https://wodolei.ru/catalog/mebel/rakoviny_s_tumboy/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она подошла к Найтхауку, протянула конверт. — Все здесь. Вы — Винсент Лэндис, студент с Аристотеля, готовите дипломную работу по шифрам в институте связи. Вам двадцать один год, родом вы с Серебряной Сини, что во Внешнем Пограничье. Ваши родители — фермеры.— Я все понял. — Найтхаук повернулся к своему спутнику. — Мы закончили?Рождественский Пастырь рассмеялся.— Еще нет. — Он повернулся к женщине. — Ты достала то, о чем мы говорили вчера?— Пистолет? Да. Но, как я и предупреждала, он стоит дорого.— Это не важно. Со своим арсеналом мой юный друг не пройдет ни таможенный контроль, ни посты охраны.— О чем вы толкуете? — вмешался Найтхаук. — Мое оружие меня вполне устраивает.— Разумеется, устраивает, — кивнул Рождественский Пастырь. — Но придется его оставить.Найтхаук погрустнел.— Но оно пристрелено под меня, — запротестовал он жалобно.— Сын мой, если ты попытаешься подойти со своими игрушками к полковнику, — фамилию Эрнандес он благоразумно опустил, — сигнал тревоги услышат на Делуросе.— И какое же оружие вы мне приготовили? — спросил Найтхаук полным печали голосом.— Можем мы взглянуть на него? — полюбопытствовал Рождественский Пастырь.Из другого ящика бюро женщина достала кожаный футляр, протянула Рождественскому Пастырю.Тот поднял крышку.— Изумительно, — вырвалось у него при взгляде на маленькую изящную игрушку. — Просто изумительно!— Похож на один из моих пистолетов, — заметил Найтхаук. — Что в нем такого особенного?— Он изготовлен из особого керамического материала, — объяснила женщина. — Можете мне поверить: ни одно из охранных устройств не способно его засечь.— В таком-то виде? — саркастически улыбнулся Найтхаук.— Разумеется, нет. — Она ловко разобрала пистолет на четыре части. — Эта, со спусковым крючком, сойдет за пряжку ремня. Эти две — за ортопедические вкладыши сапог. А в последней молекулярная структура изменена так, что при нагревании деталь эта превращается в ленту, которой можно украсить шляпу. Материал запоминает первоначальную форму и мгновенно возвращается к ней, если положить его на холодный металл.— Я не вижу патронов.Женщина улыбнулась.— В этом вся прелесть. Даже если на таможне заподозрят, что это оружие, даже если конфискуют его, патронов они не найдут, и им придется все отдать и пропустить вас.— Так где же патроны?— В вашем кармане.— Моем кармане? — повторил Найтхаук.— Пистолет стреляет монетами. Этот я откалибровала под золотые талеры Марии-Терезии.— Будь я проклят! — воскликнул Найтхаук.— Хорошая идея, — покивал Рождественский Пастырь. — Но в случае войны довольно-таки разорительная.Женщина предпочла пропустить шутку Рождественского Пастыря мимо ушей.— Думаю, вам надо попрактиковаться, прежде чем пускать пистолет в дело. Стреляет он немного не так, как обычный. На расстоянии, превышающем тридцать ярдов, монета-пуля уходит вниз, примерно на дюйм после каждого ярда.— Так далеко мне стрелять не придется.— Это хорошо. Тогда все. — Женщина прошла с ними в холл. — Ваше лицо мне знакомо, — она пристально всмотрелась в стоящего у двери Найтхаука, — но я точно знаю, что раньше мы никогда не виделись.— Хотите, чтобы я сейчас рассказал вам, в чем причина?— Не хочу.— Тогда расскажу при нашей следующей встрече. После успешного завершения операции.— Не стоит специально приезжать ради этого, — покачала головой женщина. — Вы напомните многих моих клиентов, кому не сопутствовал успех.— Откуда вам известно, что таких много? — спросил Найтхаук.