https://wodolei.ru/catalog/unitazy/cvetnie/golubye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Вслед за троллем в комнату вошел Эдди. Питер, ни слова не говоря, взял его под локоток и вывел в коридор, затем прикрыл за собой дверь.
– Думаешь, это разумно – оставлять ее одну? – обеспокоенно спросил Эдди.
– Куда она отсюда убежит? Мы же контролируем дверь. К тому же я не думаю, что она захочет куда-то убежать.
– О чем ты думаешь? Думаешь… думаешь… думаешь… о чем? Она что читает? Что там вообще можно читать?
– То, что я записал, то, к чему пришел.
– Ты ей все выложил?!
– Да. – Питер улыбнулся.
Это было удивительно – но за эти годы интерес Эдди к «историям», которые рассказывал ему по средам тролль, так и не угас. Собственно, две вещи занимали его: «байки» Питера и необходимость постоянно доказывать свою полезность для группы Итами. Во всем остальном он мало чем отличался от остальных людей. Вел, если можно так выразиться, «растительную» жизнь. Увлекался симсенсом, мог часами щекотать себе нервы каким-нибудь захватывающим сексуальным приключением.
– Не понимаю! – искренне признался Торопыга. – Сколько можно читать! Помнится, ты мне ухитрялся… ухитрялся… ухитрялся… в двух словах все изложить.
– Эдди, сейчас совсем другое дело.
– Я уже это почувствовал. Не знаю, я схватывал все на лету…
Вдруг на лестнице послышался шорох, затем на одной из лестничных площадок внизу мелькнула тень.
– Питер, послушай…
Тролль моментально подгреб Эдди к себе и ладонью зажал ему рот.
Эдди задергался, попытался что-то сказать, но, увидев предупреждающий взгляд Питера, сразу затих. Когда тролль отдернул руку, Торопыга шепотом, прерывисто, заявил:
– Питер, мы не сможем сражаться со всей бандой. Мы должны покончить с ней…
Питер ушам своим не поверил.
– Ты!…– потом запнулся и укоряюще покачал головой. Сердиться на Эдди было бесполезно. Несвоевременно, да и без толку… Он кивнул в сторону лестницы, а сам направился в комнату. Дверь за собой тщательно закрыл. Повернувшись, обнаружил, что Катарина отчаянно борется с щеколдой оконной створки. Выходит, она все-таки решила бежать?!
– Сядь! – закричал он, но было поздно. Пуля ударила в стекло, оно разлетелось на мелкие осколки. Катарина вскрикнула и села на пол. Потом легла…
– Сволочи! Ну сволочи! – воскликнул Питер. Он принялся лихорадочно обдумывать сложившуюся ситуацию. В последние месяцы он начал замечать, что голова у него стала работать прекрасно – то есть соображала быстро, ясно, без лишних эмоций. Положение складывалось безнадежное – правды не скроешь! Оба выхода из квартиры были блокированы. Выбраться с Катариной через пожарную лестницу? Наихудшее решение! Судя по тому, что по окну уже стреляли, вся эта сторона дома находится под прицелом. Ищите дураков! Пока спустишься, в тебя дюжину пуль всадят. Прорываться через холл? Что еще остается. По-видимому, они так и планировали – побольше шума на парадной лестнице, побольше стрельбы, тогда этот проклятый тролль непременно бросится к пожарной лестнице. Они даже стрелять не будут, пока он не спустится с Катариной, добьют внизу. Наверняка…
– Не вставай! – приказал он, увидев, что мисс Эмидж подняла голову.
– Что? – вскрикнула она. – Что случилось?
Голос у нее странно изменился – она не говорила, а как-то всхлипывала – пронзительно, плачуще.
