Упаковали на совесть, тут 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но что же случилось потом? Мягкое ощущение падения…Тепло. Потрескивание огня. Дым защекотал его ноздри. Сквозь туман, стоявший в глазах, он разглядел небольшой костер. Запах жареного мяса наполнил ноздри. Внезапно он ощутил сильный голод.— Он все говорит о Единстве? — спросил где-то сбоку Два Дыма. — Я видел, как овца остановилась. Я был уверен, что она прыгнет и ускользнет от нас. В воздухе почувствовалась Сила. Я-то знаю — ведь я бердаче. А потом овца повернулась и пошла прямиком в ловушку. Она даже не казалась испуганной… но вот глаза у нее были… такие, как будто кто-то овладел ее душой.— Слился, — прохрипел Маленький Танцор. — Слился с ней.И он замолчал, уставившись неподвижным взглядом потрескивавший костер.
— А что ты думаешь о Маленьком Танцоре и его Видениях? — осторожно спросил Три Пальца. — Знаешь, он ведь не похож на такого мальчика, который… Мальчика? Я хотел сказать — мужчину. Он убил своего первого бизона, и они с Лосихой явно ведут себя ночью под покрывалами, как мужчина и женщина. Но он кажется таким юным… и в то же время таким старым… Ты ведь его отец — что ты-то об этом думаешь?Голодный Бык выдохнул облачко белесого пара и взглянул вверх, на переплетение заснеженных ветвей. На фоне снега стволы елей казались светло-серыми и плоскими. Он покачал головой, остановился и принялся утаптывать снег, чтобы не заскользить ненароком вниз по крутой тропе. Вокруг вывернутых корней дерева, поваленного ветром, петляло множество лосиных следов, уходивших в глубину леса. Как это лосям удается взбираться по таким крутым заснеженным склонам? Просто колдовство какое-то!— Я волнуюсь за него.Что еще мог он сказать?— А Лосиха?Голодный Бык пожал плечами и поправил мешок на спине.— Он стал взрослым мужчиной, дружище. Он добыл мяса и овладел женщиной. Он ведь доказал, что сможет ее прокормить. Теперь он отвечает за себя сам, как мужчина, — и он ведет себя вполне достойно. Он силен, ловок и теперь сам выбирает свой путь в жизни.Три Пальца понюхал холодный воздух и оглянулся на извилистую тропу, что привела их сюда. Сверху склон казался еще опаснее, чем при подъеме. Взбираться наверх вообще не так страшно, как лезть вниз. За спиной оба друга несли длинные веревки, сплетенные из кожи.— Здесь чувствуешь себя зажатым со всех сторон. Как будто вот-вот из леса выскочит какое-то чудовище и съест тебя…Голодный Бык усмехнулся:
— Если это случится, то мой странный сын, о котором ты так беспокоишься, Видением вернет тебя обратно.— Ты думаешь, что он и вправду… тогда на охоте?.. — Три Пальца задумчиво покачал головой. — Не знаю, может, и так. Белая Телка ведь все время говорила, что он обладает Силой. Да и Два Дыма мне тоже всегда казался… гм… не таким, как все. А с другой стороны, ты ведь знаешь, что эти анит-а считают, будто у бердаче есть какая-то особая Сила, как у торговцев…— Не как у торговцев, а именно как у бердаче.— Ну ладно, как у бердаче. Я, пожалуй, готов уже в это поверить. — Три Пальца нахмурился и громко причмокнул, а затем издал хрипловатый крик сойки. Из темнеющего леса донеслось эхо. Синица пискнула в ответ.Бык взглянул на кусочек голубого неба, видневшийся сквозь кроны деревьев:— Да, я думаю, что у Маленького Танцора есть Сила. Я слышу, как он бормочет во сне по ночам. Его посещают Видения. Это не похоже на то, что видят по ночам обычные люди, это Видения Силы… чаще всего он просыпается от них. Но не по-настоящему, представляешь? С ним можно заговорить, и он даже будет отвечать, но на самом деле он не здесь, не в пещере…— Я это видел прошлой ночью. Ты его окликнул, и он ответил, что кругом огонь. Я посмотрел на костер — все было в порядке. А глаза у него при этом были открыты. Я это точно разглядел — но он как будто был не в себе.