Никаких нареканий, доставка мгновенная 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Мне Хьюго понравился с самого начала, но хотя я очень скоро поняла, что он именно тот человек, который может сделать тебя счастливой, я не могла настаивать, чтобы ты вышла за него. Ведь я тогда считала, что тебе придется жить здесь, в зависимости от своего деда. Однако Хьюго поделился со мной своим планом отремонтировать Довер-Хаус, если только ты не будешь против, — лично я не вижу причины в обратном, милочка, поскольку он говорит, что привидение — это лишь уловка Сперстоу, который хочет, чтобы все держались от дома подальше. Меня это нисколько не удивляет, потому что мне никогда не правился этот человек. А если там и в самом деле водится привидение, жить с ним не хуже, чем с твоим дедушкой, поскольку никто не может быть сварливее его, а уж привидение — тем более! Во всяком случае, я так считаю. Ты только подумай, Антея, Хьюго хочет, чтобы и я там жила! Конечно, я отказалась, но мне было очень приятно. Конечно, я немного всплакнула. — Миссис Дэрракотт замолчала, чтобы вытереть слезы, которые снова покатились у нее по щекам. — Хьюго так добр! — призналась она. — Ты не думай, что я не была предана твоему бедному отцу, но никто не мог бы назвать его человеком, на которого можно положиться. О, какое облегчение иметь такого мужчину, как Хьюго, к которому можно в любое время обратиться! Согласись, милочка, в больших, спокойных мужчинах что-то есть. Это так смешно, — добавила она с неловкой улыбкой. — Хьюго говорит, если ты не выйдешь за него, он еще настоятельнее будет просить меня переселиться в Довер-Хаус, чтобы вести там хозяйство. Пришлось над ним посмеяться, хотя я, естественно, побранила его за такие глупые разговоры. И хотя я не давлю на тебя, мое милое дитя, одно могу сказать: ничто не осчастливит меня, как ваш с ним брак, — и не дуйся, бесполезно, потому что, если ты не любишь его, одно можно сказать: ты отвратительная вертихвостка! И мне жаль, что Бог наградил меня таким ребенком! А что касается того, что ты отказываешься выйти за него, потому что он оказался гораздо состоятельнее, чем мы ожидали, то абсурднее я ничего не слышала в жизни!
Так мисс Дэрракотт с негодованием поняла, что лучшая часть ее семейства считает часы до объявления ее помолвки. На следующий день она откровенно проинформировала своего поклонника, что ничто не вынудит ее доставить удовольствие некоторым людям, которых она очень неприлично обозвала кучкой вульгарных любопытных сплетников.
Майор выслушал это заявление с явной невозмутимостью и даже больше: сказал, что его устроит, если они отложат объявление помолвки до тех пор, пока они (как он выразился) не освободятся от присутствия семейки дядюшки Мэтью.
— А это произойдет в скором времени — после того, как я вернусь из Хаддерсфильда, о чем тетушка Аурелия говорила вчера вечером. Мне нужно поехать туда, любовь моя, потому что, когда меня призвали в армию перед Ватерлоо, у меня не было времени, и я переложил все свои заботы, если можно так выразиться, на плечи Джоунаса Генри. Да, это кое-что мне напомнило! Когда мой дедушка умер, Джоунас снял у меня Аксби-Хаус, и у меня создалось такое впечатление, что он будет рад, если я его ему продам. А теперь скажите мне, любовь моя: продавать или нет?
— Думаю, вы можете поступать как вам угодно.
— Нет, любовь моя! — убеждал ее Хьюго.
— Я только хотела сказать… как мне может нравиться дом, если я его никогда не видела? — сказала Антея. — Хотя, признаюсь, мне бы хотелось посмотреть на то место, где вы родились.
— Ну, я родился не в Аксби-Хаус, поэтому решено! — весело сказал майор. — Скажите-ка мне, как вы считаете, Ричмонд захочет поехать со мной?
Антея бросила на него быстрый взгляд:
— Ричмонд? Зачем, Хьюго?
— Просто для компании, — сказал он с невинным видом. — Возможно, ему интересно будет посмотреть страну, ведь у него до сих пор не было возможности.
— Я бы сказала, что он с удовольствием бы поехал, но не думаю, что именно это вы имеете в виду, — сказала Антея уклончиво. — Знаю, вы мне не признаетесь, поэтому не буду тратить понапрасну силы, убеждая вас. Я только хочу, чтобы вам удалось уговорить дедушку отпустить Ричмонда, но очень сомневаюсь, что это удастся. Дедушка подозрительно относится к вам, Хьюго. Вы об этом знаете? Он опасается, что вы можете поощрять мечту Ричмонда стать военным.
Он кивнул:
— Да, я знаю. И он в этом прав, если уж на то пошло! И я намерен пойти дальше: то-то еще будет! И это еще одна причина, любовь моя, по которой вам следует выйти за меня.
Подобное откровение не могло остаться незамеченным.
— Хотите сказать, — задумчиво произнесла Антея, — что вы не станете помогать Ричмонду, если я не выйду за вас замуж?
