научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/brands/Blanco/fontas/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но не успел он пройти и двадцати шагов, как в гуще зарослей сверкнули две вспышки, и ночную тишину разорвали выстрелы.Пуля просвистела над головой Сандокана, не задев его.— Ах, канальи! — воскликнул пират с ожесточением. — Огонь, друзья!Мгновенно последовал ответный залп, но больше никаких звуков со стороны зарослей не доносилось.— Не останавливайся, погонщик! — крикнул Бедар.— Хорошо, хозяин, — отвечал тот, ударив своим жезлом по голове исполина.Слон продолжал свой бег: широкой грудью он раздвигал густые заросли, легко находя дорогу в темноте.— Нас не догонит и лошадь, — сказал Янес, крепко держась за борт паланкина, чтобы не вылететь наружу. — Если слон не выдохнется, через час мы будем далеко.— А что, если туги организуют погоню? — спросил Тремаль-Найк, обращаясь к Бедару.— Это возможно, — отвечал сипай. — Правда, у нас большое преимущество, и слон — сильный бегун.— А в лагере есть слоны?— Да, несколько.— На них они могут преследовать нас, — сказал Сандокан.— На этот случай, — ответил сипай, — я купил сотню пуль с медными наконечниками.— На слонов? — спросил Сандокан.— Да, господин.— Мы ими воспользуемся в случае надобности.Лес начинал редеть, облегчив бег исполина. Это животное обладало необыкновенной выносливостью и силой, не замедляя бег уже целый час.Наконец последним броском слон вырвался на широкую равнину, лишь кое-где поросшую бамбуком и кустарником.— Где мы? — спросил Сандокан у Бедара.— К северу от Дели, — отвечал сипай. — Мы обогнули лагерь, чтобы запутать следы.— И куда мы направимся?— В джунгли по берегу Джамны. И там подождем, пока наши преследователи устанут искать нас.— Я предпочел бы сразу войти в город, — обратился Сандокан Тремаль-Найку. — Мне не терпится увидеть Сирдара.— Разумнее повременить с этим, — ответил бенгалец. — Не найдя нас, туги организуют поиски в Дели, а мне бы не хотелось попасться в их лапы еще раз.— Верно, — сказал Янес. — Второго Бедара нам уже не найти.— Лишь бы добраться туда, — с угрозой сказал Сандокан.— Это точно, — присоединился к нему португалец. — Если эта собака Суйод-хан еще там, мы заставим его пережить очень неприятный момент.— Джамна, — возвестил в этот миг Бедар.Довольно широкая река пересекла равнину, мерцая в ночной мгле. Слон так резко остановился у воды, что едва не вышвырнул беглецов из паланкина.— Мы переправимся на тот берег? — спросил Янес.— Да, господин, — отвечал сипай. — На том берегу начинаются джунгли.— Тогда вперед, если тут имеется брод.Джуба раздвинул хоботом ветви деревьев, опустил конец его в реку и пощупал дно, как бы проверяя его. Удовлетворенный этим осмотром, он решительно вошел в воду, пыхтя и отдуваясь.— Что за умные и осторожные животные, — сказал Янес. — Я не перестаю удивляться им.Дальше от берега река становилась довольно глубокой и течение быстрым, но, казалось, ничто не может сбить с ног эту глыбу, прочную, как скала.Своей широкой грудью слон уверенно противостоял течению и продолжал двигаться вперед, повинуясь указаниям погонщика. Он готов уже был выйти на противоположный берег, когда беглецы услышали за собой трубные звуки других слонов и крики, а потом и ружейные выстрелы.— Они гонятся за нами! — встревожился Бедар.— Черт побери! — воскликнул Янес. — Они что, дьяволы, что догнали нас так быстро? Ведь этот замечательный слон бежал, как парусник при попутном ветре!— Увы, — ответил Бедар. — Они наверняка взяли лучших из тех слонов, что нашлись в лагере.— И сразу же напали на наш след, — добавил Тремаль-Найк.