https://wodolei.ru/catalog/akrilovye_vanny/160na70/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– О, наимудрейший, именуемый Аль Рухом, – продолжая кланяться, затараторил наш бравый предводитель, – неимоверным трудом нам удалось доставить сюда этот корабль и потомка великого мага Сулеймана! Но не ради щедрот ваших, проделал я…
Толстяк жестом остановил его и спросил:
– Он знает, в чем его миссия?
– Да, о мудрейший! Я все рассказал. И он счел за честь…
Снова толстяк жестом прервал Расула. Я смотрел на это, слушал и чувствовал себя, как в дурном театре. В совершенно бездарном провинциальном театре, какие иногда дают гастроли в военных подразделениях. Если бы я сам тщательно не состроил все, у меня была бы полная уверенность, что это какое-то наглое мошенничество. Ну не так я себе представлял Аль Руха, хоть что со мной делай. Но никем, кроме Аль Руха, этот старец быть не мог, потому что данная встреча являлась кульминацией плана Дворжека в моем исполнении. Противная сторона не имела никакой возможности предпринять хоть что-то. Дворжек, безукоризненный Мастер Игры, обошел их всех с самого начала, не на первом ходу, а задолго до него, когда игра еще и не начиналась.
Аль Рух вперил в меня немигающий взгляд и пафосно произнес:
– Тогда, потомок мага, именуемый Сулейманом, прими от меня наставления.
– Слушаю, мой господин! – с тем же пафосом выразил я готовность к принятию информации.
– Дам я тебе лампу, в которой заточен джинн. А ты, с помощью заклинания своего великого предка, освободишь его и прикажешь уничтожить неверных. Всех до единого. Твоя кровь станет залогом послушания демона.
– Каково же заклинание? – не забыл спросить я.
Аль Рух произнес несколько ничего не значащих для меня слогов, а я сделал вид, что запомнил их. Ощущение дурного театра нарастало, во мне зародилось совершенно необъяснимое беспокойство, но оно тут же рассеялось, когда в руках жирного старика я увидел лампу. Действительно, древнюю медную лампу. Тут уже точно никакого подвоха быть не могло. Я глубоко поклонился и принял из рук мага бесценный дар.
– Отдашь повеление джинну, когда наши машины скроются за горизонтом, – добавил Аль Рух. – Потому что лишь ты, потомок царя Сулеймана, можешь чувствовать себя перед его ликом в безопасности. Мы же – нет. До того, как джинн получит приказ, он способен уничтожить все живое на большом расстоянии. Все. Жди нашего ухода и повелевай.
Аль Рух, Расул и остатки его команды загрузились в турбо-грав, взмыли в небо и дали деру на форсаже. Корабль они оставили. Похоже, демон уничтожал только живые объекты. Но проверять это у меня не было никакого желания. Я попросту встал на место, где закопал пластину, и нажал нужные кнопки на нарисованной клавиатуре. В ушах хлопнуло, сознание чуть помутилось, и я оказался в холле Базы.
Знакомая обстановка и навалившееся чувство безопасности вызвало кратковременную бурю восторга. Но я взял себя в руки и вольготной походкой отправился к бассейну. Шезлонги там оказались пустыми. Я поставил драгоценную лампу на стойку бара и смешал себе коктейль из того, что первое подвернулось под руку. Получилось вполне ничего. Организм ощущал явную алкогольную недостаточность, поэтому я для начала сделал два добрых глотка, а когда тепло и расслабленность приятно разлились по телу, я подхватил стакан в одну руку, лампу в другую и направился к лифту, ведущему в кабинет Дворжека. Видок у меня был тот еще – с арабской физиономией, в халате… Красавец, нечего сказать. Мелькнула мысль – сначала заявиться к Ирине, чтобы вернуть прежнюю внешность, но желание увидеть лицо Щегла, когда я вручу ему лампу, пересилило.
По дороге, в одном из коридоров, я встретил Глеба. Тот взвился сначала, потом сообразил, кто перед ним, и кинулся обниматься, дылда этакая. Я перенес это стоически. Глеб активировал коммуникатор и принялся сообщать всем о моем благополучном возвращении. Дворжек велел всем подниматься к нему.
Собрались молниеносно. Когда мы с Глебом вышли из лифта в кабинете Щегла, там уже сидели и Николай, и Рита, и Кира, и еще человек пять, которых я не знал. Следом за нами прибыла Ирина. С ней мы обменялись многозначительными улыбками. Последним в кабинет ввалился Жесткий. По его виду было заметно, что он преодолел по коридорам Базы значительное расстояние, и большую его часть бегом. Щегол надел очки с эфирным детектором. Я театральным жестом поставил лампу на стол.
Но лицо Дворжека при этом выразило совсем не то, что я ожидал. Оно вытянулось, а уголки губ опустились.
– Что это за туфта? – спросил он. – Кто тебе это всучил?
– Лично Аль Рух! – ответил я, чувствуя, как холодеет сердце.
– Лампа не содержит никаких следов магического воздействия, – подтвердил Глеб, тоже глянув на жестянку через детектор.
