты же Вестис Инквизитор: кто же получает всю информацию, которую мы здесь добываем, и определяет, где скрыта правда, а где ложь?
Квикет усмехнулся:
– Верно. Вы просеиваете грязь, и когда появляется что-то действительно ужасное, мы должны это прояснить.
– А-а, – произнесла она, слегка склонив голову набок, – мой прекрасный рыцарь Вселенной сегодня немного сварлив?
– Сварлив! – Квикет вскочил на ноги так быстро, что Меринда замерла, испугавшись произошедшей в нем перемены. Теперь он возвышался над ней, едва сдерживая гнев. – Ты и понятия не имеешь, что там происходит и с чем нам приходится иметь дело! Существует пятьдесят семь звездных империй в одном только этом секторе, пятнадцать из которых даже не догадываются о наличии жизни во Вселенной, а семь из них сейчас готовятся к войне. Две из них в данный момент вооружаются, чтобы отвоевать право межзвездного экспорта туземных товаров. Вот мы теперь и пытаемся восстановить справедливость и мудрость, которые были утрачены, когда пала Империя Кендис, а тем временем более шести триллионов живых существ подвергаются угрозе уничтожения! – Квикет замолчал, наконец-то справившись со своим гневным чувством, и посмотрел на Меринду.
«Не двигайся, – велела она себе, придав спокойное выражение своему лицу. – Пусть выговорится».
Квикет вздохнул и зарылся коленями в песок рядом с ней.
– Рини, прости. Похоже, я сегодня плохо владею собой.
Меринда медленно откинулась на локти. Голос ее был едва слышен сквозь гул водопада, но слова звучали ясно и понятно.
– Ты всегда знал, кто ты и куда идешь. Помню, как ты стоял перед Золотым Садом под звездным сиянием…
– Это было так давно, – прошептал Квикет.
– …и в твоем взгляде светилось гораздо больше страсти, чем ты испытывал ко мне. Ты сказал: «Они будут моими».
– Я имел в виду «нашими»! – поправил ее Квикет.
– Но произнес – «моими», – запальчиво воскликнула она. – Через неделю ты исчез. Атис Либре был ни с того ни с сего избран в великие Вестис Инк'ви-зитас. Ты занимался анализом потока информации из нескольких заброшенных миров и вдруг преобразился в Инквизитора «Омнета».
Квикет в упор посмотрел на Меринду.
– Не преобразился! Не было надобности… они прекрасно поработали, создавая меня по своим меркам. Послушай, Рини, ты не представляешь, что это такое. Я должен знать столько, сколько необходимо для выполнения задачи, а задачи меняются так быстро. Они просто загружают тебя информацией, Рини. Девять Оракулов решают за тебя, кем ты должен быть во время миссии, и создают тебя заново. Они расчленяют твой мозг, словно ты такая же машина, как они. Девять Оракулов выкачивают твою память и складывают твои мысли в хранилище, чтобы освободить место для информации, которая, по их мнению, тебе может понадобиться для работы на благо «Омнета». Потом перегружают тебя с помощью биолинка.
Меринда внимательно следила за ним. Где-то наверху прокричал страйбек, паря над водопадом.
Квикет вздохнул и принялся цедить мокрый песок сквозь пальцы.
– Там, среди звезд, Рини, три месяца тому назад им понадобился экзобиолог с квалификацией хирурга. Я был в списке. Однажды вечером я заснул, даже не ведая о существовании седака крибентийского, а когда проснулся, то мог не только описать его анатомию до клеточного уровня и химического состава, но и прооперировать его. А ведь на тот момент я был величайшим лекарем седаков. Потом мне поменяли задание. Девятка внедрила в меня знания запутанной родословной Четырех Династий Ругуа. О, я мог без запинки рассказать об отношениях и генеалогии каждой из четырех ветвей рода за последнюю тысячу лет, но уже не мог отличить руки седака крибентийского от его задницы.
Квикет впал в легкую задумчивость. Меринда прикусила губу. Ей было больно видеть Инквизитора таким беззащитным, ранимым. Затем он поднял на нее глаза и улыбнулся прежней уверенной, умной, даже самодовольной улыбкой, столь поразившей ее при их первой встрече, когда в своем бесконечном неверии она восприняла ее как признак чрезмерной заносчивости и самовлюбленности. Тогда Меринда не могла поверить, что улыбка предназначалась только ей. Но однажды она заявила на нее свои права, и с этого момента ее одиночество закончилось. Несмотря на наряд, манеры и выучку, он оставался прежним Квикетом. В этом она не сомневалась.
– Так кто же ты теперь? – ехидно спросила Меринда. – Неужели твоя миссия требует, чтобы ты стал невидимой частью Матриархального Совета Д'Ракана, или, возможно, твоя задача теперь еще более экзотическая?
– О, как ты наивна, – засмеялся он, качая головой. – Не хочется тебя разочаровывать, но сегодня я всего лишь ведущий специалист по искусственному мозгу двенадцатого уровня.
Она в недоумении уставилась на него:
– Что?
– Специалист по связям с большинством автоматизированного домашнего оборудования и его ремонту.