— Документы приходится менять. За новыми возвращаются лишь единицы.Дверь открылась.— Идите. — Женщина улыбнулась Найтхауку. — И удачи вам.— А как насчет меня? — спросил Рождественский Пастырь.— Удача и так с тобой. До нашего юного друга тебе ой как далеко, но ты из породы везунчиков. Я знаю, что увижу тебя вновь.Они спустились по лестнице и зашагали к звездолету. Рождественский Пастырь радовался тому, что его назвали везунчиком, а Найтхаук уже думал о том, как ему действовать на Солио, ругая себя за то, что не занялся этим раньше. Глава 25 Через два часа после взлета с Пурпурного Облака их нашел адвокат с Делуроса VIII. — Говорит Марк Диннисен из юридической конторы «Хаббс, Уилкинсон, Рейт и Химинес». Вызываю на связь Джефферсона Найтхаука. Найтхаук вызов проигнорировал.— Пожалуйста, ответьте.— Рано или поздно тебе придется поговорить с ним, — заметил Рождественский Пастырь.— Черт побери, я знаю, что ты на этом корабле, Джефферсон! — сердито бросил Диннисен. — Пожалуйста, ответь мне. Я не разорву контакт, пока ты не ответишь.— Ладно, — выдавил из себя Найтхаук после долгой паузы. — Как вы меня нашли и чего вам надо?— Нашли без труда, — ответил Диннисен. — Ты же обратился за вознаграждением в сорок пять тысяч кредиток.— Слишком уж быстро вы об этом узнали.— Наша фирма очень влиятельная. У нас повсюду связи.— Итак, вы узнали, что я пристрелил пару преступников. Что с того?— Что с того? — удивился Диннисен. — Каким ветром тебя занесло на Пурпурное Облако?— Убиваю плохишей, как вы с Киношитой учили меня.— Черт побери, Джефферсон, тебя послали на Солио II для выполнения специального задания. Если оно не выполнено, немедленно отправляйся туда. Если выполнено, мы хотим, чтобы ты вернулся на Делурос VIII.— Мне без разницы, что вы там хотите.— Как это без разницы? — вскричал Диннисен.— Вы все прекрасно слышали. У меня есть дела поважнее. Так что отстаньте.— У тебя только одно дело — работать на команду, которая тебя создала!— У вас есть право и на такие мысли.— Послушай, — Диннисен заговорил на два тона пониже, — давай остановимся, прежде чем обольем друг друга помоями, о чем потом нам обоим придется жалеть. Почему бы тебе не вернуться на Делурос, где мы все и обсудим?— Ни за что.— Я думаю, это наилучший выход, Джефферсон, — гнул свое Диннисен.— Да? Я не рвусь в самоубийцы.— О чем ты?— Как только вы доберетесь до меня, сразу засунете в чан с протоплазмой.— Не болтай ерунды, Джефферсон, — Диннисен едва сдерживался. — У нас нет никаких чанов с протоплазмой, и ты это знаешь. Мы просто хотим поговорить.— Если у вас есть что сказать, выкладывайте прямо сейчас.— Мы тебе не враги, Джефферсон, — проворковал Диннисен. — Мы создали тебя. Ты — член семьи.— Забавно, А я вас в родственниках не числю.— Какой-то ты не такой, Джефферсон. Сильно изменился с нашей последней встречи. Что с тобой произошло, сынок?— Я нам не сынок, и ничего со мной не произошло. Просто повидал мир. И не собираюсь возвращаться.— Никто и не хочет держать тебя на Делуросе. Буду с тобой предельно откровенен: на тебя затрачено слишком много сил и средств. Раз ты жив, значит, можешь существовать в той криминальной среде, что характерна для Пограничья. Не просто существовать, но и брать верх над всей этой мразью. У нас для тебя еще много заданий.— В большинстве своем упомянутая вами мразь смотрит на адвокатов сверху вниз. На любых адвокатов. Но особенно таких, как вы.