https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_vanny/s-dushem/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ведь Имперская Армия постоянно испытывала нужду в доставке рекрутов и припасов в порт Агабдал.
Пока Орбалир строил козни против Кадана и Апириса, а Кадан, игнорируя Орбалира, требовал от Апириса улучшить разведку, Лорд Горнир притаскивал в Совет ходоков из восточных провинций с новыми россказнями о могуществе врага. Как он смеет! Императрица и без того делает все что в её силах! Леди Мирашан принимала меры, дабы улучшить снабжение армии Кадана, изыскивая пути в обход войск Назакри. Лорд Дабос без устали талдычил об ущербе, нанесенном врагом урожаю и дорогам, а Лорд Шуль громогласно призывал казнить Врея Буррея за открытие Новой Магии. Леди Далбиша подозревала всех в измене или обвиняла в некомпетентности, а Леди Вамиа своим извечным флиртом вносила дополнительный раздор и в без того не очень стройные ряды Совета. Лорд Сулибаи настаивал на том, чтобы Совет вступил в переговоры с мятежниками…
А Принц Гранзер, Председатель Имперского Совета, по самые уши погрузившись в личные проблемы и дела Императорской семьи, не может призвать к порядку не только членов Совета, но и многочисленных принцев, принцесс и губернаторов, сбежавшихся в столицу в период кризиса.
И в это самое время, испытывая нестерпимую головную боль, он, Апирис, должен сочинить успокоительное послание Ее Императорскому Величеству, возжелавшей узнать, не оставили ли боги Империю!
Сейчас все, включая и Апириса, желают это знать. Но Верховный Жрец сомневался, что Императрица будет счастлива услышать от него о правомерности её догадок на сей счет.
Внезапно кто-то постучал в дверь кабинета.
— Умоляю… — Апирис бросил гусиное перо и возложил длань на пульсирующее болью чело. — Самардас, если слышишь меня, то положи этому конец!
Самардас промолчал, а стук повторился.
— Войдите! — в отчаянии произнес Апирис.
Дверь открылась, и вошла Омаран — юная жрица, прислуживавшая в этот день Верховному Жрецу.
— Прошу простить, — уважительно склонила она голову, — но к вам посетитель.
— Кто это? — спросил Апирис, заранее ужасаясь ответа.
— Он назвал себя Вадевией из Бьекдау. Он говорит, что…
— Бьекдау? — Апирис растерянно заморгал. — Вадевия? Имперского представителя в Бьекдау зовут Даллор… Главный Жрец там Данугаи… Никаких Вадевий я не знаю.
— Нет, Ваша Святость, он не… он жрец. Ученый. И он пришел по поводу Богоизбранного Заступника.
— Он что, объявляет себя Заступником?
— Нет, Ваша Святость. Он говорит, что знает Заступника. Привел с собой человека…
Апирис почувствовал какой-то внутренний толчок.
— Мне плевать! — вдруг заорал он на жрицу. — Богоизбранные Заступники нужны Лорду Граушу, а не мне! Гоните его прочь! Гоните прочь их обоих! Гоните прочь всех! Не желаю никого видеть! Ни посыльных, ни жрецов, ни претендентов на роль Богоизбранного! Никого рангом ниже Имперского губернатора. Понятно?!
— Да, Ваша Святость, — испуганно выдавила жрица. Отвесив короткий поклон, она шмыгнула в дверь и поспешно — хвала богам, что хоть без стука! — захлопнула её за собой.
Апирис вернулся к посланию, что-то сердито ворча себе под нос.
Выйдя из кабинета, Омаран немного подумала и пожала плечами. Что ж, она по крайней мере пыталась.
Затем жрица проследовала по лабиринту лестниц и коридоров в приемную, где ждали её возвращения Вадевия и Маллед.
— Прошу меня простить, — молвила она, — но Верховный Жрец сейчас ужасно занят и не имеет возможности вас принять.
— Вы сказали ему, что я принес доказательство того, что этот человек является Богоизбранным Заступником? — помрачнев, спросил Вадевия.
— Да, господин, сказала. Но, понимаете, с тех пор как Лорд Грауш объявил, что надо найти Заступника, у нас здесь нет отбоя от претендентов.
Вадевия бросил взгляд на Малледа, но прочитать что-то на его лице было невозможно. Даже если он и думал: “А что я вам говорил?” — то очень умело скрывал эту мысль.
Кузнец с самого начала не хотел встречаться с Апирисом, напомнив Вадевии о клятве никому не сообщать о том, что Маллед отмечен богами. На это Вадевия ответил, что никакого обещания он не нарушит, так просто говорить ничего не станет, а всего лишь покажет Верховному Жрецу письмо Долкаута и позволит Апирису сделать собственный вывод.
Маллед говорил, что из этого ничего не выйдет, и оказался совершенно прав.
— Понимаю, — тем не менее продолжал Вадевия. — Но вы сказали ему, что у меня есть письмо Долкаута, Главного Жреца Бьекдау, подтверждающее наши претензии?
— Я сказала ему все что могла, господин, — со вздохом ответила Омаран.
