https://wodolei.ru/catalog/vanny/small/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Если смотреть далеко вперед, то план полковника Суна и его друзей выигрывал во всех отношениях. Пусть президент США настаивает на переговорах, на заключении мирного договора между двумя корейскими государствами. Скоро правительства США и союзных государств убедятся, что их победа была пирровой.
Приближался рассвет. Нужно торопиться. Полковник Сун и капрал Конг спрятали пистолеты стволами вверх под левую руку. В темноте они неслышно подошли к палатке Ки-Су. Часовой, грудь которого украшали медали, а лоб прорезал глубокий шрам, придававший его лицу зловещее выражение, четко отдал честь.
Отбросив брезентовый полог, полковник Сун вошел в палатку. У него не оставалось ни малейших колебаний, хотя он не мог не сочувствовать Ки-Су. Сун прочел его личное дело и искренне уважал этого ветерана северокорейской армии. Он родился во вторую мировую войну, его отцом был японский солдат, а матерью – корейская проститутка. Ки-Су приложил немало сил, чтобы смыть пятно позора и преодолеть комплекс неполноценности. Он получил диплом инженера связи, потом был призван в армию, где сделал неплохую Шфьеру. Печально, что ему суждено в лучшем случае умереть, в худшем – быть обвиненным в измене. У Ки-Су были жена и дочь, поэтому полковник Сун надеялся, что северокорейский офицер проявит достаточно благоразумия. Из кобуры, висевшей на стуле, адъютант Суна вытащил пистолет ТТ-33 и сунул его себе за пояс, а Сун опустился на колено возле койки Ки-Су, одной рукой оперся на подушку, а другой приставил пистолет к левому уху офицера северокорейской армии.
От толчка стволом пистолета Ки-Су мгновенно проснулся.
– Не двигайтесь, полковник.
Ки-Су дернул головой, попытался подняться, но Сун прижал его к койке.
– Я сказал – не двигайтесь.
Ки-Су Прищурился, в полумраке с трудом разглядел лицо.
– Сун?
– Да. Слушайте меня внимательно, полковник.
– Я не понимаю, что...
Ки-Су еще раз хотел было приподняться, но ствол пистолета только сильнее уперся ему в ухо.
– Полковник, у меня нет времени на пустые игры. Мне нужна ваша помощь.
– Помощь в чем?
– Мне нужно знать код изменения координат цели для запуска «нодонгов».
– Но в ваших бумагах ничего не говорится о...
– Полковник, поступил новый приказ. Без вашей помощи его будет трудно выполнить. Вы можете облегчить нам работу и спасти себе жизнь. Ваше решение?
– Мне нужно знать, кто отдал вам приказ.
– Ваше решение, полковник?
– Я не могу направить ракеты, не зная, куда они полетят! Сун встал, но его пистолет был нацелен в голову Ки-Су. Он поступает так, как и следует поступать хорошему офицеру, подумал Сун. Нужно отдать ему должное.
– Они будут нацелены не на эту страну, полковник. Больше я ничего не могу сказать.
Ки-Су перевел взгляд с Суна на его адъютанта.
– Кто вас послал?
Полковник Сун сделал короткое движение правой рукой. Раздался негромкий хлопок, а потом послышалось шипение расширяющихся газов – звук выстрела из пистолета с глушителем. Левую руку Ки-Су швырнуло к постели, он вскрикнул и правой рукой зажал кровоточащую рану.
Через несколько секунд возле палатки зашуршали чьи-то шаги. Сун увидел, что в соседней палатке зажегся свет.
– Что случилось, товарищ полковник?
Капрал Конг встал у входа в палатку, направив на проем ТТ-33 и свой «браунинг».
Полковник Сун снова нацелил пистолет в голову Ки-Су.
– Скажите своему адъютанту, что у вас все в порядке, – прошептал он.
Подавив желание застонать от боли, Ки-Су откликнулся:
– Я... Я просто споткнулся.
– Вы что-нибудь ищете, товарищ полковник? У меня есть фонарь.
– Нет! Благодарю, ничего не нужно.
– Слушаюсь, товарищ полковник.
Адъютант вернулся в свою палатку.
Сун бросил взгляд на северокорейского офицера:
– Конг, разорвите простыню и перевяжите руку полковнику.
– Не подходите ко мне! – прошипел Ки-Су. Он стянул с подушки наволочку и прижал ее к ране. Сун выждал с минуту, потом сказал:
– Следующий выстрел будет не в руку. Полковник, мне нужен код.
Ки-Су отчаянно пытался сохранить самообладание.
– Пять-один-четыре-ноль в нижнем ряду... Этот код даст вам доступ в систему наведения. Ноль-ноль-ноль-ноль в среднем ряду.., стирает старые координаты цели и позволяет их изменить. После этого цифры, введенные в нижний ряд, будут означать координаты новой цели...
Координаты. В Южной Корее это слово по отношению к «нодонгам» звучало издевкой. Американские системы наведения управлялись встроенными топографическими картами и фотографиями, поступившими со спутников и самолетов-шпионов. Ракеты с такими системами наведения могли отыскать нужный джип в огромном военном лагере, их можно было направить так, что они упали бы на колени одному из пассажиров. Что же до «нодонгов», то они могли лететь только по одному из трехсот шестидесяти направлений, а угол подъема ракеты устанавливали в зависимости от того, как далеко располагалась цель. Навести ракету на определенный квартал города было невозможно.
Но Суну и не нужно было подвергать ракетному удару определенный квартал. Он хотел атаковать огромный город, а где именно в этом городе упадет ракета, ему было неважно.
– Когда происходит смена караула на холмах? – спросил Сун.
– Их.., сменят.., в восемь.
– Начальник караула доложит вам? Ки-Су кивнул.
– Я оставляю здесь капрала Конга, – сказал Сун. – Палатка должна быть закрыта, вы никого не будете принимать. Если вы не выполните любое распоряжение Конга, он вас тут же убьет. Мы пробудем недолго, потом вы снова сможете командовать своими установками.
Прижимая правой рукой наволочку к ране, Ки-Су поморщился:
– Меня разжалуют.
– У вас есть семья, – напомнил ему Сун. – Вы правильно поступили, вспомнив о родных.
Полковник Сун повернулся и направился к выходу.
– Ракеты нацелены на Сеул. Какая цель может быть важнее Сеула?
Сун не ответил. Очень скоро не только Ки-Су, но и весь мир узнает, что это за цель.

