https://wodolei.ru/brands/Laufen/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Линдси поджала губы и нахмурилась, как бы усиленно соображая. Тут объявили: «Двойной шоколадный мокко, обезжиренный, со взбитыми сливками».— Никто не запомнился?— Нет… но знаете… Я почему-то решила, что одним из парней был коп.— Почему? Коп? Кто? — Ну, какие-то обмолвки… Бобби все шутила насчет наручников, обысков, парней с большими дубинками и… ну и прочие двусмысленности. — Она туго намотала локон. — Или это у меня воображение разыгралось. Наверное, зря я сказала. Зачем все это? Она умерла. Но я не могла сказать этого полиции — я же не знаю, кто этот человек, и не хочу никому создавать проблемы. Нехорошо получилось бы, да? — Она прикусила нижнюю губу, отпустила локон, взяла бумажный стаканчик с кофе и сказала: — А сейчас мне правда надо идти. Перерыв кончился, и я больше ничего не знаю. — Девушка сорвалась со стула, словно ожидая, что разгневанный бог метнет молнию, если она останется еще хоть на секунду.— Позвоните, если вспомните что-нибудь, — попросила Никки, нагнав ее у дверей и протянув визитку, которые носила в кармане джинсов.Линдси уставилась на карточку так, словно под надписью «Саванна Сентинел» было запечатлено имя сатаны.— Нет, больше я ничего не знаю! Честно. — Она попятилась к двери и наткнулась на человека, который как раз сворачивал зонтик. Капли дождя разлетелись по полу. — Ох, простите, — быстро промямлила Линдси и выбежала за дверь, направляясь к площади напротив ювелирного магазина.Никки не стала терять времени. Она схватила чашку и вышла на улицу. Близился полдень, но зимний день был темным. Мрачным. С навеса над входом лило как из ведра. Она прошлепала к машине, забралась внутрь и попыталась ее завести. Двигатель не слушался.— Нет, нельзя же так, — буркнула она, но машина только кашлянула. — Давай, давай, не упрямься. — Пора отвезти машину в мастерскую. Ее явно следовало починить.Затрещала полицейская волна, но она не расслышала, в чем там дело.С третьей попытки старый двигатель завелся, и Никки взглянула в зеркало заднего вида, прежде чем отъехать. На следующем светофоре зазвонил сотовый, она полезла в сумку, нашла эту чертову штуковину и с третьего захода ответила:— Никки слушает.Она повернула, прихлебывая кофе.— Привет, детка.Сердце затрепетало, и Никки едва не пролила кофе, представив себе лицо своего бывшего парня — квадратная челюсть, темная щетина и еще более темные глаза. Загадочные глаза. Лживые глаза. Почти черные волосы, достающие до воротника.— А, Шон, я слышала, что ты в городе.— Ты не перезвонила.Он разочарован? Ему больно? Ха! Шону? Да прямо! Никки отпила кофе и ухитрилась поставить стакан в держатель с минимальными потерями.— Я не видела причин звонить. — Свет на светофоре сменился, но какая-то машина пересекла сплошную линию. — Идиот!Шон засмеялся. Низким сексуальным голосом произнес:— Да, я идиот. Нет, я. Какой же я была идиоткой! — Послушай, Шон, я занята. Что ты хотел? — спросила она, услышав на полицейской волне нечто, определенно достойное внимания. Несколько патрульных машин были отправлены на Хэритидж-роуд. Похоже, это не просто авария.— Я думаю, нам стоит встретиться.— А я так не думаю.— Никки, мне надо с тобой увидеться.— Сейчас? — Она не верила своим ушам. Это Шон ее бросил, это ему надоели их отношения. Это он навешал ей лапши про то, что она — не его «половинка», что бы это ни значило.— Как насчет вечера?— Я не могу.— А завтра?— Я… я не знаю. — Когда-то она прыгала бы от счастья, услышав от него именно эти слова. Но это было давно. — Вряд ли.