— Почему ты так ерепенишься? Мы хотим только взглянуть на тебя и убедиться, что все в порядке. Через день ты отправишься на новое задание. Не так уж и много мы просим.— У меня дела.— Наши дела?— Мои.— Какие у тебя могут быть дела? — взорвался Диннисен. — Тебе еще нет и шести месяцев!— Вот тут вы ошибаетесь, — от голоса Найтхаука веяло холодом. — Я — Вдоводел, и уже был стариком, когда ваш дедушка только появился на свет.И молодой человек разорвал связь.— Ну как? — повернулся он к Рождественскому Пастырю.— Ты не возражаешь, что я иной раз называю тебя сыном?— Нет. Но меня бесит, когда я слышу такое от него. А еще меня бесит, когда он называет меня Джефферсоном.— Надеюсь, этот разговор тебя порадовал, потому что обойдется он тебе очень дорого.— Вы про деньги?— Отнюдь. Готов поспорить, адвокат сейчас общается с Эрнандесом и предупреждает, что ты сорвался с поводка.— Почему?— Потому что он и его люди создали идеальную машину-убийцу, а теперь обнаружили, что у нее есть собственная воля. Они не знают, что ты задумал, но на всякий случай предупредят человека, к которому посылали тебя. — Рождественский Пастырь улыбнулся. — А этот человек прекрасно осведомлен о твоих планах.— Надеюсь, — кивнул Найтхаук. — Все завязано на нем: Трилейн, я. Маркиз. Мелисенд, Мэллой, все. Я хочу посмотреть ему в глаза, когда буду убивать его.— Об охране он позаботился, — резонно заметил Рождественский Пастырь. — Так что долго смотреть тебе не удастся.— Мне хватит и мгновения. Глава 26 Они продали свой корабль, как только прибыли во Внутреннее Пограничье, и купили другой. А затем направились к Солио II. Послушайте, я вот знаю, зачем возвращаюсь туда, но никак не могу понять, почему вы летите со мной? — спросил Найтхаук, когда половина пути осталась позади.Рождественский Пастырь пожал плечами.— Почему нет? На Солио есть церкви, как и на любой другой планете.— Но там есть и хорошо организованная Служба безопасности. Поначалу мы, конечно, задурим им головы фальшивками с Пурпурного Облака, но в конце концов они с этим разберутся. Если не до гибели Эрнандеса, то после. И человек, которого заметят со мной, наверняка попадет в верхние строчки списка разыскиваемых.— Ты хочешь, чтобы я тебя бросил?— Я этого не говорил. Я спрашивал, почему вы меня не бросили?Рождественский Пастырь откинулся на спинку кресла, посмотрел в потолок, тяжело вздохнул.— Скорее всего из любопытства.— Хотите узнать, действительно ли Эрнандес нанял Маркиза? — недоуменно спросил Найтхаук.Рождественский Пастырь покачал головой.— Нет, тут у меня никаких сомнений. Иначе просто и быть не могло. Такие люди лакомятся ложью и интригами точно так же, как мы с тобой совсем недавно лакомились мясом красного бизона.— Тогда что же вас так интересует?— Ты.— Я?— Да. Хочу посмотреть, неужели ты и впрямь так хорош, как я себе это представляю.— Это комплимент?— С какой стороны посмотреть. Я не думаю, что ты сможешь выкрасть эту женщину и покинуть планету, но любопытно увидеть, как далеко ты зайдешь.— Вы не упомянули убийства Эрнандеса.— И это тоже.— Добраться до него — самое трудное. После его смерти все рухнет, как карточный домик.— А ты уже думал о том, как доберешься до него?Найтхаук раскурил маленькую тонкую сигару.— В общем-то нет. Выдумаю какую-нибудь историю, чтобы он принял меня.— Ты — не единственный, кто хотел убить его. Да и не так много осталось историй, которых он еще не слышал.— В крайнем случае, я перестреляю всех, кто попытается помешать мне войти и выйти. — Найтхаук пожал плечами.— Вот так возьмешь и перестреляешь?— А почему нет? Я же пристрелил Маркиза, не так ли?