— Это было нетрудно, — отозвался Бедар. — Слон прокладывает целую просеку, когда бежит через лес.Джуба легко пересек реку и теперь выбирался на берег, заросший густыми зарослями бамбука и тамариндами.Три слона с преследователями, напротив, задержались на том берегу, точно хотели поискать брод полегче.— Займем позицию, — сказал Сандокан. — Дадим им сражение на реке. Бедар, останови слона и спрячь его где-нибудь в чаще.Погонщик отвел в сторону слона, в то время как Тремаль-Найк и тигры Момпрачема, прихватив карабины, сошли на землю.— Помешаем им пересечь реку, — решил Сандокан. — Их человек тридцать, и встреча с ними не сулит нам ничего хорошего.— Да, их именно столько, — подтвердил Бедар. — У них три слона. А на каждом помещается человек по десять-двенадцать.— Нет ли с ними и кавалерии? — спросил Сандокан.— Возможно, она придет попозднее.— Когда все будет кончено, — сказал Тремаль-Найк. — Стоп! А почему они не решаются пустить слонов в реку?— Они будут ждать зари, — ответил Бедар. — Они уже знают, что мы здесь, и уверены, что догонят нас.— Так мы помешаем им, — сказал Сандокан. — Доставайте пули с медным наконечником. Постараемся сразу же вывести из строя слонов.Они улеглись в траве, за первым рядом деревьев, чтобы лучше защититься от выстрелов противника, и стали ждать атаки, уверенные, что выбить их с этой позиции, будет не так-то легко.Индийцы, заметив, видимо, что беглецы остановились, казалось, вовсе не собирались их атаковать.В четыре часа небо начало бледнеть, и тьма поредела.— Бедар, — Сандокан, повернулся к сипаю, — у них было три слона, не так ли?— Да, господин.— Ты уверен, что не ошибаешься?— Нет, конечно, их было три.— Так куда же делся третий? Я его больше не вижу.— Действительно, сейчас видны только два, — подтвердил Янес. — Может, они его послали за подкреплением?— Или оставили его в резерве, спрятав за деревьями? — спросил Тремаль-Найк.— Это меня беспокоит, — сказал Сандокан. — Я бы предпочел видеть перед собой всех трех.Два слона, два огромных животных, осторожно спускались с берега, повинуясь крикам погонщиков.В каждом паланкине было по десять человек, и еще четверо сидели за ним. Таким образом, их было тридцать, считая и двух погонщиков, — сила внушительная, но не слишком страшная для тигров Момпрачема, привычных к схваткам с превосходящим противником.Слоны после короткого колебания вошли в воду, осторожно щупая дно, в то время как индийцы схватили карабины.— Первый выстрел твой, Сандокан, — сказал Янес.Тигр Малайзии поудобнее упер карабин в плечо и несколько мгновений целился в первого слона. Раздался выстрел, а вслед за ним отчаянный трубный звук. Исполин внезапно остановился и поднял хобот. Пуля в него попала.Индийцы, которые сидели на нем, открыли яростный ответный огонь.— Подтянем и мы, — сказал Янес. — Огонь, ребята!Пираты встали за стволами деревьев, которые защищали их, и открыли стрельбу из карабинов, целясь в паланкин. Прежде чем слонов, они предпочитали вывести из строя людей.Трое индийцев упали внутри паланкина убитые или раненые, но другие не прекратили огня. Погонщик яростно понукал слона, который застыл в нерешительности.Сандокан, снова зарядив карабин, прицелился во второго слона, и выстрелом исторг у него этот ужасный трубный звук.— Достал и этого. Продолжим, пока не упадут.Индийцы несмотря на бешеный огонь тигров Момпрачема храбро сопротивлялись, стреляя в чащу деревьев, но без всякого урона для противника, поскольку беглецы хорошо замаскировались в лесу. Разрядив карабины, они падали в траву, становясь невидимыми, и переползали к другому дереву.