Брал сантехнику тут, советую всем 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Тессе с ее места не было видно. — Итак, согласен ли ты предоставить мне этот заем?
— Согласен, — сквозь зубы процедил Марсель.
— И когда я получу деньги?
— Это не так просто, я...
— Что ты, Марсель? — Райвис провел по шраму на губе языком, точно нарочно хотел сделать себе больно.
— Мне нужна гарантия. — Марсель смотрел куда-то влево. Тесса проследила за его взглядом. Между стеной и рядом полок могло оставаться свободное место — но могло и не оставаться. — Гарантия, что я не останусь в дураках.
Райвис шагнул к Марселю:
— Что ты такое придумал?
Банкир испуганно отпрянул и открыл было рот, чтобы ответить, но громовый голос перебил его:
— Я буду твоим поручителем, Райвис.
Тесса охнула. Она узнала этот голос. Она слышала его сегодня утром — на той улице.
Из-за полок выступила фигура закутанного в плащ мужчины. Войдя в круг света, он откинул капюшон и открыл лицо.
6
— Райвис, позволь представить тебе Кэмрона Торнского.
Слова Марселя повисли в воздухе как дымовая завеса. Никто не шевелился. Тесса посмотрела на пришельца. У него было изможденное лицо и блестящие, как у больного горячкой, глаза.
Лицо Райвиса стало похоже на темную маску, на которой белой полосой выделялся шрам. Только эта извилистая линия и портила красиво очерченный рот.
Райвис и незнакомец, не отрываясь, смотрели друг на друга. Тесса почувствовала, что волоски на ее коже встают дыбом. Про нее точно забыли. Впрочем, они и Марселя не удостоили даже взгляда.
Скрипнула потолочная балка. Было так тихо, что они услышали шебуршание пробежавшей по каменному полу крысы. Время, казалось, остановилось. У Тессы каждый мускул ныл от напряжения — она изо всех сил старалась не шелохнуться. Она понимала, что не ей прерывать эту затянувшуюся сцену.
Наконец Райвис глубоко вздохнул — и тут же его неподвижность сменилась бурной активностью. В три прыжка он был у входа. Но на пороге оглянулся и жестом пригласил Тессу следовать за собой. Глаза его по-прежнему были устремлены на Кэмрона Торнского.
— Как вы сами изволили заметить нынче утром, я ничего вам не должен. Поэтому лучше нам прямо сейчас и распрощаться. Счастливо оставаться. — Он поклонился и поманил пальцем Тессу. — Пойдем, любимая, пора нам немного закусить.
— Ступай, но не успеют твои сапоги коснуться дорожной пыли, как мои люди разделаются с тобой.
Тесса оцепенела. Тон незнакомца был недвусмысленно угрожающ. Глаза у него стали совершенно безумные.
Марсель хотел было вмешаться, но Райвис положил руку ему на плечо и заставил замолчать.
— Если ты будешь так добр и позаботишься о Тессе... — Райвис дождался, пока Марсель кивнет в знак согласия, и лишь потом повернулся к Кэмрону Торнскому. — А ведь не исключено, что я справлюсь с твоими людьми, — сказал он, глядя прямо в ледяные серые глаза.
Он улыбнулся Тессе улыбкой полной сожаления и шагнул к двери.
— Не справишься ли ты заодно и с Изгардом Гэризонским?
Этот, заданный тихим, почти мягким голосом, вопрос остановил Райвиса.
У Тессы по спине прошел холодок. Этот заставленный кувшинами погреб, разделенный на части кривыми, изломанными линиями, вдруг показался ей похожим на клетку. Тессе захотелось очутиться где-нибудь подальше. Она ничего не понимала. Не понимала ни того, что произошло раньше на улице, ни того, что происходило здесь сейчас. И только по одной причине она не закричала, не затопала ногами — у нее возникло странное чувство, что она в театре и перед ней актеры разыгрывают какую-то пьесу.
* * *
— Что тебе известно об Изгарде Гэризонском? — Райвис явно заставил себя говорить спокойно. Но рука его нащупала рукоятку ножа.
Человек по имени Кэмрон пожал плечами:
— Кое-что известно. Например, прошлым утром он пытался убить тебя.
Райвис расхохотался. Он смеялся, пока высокомерная гримаса не сползла с лица Кэмрона, пока этот человек не понял, с кем имеет дело, не понял, что угрозами ничего не добьется.
— Обвинение в убийстве — тяжкое обвинение, друг мой. И выдвигать его может только тот, у кого есть неопровержимые доказательства. — Райвис впервые взглянул прямо в лицо своему сопернику. Кэмрона душила ярость, это правда, — но не только ярость. Сумасшедший блеск в глазах выдавал его. Было тут нечто большее — и Райвис отлично знал, что именно.
— Доказательства, Райвис из Бурано? — Кэмрон взъерошил темные, с золотистым отливом волосы. — Пожалуйста. Вчера утром четверо гонцов Изгарда ворвались в бор... — он взглянул на Тессу и поправился: — в таверну, в которой ты остановился, и в клочья разодрали твою постель. По-видимому, они почему-то рассчитывали застать тебя там.
