https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— твердо повторил я и выскочил из приемной.
Надеюсь, что Ваня опомнится не сразу и что звукоизоляция на этаже хорошая.
Хотя, если разобраться, чего особенного случилось? Разве в особняке, под завязку набитом стрелковым оружием, кто-нибудь не может, ради развлечения, стрельнуть в потолок из «магнума»? И даже, предположим, не в потолок…
Пробегая по коридору второго этажа, я успел подумать о пропуске, который мне сейчас очень бы не помешал. Однако обрывки пропуска остались лежать в кабинете Сухарева и ничем уже помочь не могли. Оставалась единственная надежда на прорыв. Будем считать, что покойный Иннокентий Пеструхин и ныне здравствующий Чаплин ничего не напутали.
Впрочем, выбирать мне все равно было не из чего.
Я в хорошем темпе приблизился к посту возле лифта на первый этаж и с радостью обнаружил здесь своего старого знакомца. Того самого, который дал мне по зубам, когда я всего только попросил вызвать кабину. Теперь, решил я, будем действовать иначе.
— Пропуск! — сказал драчливый леопард в камуфляжную крапинку.
— Друг! — с чувством попросил я. — Дай мне по морде! Умоляю! Дай! Очень прошу! Ну!
Приступ нервного тика исказил лицо охранника. Как я и предполагал, он уже находился в той критической стадии, что и майор Чаплин. Только сейчас Чаплин, ценный свидетель Батырова, уже отдыхал в каком-нибудь бункере после исторической встречи с Президентом. А этот бедняга маялся тут на посту с химией в башке.
— Стукни меня! — вновь попросиля. — Стукни! Приказываю!
Химия препарата «A3» оказалась сильнее и устава, и здравого смысла.
Охранник размахнулся и что есть силы ударил кулаком в пластмассовую дверь лифта. На его лице отразился ужас.
— ПРИКАЗЫВАЮ! Ударь МЕНЯ! — воскликнул я. Трах! Кулак охранника пробил несколько слоев пластмассы и капитально застрял в двери.
— И бей меня дальше, — посоветовал я несчастному охраннику, уже спускаясь вниз по лестнице. За спиной моей раздались испуганные вопли, звуки новых ударов и треск ломающейся пластмассы.
"Это была только присказка, Яков Семенович, — произнес я про себя, неуклонно приближаясь к постам охранников-леопардов на первом этаже. — Вот сейчас тебе будет сказка. Здесь их человек пять, не меньше, и все — при автоматах. У кого «кедр», у кого «кипарис». Полная оранжерея! А у меня даже завалящего кактуса под рукой нет. А-а, будь что будет! Если верить Чаплину, этих тоже ТЕСТИРОВАЛИ практически одновременно с ним. А значит, хотя бы двое из пятерки уже созрели для второй парадигмы.
— Пропуск! — Двое охранников-леопардов нацелили на меня свои автоматы. Еще трое находились неподалеку. Если моя теория неверна, я пропал.
— Ребя-а-ата! — громко завыл я. — Убейте меня! Стреляйте в меня!
Родненькие, цельтесь получше! Не промахнитесь!
За последнюю неделю госпожа Удача не слишком-то часто поворачивалась ко мне лицом, однако уж в безвыходной ситуации эта добрая мадам меня не бросала.
Мой мазохистский вопль, он же вой, имел для меня самые благотворные последствия. Задергали щеками в приступе тика не двое, а ЧЕТВЕРО охранников-леопардов! На такое везение даже я не рассчитывал.
— Стреляйте в меня! — снова выкрикнул я изо всех сил, делая шаг к двери. — Убейте меня! ПРИКАЗЫВАЮ! ТРЕБУЮ! .
И тут, по заявкам трудящихся, началась беспорядочная пальба.
Леопарды-охранники, выставив вперед свои «кедры» и «кипарисы», с напряженными и отчаянными физиономиями принялись поливать свинцом все, что угодно, — только не меня. С грохотом и звоном разлетелось несколько верхних плафонов, затрещала деревянная стойка, задребезжал от выстрелов стальной каркас рамы металлоискателя. В этом потоке беспорядочного автоматного огня меня, пожалуй, могло бы зацепить очередью чисто случайно, вне зависимости от желания — а точнее, нежелания — обезумевших охранников. Мозги четырех автоматчиков, одурманенные препаратом антизомбин, посылали пальцам на спусковых крючках бессмысленные команды, а тот, единственный охранник из пяти, который еще хоть что-то мог сообразить, утратил свою сообразительность вследствие всеобщей неразберихи…
Искушать терпение госпожи Удачи я больше не стал и, вновь наплевав на приличия, покинул обстреливаемую территорию ползком.
— Ловите меня! Держите! — крикнул я на прощание, чтобы пресечь в зародыше любые возможные попытки охранников с «кедрами» и «кипарисами» кинуться за мной в погоню. Впрочем, те, кажется, все еще не могли опомниться от моих первых воплей и продолжали исправно опустошать магазины собственных автоматов.
Хотелось бы верить, что они там не постреляют друг друга, как братва из жалостливой песни Г. Комаровского и ансамбля «Кузбасс». Право же, против этих парней я не имею ничего плохого-дай, как говорится, им бог благополучно вылечить мозги и не попасть на полдороге на Северный Кавказ…
Расстояние от дверей особняка филиала Службы ПБ и до длинного черного автомобиля, припаркованного неподалеку, я на всякий случай преодолел бегом и, открыв дверь, плюхнулся на заднее сиденье.
— Поехали! — сказал я шоферу. — Если у этого чуда техники есть реактивная тяга, можно включать сразу ее.
Шофер Костя привычно захихикал и стронул машину с места. Разговаривая сегодня с Сухаревым, я, разумеется, блефовал: никаких гауляйтеров в машине не было и в помине. Не такой я олух, чтобы посвящать типов вроде Гули и Тараса в дела государственной важности. Свежеотремонтированный «Роллс-Ройс» шейха Хайраддина был элементарно одолжен у Олежки Евгеньевича из фирмы «Диана-сервис».
— Все в порядке? — сдержанно поинтересовался Тим Гаранин, сидящий на переднем сиденье. Я кивнул.
— Мы уж начали волноваться, — проговорил Алексей Арнольдович Рунин, деловито протирая очки.
— Да нет, все нормально, — ответил я. — Без проблем…
— Интересно, какие такие дела могут быть у частного сыщика Штерна в предприятии «Ректопласт»? — с любопытством осведомился Слава Родин, сквозь стекло поглядывая на удаляющийся особняк. — Или ты в этом журнале «Кузя» так долго пробыл?
— И там, и там, — проговорил я. — Везде понемножку.
— А почему так долго? — не отставал любознательный Родин. Он бы, наверное, заболел от огорчения, если бы узнал, какие сенсации я злостно скрываю от него и от всех. Се ля ви, дорогой Слава. Тайны коридоров власти чертовски неаппетитны на вид, на вкус и на запах. Чем меньше о них знать, тем душе спокойнее.
— Почему так долго? — задумчиво переспросил я. — А-а, ничего особенного.
Этот «Ректопласт» выпускает новую настольную игру — «Деревянные солдатики».
Пришлось сыграть с тамошними ребятами одну партию, иначе не отпускали.
— И ты, конечно, выиграл, — ехидно сказал Родин.
Я обернулся и сквозь заднее стекло «Роллс-Ройса» посмотрел в ту сторону, где остался двухэтажный филиал Службы президентской безопасности. Дом уже почти не был виден, но мне все равно почудилось, что там, за оконцами из зеленоватого бронестекла, еще мелькают сполохи автоматных выстрелов…
— Я не проиграл, — задумчиво произнес я. — Но и не выиграл… Никто, по-моему, не выиграл.