Первый слон, несмотря ни на что, достиг середины реки, когда пуля Янеса попала ему в горло. Бедный колосс, уже и так ослабевший от потери крови, тут же попятился назад, наполняя воздух оглушительным ревом.— Так, — подытожил Сандокан. — Этот вне игры, он скоро упадет.— Пристрели его, чтоб не мучился, — сказал португалец.— Я целюсь.Сандокан высунулся на миг и выстрелил в голову слона. Слон взревел, резко вскинулся на дыбы и повалился на бок, подняв пенистую волну и сбросив в воду людей, сидевших на нем.— Кончено! — воскликнул Янес громко. — Теперь другого, Сандокан.В то время как индийцы спасались вплавь, бросив карабины, первый исполин отчаянным усилием приподнялся, чтобы не утонуть, и тут же снова упал, исчезнув в воде.Другой, видя, что его товарищ упал, попятился назад, трубя и тряся огромной головой, под ударами жезла, которыми его осыпал погонщик.— Огонь! Стреляй, Янес! — закричал Сандокан. — Свалим его побыстрее.И оба пирата одновременно разрядили карабины, целясь в шею слона, чтобы свалить его наверняка.Это был мастерский выстрел. Гигант повернул к берегу, но, когда он уже собирался взобраться на него, неожиданно силы изменили ему, и он тяжело опрокинулся, вышвырнув в кусты тех, что сидели в его паланкине.Победные крики огласили противоположный берег. Тигры Момпрачема вскочили на ноги и открыли огонь по плывущим, чтобы помешать им присоединиться к товарищам.— Хватит, — приказал Янес. — Они получили сполна и больше не будут беспокоить нас.— К нашему слону, — скомандовал Сандокан.Они уже повернули в лес, когда услышали голос, вопивший: «Помогите! На помощь!»— Это наш погонщик! — крикнул Бедар. Глава 32К ДЕЛИ Заслышав этот крик, беглецы поспешно перезарядили свои карабины и бросились к деревьям.Едва они оказались в укрытии, как увидели, что к ним отчаянно несется погонщик. Бедняга был во власти какого-то дикого ужаса и все время оглядывался через плечо, как бы боясь, что за ним гонятся.— Что с тобой? Что случилось? — выскочил ему навстречу Бедар.— Там!.. Там!.. — отвечал погонщик сдавленным голосом.— Что там?.. Объясни…— Слон с несколькими людьми.— Должно быть, тот, который исчез, — сказал подошедший Сандокан. — Он, наверное, перешел реку дальше, чтобы зайти нам в тыл. Где он остановился?— Рядом с моим слоном.— Люди на нем видели, как ты убегал?— Да, господин. Они даже кричали мне вслед, чтобы я остановился, иначе будут стрелять. Они захватят Джубу, и я буду разорен.— В моем кармане достаточно, чтобы купить сто слонов, — успокоил его Сандокан. — Не бойся, мы не оставим твоего Джубу в беде. Друзья, вперед, но прячьтесь за деревьями! Постараемся захватить их врасплох.Малайцы бросились в кусты, довольно густые в этом месте, и забрались в чащу, маскируясь там.— Где же они? — спросил Сандокан, нигде не видя противника.— Может, они устроили нам засаду? — предположил Янес.— Я почти уверен в этом.— Погонщик, — сказал Тремаль-Найк, — мы близко к тому месту, где ты оставил Джубу?— Да, господин.— Дайте-ка я посмотрю, — вызвался Бедар. — Ждите меня здесь.— Если увидишь их, сразу же назад, — сказал ему Сандокан.Сипай проверил свой карабин и, бросившись на землю, пополз, как змея.— Приготовьтесь, — приказал Сандокан своим людям, — я чувствую нутром, что эти негодяи ближе, чем мы думаем.Не прошло и полминуты, как совсем рядом прогремел выстрел.Крик боли и отчаяния последовал за этим.— Канальи! — вскричал Сандокан, бросаясь вперед. — Они стреляли в Бедара. Вперед, тигры Момпрачема! Отомстим за него!Впереди зашевелились ветви деревьев, и из зарослей появился Бедар, прижимая обе руки к груди. С бледным лицом и остановившимся взглядом он шел им навстречу на подгибавшихся ногах.— Бедар! — вскричал Сандокан, бросаясь к нему.