Рука Райвиса по привычке потянулась к шраму на губе, но так и не притронулась к нему. Упустив «Клоуверс Форт», он не вернулся в бордель. А значит, не исключено, что Кэмрон говорит правду. В конце концов, рано или поздно это должно было случиться. У гэризонского короля достаточно причин желать его смерти. И теперь, когда договор выполнен и он, Райвис, знает много лишнего, Изгарду вовсе не выгодно, чтобы бывший наемник спокойно отправился восвояси.
Обдумывая слова Кэмрона, Райвис провел языком по внутренней стороне губы: шрам заходил и сюда.
Райвис из Бурана. Никто в городе, кроме Марселя, не знал его полного имени. Все, с кем он имел дело в течение прошедшего года, называли его просто Райвис. Итак, банкир открыл Кэмрону этот секрет. Что же еще он разболтал? И зачем?
И потом — время, выбранное для этого предполагаемого убийства. До сих пор Райвис не сомневался, что каким-то образом ухитрился проспать и упустить свой корабль. Но если Кэмрон не лжет, похоже, он вовсе не проспал. Его усыпили. Райвис хорошо знал короля. Изгард не послал бы убийц, не уверившись, что им ничто не помешает осуществить задуманное.
Скорей всего гонцы добирались из Вейэаха по суше и могли попасть в Бей'Зелл лишь с первыми лучами солнца. Изгард решил, что нельзя позволить намеченной жертве благополучно отплыть в Майэери-ко и ускользнуть от направленных на нее кинжалов. Поэтому были приняты специальные меры. Райвис сжал кулаки. Неизвестно, с помощью чего — колдовства, алхимии или просто одуряющего зелья, — но только король усыпил его. Убийцы ворвались в бордель в уверенности, что он ждет их там. Но его там не оказалось. Он почему-то проснулся раньше, чем предполагалось.
Райвису вдруг вспомнились змеящиеся, спирально изгибающиеся и свивающиеся в кольца линии на тонком пергаменте. Замысловатые картинки, яркие и четкие, как татуировка на теле.
Узоры, вот оно что.
Уже трижды он видел этот рисунок. Первый раз в Вейзахе, когда своим приходом помешал разговору Изгарда с писцом. Потом в кабинете Марселя прошлым вечером. И наконец, сегодня утром, когда на глаза случайно попался набросок этой женщины, которую он спас накануне в доках.
Райвис не верил в совпадения. Он давно ни во что и никому не верил — кроме себя самого.
Он окинул Кэмрона внимательным взглядом. Волосы с золотистым отливом, тени под глазами... Райвис внезапно узнал в нем человека, которого встретил вчера у выхода из дома Марселя. Это открытие делало ситуацию еще более загадочной.
Чего хочет от него этот человек? Семья Торнов считалась одной из самых знатных и богатых в Рейзе. В горах Ворс, даже в самых глухих селениях, было известно, что Торны имеют вполне обоснованные притязания на гэризонский престол. Все их замки на окраинах Бей'Зелла некогда принадлежали первому королю Гэризона.
Райвис улыбнулся. Наконец-то он понял, откуда ветер дует.
— Скажи, мой друг, — обратился он к Кэмрону, — с чего это тебе взбрело в голову выступить моим поручителем?
Марсель засопел, собираясь вмешаться, но Кэмрон предупредил его:
— Я нуждаюсь в твоих услугах.
— Он не только поручится за тебя, он готов заплатить гораздо больше...
Один взгляд Райвиса заставил Марселя прикусить язык. Значит, банкир собственными пухлыми аккуратными ручонками и завязал этот узел. Понятно, зачем он устроил их встречу. Марсель не желал расставаться со своим драгоценным золотом без надежных гарантий. Отец Кэмрона — один из пяти богатейших людей в стране. Берик Торнский может за день истратить больше, чем Марсель за всю жизнь. Неясно только, что именно банкир успел рассказать Кэмрону.
— Моих услугах? — Райвис недоумевающе поднял брови. — Боюсь, мне нечего предложить тебе. Я недурно играю в кости, сносно танцую и написал уйму любовных сонетов. Впрочем, ни одна дама, даже служанка, до сих пор на них не клюнула.
Кэмрон бросился на Райвиса, занес кулак над его головой. Но тот отскочил в сторону. Юный аристократ потерял равновесие, и железные пальцы Райвиса обхватили его запястье. Кэмрон был моложе и сильнее, но противник его лучше владел приемами борьбы. Он вывернул Кэмрону руку и заставил юношу опуститься на колени.
— Господа! Прошу вас! — переполошился Марсель. — Как можно, при даме...
Дама? Марселю и в голову не пришло бы защищать Тессу. Он вмешался, когда увидел, что Кэмрон терпит поражение. Марсель Вейлингский уважал только богатство и богатых людей.
Райвис ослабил хватку. Кэмрон поднялся. В его серых глазах была такая ненависть, что Райвис на секунду растерялся и снова подумал, что этого человека что-то гложет, что в душе у него — свежая, не затянувшаяся еще рана.
