Обращался в Wodolei 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Генерал джинау шагнул вперед. Как обычно, прочесть его позу и выражение лица было почти невозможно, но в приподнятых плечах угадывалось напряжение. Кларик еще не успел потянуться к своему бау, когда Каул понял, что задумал Субкомендант.
— Подождите немного, Губернатор, — произнес Эйлле, не меняя тона. — На бау Кларика полагается добавить нарезку. Разумеется, как отпрыск Плутрака, я имею право сделать ее сам, но эта честь по праву принадлежит Нарво.
Губернатор замер на середине движения и уставился на жезл, который протягивал ему Кларик. Молчание тянулось несколько секунд. Внезапно с яростным возгласом Оппак выхватил бау, сломал его пополам и швырнул обломки к ногам Эйлле, а потом помчался к своему хэнту, распихивая людей и джао.
Эйлле поглядел на сломанный бау у своих ног и перевел взгляд на Дэно.
При всем желании Каул не смог бы сделать вид, что ничего не заметил, к тому же Джатре вряд ли позволил бы ему изображать отсутствие. Да, Дэно — старый союзник Нарво. Но великий кочен остается великим коченом, пока в нем ценится честь. И превыше всех заботятся о чести кочена его фрагты — таков их витрик.
— Я видел. И сообщу обо всем в Наукре… — и сделает это, даже если придется несколько изменить свои планы. — … если эта новость вообще достигнет их ушей.
— Достигнет, будьте уверены, — Яут мрачно шевельнул ушами. — Битва между Плутраком и Нарво началась давно. Просто теперь они сражаются открыто, и исход может быть лишь один.
Об этом можно было и не говорить. Каул и Джатре не обменялись ни словом, ни жестом, пока не сели в свой корабль, чтобы вернуться в Паскагулу.
— Да, теперь они сражаются открыто, — нарушил молчание Каул. — И мы должны заботиться о Дэно. Только о Дэно.
— Воистину, — согласился фрагта.
* * *
После того, как Оппак и Дэно удалились, Эйлле позволил своему телу выразить «возмущение-несправедливостью». Обломки бау по-прежнему валялись на земле, и при виде уничтоженного жезла его поза становилась жестче.
— Это было опасно, — изрек Яут без тени упрека. — Он мог потребовать вашу жизнь.
— У него нет достаточно веских причин, — тихо возразил Эйлле. — Я бы отказался. Если бы Оппаку хватило глупости вынести дело на рассмотрение Наукры, меня бы там поддержали. А если бы Наукра заколебалась, свое слово сказала бы Свора Эбезона. Сломать бау\
Он коротко махнул рукой в сторону обломков. Выходка Оппака была не просто нарушением обычаев джао. Дарование бау — право кочена. Разумеется, Оппак мог отказать в нарезке. Но он посмел оспаривать право Плутрака даровать бау, а это было неслыханным оскорблением. Противостояние коченов неизбежно, но оно должно оставаться в определенных границах. Именно для этого в первую очередь существовали Наукра и Свора Эбезона — орудие ее воли, способное действовать не только убеждением, но и силой. Свора обладала весьма широкими полномочиями и никогда не отказывалась ими воспользоваться. Порой Гончие вмешивались, не дожидаясь решения Наукры — особенно когда ситуация была настолько понятной, как сейчас. Высокомерие и наглость отпрыска Нарво вышли за пределы разумного, и никому бы не пришло в голову это отрицать — даже Дэно.
Эйлле посмотрел на город. Завеса дождя превращала зарево над пылающими зданиями в зловещее пятно — оранжевое, как кровь.
Если хочешь приносить пользу — действительно приносить пользу, — ты должен поступать, как считаешь необходимым, и быть готовым ответить за последствия своих действий. Особенно если ты отпрыск Плутрака. Не в обычае Плутрака поддаваться на провокации. Тем более на провокации Нарво. И таких, как Оппак. Едва познакомившись с Губернатором, Эйлле задал себе вопрос: почему Нарво направил его сюда? Ответа на этот вопрос по-прежнему не было.
Кларик склонился, чтобы подобрать обломки бау.
— Простите, сэр.
«Простите»?! Генерал в точности выполнил все, что приказал ему Эйлле, хотя никто не объяснил ему, зачем это делается. Обычно в таких случаях люди не догадываются о скрытых целях командования или ограничиваются смутными догадками.
— Нет нужды извиняться, — успокоил его Эйлле. — Вы не совершили ничего недостойного, Эд Кларик. Это Оппак опозорил себя. Я позабочусь о том, чтобы для вас изготовили новый бау, уже с нарезкой за победу при Салеме. Губернатор не имел права так поступать. Я хочу, чтобы вы знали: вражда между Плутраком и Нарво началась давно, задолго до того, как родился кто-либо из ныне живущих. И рано или поздно это закончится.
— Понимаю, сэр, — отчеканил Кларик, но в его глазах Эйлле заметил тревогу.
