Обращался в магазин Wodolei 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Позднее Эллиот говорил, что это было «…нечто потрясающее. Мы находились в глубине джунглей, но могли видеть то, что было у нас перед глазами, только с помощью приборов. Мы ориентировались по приборам в темноте, смотрели на экраны среди дня. Мы использовали приборы, чтобы увидеть то, чего нельзя было рассмотреть невооруженным глазом. Короче говоря, мы находились в рабской зависимости от приборов».
Кроме того, Эллиоту казалось странным, что информации, записанной видеокамерой, приходилось проделывать больше двадцати тысяч миль лишь для того, чтобы возвратиться на экранчик дисплея, располагавшийся в нескольких футах от видеокамеры. По словам ученого, это был «самый длинный в мире спинной мозг». Кстати, этот сверхдлинный мозг производил довольно необычный эффект. Такое большое расстояние даже свет преодолевал не мгновенно, а примерно за десятую долю секунды; к тому же какое-то время требовалось и хьюстонскому компьютеру на обработку данных, поэтому изображение запаздывало приблизительно на полсекунды. Впрочем, это небольшое запаздывание было почти незаметно. Восстановленные изображения впервые позволили современному человеку представить себе не только древний город в период его расцвета, но и жителей этого города.

* * *
Обитатели Зинджа были довольно высокими негроидами с круглыми головами и хорошо развитой мускулатурой. Внешне они напоминали чернокожих представителей тех племен, что говорили на банту и спустились с высоких северных саванн в долину Конго около двух тысяч лет назад. Судя по изображениям, жители потерянного города были подвижными, энергичными людьми. Несмотря на жаркий климат, они предпочитали богато украшенные, пестрые и длинные одежды. Их позы и жесты были очень выразительны. Сцены, изображенные на барельефах, резко контрастировали с немыми, безликими развалинами – всем, что осталось от великой древней цивилизации.
На первых же восстановленных барельефах оказались сцены на базаре: продавцы сидели на корточках возле красивых плетеных корзин, доверху наполненных какими-то круглыми предметами, а рядом стояли и торговались покупатели. Сначала исследователи подумали, что круглые предметы – это плоды, но потом Росс решила, что корзины наполнены не плодами, а камнями.
– Это необработанные алмазы в окружающей кристаллы породе, – всматриваясь в экран, сказала она. – Они продают алмазы.