По правде говоря, тролль тоже изрядно оробел. Было обидно – как он мог быть таким беспечным? Не мог заранее подумать о безопасности доверившейся ему женщины. Хотя что он мог придумать за эти часы? Все шло с какой-то неуловимой последовательностью, к тому же очень быстро: перемена решения, уговоры мисс Эмидж приехать взглянуть на его материалы, ее долгое знакомство с ними. Что он мог предпринять? Такая уж особенность у его профессии – когда вокруг начинают летать пули, первым делом надо найти виноватого. Того, мол, не предусмотрел, этого не сделал. А что тут сделаешь – это неизбежно должно было случиться.
Он глянул в сторону Катарины. Она крепко вцепилась в ножку стола, словно хотела вырвать ее, и с этой дубиной, пылая жаждой мщения, храбро пойти на врагов.
И смех и грех. Ладно, юмора достаточно, приструнил он себя, потом обратился к Катарине:
– Послушайте, – тихо и спокойно сказал он, – мы попали в переделку. Эти люди все-таки добрались до меня. Шустрые какие… Надеюсь, понятно, что и вам не поздоровится. Они решили не откладывать с исполнением смертных приговоров.
– Вы меня что, совсем за дурочку считаете? Или за ребенка? Пули, конечно, вещь неприятная, но я смогу держать себя в руках, – выговорила она спокойным тоном, но глаза выдавали ее – в них стоял ужас.
– Постараемся выйти через переднюю дверь. Значит, так, следите за моей мыслью. Главная лестница начинается в холле и ведет вниз, в прихожую. Вы пойдете по другой лестнице, она упирается в прачечную. Там тоже есть выход…
Послышался страшный грохот – кто-то с размаху ударил в дверь. Филенки затрещали.
Питер выхватил пистолет, одним прыжком перелетел через всю комнату и на удивление бесшумно распростерся на полу возле двери, потом три раза выстрелил. Из коридора донесся дикий крик.
Сначала тролль решил, что это был Эдди. Если это так, плохо, он никогда не сможет простить себе его гибель.
За дверью началась пальба. Пули летели над головой тролля и глухо били в стену.
Питер на животе подполз к самой двери, потом перекатился на спину и перевернулся ногами вперед. Двигался он без всякого шума и в результате оказался чуть-чуть сбоку от дверного проема. Прикрылся стеной.
Все стихло. Нападавшие, по-видимому, ждали ответных выстрелов, но Питеру спешить было некуда. Вернее, не очень хотелось… Глупо бросаться очертя голову на врагов, когда в тебе три метра роста. Даже с пистолетом в руках. А тем более с ножкой от стола… Прежде всего следует успокоиться, перевести дух, привести в порядок нервы. Кто там, за дверью? Он их всех знает, ему известны их возможности. Тишина долго не затянется, они непременно полезут напролом.
Точно… мягкие шаги донеслись из-за двери. Кто-то осторожно тронул ручку – набалдашник повернулся по часовой стрелке, потыкался, потом встал на место. На фоне двери Питер различил смутное розоватое пятно – тепловое зрение помогало ему ориентироваться. Стрелять? Розоватое свечение тут же исчезло – передвинулось за косяк. Главное – не торопиться…
Прошло несколько секунд, потом еще несколько…
Дверь неожиданно с оглушительным треском отворилась. Вместе со щепками в комнату влетел Баб, орк «Веселой компании». Этакая гора мускулов… Питер изогнулся и с размаху ударил кованым ботинком по его коленной чашечке. Угодил точно. Послышался жуткий хруст, и Баб, вскрикнув, без сознания повалился на пол.
Тролль бросил взгляд в коридор. Стены были забрызганы кровью – по-видимому, он попал в цель, три его выстрела не пропали даром.
За орком в комнату вбежал Йоака. Глаза его бегали по стенам, в руках он сжимал автомат. Дуло как привязанное следовало за взглядом. Сын Итами изучал обстановку. Только мгновение, короткое, как вздох, было отпущено Питеру. Он им достойно воспользовался. Навскидку три раза он выстрелил в грудь Йоаке.