Эта тревога оправдана, подумал молодой Субкомендант. По большому счету, Оппак прав. Его приказ допускал несколько вариантов толкования, и Эйлле выбрал именно тот, который провоцировал столкновение. Но иначе нельзя. Выбор действий определяет витрик, он еще важнее, чем логика «раскачивания лодки». Управление людьми требует легкой руки, если мы в дальнейшем рассчитываем на союз. Как именно и каким образом это надлежит делать, остается неясным. Но продолжать по-прежнему — значит не выполнить то, что требует витрик. Витрик, каким его понимает Плутрак, а не Нарво. Эйлле вспоминал события последних дней, и многое вставало на свои места.
Например, китовая охота. Устроив ее, Оппак просто пренебрег обычаями некоторой части туземного населения. У людей даже не было единого мнения на этот счет. Достаточно выбрать другую добычу или другое место — и большинство туземцев вообще ничего бы не заметили. Вместо этого Губернатор спровоцировал акт протеста, подставив под удар не только себя, но и всех, кто был с ним. Приказав в наказание уничтожить Салем, он совершил еще одну ошибку, только усугубив ситуацию. Для начала можно было бы потребовать выдачи мятежников, которые там скрывались. На этот раз потери среди джао оказались еще более высоки, а к ним прибавились бессмысленные человеческие жертвы. Кларик прав: повстанцы заманили нас в ловушку, подумал Эйлле. И это был весьма искусный маневр. Они словно приняли в расчет безрассудный гнев Оппака и сумели предугадать его удар. Если бы Эйлле не поручил бы решить задачу джинау, джао не отделались столь легкими потерями. Конечно, в итоге победа была бы за ними. Но бой оказался бы куда более кровопролитным, как говорят люди. И Сопротивление воспользовалось бы этим, чтобы получить поддержку среди туземцев.
Он снова посмотрел на сломанный бау. Вот так действуют Нарво. И это ведет к поражению. Значит, отпрыскам Плутрака следует выбирать свой путь.
Теперь они схватились в открытую, и исход может быть лишь один. В этом Яут совершенно прав.

Часть 5
ИНТЕРДИКТ
Наставник читал рапорт своего агента на Земле — скорее ради развлечения, чем с какой-то определенной целью. На самом деле, там было просто не о чем читать — ситуация почти не изменилась. И лишь в конце — настоящая новость: краткое сообщение о появлении корабля Интердикта возле узла сети. Наставник уже пересказал содержание рапорта Полномочному представителю Тьюре, умолчав лишь о том, что стояло в самом конце послания. Просто чтобы ее не сердить.
Там было всего три слова: «Самое время выступать.»
Вот еще одно доказательство тому, что этот агент — лучший из всех, кто находился в распоряжении Наставника. Никто другой просто не посмел бы отправить такое сообщение. Наставник бросил взгляд на Тьюру, которая стояла рядом и ожидала его распоряжений. Даже она, Полномочный представитель, несмотря на свой ранг, способности и уверенность в себе, не отважилась бы давать указания Наставнику.
По крайней мере, пока. Но будем надеяться, что в будущем она себя проявит.
— Наш агент… хм-м… рекомендует нашему флоту выступать. Я согласен с этой рекомендацией. Проследи за этим, Тьюра.
— Будет исполнено, Наставник. Весь флот?
— Пока только Гончие. Если потребуются вспомогательные корабли и более легкие суда, мы сможем добавить их позже. А пока я хочу обеспечить возможность подавить любое сопротивление. Группа из шестидесяти трех Гончих — как раз то, что надо.
— Безусловно, остальные нам тоже понадобятся, — заметила Тьюра. — В том случае, если появление Интердикта предвещает наступление сил Полной Гармонии.
— Да, конечно.
Она слегка склонила голову набок и развернула уши.
— Однако пока вы не хотите вмешиваться? Флот должен оставаться близ узла, который выходит к Земле? Это может оказаться опасно, Наставник, если мы встали на пути Полной Гармонии.
— Да, возможно. Но я тоже не могу выбрать ничего, кроме раскачивания лодки… Ход событий по-прежнему должны определять действия Эйлле кринну ава Плутрака, а не Своры. В противном случае считайте, что двадцать лет работы прошло впустую.
Он удалил послание из памяти голоконтейнера.
— И если Земля не уцелеет — значит, так тому и быть. Суть любой стратегии состоит в том, чтобы выбирать из двух зол наименьшее.
Глава 28
Эйлле и его подчиненные, включая Кларика, отбыли в Паскагулу первым же суборбитальным челноком. Они задержались лишь для того, чтобы Тэмт забрала из госпиталя Кэтлин Стокуэлл. Эйлле желал, чтобы Кэтлин непременно попала в число пассажиров. Оппак по-прежнему пребывал в бешенстве, и юная человеческая особь могла стать жертвой его необузданного гнева.
Тэмт доставила ее, когда остальные уже находились на борту челнока. Едва Кэтлин вошла в люк, Эйлле заметил ее… равно как и Кларик, который немедленно вскочил, чтобы помочь ей.