— Никки, — произнес он низким голосом. Этот тембр она так хорошо помнила. Глубокий. Сексуальный. Почти гортанный. — Ты меня избегаешь.— Именно. Подожди-ка, — добавила она, вспомнив о записке под подушкой. — У тебя остался ключ от моей квартиры?— Может быть. — Он явно дразнил ее. Заигрывал. О господи…— Шон, я серьезно.— Нет. Детка, ты же заставила меня вернуть его, забыла?Она смутно припомнила, как он отцеплял ключ от своей связки. Это было в его старом «ягуаре», и она с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться.— Да, но ты мог снять копию.— Зачем мне это?— А зачем ты вообще что-то делаешь?— Это ниже пояса, Жилетт.— Ага, значит, я уже не «детка»? Это хорошо.Еще несколько патрульных машин направили на Хэритидж-роуд. Никки запомнила адрес, прижала телефон к уху плечом и нашла в переполненном «бардачке» карту города.— У меня сейчас нет времени, — заявила она и дала отбой. Да кто он такой, черт возьми? Это ведь он ее оставил. И что ей теперь, все бросить ради него?Нет уж.Но в его голосе звучали отчаянные нотки… Господи, ему, наверное, нужны деньги! Он ей уже должен пятнадцать сотен. Больше он не получит ни цента.Она снова подумала о вчерашнем вечере. Записка в кровати. Записка на лобовом стекле… Мог их оставить Шон? Это не в его стиле… и все же…— Не думай об этом хоть сейчас, — прошипела она.Она не могла позволить себе тратить время на этого вольного бродягу, который к тому же, как выяснилось, подрабатывал грабителем.У следующего светофора она остановилась и посмотрела на карту. Господи. У нее екнуло сердце. Адрес соответствовал кладбищу Хэритидж. Это неспроста.Несомненно, Гробокопатель снова нанес удар.Громкие гудки оповестили ее, что зажегся зеленый. Не мешкая, она свернула и поехала прочь из города.К своей следующей сенсации. Глава 10 Рид, не отрываясь, смотрел в открытый гроб. Туда втиснули не одно, а два тела. Как и в прошлый раз. Только на этот раз второе тело, голое, все в синяках, принадлежало пожилой женщине, а нижнее почти сгнило, но, судя по остаткам одежды — мужского темного костюма — и еще заметным клочкам седых волос, Рид предположил, что вторым обитателем гроба был Томас Мэсси.— Господи Иисусе, — прошептала Морисетт. Лицо ее стало пепельно-серым, она не сводила глаз с открытого ящика. Заградительную ленту эксперты быстро сняли, а над могилой натянули огромный тент, чтобы сохранить все улики. Это преследовало двойную цель. Место преступления защищалось от дождя и ветра, а также от любопытных взглядов фотографов с телескопическими камерами и внимания телеканалов с их суперсовременным оборудованием, в том числе вертолетами. Пока не уведомят ближайшего родственника, пока полиция не выяснит, что действительно по улицам разгуливает серийный убийца, информация будет выдаваться прессе гомеопатическими дозами, чтобы не посеять панику в рядах граждан или не сорвать расследование.— Надо проверить в отделе пропавших и узнать, кто она. Позвони Рите и узнай, поступали ли заявления об исчезновении белой женщины, возраст около шестидесяти.— Незачем. — Колючая прическа Морисетт таяла под дождем, она дрожала всем телом, глядя в могилу. — У кого-нибудь есть закурить? — требовательно спросила она, отведя взгляд от гроба и посмотрев на товарищей.— Держи. — Флетчер, один из полицейских в форме, полез в карман, достал помятую пачку «Кэмела» и вытряхнул оттуда сигарету. Дрожащими пальцами Морисетт попыталась прикурить; зажигалка щелкала, но огня не было.