Вместо эпилога
— Геннадий Викторович, я знаю, что вы в ранней молодости были автогонщиком. Значит, вам не привыкать к крутым поворотам?
— Получается, что так.
— Скажите, а ваше новое назначение — это неожиданный поворот в вашей биографии?
— Я так не думаю. Мы уже не один год работаем бок о бок с Президентом, и, когда он предложил мне возглавить Службу президентской безопасности, это для меня не было неожиданностью.
— И судьба вашего предшественника вас не пугает?
— Простите, не понял. Что вы имеете в виду?
— Судьбу Анатолия Сухарева. Известно ведь, что его внезапное помешательство…
— Я просил бы вас избегать таких сильных выражений. У Анатолия Васильевича всего лишь небольшое нервное расстройство, но это с его бывшей работой никак не связано. Специальный курс лечения наверняка пойдет ему на пользу, и он поправится. Уверяю вас, это не смертельно…
— Кстати о смерти. Что вы можете сказать об обстоятельствах смерти Рогожина?
— Рогожин… Рогожин… Это что-то из Достоевского?
— Я имею в виду генерал-майора Григория Евпатьевича Рогожина, заместителя Сухарева, который руководил исследовательским центром при Службе ПБ. По непроверенным данным, как раз он…
— Аркадий Николаевич! Не верьте вы этим «непроверенным данным», а попросту — слухам! Лично я ни о каком Григории Евпатьевиче, ни о каком, как вы говорите, «исследовательском центре» и понятия не имею.
— Неужели?
— Уверяю вас. Должен вам сказать, что вокруг нашей Службы последнее время ходят какие-то вздорные обывательские разговоры. Некоторые ваши коллеги-журналисты изображают нас чуть ли не монстрами… Ну, посмотрите на меня, Аркадий Николаевич! Похож я на монстра?..
Из интервью Геннадия Батырова ведущему телепрограммы «Лицом к лицу» Аркадию Полковникову.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56


А-П

П-Я