Ее кожа была такой бледной, что казалась почти прозрачной — Эйлле уже знал, что у людей это было признаком недомогания. На лице темнела пурпурная гематома, насердная рука в гипсе и подвешена на косынке. Кэтлин заглянула в салон, потом вошла и стала пробираться между сидений. Она выглядела измученной и еле передвигала ноги. Кларик, чрезвычайно обеспокоенный, поддерживал ее.
— Перелом, — сообщила она на джао, изобразив одними плечами нечто вроде «неловкости-и-сожаления», затем упала в кресло рядом с Эйлле, откинулась на подголовник и закрыла глаза. Тэмт села по другую сторону от нее.
Кости джао очень крепки. Если дело дошло до перелома, сопутствующие повреждения обычно представляют угрозу для жизни. Вот еще одно напоминание о том, насколько хрупок человеческий организм. В будущем это надо будет постоянно иметь в виду, отдавая во время боя приказы войскам джинау. В некоторых видах наземных операций люди превосходят джао, но не в рукопашной схватке. В человеческой армии был особый род войск — кажется, их называли «коммандос». Джао идеально подходят на эту роль. Можно придать несколько частей джао войскам джинау. Это обеспечит дополнительные возможности развития союза людей и джао на гармоничной основе.
Разумеется, Оппак примет эту идею в штыки, как говорят люди — но ведь это касается только войск, которыми командует сам Эйлле. Одобрения со стороны Дэно тоже не последует. Однако Эйлле был уверен: Главнокомандующий не попытается открыто противодействовать ее осуществлению. После того, как Губернатор сломал бау Кларика, Каул предпочтет позицию нейтралитета.
Двигатели оглушительно взревели, челнок задрожал, набирая скорость. В этот момент Эйлле заметил, что Тэмт выглядит слегка обеспокоенной… или даже весьма встревоженной… и то и дело поглядывает в его сторону. Ава Плутрак присмотрелся повнимательней. Да, похоже, его телохранительнице довелось принять участие в небольшой стычке.
Качнув вибрисами, он дал понять, что хочет услышать объяснение.
— Одна особь, которая назвала себя Банле кринну нау Нарво появилась в госпитале, — сказала Тэмт. — Она заявила, что Кэтлин Стокуэлл принадлежит дому Губернатора, и попыталась забрать ее.
Эйлле приподнялся в кресле, чтобы должным образом изобразить «трудность-понимания», и плотно прижал уши к голове.
— В самом деле? И как ты добилась своего?
Тэмт и в самом деле была встревожена. Она то и дело меняла позы, не завершая ни одну.
— Я… ну… М-м-м… Единственной возможностью было применить силу… То есть усмирить эту Банле… Что я и сделала.
Кларик улыбался. Он подозрительно долго пристегивал Кэтлин ремнями безопасности, потом уселся напротив и одним движением защелкнул пряжку. Рокот двигателей становился гуще: челнок двигался сквозь атмосферу, преодолевая притяжение Земли.
Тут Тэмт взглянула на Яута, чья поза не выражала ничего, кроме ярости, и окончательно смешалась.
— Я поступила правильно?
— Как нельзя более правильно! — взорвался фрагта. — А что ты еще могла сделать? Наглость этих Нарво не имеет пределов!
Телохранительница буквально стекла в позу «радости-и-облегчения». Оказывается, не она была причиной гнева Яута! Ведь это был такой риск, и Яут наконец-то это понял! Нападение на кого-либо из Нарво — даже нао Нарво — требовало от джао с таким низким статусом отваги и преданности.
— Ты хорошо поступила, Тэмт, — проворковал фрагта. — Просто великолепно. Твой поступок послужит чести и твоей, и Плутрака. Ха! Это надо было видеть… Жаль, меня там не было!
Возможно. В таком случае, до стычки вообще бы не дошло. Вряд ли хоть один джао, даже не зная о положении Яута, полезет с ним в драку — разве что вконец потеряв голову от ярости или наглости. Фрагта великого кочена выбирается не только за мудрость.
Эйлле решил сделать все возможное, чтобы успокоить Тэмт. Вряд ли ее чему-то учили, прежде чем Яут нанял ее на службу. Скорее всего, она даже не представляет истинного значения своего поступка. Неудивительно: когда начинается борьба Изначальных коченов — а тем более великих Изначальных коченов, — мелкие и незначительные, вроде того, из которого происходит Тэмт, много раз взвесят все «за» и «против», прежде чем осмелятся принять в ней участие.
— Кэтлин Стокуэлл некогда принадлежала кочену Нарво, — проговорил он. — Но это больше не имеет значения, поток изменил направление. То, что Банле напала на тебя, говорит лишь о том, что она не знает своих обязанностей. Применение физической силы к служителям своего дома — крайняя мера, равносильная увольнению. Так принято в великих коченах.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79


А-П

П-Я