— А ты не спал уже, когда я его сегодня утром об этом расспрашивал? В ответ он только смущенно прищурился.— Ага. У меня волосы дыбом на голове встают, как я об этом подумаю, — проворчал Три Пальца. — Шутки-Шутит сама не своя из-за всего этого. Правда, Черный Ворон ей посоветовал не волноваться — сказал, что это временно и с возрастом пройдет.— Пошли, у меня ноги мерзнут так стоять.На самом-то деле он просто хотел уйти от разговора о том, что начинало уже беспокоить всех.Он сделал еще один шаг по следам лося, который забрался сюда раньше, чем они. Лось точно знал, каким путем лучше всего карабкаться на вершину горы. Правда, удобную дорогу лось и человек представляли себе по-разному.— Значит, мы подманим лося, будто кролика? — шумно дыша, спросил Три Пальца. Он с трудом поспевал за Голодным Быком, не переставая, однако, переговариваться на ходу с синицами на птичьем языке. — Это кажется совершенно безумной затеей.— Почему? — с искренним недоумением откликнулся Голодный Бык. — Ты ведь слышал, что сказала Стучащие Копыта. Нам достаточно…— Я не все понял. Мне до сих пор нелегко разбирать их смазанное произношение.— Смазанное, говоришь? — Голодный Бык почесал за ухом. — А они говорят, что мы, будто тетерева, токуем.— Тетерева? — громко расхохотался Три Пальца. — Ну и уши у них! Ничуть наша речь на тетеревиное токование не похожа.— А им кажется, что похожа.— Ну а что ты про самого себя скажешь? Тебе с этой женщиной, похоже, просто отлично вместе под покрывалами. Вы с ней будете жить вместе и дальше? А как же этот Один Бросок? Он не принесет тебе беды?Голодный Бык перелез через ствол лежавшего на земле дерева, с которого лоси уже смахнули снег животами. Он обернулся и протянул руку спутнику:— Она говорит, что никаких неприятностей не будет. Она говорит, что в Племени Красной Руки женщина может просто так взять и уйти от мужчины, когда захочет. Правда, мне кажется, что в таких случаях у них принято сделать что-нибудь приятное бывшему мужу. Например, подарить ему пару красивых одежд или дать мяса. Но ведь Один Бросок женился на ней просто потому, что ей был нужен муж. Во всяком случае, так она говорит. Одному Броску больше нравится его первая жена — женщина по имени Мокрый Дождь. Стучащие Копыта хорошо к ним обоим относится. Они помогли ей обмануть Кровавого Медведя, когда тот попытался овладеть Волшебной Лосихой. По-моему, уже за одно это к ним нужно хорошо относиться.— Да, это мне понятно. Любой человек, который не любит Кровавого Медведя, мне по вкусу. — Три Пальца остановился, чтобы перевести дух, и добавил: — Похоже, что я в последнее время не слишком-то хорошо лажу со Зрящими Видения и со всякими вождями.— Не волнуйся. Теперь ты в безопасности. Мы все можем начать новую жизнь, многому научиться и забыть о Тяжком Бобре.— А Кровавый Медведь?— Не думаю, что он нападет на нас. Не осмелится, раз Белая Телка нас защищает.— Гм, не хотелось бы тебя разочаровывать, но на мой вкус она недостаточно молода.— Хочешь себе вторую жену завести?— Прекрати! Белую Телку? В жены взять? Можно тысячи других способов придумать, если жизнь не мила станет. Например, подкрасться к бешеному бизону и ткнуть его колючим кактусом в мошонку. Но вот что с нами будет, если она вдруг решит отправить свою душу к Звездной Паутине? Что нам тогда делать? Женщина Духа оставит нас одинокими и беззащитными.