— Нет, любовь моя, — ласково ответил майор. — Я не стану держать пистолет у вашего виска. Я сделаю для Ричмонда все, что смогу, в любом случае, но я оказался бы в лучшем положении, если бы стал ему более близким родственником, а не только одним из кузенов.
— Какое облегчение знать, что если я совершу такую глупость и стану вашей женой, то буду зависеть от мужа, который без колебаний выбьет почву у меня из-под ног, если я попытаюсь в чем-то опередить его! — заметила Антея. — Позвольте мне сказать, — добавила она с видимым негодованием, — что ваш обиженный вид нисколько меня не трогает, потому что вам было прекрасно известно, что я пыталась посмеяться над вами!
Глава 17
Первой реакцией Ричмонда на предложение сопровождать своего кузена в Йоркшир был искрящийся взгляд, выражающий удивление и удовольствие одновременно. Однако за этим почти немедленно последовал невнятный отказ:
— Спасибо! Я был бы счастлив… Мне бы хотелось… но… я не знаю. Это, наверное, невозможно: дедушка…
— Об этом не беспокойся, — сказал Хьюго с ухмылкой. — При желании ты вполне можешь обвести своего деда вокруг пальца.
Ричмонд рассмеялся, но отрицательно замотал головой:
— Не всегда. Когда вы намереваетесь отправиться в путь?
— В следующую среду, но если тебе это не совсем подходит, я могу изменить дату, — услужливо предложил Хьюго.
— В следующую среду! О! — повторил Ричмонд. Он поднял глаза вверх, чувствуя на себе загадочный взгляд синих глаз своего кузена, покраснел и поспешно добавил: — Это даст мне время обвести его вокруг пальца! Спасибо! Мне бы хотелось поехать с вами… если удастся…
Хьюго показалось, что нерешительность Ричмонда коренится в чем-то ином, а не в неуверенности добиться согласия лорда Дэрракотта, но в чем — догадаться было трудно. Если бы луна была на ущербе, Хьюго мог бы заподозрить, что Ричмонд намеревается выйти в море на «Чайке», чтобы подобрать контрабандный груз, но контрабандисты не выходят в море в лунные ночи, а до полной луны оставалось всего несколько дней. Если же контрабанду прячут в Довер-Хаус, вряд ли Ричмонд сочтет необходимым принимать участие в ее переправке оттуда. Вероятность, что он предпочтет риск подобного предприятия удовольствию пропутешествовать в Йоркшир, пришла в голову майору, но он отбросил ее: Ричмонд был уже почти готов уцепиться за предоставленную ему возможность. Ясно, что последовавшая за этим нерешительность возникла вследствие какой-то запоздалой мысли.
Майор предпочел ни о чем не расспрашивать. Ричмонд ясно дал понять, что не доверяет ему, поэтому настойчивость в расспросах не кончится ничем хорошим, а лишь вызовет его враждебность. Во время разговора в спальне Ричмонда в его глазах на какое-то мгновение мелькнула настороженность. Возможно, Ричмонд, считая своего кузена недругом, только и поджидает, пока тот не будет стоять у него на пути, чтобы продолжить свое противоправное деяние, которое он держит про запас.
От этого досадного подозрения Хьюго не избавился, даже когда узнал, что Ричмонд поставил лорда Дэрракотта в известность о предложении своего кузена. Однако сказать его светлости и уговорить его дать свое согласие — совершенно разные вещи. Ричмонд был вынужден сказать деду, но как он это преподнес, Хьюго не знал. Если он воспользовался льстивыми приемчиками, его попытка вряд ли увенчается успехом. Когда вечером его светлость остался наедине со своими внуками (дамы и Ричмонд, который редко засиживался допоздна, отправились спать), он бросил устрашающий взгляд на майора и потребовал объяснений — какого дьявола ему понадобилось приглашать Ричмонда в утомительное путешествие, после которого мальчик наверняка сляжет в постель.
— Не думаю, что это его так утомит, сэр, — отвечал Хьюго с хладнокровием, которому сильно удивились его кузены.
— Много ты знаешь! — рявкнул милорд. — Да будет тебе известно, твой способ путешествовать для Ричмонда вовсе не подходит!
— Не бойтесь! — заверил его Хьюго, понимающе сверкнув глазами. — Я буду путешествовать в почтовой карете. Мне не важно, сколько времени займет дорога: я не позволю мальчику свалиться с ног от усталости.
Получив отпор по этому пункту, его светлость принялся обличать почтовые станции, которые, по его мнению, все без исключения придерживаются обычая всеми имеющимися под рукой средствами сделать пребывание своих визитеров не только неудобным, но и зачастую фатальным.
Прислушиваясь с удивлением к такой строгой и суровой критике, Клод не удержался от протеста.
— Нет-нет, сэр! — искренне произнес он. — Уверяю вас! Вы заблуждаетесь! Осмелюсь предположить, что так оно и было в ваше время, но теперь все по-другому. Любого спросите! Нет никаких причин полагать, что юный Ричмонд будет спать под влажными простынями или его будут кормить одной рыбой. Более того, если желаете знать мое мнение, то для того, чтобы он слег в постель, ему потребуется больше, чем прогулка в дилижансе, не говоря уже о путешествии в фаэтоне, запряженном четверкой лошадей.