* * *
Расшифровка изображений на барельефах породила другой вопрос: что же на самом деле случилось с жителями Зинджа? Определенно город был просто оставлен его обитателями; здесь не было ни признаков войны, вторжения враждебных племен, ни следов стихийного бедствия, вообще никаких признаков насильственного разрушения.
Росс, выражая свои самые ужасные опасения, сказала, что, по ее мнению, несколько столетий назад алмазные копи истощились, после чего Зиндж, как и многие другие поселения рудокопов, превратился в город-призрак. Эллиот полагал, что жители Зинджа пали жертвой эпидемии чумы или другой болезни, а Мунро заявил, что считает во всем виновными горилл.
– Не смейтесь, – сказал он. – Здесь зона повышенной вулканической активности, а в таких зонах бывает все: извержения, землетрясения, засухи, лесные пожары. Во время стихийных бедствий животные могут взбеситься и вообще вести себя совсем не так, как в спокойной обстановке.
– Бунт природы? – недоверчиво покачал головой Эллиот. – Здесь извержения вулканов происходят каждые несколько лет, а Зиндж, насколько нам известно, существовал столетия. Того, о чем вы говорите, просто не могло быть.
– Может, в городе был дворцовый переворот, революция.
– Тогда какое отношение это имеет к гориллам? – засмеялся Эллиот.
– Может иметь, – ответил Мунро. – Знаете, в Африке, там, где идет война, животные всегда ведут себя необычно.
И Мунро рассказал несколько историй о том, как бабуины нападали на поселения фермеров в Южной Африке или на автобусы в Эфиопии. На Эллиота эти рассказы не произвели никакого впечатления. Мысль о том, что поступки человека находят свое отражение в природе, не нова, во всяком случае, не новее басен Эзопа – и не намного обоснованнее их.
– Природа безразлична к человеку, – заявил Эллиот.
– О, конечно, – охотно согласился Мунро, – но беда в том, что на земле ее осталось не так уж много.
Эллиоту очень хотелось возразить, но в сущности Мунро лишь повторил то, что говорилось в одной научной работе, получившей широкую известность. Еще в 1955 году французский антрополог Морис Каваль опубликовал очень противоречивую статью, озаглавленную «Смерть природы». В этой статье он, в частности, писал:
«Миллион лет назад на нашей планете господствовала дикая природа, которую правильнее называть просто природой. В царстве дикой природы располагались крохотные анклавы наших далеких предков. Сначала это были пещеры, в которых человек разводил костер, чтобы согреться и приготовить пищу, потом поселения и города с возведенными человеком жилищами и полями насильно культивируемых растений. Как бы то ни было, эти анклавы всегда представляли собой искусственное, даже противоестественное явление. В последующие тысячелетия площадь, занимаемая девственной природой, которая окружала искусственные человеческие поселения, постоянно сокращалась, хотя на протяжении многих столетий эта тенденция оставалась незаметной.
Еще триста лет назад во Франции или в Англии города разделяли гектары дикой природы, в которых, как и за тысячи лет до того, бродили непуганные звери. И тем не менее экспансия человека была уже неизбежна и неотвратима.
Сто лет назад, когда знаменитые европейские путешественники совершали последние великие географические открытия, в Европе природа практически исчезла и стала диковинной редкостью. Именно поэтому рассказы исследователей Африки так сильно потрясали воображение европейца девятнадцатого века. Уже простое посещение естественного мира природы стало чем-то экзотическим, недоступным для подавляющего большинства людей, которые всю жизнь, от рождения до смерти, проводили в созданном человеком же окружении.
В двадцатом веке равновесие сместилось настолько, что теперь можно смело утверждать: природа как таковая исчезла. Дикие растения теперь сохраняют в оранжереях, диких животных – в зоопарках и цирках, то есть опять-таки в искусственных сооружениях, созданных человеком как памятник некогда вездесущей девственной природе. Но животное в зоопарке, точно так же, как и человек в городе, живет не своей естественной жизнью.
Сегодня мы окружены человеком и его творениями. От человека некуда деться, он занял на планете каждый квадратный метр, а природа стала сказкой, мечтой о давным-давно ушедшем мире».

* * *
Росс оторвала Эллиота от обеда.
– Это для вас, – сказала она, показывая на компьютер, стоявший рядом с антенной. – Опять тот ваш друг.
– Даже в джунглях телефон звонит не переставая, – усмехнулся Мунро.
Эллиот подошел к экрану. На нем появились слова:
КМПТР АНЛЗ ЯЗКА ОТРЦ НУЖНЫ ДПЛНТ ДННЫЕ МЖШЬ ПРДСТВИТЬ?
ККИЕ ДННЫЕ? – передал Эллиот.
ДПЛНТ АУДИОИНФО – ЗАПИСИ ЗВКВ.
«Смогу, если попадутся», – передал Эллиот:
СМГУ ЕСЛИ ППДТСЯ
ЗПСВАЙ ЧСТТУ 22-50 000 ГЕРЦ – ЭТО ВЖНО.
«Понял», – ответил Эллиот:
ПНЯЛ.
Последовала пауза, потом на экране появилось:
КК ЭМИ?
Эллиот подумал и ответил:
ХРШО.
На экране зажглись непредусмотренные правилами слова:
ВСЕ ШЛТ ТБЕ ПРВТ.
Тотчас же связь прекратилась:
ПРДЧА ПРКРЩНА.
Последовала еще более долгая пауза.
Потом Симанз передал:
НВРЯТНАЯ НВСТЬ НШЕЛ МСС СВЕНСН.


