Все для ванной, ценник обалденный 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 





Мэри Хиггинс Кларк: «Мы еще встретимся с тобой»

Мэри Хиггинс Кларк
Мы еще встретимся с тобой



OCR Вера: vnevdakh@yandex.ru, Spellcheck — Оксана Львова
«Мэри Хиггинс Кларк. Мы еще встретимся с тобой»: Эксмо; Москва; 2004

ISBN 5-699-06650-6Оригинал:
“We'll Meet Again”

Перевод: И. Крупичева
Аннотация Хладнокровное убийство в высшем свете: череп преуспевающего врача проломлен ценной бронзовой статуэткой, и в убийстве обвиняется его прекрасная жена... Общество шокировано, однако через несколько лет молодая журналистка решает раз и навсегда разобраться в темной истории.Старые грехи. Старые тайны. И охотница вновь становится жертвой. Они встретились вновь, но чем закончится эта встреча? Мэри Хиггинс КларкМы еще встретимся с тобой Мэрилин, моему первенцу, с любовью Пролог "Обвинение докажет, что Молли Карпентер Лэш преднамеренно убила своего мужа, доктора Гэри Лэша. Когда он сидел за письменным столом спиной к ней, она пробила ему голову тяжелой бронзовой статуэткой. Затем миссис Лэш оставила мужа истекать кровью, а сама отправилась в спальню на втором этаже, легла в постель и уснула... " Репортеры, сидевшие за спиной защитника, яростно строчили в блокнотах, торопясь отписать статьи, чтобы те в срок появились на страницах газет. Журналистка-ветеран из «Уиминс ньюс уикли» принялась, как обычно, многословно излагать происходящее: «Сегодня утром в торжественной тишине зала суда исторического города Стамфорд, штат Коннектикут, начался процесс по делу Молли Карпентер Лэш, обвиняемой в убийстве своего мужа Гэри». Это событие освещали средства массовой информации всей страны. Репортер «Нью-Йорк пост» описывал внешность Молли, уделяя особенное внимание тому, как обвиняемая оделась для первого дня суда. Сногсшибательная женщина, думал он. Невероятное сочетание породы и красоты, само по себе редкое, а особенно в зале суда. Он отметил, как она сидела: прямая, почти царственная. Кто-нибудь наверняка назовет ее «вызывающе дерзкой». Репортер знал, что ей двадцать шесть лет. Она была изящна — с белокурыми волосами до плеч, в синем костюме и крохотных золотых серьгах. Он выворачивал шею до тех пор, пока не увидел обручальное кольцо на руке. Репортер отметил это в блокноте. Пока он наблюдал за подсудимой, Молли Лэш обернулась и оглядела зал, словно искала знакомые лица. На мгновение их взгляды встретились, и он отметил, что у нее глаза синие, опушенные длинными и темными ресницами. Пол Рейли из «Обсервера» записывал впечатления, которые произвела на него защита и все происходящее. Так как он работал в еженедельнике, то мог не торопиться с написанием статьи. «Молли Лэш смотрелась бы куда уместнее в загородном клубе, чем в зале суда», — написал Пол Рейли и посмотрел на родных Гэри Лэша, сидевших через проход. Свекровь Молли, вдова знаменитого доктора Джо-Натана Лэша, сидела рядом с сестрой и братом. На лице этой худощавой в свои шестьдесят женщины застыло суровое, каменное выражение. Совершенно ясно, решил репортер «Обсервера», если бы ей дали возможность, она бы с радостью сама сделала Молли смертельный укол. Рейли огляделся по сторонам. Родители Молли, приятная пара лет пятидесяти, выглядели напряженными, встревоженными и подавленными. Репортер записал это наблюдение в блокнот. В 10. 30 встал защитник и начал свою речь: — Обвинитель только что пообещал вам, что он, вне всякого сомнения, докажет вину Молли Лэш. Дамы и господа, я утверждаю, что показания говорят о невиновности моей подзащитной. На самом деле она такая же жертва этой ужасной трагедии, как и ее муж. Когда вы услышите все свидетельские показания по этому делу, вы убедитесь в том, что Молли Карпентер Лэш вернулась домой восьмого апреля после восьми часов вечера, проведя неделю в своем доме на мысе Код. Она обнаружила своего мужа Гэри в кабинете. Он лежал на письменном столе. Молли прижалась губами к его губам, пытаясь оживить его. Она услышала его последние вздохи. Когда Молли поняла, что ее муж мертв, она поднялась наверх и, совершенно обессиленная, упала без чувств на постель. Молли сидела за столом защиты и слушала спокойно и внимательно. Это все слова, сказала она себе, они не могут причинить ей вреда. Она чувствовала, что ее разглядывают с любопытством и осуждением. Кое-кто из старинных друзей подошел к ней в коридоре, поцеловал в щеку и пожал руку. Дженна Уайтхолл, корпоративный юрист, с которой они дружили со старших классов школы, была среди них. Ее муж Кел председательствовал в совете клиники Лэша и местной ХМО ХМО (англ. НМО) — организация здравоохранения, имеющая свою больницу или группу медицинских учреждений для лечения членов этой организации, вносящих средства в ее фонд и имеющих право в случае заболевания обратиться в любую из ее клиник. — (Прим. пер.)