— Я не желаю знать твоего мнения, бездельник! — рыкнул его светлость, слова сыпались со скоростью хлыста. — Держи язык за зубами!
— Да, сэр! С радостью! — сказал уязвленный Клод. — Я не хотел вас обидеть. Хотя я думал, что, возможно, вы захотели бы узнать правду.
— Думал, что я захотел бы узнать правду?!
— Нет-нет! Я сказал не подумав, — торопливо оправдывался Клод. — Я понимаю, что вы не хотите.
— Нет никакой необходимости поднимать вокруг этого такую суматоху, — вмешался Хьюго. — Мне будет приятна компания мальчика, я прослежу, чтобы с ним ничего не случилось. Думаю, ему понравится путешествие. Больше не о чем и говорить.
Его глубокий спокойный бас, казалось, возымел на лорда Дэрракотта успокаивающее действие. Бросив на Клода пристальный взгляд, его светлость отвернулся, чтобы поставить Хьюго в известность недовольным, но уже более умеренным тоном, что Ричмонд не найдет ничего интересного в таком захудалом месте, как Хаддерсфильд. Однако милорд очень скоро был переубежден, отчего снова потерял терпение и сказал, вцепившись руками в подлокотники кресла:
— Очень хорошо, сэр! За что боролись, на то и напоролись! Чем меньше Ричмонд будет находиться в твоем обществе, тем приятней это будет для меня. С меня и так достаточно неприятностей, и я больше не хочу! До того как ты сюда приехал, чтобы снова взбаламутить его, мальчик уже был на правильном пути и почти позабыл о той нелепой идее, будто для него нет ничего лучше службы в армии. Я-то знаю, что это была лишь глупая мальчишеская фантазия, которую он быстро выбросит из головы, но я не хочу рисковать, позволив тебе будоражить его, поэтому даже и не думай об этом!
Хьюго стоял и безразлично смотрел на милорда, поэтому первым заговорил Винсент. Он прислушивался к разговору с саркастической ухмылкой на лице, но при этих словах неожиданно сказал:
— Боюсь, сэр, что подобная попытка со стороны моего кузена будет задачей невыполнимой. Если судить по тому признанию, которое сделал мне Ричмонд, когда я возил его с собой в «Семь дубов», то он до сих пор не избавился от этой «нелепой» идеи. Хотя, что правда, то правда, она смертельно ему наскучила.
Лорд Дэрракотт вытаращил на него глаза:
— Неужели?! Ну, если он еще от нее не избавился, значит, сделает это в скором времени! Я никогда не дам тебе своего согласия, ты меня слышишь? Боже правый, он же такой хилый мальчик! Это его сразу же убьет!
Забыв об осторожности, Клод бросил недоверчиво:
— Что такое, это Ричмонд-то хилый? Вот никогда бы не подумал! То есть я хочу сказать, он не успокаивается, пока не обскачет все графство на одной из своих необузданных лошадей, или не пройдет пешком несколько миль за парой каких-нибудь жалких голубей, или не покачается на волнах на этой своей яхте. Я бы счел, что армия ему прекрасно подойдет, поскольку военные, кажется, постоянно занимаются строевой подготовкой, или осуществляют маневры, или занимаются чем-то еще, столь же требующем энергии, а это так подходит для Ричмонда — ведь он у нас такой неугомонный!
— Попридержи язык! — зло бросил его светлость.
— Мне не по нутру соглашаться с Клодом, — протянул Винсент, — но справедливость вынуждает меня признаться, что в его словах есть смысл, сэр.
— И ты туда же, не так ли? — угрожающе заметил его светлость. — Как ты думаешь, разве это имеет к тебе хоть малейшее отношение?
— Совсем никакого, сэр. Я просто любопытен. Простите, если эта тема вам неприятна, но нет ли у вас других причин, кроме предполагаемой слабости здоровья Ричмонда, по которой его военная карьера вызывает у вас отвращение?
— Одна из них всем очевидна! — вспыхнул его светлость. — У меня был сын, который выбрал себе карьеру военного!
— На нем свет клипом не сошелся! — чуть не подавился словами Клод. — Нет, черт возьми, сэр!
— У меня шкура толстая, — сказал довольный Хьюго.
— Правда, у меня и в мыслях не было допустить такую бестактность, — вздохнул Винсент. — Полагаю… хотя я несведущ в привычках и обычаях военных, я считаю, младшие офицеры нечасто связывают свою судьбу с дочерьми… э-э-э… состоятельных владельцев прядильных фабрик. — Он сухо улыбнулся своему деду. — Однако умоляю вас, сэр, не вынуждайте меня извиняться перед Хьюго за то, что я навлек ваш гнев на его голову, поскольку мне это чрезвычайно не по душе. Вы позволите мне осведомиться о том, что же вы намерены делать с Ричмондом?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47


А-П

П-Я