— Я… умираю… там… засада… на слоне… на…Индиец упал ему на руки. Поток крови, хлынувший горлом, прервал его фразу. Он обратил глаза к Тремаль-Найку, как бы посылая ему прощальный привет, и выскользнул из рук Сандокана, упав на траву.— Я уничтожу этих негодяев! — завопил Тигр Малайзии. — За мной!Шесть пиратов, Тремаль-Найк и погонщик бросились через чащу, как ураган, забыв об осторожности, не прячась и не маскируясь.Сразу же за кустами они увидели группу людей, вооруженных карабинами, сидевших на одном из слонов, и прямо на бегу, без промедления открыли по ним убийственный огонь. Сандокан и Янес стреляли в животное; а другие целились в паланкин, где было восемь человек, в том числе и оба туга в огромных тюрбанах.Захваченные врасплох, они беспорядочно отстреливались; слон их, раненный пулей, завертелся за месте, мешая целиться и угрожая всех их опрокинуть.Разрядив, как попало, свои карабины, они попрыгали на землю с риском сломать себе шею и побежали, как зайцы, сквозь кусты.Сандокан быстро перезарядил свой карабин.— Нет, мерзавцы! — крикнул он. — От меня не уйдешь!Один из двух тугов остался в паланкине, сраженный пулей, но другой бросился за убегавшими, крича им, чтобы они остановились и повернули назад.Сандокан прицелился и, прежде чем тот успел нырнуть в чащу, выстрелил ему в спину, свалив на землю.Тем временем остальные, видя, что раненый слон взбесился от боли и вот-вот бросится на них, открыли по нему стрельбу и прикончили его.— Все, бой окончен, — отирая пот со лба, сказал Янес. — Жаль, что погиб наш храбрый Бедар!— Похороним его здесь, — предложил Сандокан. — Бедняга! Он заплатил своей жизнью за нашу свободу. Я не оставлю без помощи его семью.В горестном молчании они вернулись туда, где в траве лежал убитый сипай, вырыли ножами могилу и осторожно опустили его в землю.— Покойся с миром, — сказал Тремаль-Найк, который давно знал Бедара и больше всех потрясен его гибелью. — Ты был храбрым солдатом и настоящим другом. Мы никогда не забудем тебя.Не будь враги еще так близко, они бы дали залп над могилой, но в данной обстановке пришлось ограничиться тем, что молча, сняв шляпы, постояли вокруг нее.— Пора в путь, — сказал Сандокан. — Не всех их достали наши пули — они могут вернуться с подкреплением. Погонщик, мы можем попасть сейчас в Дели?— Меня видели выходящим со слоном, меня там знают. Я скажу, что вы люди Абу-Хассама, и это приказание провести вас в город.— Мы будем там к вечеру?— Да, господин.Они влезли на слона, который отдохнул и подкрепил свои силы, объедая листву с деревьев, и пустились в путь.Джуба все ускорял и ускорял шаг, и к полудню они добрались до большого селения, лежавшего среди огромных плантаций индиго и хлопка, по большей части опустошенных.Похоже было, что в этих местах еще недавно происходило яростное сражение: множество марабу и прочих падальщиков кружило над бороздами, в которых лежали неубранные трупы.Ближе к закату показались высокие стены Дели.— Не вступайте в разговор, — обернувшись к ним, предупредил погонщик. — Если меня остановят, дайте отвечать мне одному.Было ровно девять часов, когда усталый слон прошел под воротами Туркоман, единственными, которые оставались еще открытыми, и, без лишних вопросов со стороны часовых, путешественники двинулись по улице к центру города.Дели — самый почитаемый мусульманами город Индостана, ибо в его стенах находится Йаммах-Масгид, самая богатая и большая мечеть в Индии. Кроме того, в нем есть еще двести шестьдесят мечетей, сто восемьдесят восемь индуистских храмов, более тридцати англиканских церквей и множество дворцов прекрасной архитектуры, самым восхитительным из которых является древний дворец Великих Моголов. Это сознавали и сами строители чудесного дворца, начертавшие над его главным входом: «Если есть рай на земле, то он здесь».