— Потому-то мы отправляемся весной в гости к Красной Руке. Теперь у нас есть среди них родственники — Стучащие Копыта, Волшебная Лосиха и Два Дыма. Погостим немного и вернемся сюда. Стучащие Копыта говорит, что весной здесь полным-полно всяких съедобных растений будет. Л к концу лета и осенью будут еще и ягоды, и семена сосны, и много еще всяких вкусностей. Может, мы даже немного покочуем в поисках склона, на котором выдастся наилучший урожай.— И тебе все это нравится? Тебе нравится обходиться без бизоньего мяса?Голодный Бык хлопнул себя по животу:— Можно и так сказать. Я уже привык видеть свой пуп, если посмотрю вниз. Может, живот у меня и не такой круглый, как у Черного Ворона, но я все-таки уже очень давно не голодал. Вдобавок лесная лилия сладкая, чудесная. А печеные коренья — просто объедение! Я их мог бы сколько угодно съесть!— Как-то это неправильно — копаться в земле, искать коренья…Голодный Бык усмехнулся:— Совсем недавно я то же самое говорил сыну.— А что же с тех пор случилось?— В моей жизни появилась Стучащие Копыта. Впервые с того дня, когда я встретил Белую Телку, жизнь снова улыбнулась мне. Посмотри-ка вокруг. Здесь довольно красиво. Не так сильно дует, как в долине внизу. Кроме того, мы можем устраивать ловушки. Ловушка для овец сработала на славу. А сейчас мы идем по следу лося. Что может быть приятнее для охотника, чем охота? И никакого тебе Тяжкого Бобра с его вредоносными Видениями!— Но это такой необычный образ жизни…— Все, что ново, кажется необычным. Учись и радуйся.— Вот как тебя Стучащие Копыта учит охотиться на овец? Кровь и навоз! Слышал бы это Тяжкий Бобр! Охотник учится охотиться у женщины! — Он с хохотом хлопнул себя по коленям.Голодный Бык пожал плечами:— Мне все равно. Я счастлив. Знаешь что: я думал, что жить мне немного осталось, что моя душа вознесется к Звездной Паутине, будто черный дым от горящего жира. Но вот пришла Стучащие Копыта… Она нежна, ласкова и привязана ко мне. Я тоже к ней привязался. Рана, что открылась в моем сердце в тот день, когда была убита Ветка Шалфея, не зажила до конца, нет — но там, где я не чувствовал даже пустоты, теперь все полно радости. Я снова живу полной жизнью.Голодный Бык снял со спины свой мешок и перекинул его через поваленное дерево, которое лось легко перескочил.— Эй, подсоби-ка!Они помогли друг другу перелезть через преграду.— Вдобавок твоим детям здесь нравится. Я видел, как Две Луны, Смеется-Хохочет и Кузнечик играли с детенышами Черного Ворона. Они все вместе катались вниз по склону холма и так визжали, что мертвые проснуться могли.— Да, это они любят. Мы жили так далеко на востоке — в селении Семи Солнц, — что у них такой возможности не было. А ведь в детстве необходимо кататься с горы.— Да и женам вашим со временем здесь понравится, вот увидишь. Работы им тут гораздо меньше. За дровами зимой тоже далеко ходить больше не придется. Еду легче находить. Не нужно столько тяжестей на себе таскать.Они вышли из леса и оказались на одном из нижних лугов. Снег скрипел под ногами. Откуда-то, хлопая крыльями, поднялся ворон и улетел из виду.— По-моему, пришли. — Три Пальца указал на узкий проход между деревьями, отделявшими их луг от соседнего Рядом с проходом снег был примят лежавшими лосями и испещрен следами их копыт. В воздухе висел резкий мускусный запах. На снегу там и сям виднелся помет и замерзшая моча.