— Ты ее знаешь? — спросил Рид, взяв зажигалку и щелкнув так, что появился ровный язычок пламени.Морисетт глубоко затянулась и выпустила дым через нос.— Миссис Питере. Не знаю имени, но она работала волонтером в библиотеке. Вдова, кажется, но точно сказать не могу. — Еще одна успокоительная затяжка. Щеки постепенно начали розоветь. — Прошлым летом миссис Питере была там чтецом. Каждый четверг мои дети ходили туда, она читала всем «Гарри Поттера». — И Морисетт сердито прошипела: — Черт возьми, кто это сделал? Какой чокнутый положил старушку в уже занятый гроб и… — она снова наклонилась и посмотрела на пальцы женщины, — похоронил заживо? Дерьмо! — Она отвернулась и, держа сигарету в левой руке, правой быстро перекрестилась. Впервые Рид видел, что она как-то проявляет религиозные чувства.— Тот же сукин сын, что убил Бобби Джин. — Рид тоже заметил, что потускневшая обивка гроба расцарапана и окровавлена, что наманикюренные ногти сломаны и испачканы запекшейся кровью, а на лбу — синяк. Все это свидетельствовало о том, что миссис Питере, подрабатывавшая волонтером в библиотеке, прошла через те же круги ада, что и Бобби Джин.— Видимо, Джером Маркс здесь ни при чем, — подумала вслух Морисетт и выплюнула крошку табака. Ветер громко хлопал тентом.— Если это не подделка под то убийство, — предположил Флетчер.— Давайте пока так не думать, — произнес Рид.Мысли его были чернее ночи. То, что Бобби и ее ребенок погибли, само по себе ужасно, но второе убийство… Слишком похоже на первое, чтобы счесть его отдельным преступлением. Ясное дело, орудовал маньяк. Опять. Рид вспомнил прошлое лето, когда в удушающей жаре преследовал убийцу, который охотился на членов известного саваннского семейства. И вот очередной кошмар. Не прошло и полугода.— Надо понять, как связаны жертвы, если вообще связаны, — сказал он Морисетт. — Они знали друг друга? И как насчет тех, кто уже был похоронен? Почему выбрали их? Случайно или с расчетом? — Массируя затылок, он вдруг заметил микрофон. — Черт, глядите-ка. — Он подошел к гробу и указал на дырку, просверленную в отсыревшем дереве. В ней притаился почти невидимый микрофон.— Да, мы уже записали марку и модель, — сообщил эксперт, который проверял, не сохранилось ли каких-либо следов под ногтями на руках миссис Питере.Команда Дайаны Мозес уже начала тщательно работать с гробом и искать отпечатки пальцев, следы инструментов, ткани, волосы и прочие улики. Прямо как в графстве Лампкин. Это убийство такое же, как убийство Бобби Джин. Кроме того, что эту женщину ты не знаешь. Рид напрягся.— Вы не нашли больше ничего? Например, записку?— Записку? — Эксперт обернулся через плечо. По выражению его лица было ясно, что он считает Рида сумасшедшим. — Не было никакой записки. Только два трупа и микрофон. Мы уже все проверили.Рид несколько расслабился. По крайней мере, здесь убийца к нему не обращался.Он услышал шум вертолета и, отступив, посмотрел на затянутое облаками небо. Вертолет висел над деревьями футах в ста от земли, из него свешивался человек с камерой. Пресса пыталась снять место преступления хотя бы с высоты птичьего полета. Это раздражало и его, и Дайану Мозес. В желтом дождевике она вышла из-под тента, взглянула вверх и тихо выругалась:— Проклятые стервятники.В одиннадцатичасовых новостях будет, подумал Рид. Он вспомнил о записке, которую утром получил в участке. Из нее следовало, что убийства будут продолжаться. Случайным образом? Или нет? Убийца знает своих жертв? Играет с ними? Он нутром чуял недоброе.— Что вы уже выяснили? — спросил он Мозес.