Когда отряд вошел в город, за его бастионами царило необыкновенное оживление. Отряды солдат углубляли и удлиняли траншеи, насыпали земляные валы и устанавливали пушки на батареях при свете факелов. Известие, что англичане подтянули осадные пушки, уже распространилось, и осажденные спешно готовились к обороне.Тремаль-Найк и его товарищи велели погонщику отвезти себя к бастиону Кашмир. Там они остановились в доме одного из богатых горожан, который, принимая их за повстанцев, не смел отказать в гостеприимстве тем, кто в этот момент были безраздельными хозяевами в городе.Все так устали, что сразу после ужина улеглись спать.— Завтра отправимся на поиски Сирдара, — сказал Сандокан, укладываясь. — Должно быть, он приходит к бастиону каждый день.Но утром, еще до рассвета, их разбудили зловеще загремевшие на всех бастионах пушки.В течение ночи англичане установили батареи и яростно обстреливали из тяжелых осадных орудий город.Дели был неплохой крепостью. Прежние императоры потратили немало усилий, чтобы сделать его неприступным. Его стены были сложены из огромных глыб гранита, многочисленные укрепления и массивные башни хорошо дополняли их. К тому же стены были защищены широкими рвами и прочными бастионами. И все же повстанцы не могли продержаться долго против мощных осадных орудий и превосходящих сил противника.Когда Сандокан с товарищами вышли на улицу, первые снаряды уже начали падать на город, вызывая разрушения и пожары; утренний воздух был с примесью гари. Беспрерывно раздавалась ружейная пальба, составляя аккомпанемент орудийному грохоту. Повстанцы бежали на бастионы и стены в ожидании штурма.— Да, не в самый лучший день мы попали в Дели, — обратился Сандокан к Янесу. — Хотя кто-кто, а мы-то к этой музыке привыкли.Они направились к бастиону Кашмир, на котором индийцы разместили свою батарею, но в орудийном грохоте, под свистом случайных пуль так и не нашли там Сирдара.— Подождем вечера, — сказал Тремаль-Найк.— А если Суйод-хан не смог войти в Дели? — спросил Янес. — Если он не пришел вчера, сегодня это тем более не удастся: город в плотной осаде.— Не отнимай у меня эту надежду, — с мукой в голосе сказал Тремаль-Найк. — Иначе все будет кончено — Дарма потеряна для меня.— Мы найдем его в любом случае, — заверил Сандокан. — Мы не оставим Индию, пока ты не разыщешь свою дочь, а я не убью этого подлеца. С ним Сирдар, а он найдет способ известить нас: недаром он был в тайной полиции тугов. Вернемся к себе и подождем. Что-то подсказывает мне, что Суйод-хан здесь, и я не обманываюсь. Вот увидишь, друг Тремаль-Найк.— Мы не примем участия в обороне? — спросил Янес. — Сидеть дома, когда все дерутся — это довольно скучно.— Будем сохранять нейтралитет, — решительно заявил Сандокан. — Здесь англичане уже не являются нашими врагами, как на Момпрачеме.В течение дня пушки и ружья продолжали грохотать с нарастающей силой. Снаряды рвались на улицах повсюду. Дымом пожарищ заволокло полгорода.Повстанцы, поддерживаемые населением и вдохновленные присутствием Бахадур-шаха, своего нового императора, потомка Великих Моголов, защищались упорно. Несмотря на беспрерывный артиллерийский обстрел и шквальный ружейный огонь англичан, ни один бастион еще не был сдан, ни пяди своих позиций они не уступили.С наступлением сумерек, когда огонь прекратился, Сандокан велел сбросить с бастиона Кашмир белый тюрбан, как обещал де Люссаку. В письме были вести о том, где они нашли пристанище. Но тщетно они вглядывались в темноту в надежде увидеть приближающегося Сирдара — брамин и на этот раз не появился.