Меринда расхохоталась. Плавным движением она схватила Квикета за лямки комбинезона и подтянула его на песок рядом с. собой.
– О мой Инквизитор, мастер по самоуправляемым прачечным! Какая беда приключилась среди звезд, если «Омнет» посылает своего самого отважного и квалифицированного исследователя в дальние дали Империи Д'Ракан, наделив его навыками простого ремонтника? Неужели Девять Оракулов настолько озабочены работой кухонных агрегатов нашего маленького храма, что шлют к нам на Бришан лучшего из лучших?
– Нет, – улыбнулся он. – Моя миссия на Тентри-се… мне потребуется небольшая помощь. Поэтому я здесь. Наверное, у тебя есть отгулы. Не сможешь ли ты отлучиться со мной на несколько дней?
Меринда никогда не пользовалась отпусками. Пока Квикет был здесь, надобности в них не было, а когда он отсутствовал, то и подавно. Мысль о совместном отпуске, о том, чтобы вырваться отсюда и отправиться куда-то, где все радостно и ново, заставила ее сердце сладко сжаться.
– Да! Конечно, я могу уехать на несколько дней! – Слова вырвались у Меринды с девчоночьим азартом, несвойственным для ее обычно серьезного сдержанного поведения. – Я могу собраться или мы летим прямо сейчас?
– Тише, тише! – Квикет поднял обе руки, словно защищаясь от ее натиска. – Не только мы вдвоем. Мне понадобятся Келис, Флинн… возможно, Дара. Надеюсь, Кириа к нам тоже присоединится… Эй, прекрати! Что с тобой?
Меринда начала колотить его кулаками в грудь, сначала легонько, потом все сильнее и сильнее.
– Зачем тебе тащить весь отдел? Они нам не нужны! Ты же Инквизитор, всесильный и всезнающий! Нам больше никто не нужен! Тебе необходима только я!
– Меринда! Это важное задание! У нас останется масса времени, чтобы…
– Не говори мне о времени! – Удары Меринды стали ощутимее. – Я посылала тебе записки каждый день. Ты прилежно мне отвечал. И вдруг почти два месяца молчания. Но вот ты здесь и… собираешь экспедицию? Думаешь, я не вижу, что происходит?..
– Меринда!
Никогда прежде ее имя в устах Квикета не звучало так холодно. Она замерла, потому что он крепко сжал ее запястья.
– Рини, это моя работа. Как и ты, я служу «Омнету». Сейчас не могу объяснить тебе всего, да ты сразу и не поймешь, но ты должна отправиться со мной, тебе необходимо исполнить свой долг… понимаешь?
Квикет впился в нее взглядом. Она же чувствовала себя растерянной.
– Да, – наконец произнесла она тихо, – понимаю. Прошло так много времени, Кет, я… мне просто хотелось побыть с тобой наедине.
Он прижал ее к себе, лицо его немного смягчилось. Прильнув к его груди, она уютно устроилась в его объятиях.
– Конечно, Рини, – с нежностью в голосе, но слегка рассеянно ответил он. – Нам всем нужно немного больше времени.
Меринда закрыла глаза, возвращаясь в те времена, когда их прогулки к водопаду были полны ласк и восторгов.
В этот миг она не видела глаз Квикета, равнодушно смотревших на загорающиеся в небе звезды.

2. Маленькая неприятность

Оскан Келис потер переносицу и закрыл глаза. Он устал, и головоломка, вертевшаяся у него в голове, из маленькой неприятности начала стремительно превращаться в большую головную боль. Привычные методы не действовали. Он погладил лысину ладонью. Не помогло. Повертел головой, пытаясь что-то расшевелить в мозгу. Никакого эффекта. Он встал из-за светящейся пластины стола в своем рабочем закутке, прошел в главный зал старинного монастыря Ришан и дальше в помещение, откуда виден водопад. Вид причудливых водных потоков, срывающихся в глубокое ущелье, всегда его успокаивал и помогал привести в порядок мысли. Он прислонился к стене, глядя сквозь бойницу на клубящийся далеко внизу туман.
– Не вывались, Оскан!
От звука голоса, прозвучавшего у него за спиной, он вздрогнул и сердце его сжалось.
– Ради Великого Духа, Либре Дара, как ты меня напугала!
– Успокойся, Либре Келис, – отозвалась Терика Дара насмешливо-официальным тоном. – Я больше не буду так делать.
Оскану стало трудно дышать, и не только из-за того, что сослуживица напугала его. Терика Дара, высокая и стройная, с нежными чертами лица, была необыкновенно красива. Оскан повстречал ее в выходной день на Тентрисе. Это был единственный раз, когда он видел ее с распущенными по плечам иссиня-черными волосами, которые по рабочим дням были зачесаны и туго стянуты на затылке. Роскошные шелковистые волны красиво обрамляли ее овальное лицо. Тогда кругом было полно народу, и он не помнил, как долго простоял, остолбенев от ее красоты и чудного голоса, слышавшегося сквозь общий гвалт. От ее улыбки, которой она осветила его, когда узнала, у Оскана так запылало лицо, что он чувствовал этот жар даже теперь, вспоминая ее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
 https://decanter.ru/product/kilbeggan-id5039 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я