«Ремингтон», которую основал Гэри вместе с доктором Питером Блэком. Молли подумала о том, что и Дженна, и Кел были очень добры к ней. В последнее время, когда ей хотелось уехать подальше от всего, она не раз останавливалась у Дженны в Нью-Йорке. И это ей очень помогло. Дженна и Кел по-прежнему жили в Гринвиче, но у них была еще и квартира на Манхэттене, где Дженна часто оставалась ночевать среди недели. Молли видела в коридоре и доктора Питера Блэка. Он всегда был очень любезен, но теперь, как и мать Гэри, игнорировал ее. Питер и Гэри подружились во время учебы в медицинском институте. Молли гадала, сможет ли Питер заменить Гэри и возглавить одновременно и клинику Лэша, и ХМО. Вскоре после смерти Гэри совет избрал Питера исполнительным директором, а Кел Уайтхолл остался председателем. Молли сидела, ничего не замечая вокруг, а судебное заседание шло своим чередом. Обвинитель начал вызывать свидетелей. Они входили, отвечали на вопросы прокурора и уходили, но Молли не различала лиц, а голоса звучали неясным шумом в ушах. Наконец настала очередь приходящей экономки Эдны Барри, полной шестидесятилетней женщины. — Я пришла, как обычно, в понедельник, в восемь часов утра, — начала она. — Это было девятого апреля? — Да. — Как долго вы работали у Молли и Гэри Лэш? — Четыре года. Я начала работать еще у миссис Карпентер, когда Молли была совсем маленькой. Она всегда была такой милой. Мать Молли злило, когда экономка называла дочь по имени, а Молли ее — миссис Барри. Но Молли было все равно. Эта женщина знала ее с детства. Молли заметила, что миссис Барри участливо смотрит на нее, и поняла, что женщина не хочет причинить ей вреда. Но экономка непременно расскажет, в каком виде она нашла свою хозяйку. И миссис Барри знает, как это будет воспринято. — Я удивилась, потому что в доме горел свет, — продолжала свидетельница. — Дорожная сумка Молли стояла в холле, и я поняла, что она вернулась. — Миссис Барри, опишите, пожалуйста, первый этаж дома. — Прихожая очень большая. Ее скорее можно назвать холлом. Когда в доме бывали вечеринки, гостям там подавали коктейли перед ужином. Гостиная находится прямо за холлом, напротив входной двери. Столовая расположена слева, туда ведет широкий коридор. Кухня и маленькая гостиная также расположены в этом крыле, а библиотека и кабинет доктора Лэиш занимают крыло справа от входа. Молли вспомнила, что она рано вернулась домой. Машин на шоссе оказалось немного, и она приехала раньше, чем думала. У нее была только одна сумка, и она внесла ее в дом. Потом она заперла дверь, окликнула Гэри и сразу же направилась к нему в кабинет поздороваться. — Я прошла на кухню, — рассказывала миссис Барри. — Там на столе стояли стаканы и поднос с сыром и крекерами. — Вас это удивило? — Да. Молли всегда убирала все сама, если накануне кто-то заглядывал в гости. — А как насчет доктора Лэша? — поинтересовался обвинитель. Эдна Барри снисходительно улыбнулась. — Ну, вы же знаете мужчин. Доктор не любил убирать за собой. — Они помолчала и нахмурилась. — В этот момент я поняла: что-то не так. Я решила, что Молли заходила домой, а потом снова уехала. — Зачем ей это было делать? Молли видела, что миссис Барри колеблется. Экономка снова посмотрела на нее. — Когда я приходила в пятницу, Молли не было дома. Она уехала на мыс Код в прошлый понедельник. Она мне показалась страшно расстроенной. — Расстроенной? Почему вы так решили? Вопрос прозвучал быстро и неожиданно. Молли сознавала, что обвинитель относится к ней враждебно, но это ее почему-то не волновало. — Собирая сумку, Молли плакала. И я видела, что она сердится. Вообще-то ее непросто вывести из себя. С Молли всегда было легко. Я проработала в доме много лет, но ни разу не видела ее такой расстроенной. Она все повторяла: "Как он мог? Как он мог? " Я спросила, могу ли я чем-то помочь. — И что вам ответила миссис Лэш? — Молли сказала: «Вы можете убить моего мужа». — "Вы можете убить моего мужа"? — Я знала, что она это сказала не всерьез. Я подумала, что они поссорились, и Молли решила уехать, чтобы немного остыть. — Часто миссис Лэш вот так срывалась? Просто собирала вещи и уезжала? — Видите ли, Молли нравится мыс Код. Она говорит, что там ей легче думается. Но на этот раз все было иначе. Я никогда не видела, чтобы Молли вот так уезжала, такая расстроенная. — Экономка снова сочувственно посмотрела на нее. — Хорошо, миссис Барри. Давайте вернемся к событиям понедельника девятого апреля. Что вы сделали после того, как увидели неубранную кухню? — Я пошла посмотреть, не у себя ли в кабинете доктор Лэш. Дверь была закрыта. Я постучала, мне никто не ответил. Я повернула ручку. Я еще тогда