Вадевия почему-то усомнился, что её ответ был до конца правдив, но развивать тему не стал. Нет никаких гарантий, что они преуспели бы в своей миссии, увидев Апириса. Даже в мирное время в городе царил хаос. В столицу прибывали тысячи и тысячи хлопочущих людей. Апириса наверняка захлестывал поток дел, требующих его внимания, и у него не нашлось бы времени на то, чтобы беспокоиться о письме Долкаута.
— Хорошо, — сказал Вадевия, — где нам искать Лорда Грауша?
Прежде чем маленькая жрица успела ответить, Маллед прорычал:
— Нет! Я здесь как кузнец! Армии нужны кузнецы!
Вадевия посмотрел на него, с трудом подавив недовольство. Он полагал, что Маллед поборол нежелание признать свою особую роль, но, оказалось, возник рецидив.
— За вооружение солдат отвечает Лорд Пассейл — под руководством Лорда Кадана, естественно, — ответила ничего не понимающая Омаран.
— Отлично, — вздохнул Вадевия. — И где же мы можем найти этого Лорда Пассейла?
— Лорд Пассейл — член Имперского Совета, господин.
— Вот как? — вежливо произнес Вадевия.
— Я хочу сказать, — залилась краской смущения жрица, — что он не может принять всех оружейников, желающих работать на армию. Вам надо явиться в Имперский Арсенал.
— И где же он расположен? — понимающе кивнул Вадевия.
— На Пристенной улице. За Дворцом.
— Благодарю вас. — Жрец поднялся и поманил Малледа.
Когда они вышли из приемной и оказались в длинном каменном коридоре, где их не могла услышать Омаран, Маллед пробормотал:
— Мы могли бы узнать это, спросив любого прохожего или часового у ворот. И времени ушло бы гораздо меньше.
— Ты был бы совершенно прав, если б нам был нужен Имперский Арсенал, — заметил Вадевия. — Однако я надеялся на большее.
— Но не получили.
Пока Вадевия придумывал достойный ответ, они вышли на воздух, и жрецу ничего не оставалось, как только повести Малледа вокруг Великого Храма к Пристенной улице.
Толпа стала ещё больше, что несказанно изумило кузнеца. Краткое пребывание в Храме заставило его на время забыть о размерах Зейдабара и плотности его населения. Теперь приходилось пробиваться сквозь не виданную им ранее гущу людей. Это его приводило в ужас. Он не мог шагу ступить, не толкнув кого-нибудь ненароком, не заехав локтем в лицо женщине или не наступив на ногу ребенку.
Но самым скверным во всей этой толчее был сопутствующий ей шум. Для Малледа с его ростом протолкаться сквозь толпу не составляло большого труда — он мог смотреть поверх основной массы голов. Но крики, топот, гудение и прочие звуки, производимые тысячами людей, создавали рев, способный заглушить грохот Нижних порогов Врена.
— Кто эти люди?! — кричал, прокладывая путь через толпу, Маллед следовавшему за ним жрецу. — Что они здесь делают?!
Вадевия, не пытаясь перекричать шум, ограничился кивком головы и взмахом руки, указывавшей направление.
Маллед продолжал двигаться вперед, расталкивая аристократов, нищих, торговцев, посыльных и шлюх.
Когда они в конце концов миновали часовых и вошли в прохладный сумрак Имперского Арсенала, рев толпы сменился криками и звоном металла, отражавшимися эхом от каменных оштукатуренных стен. Эти звуки не шли ни в какое сравнение с громом улицы, и Маллед облегченно вздохнул.
Их направили к сидевшему за столом клерку. Вадевия и Маллед пересекли комнату и остановились напротив него, ожидая, когда чиновник соблаговолит удостоить их вниманием. Создавалось впечатление, будто его основная цель заключалась не в приеме посетителей, а в том, чтобы складывать листки бумаги в ровную стопку. Правда, надо отдать ему должное, на некоторых листках он делал какие-то пометки коротко обрезанным гусиным пером.
— По какому вы делу? — спросил наконец чиновник, прикрыв крышку чернильницы и глядя в грудь Малледу. Казалось, он не в силах поднять голову, чтобы взглянуть в лицо визитера. Говорил он с едва заметным музыкальным акцентом, точно таким, какой был и у жрицы. Маллед раньше слышал такое произношение, но никак не мог припомнить, где и когда. Во всяком случае, это было очень давно.
Часовой у входа уже задавал им этот вопрос, и Маллед сказал клерку то же, что и солдату:
— Я — кузнец.
Тот кивнул и задал очередной вопрос:
— Значит, вы изъявляете желание работать здесь, чтобы вооружать Имперскую Армию?
— Да.
— Очень хорошо. — Чиновник послал вымученную улыбку пуговицам на груди Малледа. — Откуда вы прибыли?
— Из Грозероджа, — ответил кузнец.
Лицо клерка несколько напряглось, он чуть-чуть приподнял голову и вежливо взглянул в сторону.
— Это придорожная деревня неподалеку от Бьекдау, — поспешил объяснить Вадевия.