Гангстер на миг замер и, уже падая, нажал на спусковой крючок. Веер пуль, сопровождаемый грохотом, полоснул по потолку. Затем все стихло.
Питер перевел дух, потом ощупал себя – он не был ранен. Это можно было считать редкой удачей. Его даже не задело.
В наступившей тишине послышались удары в стену, и хозяин соседней комнаты закричал из-за своей двери:
– Прекратите этот шум!
Питер не мог удержаться от улыбки. Он оглянулся и посмотрел на Катарину. Потом подмигнул ей:
– Сосед и не догадывался, какая трудная у меня pa-бота…
– Я тоже, – ответила женщина. Она поднялась и, обойдя окно, по стене добралась до Питера. – Теперь, когда мы попытаемся бежать, в нас опять будут стрелять?
– Это уж точно.
Питер улыбнулся и перезарядил револьвер. Тот психологический дискомфорт, который не давал ему жить все эти годы, бесследно испарился. На этот раз он занимался нужным и полезным делом, а к этому он имел призвание. Он защищает невинного. Женщину, которая очень нуждается в его защите.
Тролль быстро вернулся к столу, вытащил дискеты со своими записями и сунул их в карман. Затем вышел в коридор. Эдди лежал на площадке лестницы, которая вела из коридора вниз, к парадной двери. Головой он уперся в перила, лицо было густо забрызгано кровью. Глаза открыты, в руке пистолет. Плечи его непрерывно тряслись.
– Эдди! – обратился к нему Питер, – Нечего разлеживаться! Мне некогда возиться с тобой. Понял?

4

– Ты не должен был… ты не должен был… не должен был… пороть горячку, Профэссор! Понимаешь? Не должен…
Питер приблизился к нему, левой рукой сделал знак Катарине следовать за ним. Эдди поднял пистолет и наставил его на женщину:
– Давай убьем ее, Проф? Кокнем, и все будет в порядке. Я наворочу такую гору лжи! Ты же меня знаешь! Мы вместе что-нибудь придумаем.
Катарина тут же спряталась за Питера. Тот закричал:
– Нет, Эдди. Я выхожу из игры. Хватит, пора заняться настоящим делом. Стать человеком, понимаешь? Думаю, я смогу этого добиться. Так что я выхожу из игры.
– Нет, Питер. Не надо… Только не это. Они… Соображаешь? Я им больше не нужен, Питер. Меня пристрелят как собаку. Они знают об этом. Я знаю. Они знают. Нет У меня выбора, понимаешь. – Он поднял руку, кисть ходила ходуном. – Взгляни сюда. Видишь… видишь… видишь… Они держали меня только потому, что мы друзья. Если ты завязал, Питер… моя песенка спета.
Это была правда, грубая, ломовая. Рукой от нее не закроешься, глазки в сторону не отведешь. До Питера уже доходили подобные разговорчики. Ими все чаще обменивались бандиты из «Веселой компании». Тролль, как лицо высокопоставленное, все эти разговоры насчет Эдди игнорировал. Так могло тянуться до поры до времени. А сейчас… Он не мог оставить Эдди наедине с бандой. Не имел права.
– Ты пойдешь со мной, – сказал он.
– Нет, Питер, и еще раз нет. На что я теперь гожусь? Внизу послышался звон разбиваемого стекла – ага, кто-то проник в кухню. Точно! Металлическое звяканье донеслось прямо из его комнаты. А на той стороне дома была пожарная лестница, значит, с той стороны сейчас тоже кто-то пробирался. Катарина, стоявшая у него за спиной, метнулась в сторону – о на хотела спрятаться за угол.
– Встань за мной! – приказал тролль.
Она вернулась на прежнее место – за его массивной! фигурой ее совершенно не было видно.