заметила, что она липкая. Потом я толкнула дверь и увидела его. — Голос Эдны Барри задрожал. — Доктор Лэш сидел в своем кресле за столом. На его голове засохла кровь. Кровь была всюду. На нем, на столе, на кресле, на ковре. Я сразу поняла, что он мертв. Молли слушала негромкий голос экономки, а перед глазами снова вставали события того субботнего вечера. Вот она приехала домой, вошла, заперла дверь, прошла в кабинет. Она была уверена, что Гэри там. Дверь была закрыта. Она открыла ее... Что случилось потом, Молли не помнила. — И что же вы сделали, миссис Барри? — спросил обвинитель. — Я сразу же набрала 911. Потом я подумала о Молли. Вдруг она тоже ранена? Я побежала наверх, в спальню. Когда я увидела ее на кровати, то решила, что она тоже умерла. — Почему вы так решили? — Потому что у нее на лице запеклась кровь. Но тут Молли открыла глаза, улыбнулась мне и сказала: "Привет, миссис Барри. Я, кажется, проспала? " Молли помнила, как подняла глаза на миссис Барри и сообразила, что даже не раздевалась. На мгновение она решила, что с ней произошел несчастный случай. Ее одежда была в пятнах, руки испачканы чем-то липким. Она чувствовала себя слабой, плохо понимала, где находится. Молли тогда еще подумала, не в больнице ли она и не ранен ли Гэри тоже. Но тут забарабанили в дверь внизу, и через секунду в доме появилась полиция. Свидетели продолжали по очереди давать показания, но Молли не понимала почти ни слова. Она едва замечала, как проходят дни суда, как она входит в зал и покидает его, как сменяют друг друга люди на свидетельском месте. Молли слышала, как давали показания Кел и Дженна Уайтхолл, за ними Питер Блэк. Кел и Питер рассказали, что в то воскресенье позвонили Гэри и предупредили, что заедут. Они сразу почувствовали неладное. Оказалось, что Гэри был очень расстроен, потому что Молли узнала о его романе с Анна-Марией Скалли. Гэри рассказал, что Молли провела всю неделю в их доме на мысе Код. Жена не стала с ним разговаривать, когда он позвонил, и бросала трубку всякий раз, как слышала его голос. Обвинитель задал вопрос: — Как вы прореагировали на признание доктора Лэша в том, что у него связь на стороне? Кел сказал, что они были очень обеспокоены этим. Их волновал и брак Лэшей, и то, какой вред мог нанести репутации клиники скандал, в котором замешаны доктор Лэш и молоденькая медсестра. Гэри заверил их, что никакого скандала не будет. Анна-Мария собиралась уехать из города. Ребенка, которого она ждала, молодая женщина планировала отдать на усыновление. Адвокат Гэри договорился с ней. Мисс Скалли уже подписала соглашение и должна была получить семьдесят пять тысяч долларов отступного. «Анна-Мария Скалли», — повторила про себя Молли. Хорошенькая, темноволосая, сексапильная молодая медсестра. Они встречались в клинике. Любил ли ее Гэри или это была просто интрижка, которая вышла из-под контроля, когда Анна-Мария забеременела? Теперь ей уже не узнать об этом. Осталось столько вопросов без ответов. Любил ли ее Гэри? Или их семейная жизнь была лишь притворством? Нет. Молли покачала головой. Слишком больно так думать. Затем место свидетеля заняла Дженна. Молли знала, что подруге будет тяжело давать показания, но обвинитель вызвал ее в суд повесткой, и выбора у нее не было. — Да, я действительно звонила Молли на мыс Код утром того дня, когда умер Гэри, — Дженна не стала этого отрицать. — Молли рассказала о связи мужа с Анна-Марией и о том, что эта женщина беременна. Молли была просто убита. И Молли снова перестала различать слова. Что-то спрашивал обвинитель... Кажется, была ли Молли рассержена. Дженна ответила, что Молли была расстроена. В конце концов Дженна признала, что да, Молли была очень сердита на Гэри. — Молли, вставайте, судья покидает зал. Филип Мэтьюз, адвокат, поддержал ее под локоть и заставил подняться. Он не выпустил ее руки, помогая держаться прямо, пока они выходили из зала суда. В коридоре ее ослепили вспышки фотокамер. Филип торопливо провел свою подзащитную сквозь толпу и поспешно усадил в машину. — С вашими родителями мы встретимся дома, — сказал он, когда автомобиль тронулся с места. Родители Молли прилетели из Флориды, чтобы быть с ней рядом. Они хотели, чтобы дочь переехала из того дома, где был убит Гэри, но она не могла этого сделать. Дом подарила ей бабушка, и Молли его очень любила. По настоянию отца она все-таки сменила обстановку в кабинете Гэри. Всю мебель отдали на благотворительность. Со стен содрали тяжелые панели из красного дерева, вывезли коллекцию мебели и произведений искусства в колониальном стиле, которую собирал Гэри.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39


А-П

П-Я