— Может, завтра нам больше посчастливится, — сказал Сандокан находившемуся в мучительном ожидании Тремаль-Найку. — Невозможно, чтобы этот юноша предал. Наверняка какая-то случайность помешала ему прийти сюда. И потом нельзя забывать, что Суйод-хан, скорее всего, следит за ним.Однако и последующие вечера не принесли никаких новых известий, с каждым разом усиливая рой тревожных вопросов и сомнений. Что могло случиться с храбрым юношей? А вдруг сектанты разоблачили и убили его? Или Суйод-хан все же не успел войти в Дели?..Тем временем кольцо осады понемногу сжималось. Повстанцы несли огромные потери. По многим признакам было ясно, что день генерального сражения приближается.Одиннадцатого сентября форт Мори, атакованный англичанами при поддержке батареи мортир, был разрушен до основания и превращен в груду развалин; а двенадцатого англичане начали массированную бомбардировку форта Кашмир, павшего уже на следующий день, несмотря на отчаянное сопротивление повстанцев.Английские войска, значительно усиленные и передислоцированные поближе к городу, готовились к решающему штурму.Это был последний день для осажденного города, когда Сандокан и его друзья с наступлением вечера в очередной раз отправились к развалинам форта Кашмир на условленную встречу с брамином, на которую, по правде говоря, уже потеряли надежду.В тягостном молчании они провели там несколько долгих часов, когда внезапно чья-то легкая тень возникла у одного из боковых рвов, и знакомый голос окликнул их:— Добрый вечер, господа! Глава 33ДВА ТИГРА Крик радости вырвался у всех, когда они узнали в этом человеке долгожданного Сирдара, которого уже не надеялись больше увидеть.— Где Суйод-хан?— Он здесь, господа, — отвечал Сирдар.— А моя дочь? — бросился к нему Тремаль-Найк.— Вместе с твоей дочерью, господин.— Быстрее домой, — оглядываясь по сторонам, сказал Сандокан. — Здесь не место для разговоров.Почти бегом они пересекли несколько улиц и вскоре оказались в доме, где прожили все эти дни.— Здесь можно говорить свободно, — сказал Сандокан. — Когда вы вошли в город?— Только вчера вечером, — отвечал Сирдар. — Мы переправились через реку под шквальным огнем англичан и остались в живых лишь чудом.— Почему вы не могли войти раньше? — спросил Янес.— Железнодорожная линия была перерезана повстанцами; нам пришлось нанять двух слонов до Мирута.— А почему Суйод-хан пришел сюда как в ловушку? Ведь город почти в руках англичан.— Мы оказались между двух огней, — объяснил Сирдар. — Англичане и перед нами, и позади нас. Было уже поздно возвращаться: нас либо захватят, либо мы скроемся в Дели. Впрочем, Суйод-хан не предполагал, что город находится в таком бедственном положении.— Где он сейчас? — спросил пират.— В доме на улице Шандуи; это рядом с муниципалитетом.— Номер?— Двадцать четыре.— Зачем тебе номер, — удивился Тремаль-Найк, — если Сирдар отведет нас туда?— Скоро узнаешь.Сандокан повернулся к своим малайцам, молчаливо стоявшим поодаль.— Что бы ни случилось, — приказал он им, — не покидайте этого дома, пока не придет лейтенант де Люссак. Ему известно из нашей записки, что мы нашли пристанище в этом бенгали. Если мы не вернемся после штурма, который англичане, наверное, предпримут наутро, скажите ему, что мы ждем его в доме двадцать четыре по улице Шандуи. Запомните хорошо: от этого может зависеть и наше спасение, и ваше. А теперь, Сирдар, веди нас к Суйод-хану. Как ты думаешь, он там один?— Главари тугов сражаются на бастионах.— Маленькая Дарма с ним?— Час назад была с ним.— Ты можешь тайно провести нас туда?— Да, у меня есть ключи от дома.— Там остались другие жильцы?