2. МСС СВЕНСН

Сначала Эллиот не понял, о ком идет речь. Свенсн? Кто такой этот Свенсн? Может, это ошибка? Потом он сообразил: ну конечно, миссис Свенсон! Та самая миссис Свенсон, которая нашла Эми, привезла ее в Америку и подарила Миннеаполисскому зоопарку. Та самая женщина, которая все эти недели провела на Борнео. Эллиот с нетерпением ждал, что еще сообщит Симанз.
ЕСЛИ БЫ МЫ ТЛКО ЗНЛИ ЧТО МАТЬ ЭМИ НЕ УБТА ТУЗЕМЦМИ.
Эллиот непонимающе уставился на сообщение. Ему всегда говорили, что мать Эми убили туземцы возле деревни Багиминди. Мать убили и съели, а Эми осиротела…
ЧТО ЭТО ЗНЧИТ?
МАТЬ БЛА МРТВА ЕЕ НЕ СЪЕЛИ.
Значит, туземцы не убивали мать Эми? Она была уже мертва?
ОБСНИ.
У СВЕНСН ЕСТЬ ФТГРФИЯ МЖНО ПРДАТЬ?
Эллиот дрожащими руками поспешно нажал несколько клавиш.
ПРДВАЙ.
Последовала пауза, показавшаяся Эллиоту бесконечно долгой, потом на экране стало появляться изображение, развертываясь сверху вниз. Еще задолго до окончания сканирования Эллиот понял, что изображено на экране.
На любительской фотографии был запечатлен труп гориллы с раздробленным черепом. Горилла лежала на спине на хорошо утрамбованном грунте, вероятно, в одном из поселений туземцев.
В тот момент у Эллиота возникло такое ощущение, как будто вдруг нашлось долгожданное решение задачи, которая мучила его столько месяцев. Если бы это случилось чуть раньше…
Изображение на экране померкло, потом исчезло совсем.
У Эллиота сразу возникли тысячи вопросов. Раздробленные черепа встречаются только в каньямафуге, далеком и, судя по всему, безлюдном уголке Конго, а Багиминди – это торговая деревушка на реке Лубула, больше чем в ста милях от кладбища костей. Как Эми и ее мертвая мать попали в Багиминди?
– У вас проблемы? – спросила Росс.
– Я не могу разобраться в последовательности событий. Мне нужно задать несколько…
– Прежде чем задавать вопросы, – перебила его Росс, – посмотрите еще раз весь последний сеанс связи. Все хранится в памяти компьютера.
Росс нажала на клавишу «повтор».
На экране снова появилась вся беседа Эллиота с Симанзом. Особое внимание Эллиота привлекла одна из последних фраз Симанза:
МАТЬ БЛА МРТВА ЕЕ НЕ СЪЕЛИ.
Почему не съели мать Эми? В этом регионе бассейна Конго мясо гориллы считалось вполне съедобным, даже деликатесом. Эллиот набрал вопрос.
ПЧМУ МАТЬ НЕ СЪЕЛИ?
ЭМИ / МАТЬ НЙДНЫ ПАТРЛЕМ МСТНОЙ АРМИИ ЧРЕЗ 5 ДНЕЙ ТРУП / ЭМИ ДСТВЛИ ДРВНЮ БАГИМИНДИ ДЛЯ ПРДЖИ ТУРИСТАМ. ТАМ ОКЗЛСЬ СВЕНСН.
Пять дней! Эллиот быстро набрал важный вопрос:
ГДЕ НШЛИ?
Отпет пришел тотчас:
НЕИЗВСТН РАЙОН КОНГО.
УТЧНИ.
ДТЛИ НЕИЗВСТНЫ.
После короткой паузы появилось дополнение:
ЕСТЬ ДРГИЕ ФТГРФИИ
ПРДВАЙ, – набрал Эллиот.
Экран сначала потемнел, а потом снова сверху донизу постепенно заполнился изображением. Теперь Эллиот мог увидеть раздробленный череп взрослой гориллы более крупным планом. А рядом с огромной головой мертвого животного на земле лежало крохотное черное существо с прижатыми к телу ручками и ножками, с открытым в крике ртом.
Эми.