– Ладно, вставай, пойдем, – обратился он к Эдди. – Пошли со мной или беги отсюда. Эдди, я ни в коем случае не вернусь в банду. Это не отвечает моим интересам, понимаешь? Расходится с моими планами. Я их ненавижу. Я участвовал во всем этом только потому, что мне некуда было податься. Потому что я – тролль! В ту пору, вспомни, я и консервную банку не мог самостоятельно открыть, к тому же мне нужны были деньги, чтобы заняться своими исследованиями. Я не хочу быть троллем! Не желаю!… Вот вокруг чего вертится моя жизнь.
– Конечно, это очень угнетает… – тихо сказала Катарина.
– Не надо, прошу вас! – вскипел Питер. – Вот там лестница.
– Что вы там шепчетесь? – неожиданно закричал Эдди. Он повел пистолетом в сторону Питера. Мишень была хорошая – огромный тролль в три метра ростом. Стоит только нажать на курок, и все будет кончено.
Питер не обратил на Торопыгу никакого внимания. Он прошел из коридора в холл, обследовал его, заглянул на черную лестницу, которая вела в прачечную.
– Что ты там, черт побери, высматриваешь? – закричал Эдди.
Он встал, его располневшее тело задрожало. Кровь сочилась из правого плеча – туда угодила одна из трех пуль, которые выпустил Питер в первый раз. Значит, тогда в комнату рвался Эдди… Ну и дела! Струйки пота текли по лицу Торопыги, смывали кровь…
– Где эта сука? – хрипло спросил он.
Катарина взволнованно зашептала за спиной Питера:
– Послушайте, этот парень мне совсем не нравится! В этот момент кто-то позвал снизу, из лестничного пролета:
– Эдди?
Торопыга повернулся на голос, а Питер громко закричал:
– Нет! Не смей!… Катарина бросилась в коридор.
Дико взвыв – совсем как привидение, предвещающее смерть, – Эдди вскинул пистолет и дважды выстрелил в спину убегающей женщины. Не попал – пули шлепнулись в дешевые панели, которыми были обшиты стены.
Питер инстинктивно, не думая о последствиях, бросился вперед и схватил Эдди за запястье. Раздался зловещий хруст. Эдди вскрикнул и прижал сломанную руку к груди. Обильно хлынула кровь. Торопыга, как ребенок, подхватил здоровой рукой больную.
– Эдди, – запинаясь, промямлил Питер, – я…
– Заткнись, недоносок. Я бы никогда так не поступил с тобой. А надо было. Еще другом называешься!…
За спиной у Эдди послышались выстрелы. Питер согнулся и быстро посмотрел вниз. Ага! Этого хлопца он уже встречал в «Веселой компании», правда, ему не доводилось видеть его в деле. Он бросился в сторону черной лестницы.
Уже из дверей тролль три раза выстрелил, чтобы преследователи поостереглись, и, прыгая с площадки на площадку, помчался вниз. Полы плаща развевались. Ступени трещали от тяжелых шагов тролля.
Добравшись до первого этажа, Питер увидел Катарину, вбегавшую в прачечную. Он прыгнул за ней и тихо прикрыл дверь.
В прачечной царил полумрак, а в нем отчетливо вырисовывался розоватым облачком контур мисс Эмидж. Она прислонилась к стене и тяжело дышала.
– С вами все в порядке? – приблизившись, спросил Питер.
– Вроде да. Я, правда, потеряла спортивную форму, к тому же не привыкла бегать под пулями – Она перевела дух, потом призналась: – Откровенно говоря, я беременна, так что сами можете понять, каково мне теперь.
Питер пристально посмотрел на нее:
– Вы – что?
– Я сказала, что потеряла форму…
– Нет-нет, вы… беременны?
Она глянула на него и чуть заметно усмехнулась:
– Да, я ношу сына.
– Сына?
– Послушайте, они что, взяли перерыв, решили попить кофе?…– Катарина явно боялась преследователей.
– Значит, я собирался убить вас, а вы мне ничего не сказали?…
– А что я вам должна была говорить? И какое это теперь имеет значение?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49


А-П

П-Я