— Они тут проходят, готов спорить. — Три Пальца пнул ногой кусок замерзшей мочи и, идиотски ухмыляясь, выдохнул облако пара.— Ты думаешь, эти деревья смогут удержать лося?— А что, наша веревка прочнее? — парировал Три Пальца.— Скоро выясним. — И Голодный Бык зашагал по глубокому снегу.— А насколько чувствительны лоси к человеческому запаху? — полюбопытствовал Три Пальца. — Неужели они тут пойдут, даже если все людьми пропахнет?— Стучащие Копыта сказала, что мы должны помочиться с обеих сторон прохода между деревьями. Она говорит, что лоси чуют запах и оставляют свои метки поверх человеческих.— Ты смеешься!— Вовсе нет. Она рассказала, что отец Волшебной Лосихи, бывало, возвращался по собственным следам и обнаруживал, что лоси по полдня шли за ним по пятам.— И он охотился, и за ним охотились, так, что ли? — Три Пальца взглянул через плечо на темную полосу леса.Голодный Бык ступил на лосиную лежку — и едва не упал. Под теплым телом животного снег сначала растаял, а потом превратился в слой льда.— Основательно замерзло. Они, должно быть, давно ушли.Он поднял со снега катышек навоза и задумчиво раздавил его между пальцами.Проход между деревьями казался отличным местом для устройства ловушки. Тропа была плотно утоптана лосиными копытами.Голодный Бык подсадил Три Пальца как можно выше, чтобы тот привязал к дереву конец ловчей петли. Потом они вместе тщательно расположили петлю таким образом, чтобы голова лося легко попала в нее.Стряхивая снег с рукавиц, Три Пальца в раздумье жевал губу:— Стало быть, это и есть силок для лося? И я сам его соорудил?— Ты уже и овец в ловушку загонял. И семена сосны с дерева стряхивал.— Да, семена сосны мне понравились, — согласился Три Пальца. — Пожалуй, мне понравится так жить. Правда, людей не хватает. Жалко, что никто старых легенд не рассказывает. — Он сморщил лоб. — Может, стоило взять с собой Маленького Танцора. Он нарисовал бы какой-нибудь знак или еще что-нибудь сделал бы, чтобы лоси еще быстрее прибежали, чем на мочу.Голодный Бык пожал плечами. Он обернулся, замер на месте и осторожно прикоснулся к плечу друга. Три Пальца обернулся и тоже окаменел.В тени деревьев стоял волк. Его глаза горели странным желтым светом, как будто внутри полыхал костер.— Большой-то какой, а?— Да-а, — выдохнул Три Пальца.Люди и волк долго смотрели друг на друга, не шевелясь; затем зверь мгновенно исчез, будто колдовским образом провалился сквозь землю.Три Пальца протер глаза:— Я и заметить не успел, чтобы он двинулся, — глядь, а его уж и нет!— И я тоже.По спине Голодного Быка пробежала дрожь.— А ты видел, какие… Впрочем, что это я! Свет такой, наверное.— Хочешь сказать, он точь-в-точь похож на волка, что выбит на стене в пещере?Голодный Бык кивнул, не сводя глаз с того места, где только что стоял зверь:— Точь-в-точь тот волк на стене… Точь-в-точь…
— Бизоны встревожены! — воскликнула Волчья Котомка. — Ты же сам это чувствуешь. Неразбериха, озлобление, голод… Они вот-вот взбесятся. Они гибнут один за другим. Вымирающий вид распространяет ужас по всей Спирали. Они знают, что их час еще не пробил. Но что они могут поделать? Душа земли кричит от боли. Ты чувствуешь смерть? Чувствуешь, как она приближается, высасывая тепло земли? Неужели такое будущее ждет нас? Ты чувствуешь, как плохо антилопам? Жажда. Земля страждет. Что нам делать? Я мучаюсь… умираю вместе с землей. Жажда, жара… Что мы можем сделать?В вечернем морозном воздухе застыл медленный голос Зрящего Видения Волка:— Надеяться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69


А-П

П-Я