— Не слишком много. Пока все предварительно, но мы думаем, что этот тип остановился здесь, — она указала на подъездную дорогу, — потом либо перелез через забор, либо у него были ключи. Замок не взломан. Ему, видимо, пришлось ее нести, значит, это крупный или, по крайней мере, сильный мужчина. Следов, что тело волокли, нет; впрочем, вообще четких отпечатков нет — дождем размыло. Но главная дорога слишком заметна, поэтому, скорее всего, так и было. Как только узнаем больше, я тебе все расскажу.— Спасибо, — сказал Рид.— Не за что. — Они прошли под навес, и Мозес обернулась к полицейскому фотографу: — Вы закончили? Мне нужны снимки всего пространства, крышки гроба, ну и того, что внутри…— Пойдем, — сказал Рид Морисетт, которая вроде бы пришла в себя. — Мы получим все отчеты, но я лучше отнесу новую записку Окано.— Ох и надерет же она тебе задницу за то, что ты сюда поехал.— Я случайно проезжал мимо, — сказал он, когда они шли по высокой траве.— Ну да, и она, естественно, на это купится.Он повел плечом и почувствовал, как за шиворот стекает дождь. Кладбище было не слишком ухоженным. Большинство могил были уже старые, столетние, лишь немногие, как, например, последнее пристанище Томаса Мэсси, относительно недавние. Газон зарос сорняками, кусты не стрижены. Почему убийца выбрал это кладбище? Это что-то значит для него или же выбор случаен? А могила? Почему именно Томас Мэсси? Так было удобнее или это подсказка?Рид взглянул на мрачный горизонт. Черные тучи висели на шпилях церквей и на верхушках пальм и дубов, которые росли по бокам улиц. Почему второй жертвой оказалась Роберта Питере — пожилая женщина, казалось бы, дальше некуда от Бобби Джин?Морисетт шла рядом. Ее ботинки из змеиной кожи сверху промокли от дождя и травы. У главных ворот он скорее почувствовал, чем увидел толпу репортеров и зевак по другую сторону ограничительной ленты.— Детектив, расскажите, что происходит! — потребовал мужской голос.— На данном этапе расследования мне нечего сказать, — автоматически ответил Рид и направился к машине.— Снова дело рук Гробокопателя? Рид узнал голос.— Какого гробокопателя? — переспросил он, разглядев Никки Жилегт, стоящую, как всегда, в первых рядах и жаждущую сенсации. Светло-рыжие волосы были собраны в конский хвост, с которого стекал дождь, глаза сияли, щеки раскраснелись на холоде. В своих мокрых кроссовках, джинсах и просторном пальто она выглядела моложе, не казалась врагом. В других обстоятельствах Рид счел бы ее симпатичной. Но сейчас она была обычной назойливой журналисткой, досадной помехой. В одной руке она держала диктофон, в другой — блокнот с ручкой. Бумага отсырела, чернила растекались, да и сама Никки намокала все сильнее. Но это не убавляло ее энтузиазма.— Это дело рук того же преступника, который похоронил у Кровавой горы гроб с двумя телами? — спросила она.— Рано отвечать на этот вопрос.— А ваше мнение? — Жилетт шагнула вперед, не собираясь сдаваться.— Я не собираюсь предполагать или говорить то, что может повредить следствию. — Он выдавил слабую нетерпеливую улыбку.— Не похоже на простое совпадение. — Никки не отступала. Как всегда.Включились и другие репортеры.— Мы видели, как вы что-то копали. Нашли еще одну могилу? — требовательно спросил Макс О'Делл, подсовывая микрофон.— Вы нашли пустой гроб? — поинтересовался второй репортер.— Могилу ограбили?— Или нашли гроб со вторым телом?— Послушайте, — сказал Рид, стараясь не вспылить, — предоставьте нашу работу нам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48


А-П

П-Я