Глава 67
Среда, 07 часов 10 минут, Осака

– Генерал Роджерс, я думал, что мы летим в теплый солнечный уголок!
Подполковник Скуайрз и все другие члены отряда «Страйкер» смотрели в иллюминаторы на темные воды залива Изе. На подходе к Осаке даже рев двигателей самолета не мог заглушить шум проливного дождя. На Роджерса подобные несоответствия всегда производили большое впечатление – как звук арфы в большом оркестре. Численность отряда «Страйкер» тоже не соответствовала важности выполняемых им задач. Начиная от поединка Давида с Голиафом и кончая американской революцией численность и сила не всегда гарантировали преимущество и победу. Когда-то драматург Питер Барнс написал о тщедушном ростке, который пробился сквозь бетон, и именно этот образ, а не исторические личности вроде Эндрю Джексона, Тедди Рузвельта или Джозефа Чемберлена, помогали Роджерсу в самых сложных ситуациях. Он даже попросил сестру вышить символ ростка на своем вещевом мешке, чтобы он всегда напоминал ему о спасительном образе.
Из размышлений Роджерса вывел рядовой Пакетт. Отдав честь, Пакетт бросил:
– Разрешите обратиться, сэр! Роджерс снял наушники.
– В чем дело Пакетт?
– Сэр, генерал-майор Кэмпбелл сообщает, что нас ждет готовый к взлету самолет С-9А.
– Пусть оставит себе эту громадину, – сказал Скуайрз. – Мы полетим над Северной Кореей на невооруженном «найтингейле».
– Что касается меня, я бы предпочел старый добрый «блэкхок», – заметил Роджерс, – но у нас могут возникнуть проблемы с дальностью полета. Благодарю вас, рядовой Пакетт.
– Не за что, сэр.
Пакетт вернулся на свое место, и Скуайрз улыбнулся.
– Джонни Пакетт – отличный солдат, сэр. Говорит, что, когда он был ребенком, у его отца была любительская радиостанция, он сам собрал ее из старых деталей.
– Примечательный факт. Прежде люди часто обучались одному делу, а добивались успеха в другом.
– Вы правы, сэр. Только если ему не удается достичь настоящего мастерства, то он остается вообще ни с чем. Как мой отец, который хотел стать футболистом.
– А вы?
– Надеюсь, что я нашел свое дело.
– От отца вам достались честолюбие и целеустремленность, не так ли? Король Артур не мог сам отправиться на поиски святого Грааля. Моисею не было позволено перейти реку Иордан. Но они вдохновили других.
Скуайрз покосился на генерала:
– После таких слов я чувствую себя неловко – я ведь так и не написал домой.
– Вы сможете послать отцу открытку из Осаки на обратном пути.
Роджерс почувствовал, что самолет накренился и повернул на юго-запад. На обратном пути. При этих словах всегда комок застревал в горле. Солдат никогда не может быть уверен, что вернется домой, он может только надеяться. Но слишком часто надежды не сбывались, и осознание этого очевидного факта часто заставало врасплох даже бывалых ветеранов. Как уже с ним не раз бывало, Роджерс вспомнил строки Теннисона:
Сраженного воина принесли домой.
Она не причитала, не плакала.
И, глядя на нее, служанки сказали:
«Если она не выплачется, то умрет».
Транспортный самолет приземлился, и солдаты отряда «Страйкер», сопровождаемые жалобами капитана Харрихаузена на отвратительную погоду, бегом направились к ждавшему их реактивному самолету. Через четыре минуты после того, как открылся люк С-141, отряд снова был в воздухе.
Под проливным дождем изящный военный самолет быстро набрал высоту и взял курс на северо-запад. Как и в большом транспортном самолете, участники операции расположились на лавках вдоль бортов, но теперь настроение солдат было совсем другим. Если на пути к Осаке они дремали, играли в карты или читали, то здесь все занялись делом. Они проверяли свое снаряжение, перебрасывались отрывочными фразами, некоторые бормотали короткие молитвы. Рядовой Басе Мур отвечал за парашюты и теперь в последний раз осматривал свое хозяйство. Пробиваясь сквозь постепенно редевшую пелену дождя, преодолевая сильный порывистый ветер, самолет летел низко над Японским морем.
На борту находился и офицер из Сеула, который теперь согласовывал с подполковником Скуайрзом тактику эвакуации отряда после выполнения операции. Для этого будет подготовлен вертолет S-70 «блэкхок», который пересечет демилитаризованную зону и доберется до Алмазных гор за считанные минуты. Одиннадцатиместный вертолет будет вооружен двумя пулеметами М-60 бокового обстрела. При эвакуации пулеметы могут оказаться самым весомым аргументом. Когда до десантирования оставалось лишь двадцать минут, Роджерс подозвал Пакетта и попросил его установить связь с Худом.
Директор Оперативного центра был настроен более решительно, чем когда бы то ни было на памяти Роджерса, и это радовало генерала.
– Майк, я все больше убеждаюсь в том, что вы будете в самом центре событий.
– Что случилось?
– Президент придерживается иной точки зрения, но мы уверены, что все организовано какой-то очень воинственной южнокорейской группировкой. Нам стало известно, что в Японском море некий гидросамолет снял с парома двух человек. Пилот гидросамолета так нервничал, что при посадке разбил машину и во всем признался береговой охране. Он сказал, что доставил двух человек с парома в Косон.
– В Косон? Это в двух шагах от «нодонгов».
– Вот именно. А на пароме остались два трупа. Убитые перевозили деньги из Японии в Северную Корею. Десятки тысяч долларов, заработанные на азартных играх.
– Для северян это очень крупная взятка. Большинство этих сукиных детей продали бы родную мать за тысячу долларов.
– Такого же мнения придерживается и Боб Херберт. Мы не можем быть уверены, что с помощью этих денег члены южнокорейской группировки собираются захватить «нодонги» в Алмазных горах, но не учитывать такую возможность мы не вправе.
– Отсюда следует, что мы должны добраться до ракет и выяснить ситуацию на месте.
– Совершенно верно. Прошу прощения, Майк, я понимаю, что это не простая операция, но ты прав.
– Тебе не в чем извиняться. Это наша работа. Перефразируя Джорджа Чепмена Джордж Чепмен (1559 – 1634) – английский писатель и переводчик Гомера.