— А если ты нарвешься на специалиста, который лучше Маркиза?— Тот, кто лучше Маркиза, не стал бы работать за гроши в Службе безопасности, — ответил Найтхаук. — Он обосновался бы где-нибудь в Пограничье и строил бы потихоньку свою империю.— Подумай-ка вот о чем: на твоем пистолете нет глушителя. Первый же выстрел привлечет внимание всех, кто будет находиться в радиусе пятисот ярдов.— Я выстрелю только раз.— Один, пять, десять — все равно шумно.— У Эрнандеса лазерный пистолет. После первого выстрела я завладею бесшумным оружием, гудение — не в счет. А если второго выстрела не будет, все подумают, что ослышались.— Ты на это надеешься?— Откровенно говоря, мне все равно. Если они работали на Эрнандеса или даже прикасались к моей Мелисенд, я хочу перебить их всех.— Знаешь, я бы чувствовал себя гораздо спокойнее, если бы ты предложил более надежный способ добраться до полковника. Не рассчитывая на то, что тебя приведет к нему какая-то глупая история или ты сможешь проложить к нему путь свинцом.— Одно ваше слово, и я высажу вас на ближайшей планете.— Я не хочу высаживаться на ближайшей планете, сын мой, — покачал головой Рождественский Пастырь. — Я лишь хочу, чтобы ты поменьше спешил и побольше думал. Иначе тебе не выйти из этой истории живым.Найтхаук посмотрел на сине-зеленый диск Солио II, заполняющий обзорный экран.— Она там. Чем меньше я буду спешить, тем дольше ждать мига нашей встречи.— Сын мой, — в какой уж раз вздохнул Рождественский Пастырь, — не хочется возвращать тебя с небес на грешную землю, но у нее нет ни малейшего желания встречаться с тобой.Лицо Найтхаука закаменело.— Если нет, то появится, — отчеканил он. Глава 27 Приземлились они в единственном космопорте Солио II, примерно в десяти милях от планетарной столицы, тоже называющейся Солио. В отличив от многих миров Пограничья, на Солио II функционировало таможенное управление, где их документы прошли первую проверку. Найтхаука и Рождественского Пастыря развели по отдельным кабинкам.— Пожалуйста, предъявите ваш паспорт, сэр, — попросил компьютер.В стенке открылась ниша. Найтхаук положил в нее титановую пластину.— Благодарю вас. Присядьте.Найтхаук сел перед голографическим экраном.— Имя? — спросил компьютер.— Винс Лэндис.— В паспорте указано Винсент Лэндис.— Винс — сокращение от Винсент.— Проверяю… подтверждено. Планета рождения?— Серебряная Синь.— Из паспорта следует, что вы проживаете на Аристотеле.— Да, но я — студент и пребываю там временно. Мое постоянное место жительства — у родителей, на Серебряной Сини.— Проверяю… объяснение принимается. Возраст?— Двадцать один год.— Цель визита?— Научные исследования.— В какой области?— Видите ли, я специализируюсь по шифрам. Тема моего диплома — использование различных шифров Службами безопасности планет Внутреннего Пограничья. Я намерен посетить несколько миров и задать вопросы сотрудникам Служб безопасности касательно использования шифров в их повседневной работе.— Где вы остановитесь на Солио II?— Понятия не имею. Вы могли бы порекомендовать хороший отель?— Список отелей с указанием стоимости номеров будет приложен к вашей визе, — ответил компьютер. — Есть ли у вас оружие?— Я — студент, — улыбнулся Найтхаук. — Зачем мне оружие?— Вы не ответили на вопрос.— Нет, оружия у меня нет.— Страдаете ли вы какими-либо заболеваниями?— Нет.Компьютер вернул паспорт вместе с тридцатидневной визой и списком отелей».— Вы прошли таможенный контроль, Винсент Лэндис, — сообщил он.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26


А-П

П-Я