— Ах, вот как, деревенский кузнец! — Клерк понимающе кивнул и, протянув руку к бумагам, прибавил:
— Не специалист, следовательно?
Теперь Маллед стал смотреть в сторону, и чиновнику пришлось поднять глаза, дабы убедиться в том, что претендент просто не понял его вопроса.
— Я хотел сказать, что вы выполняете разные работы по металлу, а не какую-нибудь одну. Ведь это так?
— Верно, — согласился Маллед.
— Вам приходилось когда-нибудь ковать мечи?
— Нет. Но я очень быстро усваиваю любое новое дело и, кроме того, я выковал дюжину отличных стальных кинжалов. — Он не стал говорить о том, что загубил примерно столько же заготовок, прежде чем получил первый сносный клинок.
— Это не одно и то же.
— Знаю.
— Может быть, вам приходилось ковать доспехи?
— Лишь однажды пару металлических перчаток.
Это был особый заказ фермера по имени Амалтру. Чудак хотел проверить, какие перчатки — металлические или кожаные — надежнее оберегают руки от укусов насекомых.
— Вы говорите, что ковали стальные кинжалы?
Маллед кивнул.
Немного подумав, чиновник произнес:
— Прекрасно. Думаю, мы найдем вам применение. Более всего мы нуждаемся в оружейниках, специализирующихся на изготовлении мечей. И у нас нет времени обучать вас ремеслу. Но коль уж вы все быстро усваиваете… Если же ничего не получится, мы используем вас для починки сломанного оружия или ковки брони.
Клерк открыл чернильницу, отыскал чистый листок бумаги и, нацарапав короткую записку, вручил её Малледу.
— Отнесите это в конец вон того зала. — Он указал направление, а затем обратился к Вадевии:
— Чем могу быть полезен?
— Я сопровождаю этого молодого человека, — объяснил жрец.
— Никаких сопровождающих, — покачал головой клерк и поманил часового.
Перспектива быть эскортированным к выходу не сулила ничего хорошего.
— Увидимся позже, Маллед, — бросил Вадевия.
Кузнец не знал, как поступить: то ли сказать старику, что встретится с ним позже, то ли распрощаться с ним насовсем, поблагодарив за помощь. Так и не найдя решения, он просто молча смотрел вслед уходящему жрецу.
Затем не очень уверенно пошел в указанном направлении.
Заступники здесь никому не нужны, думал он. Чтобы в этом убедиться, достаточно лишь бросить взгляд на Зейдабар. Размеры города и система обороны не оставляли у Малледа никаких сомнений. Ему следовало бы остаться дома с Анвой и детьми… Впрочем, что ему мешает прямо сейчас повернуться и уйти прочь. Если не сделать этого сейчас, то кто знает, сколько времени он проведет вне дома…
Но Империи нужны кузнецы, и он уже проделал такой большой путь. Он вздохнул и направился в конец зала.
Глава двадцать восьмая
С севера дул ледяной, заряженный снегом ветер. В лагере кое-где уже начали громоздиться белые сугробы. Ребири Назакри, дрожа от холода, скорчился на бархатной подушке. Плотно завернувшись в мантию из медвежьей шкуры, он тоскливо наблюдал за тем, как ветер загоняет серебрящиеся снежинки под край черного шелкового шатра. Солнце все ещё висело на западе красным шаром, а он успел так безобразно замерзнуть.
Конечно, он мог раздуть огонь и посильнее, но топлива было очень мало, нельзя тратить его зря. Для обогрева годился и красный кристалл, но магическая сила ещё понадобится ему позже, а возобновить её в насквозь промерзшей, голой стране будет совсем не легко. Наконец, он имел возможность перебраться в одно из захваченных его войском строений. Вообще это была целая деревня, застроенная уютными каменными и кирпичными домами, но… пребывание в доме было несовместимо с его высоким званием Военачальника Олнами.
Вся его армия разместилась в деревне и в расположенных поблизости фермерских домах. Имелась в виду та часть армии, которая состояла из живых. Нежитей холод не пугал, и они просто оставались валяться там, где их настигал восход солнца. Ребири мог разделить общество Алдасси, Азари и некоторых офицеров, поселившихся на бывшем постоялом дворе, но как военачальник и человек, ведомый к своему Предназначению божеством, предпочел этого не делать.
Хотя Ребири и не знал, какой бог или дух ведет его по пути столь желанного отмщения Империи, он не хотел рисковать его благоволением. Это божество избрало Назакри потому, что он является законным Военачальником Олнами, и он всегда должен поступать так, как подобает Военачальнику. Олнамцы всегда жили в палатках и шатрах, на вольном воздухе. Они были готовы сняться с места в любую минуту и никогда не прятались за стенами из мертвой земли или камня.
Но никогда в Олнами не было так холодно, там не дули ледяные ветры, пронизывающие эту проклятую богами равнину. Дома не было бесконечного снега, сыплющегося с безжизненных, серых небес и застилающего белым покровом землю до самого горизонта. Ребири, чтобы хоть немного согреться, зажал ладони между коленями.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70


А-П

П-Я