— Никого. Владелец уехал.— Тогда идем, — сказал Сандокан. — Нельзя терять ни минуты. Уже полночь, а утром наверняка будет штурм. Мы должны все решить этой ночью.Он сунул за пояс кинжал, закинул за плечо карабин и вышел, внешне спокойный, но быстрым и нервным шагом.На бастионах гремели орудия; ночь была темная, но багровое зарево пожарищ с разных сторон освещало небо. Горячий изнуряющий ветер дул с плоскогорий.Маленький отряд, держась поближе к домам, чтобы не попасть под шальную пулю, быстро шел по улицам города, ставшим почти пустынными. Лишь кучки бойцов время от времени попадались навстречу, волоча какую-нибудь пушку или фальконет, чтобы установить его на самых слабых и незащищенных участках.Было почти четыре часа, когда Сирдар остановился перед элегантным двухэтажным особняком индо-мусульманской архитектуры, окруженным небольшим садом. Все окна в доме были темны, кроме одного.— Это там, где спит Суйод-хан, — шепотом сказал Сирдар. — А в комнате рядом — малышка.— Можно пробраться в дом незаметно? — спросил Сандокан.— По этим столбам, которые поддерживают террасу, — показал брамин. — Хотя у меня есть и ключ.— Я предпочту взобраться, — решил Сандокан.Он сделал Янесу и Тремаль-Найку знак подойти и сказал:— Что бы ни случилось, вы просто зрители. Или Тигр Индии убьет Тигра Малайзии, или наоборот. Но я уверен в себе. Полезли, Сирдар!— Погоди, Сандокан, — остановил его Тремаль-Найк. — Я знаю, как опасен этот человек. Пусть ты сильнее и проворнее, но дай мне первому сразиться с ним.— У тебя есть дочь, а у меня никого, — ответил Сандокан. — За мной будет Янес. Он за меня отомстит.Сирдар ухватился за один из железных столбов, что поддерживали террасу, и с ловкостью обезьяны вскарабкался по нему. Сандокан и его товарищи сделали то же самое, и через несколько мгновений все четверо были наверху.Они собирались уже войти в дом, когда Тремаль-Найк задел в темноте какую-то вазу и опрокинул ее. С легким звоном она покатилась по полу террасы, затихнув только у самой стены.— Проклятие, — пробормотал бенгалец, сжимая зубы.В тот же миг в окне появилась какая-то тень. Человек, стоявший за окном, немного помедлил, всматриваясь из комнаты в темноту на террасе; затем подошел и открыл дверь.Две руки, как железные клещи, тотчас сомкнулись у него на запястьях, заставив выронить пистолет. Это был Сандокан, добравшийся наконец до Тигра Индии.Резким движением он втолкнул Суйод-хана в комнату, освещенную лампой, коротко предупредив:— Ни звука — иначе ты мертв!Тремаль-Найк и Янес тут же заняли позицию у окна и выходящей на террасу двери; Сирдар вдоль стены перешел на другую сторону. Таким образом, Суйод-хана взяли в полукольцо — за его спиной оставалась лишь одна стена и дверь, ведущая в соседнюю комнату.Главарь тугов был так ошеломлен этим внезапным нападением, что даже и не думал сопротивляться. С руками, прижатыми к груди, с искаженным злобой лицом он смотрел на своих противников. Его взгляд, остановившийся на Сирдаре, полыхнул особой, прямо-таки тигриной яростью.— Кто ты такой и что тебе нужно? — спросил он стоявшего прямо перед ним Сандокана.— Мое имя заставляло дрожать всю Малайзию, — холодно сказал пират. — Известно оно и тебе. Я приехал в Индию, чтобы уничтожить твою гнусную секту и вернуть дочь Тремаль-Найку.— Это твои люди объявили мне войну?— Да, и разгромили подземелье Раймангала. А теперь я пришел за девочкой, которую ты подло похитил у Тремаль-Найка. А также за твоей шкурой, Суйод-хан. И я получу ее сейчас.— Ну что ж… — мрачно выдавил тот.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17
 вино st. pauls 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я