, я бы сказал: «Когда нам угрожают, мы становимся львами».
– Конечно. И как сказал Керк Дуглас Керк Дуглас (1918) – американский киноактер, снимавшийся в амплуа мужественных героев.

в «Чемпионе»: «У нас такая же работа, как и у всех других, только иногда проливается кровь». Будь осторожней, передай Чарли и другим мои лучшие пожелания.
– Десять минут! – донесся до Роджерса голос Скуайрза.
– Все понятно, Пол, – сказал Роджерс. – Когда мы что-нибудь узнаем, я свяжусь с тобой по радио. И, если тебя это в какой-то мере утешит, я предпочту встретиться с пулями, только не с журналистами. Тебе тоже удачи.

Глава 68
Среда, 07 часов 20 минут, демилитаризованная зона

Сон как рукой сняло, как только вошел адъютант. Генерал Шнейдер помнил лишь, что во сне он где-то катался на лыжах и это доставляло ему огромное удовольствие. Сухой ночной воздух вернул Шнейдера к гораздо менее приятной реальности.
– Сэр, вас вызывает Вашингтон.
– Президент?
– Нет, сэр, не тот Вашингтон. Мистер Боб Херберт из Оперативного центра.
Шнейдер вполголоса выругался:
– Наверно, они хотят, чтобы я надел смирительную рубашку на этого несчастного Доналда.
Генерал сунул ноги в тапочки, подошел к столу и, с удовольствием опустившись во вращающееся кресло, взял трубку.
– Генерал Шнейдер слушает.
– Генерал, это Боб Херберт, руководитель отдела разведки Оперативного центра.
– Слышал о вас. Вы были в Ливане?
– Да. У вас отличная память.
– Боб, я никогда не забываю наши глупости. То чертово посольство словно приглашало в гости террористов. Там не было никаких укреплений, даже тяжелых баррикад с фасада, ничего, что могло бы остановить террориста, который вознамерился доставить грузовик к порогу Аллаха. – Шнейдер откинулся на спинку кресла и поморгал, пытаясь прогнать сон. – Но хватит о старых ошибках. Полагаю, вы звоните, чтобы мы не совершили новую.
– Надеюсь, это нам удастся, – сказал Херберт.
– Да-а, не понимаю, что на него нашло, словно нечистая сила вселилась.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43


А-П

П-Я