Кэмрон потер запястье и заговорил:
— Я знаю, на кого ты работал и чем занимался. Не оскорбляй меня нелепыми выдумками.
Райвис повернулся к Марселю. Банкир отвел глаза.
— Ты провел в бейзеллских портах целый год, — продолжал Кэмрон. — Ты набирал людей для армии Изгарда Гэризонского. Мэйрибейнские лучники, истанианские всадники, инженеры из Бальгедиса — от твоих глаз не ускользал никто из тех, кто приезжает сюда попытать счастья. Ты покупал всех, всем платил и по суше отправлял в Вейзах. — Кэмрон горько усмехнулся. — И правда, лучше места не сыскать. Бей'Зелл как раз тот город, который нужен Изгарду в первую очередь. Ни через какой другой западный порт не проходит столько народу — наемники, охотники за удачей, рыцари, еретики, дураки всех мастей. Ты отбирал их тщательней, чем Марсель виноград для своих вин, — и покупал за сходную цену.
Кэмрон говорил тихо, и в голосе его слышалось презрение.
— Твое поведение было бы простительным, будь ты гэризонцем. Тогда бы я мог понять тебя. Но нет, ты просто бастард из Дрохо. Наемник, вербующий наемников для своего изверга хозяина.
Райвис почувствовал вкус крови во рту — он прокусил давно зарубцевавшийся шрам на губе. Он слизнул соленую влагу и заставил себя спокойно ответить:
— Ты не смеешь называть меня бастардом, Торн.
Кэмрон скривил губы:
— О да, ты не бастард. Просто твой брат называет тебя ублюдком.
— Господа, господа! — Марсель встал между ними с поспешностью человека, состояние которого в опасности. — Пожалуйста, господа! Прошу вас соблюдать приличия! Мы собрались здесь поговорить о делах, а не обсуждать родословные.
Райвис не слушал Марселя. В ушах у него шумело, в висках билась кровь, щеки пылали. Он мгновенно представил себе сотни способов убить стоящего перед ним надменного юнца, представил, каким мучительным пыткам подвергнет его. Ему хотелось убить обоих — Кэмрона и Марселя.
Райвис знал, что не стоит придавать такое значение предательству банкира. Измены преследовали его всю жизнь — но даже теперь, после того, как четырнадцать лет он полагался только на себя, верил только себе, даже теперь предательство друга больно ранило его.
Друга? Райвис улыбнулся собственной глупости. Марсель никогда не был его другом. Единственным другом банкира было золото. Оно свело их, ради него устроена и сегодняшняя встреча.
Когда Изгарду понадобился в Бей'Зелле свой человек для ведения различных дел — главным образом для перевода средств, которые шли на оплату наемников и закупку снаряжения, — король, как и следовало ожидать, остановил свой выбор на самом осторожном и сговорчивом из финансовых воротил запада: на Марселе Вейлингском. Банкир не посмел отвергнуть предложение Изгарда. Что, если гэризонцы в самом деле завоюют Рейз? Бей'Зелл будет наводнен их полицией, их купцы захватят все богатства города. Он же, Марсель, неминуемо лишится всего имущества. Банкир рассудил, что, согласившись сотрудничать с Изгардом, он застрахует себя от подобных катастроф. А если держать язык за зубами, никто в Рейзе не узнает о его предательстве.
Таким образом Марсель Вейлингский обезопасил себя. В конце концов, его долг — любым путем сохранить свои деньги.
Райвис пожал плечами. Чего ждать от банкира, кроме свойственной их сословию жадности?
Марсель кашлянул, профессионально привлекая к себе внимание и призывая присутствующих к порядку.
— Господа... Полагаю, мы можем вернуться к обсуждению деловых вопросов. — Марсель посмотрел на Кэмрона, потом на Райвиса. Мрачные взгляды и сжатые кулаки не смутили банкира, он продолжал: — Позвольте мне изложить факты. Тебе, Райвис, нужны деньги, не правда ли? В настоящий момент у тебя нет определенных планов. Ты также не связан пока никакими обязательствами на будущее и волен выбрать любое из понравившихся предложений...
— Я уже выбрал. Я решил не заключать никаких договоров в Бей'Зелле. — Райвис не удостоил дельца взглядом. Он не сводил глаз с Торна.
— Предатели не имеют право на свободный выбор. — Кэмрон прохаживался по подвалу, надменно, как и подобает истинному аристократу, выпятив грудь. — У них один выбор — согласиться на то, что предложено, или же сунуть голову в петлю.
Шрам на губе Райвиса налился кровью.
— Что же конкретно ты можешь мне предложить?
— Ты должен сообщить все, что знаешь об Изгарде Гэризонском и помочь мне убить его.
Райвис чуть было не расхохотался. Кэмрон Торнский либо бредит, либо сошел с ума, либо он просто безмозглый идеалист. Убить Изгарда! Да ведь к королю никого и на пушечный выстрел не подпустят! Ни у кого недостанет хитрости подобраться к нему настолько близко. И все же Райвис не засмеялся. Что-то остановило его, какие-то тени, мелькавшие в серых глазах Кэмрона.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91


А-П

П-Я