* * *
Росс просмотрела весь сеанс связи еще несколько раз. Каждый просмотр завершался изображением крохотной Эми, зашедшейся в отчаянном крике.
– Не удивительно, что ее преследовали кошмары, – сказала Росс. – Должно быть, она видела, как убили ее мать.
– Что ж, – заметил Эллиот, – по крайней мере теперь мы можем быть уверены, что это не гориллы. Гориллы друг друга не убивают.
– Теперь, – возразила Росс, – мы вообще ни в чем не можем быть уверены.

* * *
Вечер 21 июня прошел настолько спокойно, что уже к десяти часам Росс распорядилась для экономии энергии отключить инфракрасное ночное освещение. Почти тотчас же в окружавших лагерь кустах послышались шорохи. Мунро и Кахега взяли ружья на изготовку. Шорохи усилились, а потом раздались странные звуки – то ли вздохи, то ли тяжелое дыхание.
Эллиот тоже услышал эти звуки и похолодел: точно такие же были записаны на пленке погибшей первой конголезской экспедиции. Он включил магнитофон, поводил микрофоном из стороны в сторону. Все напряженно ждали, что будет дальше.
Однако в течение следующего часа ничего не произошло. В кустах слышались все те же шорохи, но люди не видели ни одного животного. Незадолго до полуночи находившееся под высоким напряжением ограждение лагеря в одном месте взорвалось снопом искр. Мунро мгновенно поднял ружье и выстрелил, почти не целясь. Росс включила ночное освещение, и лагерь окрасился в темно-вишневые тона.
– Вы видели? – спросил Мунро. – Вы видели, кто это был?
Эллиот и Росс только покачали головами. Никто ничего не видел. Эллиот проверил магнитофонную запись: никаких вздохов, только треск электрических разрядов и грохот выстрелов.
Остаток ночи прошел без приключений.


ДЕНЬ ДЕСЯТЫЙ: ЗИНДЖ, 22 ИЮНЯ 1979


1. ВОЗВРАЩЕНИЕ

Утро 22 июня выдалось туманное и серое. Питер Эллиот проснулся в шесть часов, но все уже давно были на ногах и занимались делом. Мунро обследовал ограждение лагеря; от влажной травы его одежда намокла до пояса. Он поздоровался с Эллиотом и с торжествующим видом молча показал пальцем вниз.
На земле отчетливо виднелись глубокие, не длинные, почти треугольные следы. Бросалось в глаза очень большое расстояние между большим пальцем и четырьмя другими – почти как на руке человека.
– Определенно это не следы человека. – Эллиот наклонился, всматриваясь в глубокие отпечатки.
Мунро промолчал.
– Наверно, какого-то примата…
Мунро продолжал молчать.
– Это не может быть горилла, – распрямляясь, закончил Эллиот.
Результаты последнего сеанса связи с Хьюстоном лишь укрепили его уверенность в том, что гориллы здесь ни при чем. Гориллы не убивают своих сородичей так, как была убита мать Эми.
– Эти следы принадлежат не горилле, – повторил Эллиот.
– Самой настоящей, – возразил Мунро. – Посмотрите сюда. – Он показал на другие отпечатки неподалеку от первых; здесь каждый след представлял собой четыре небольших, вытянувшихся в ряд углубления. – Это от костяшек пальцев, когда гориллы ходят на четвереньках.
– Но гориллы, – запротестовал Эллиот, – мирные животные. Они спят по ночам и избегают контактов с человеком.
– Расскажите это той горилле, которая оставила эти следы.
– Для взрослой гориллы следы маловаты, – привел Эллиот последний довод.
Потом Мунро и Эллиот обследовали ограждение в том месте, где ночью было замыкание.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я