– Тревога! – спокойно процедил сквозь зубы Дворжек. – Быстро сформировать боевую группу и блокировать транспортные порты. Особенно «один-два-три». Николай старший. Сморода и Чеботарев по обе руки от него. Живо!
Я, честно говоря, не сразу сообразил, какой ход мысли привел нашего бессменного командира к такому решению. Однако на флоте приказы не обсуждают. В Институте, кажется, тоже. Но не успели мы с Николаем и Жестким загрузиться в кабину лифта, как кабинет заполнился звуком тревожной сирены.
– Пипец… – громко произнес Глеб. – Доигрались.
Когда мы выскочили из лифта в коридор, там уже все было затянуто едким дымом. Со стороны фонтана ширкнула плазменная очередь. Кто-то истошно закричал. Рвануло. По коридору плотно пробежала ослабленная стенами ударная волна.
– В ангар, к оружейке! – приказал Николай.
Теперь я уже сообразил, что на Базу напали арабы. И воспользовались именно тем портом, который я сам устроил. Но как это возможно и с какой целью сделано, находилось за пределами моего понимания.
Хорошо, я не выложил ручной плазмоган, который сунул за пояс на постоялом дворе – противник успел просочиться вглубь Базы, и теперь можно было ждать атаки из-за любого угла. Ни у Жесткого, ни у Николая оружия не оказалось, так что мне пришлось пробираться первым. Обстановка осложнялась тем, что из-за стелющегося дыма видимость была никакая, отличить мечущиеся тени своих от мечущихся теней чужих представлялось маловозможным.
На Базе шла бойня. Никто из наших не привык носить оружие в помещениях, да и не принято это было. Никто не ждал нападения, считая Базу самым защищенным местом на Земле. Но и на старуху бывает проруха. Вот и вышло. Поэтому, когда я видел вспышки плазменных выстрелов, сразу бил в стрелка. Вероятность того, что это араб, была сто процентов. И ни разу в этом я не ошибся. Заодно и сам завладел трофейным штурмовым плазмоганом, и соратников вооружил. Стало чуть полегче.
В одном из коридоров мы застряли. Арабы успели устроить баррикаду из мебели, залегли за ней втроем и уничтожали из штурмовых плазмоганов все, что появлялось в пределе их видимости. А нам надо было дальше, нам надо было в ангар. Пришлось повозиться. Конечно, у нас с Жестким подготовка получше арабской, поэтому в два ствола мы их одолели, но упарились при этом изрядно.
– Может, ну его, ангар? – спросил я, когда от баррикады осталась груда дымящихся досок. – Уже вооружены.
– Дело не в оружии, – ответил Николай. – Нам надо активировать закрытый «хлоп» в ангаре, чтобы перетащить сюда всех, способных держать оружие и сформировать боевой отряд.
– А на кой черт вы закрыли порт в ангаре? – поразился я.
– В целях безопасности, – нахмурился он. – Там же оружейка. Приказ Дворжека.
– Очень умно. Он что, своих же боится?
– Он никого не боится. Но люди у нас разные и вербовка разная. Были прецеденты.
А вообще-то он прав. Были бы у меня нервы похуже, я бы, может, тоже выкинул какой-нибудь фокус, когда узнал, что меня решили попросту тут законсервировать. Просто я имел другой выход. А кто-то, может, воспользовался бы более простым решением. Да уж, Щегол… Мастер Игры. Но где-то он ошибся, иначе на Базе сейчас не шел бы бой. Или на него нашелся более умелый Мастер Игры. Аль Рух, каким я его увидел в пустыне, на эту роль никак не годился. Расул? Может быть. Но он производил впечатление хорошего инструмента в чужих руках, как и я сам. А вот кто движет им? Скорее всего, настоящий Аль Рух. А мне показали дешевого опереточного актера со старой жестянкой вместо настоящей лампы. Но для чего? Может, как раз для того, чтобы увидеть, как я прыгну на Базу, а потом перебросить следом штурмовой отряд, привезенный на двух транспортниках? Все это вполне возможно было бы, если бы Расул с первого дня знал, кто я, и мог бы читать все мои мысли. А так… Ну откуда ему знать о самом существовании транспортных пентаграмм? И откуда ему знать номер порта, в который надо прыгать? И откуда ему знать, что вообще надо нажимать на нарисованные кнопки?
До ангара мы добрались без особых приключений, только прибили еще двух арабов и обзавелись двумя лишними стволами. Первым делом Николай отворил дверь в небольшую пустую комнатку. Сверившись со своим индикатором, я понял, что тут находится ответная точка, но пентаграммы на полу нарисовано не было. Я уже привычным жестом нацарапал ее ножом на полу. Николай активировал коммуникатор, но не успел ничего сказать.
– Молчать!!! – еле слышным шепотом приказал Дворжек, едва оказался на связи. – Ни слова!!! Номер порта передашь потом. – Потом уже нормальным голосом добавил: – Пентаграмму начертили?
– Да, – ответил Николай с ничего не понимающим видом.
– Отлично. Перебрось мне Егора в порт питерской ячейки. – Мы сюда перебазировались, поскольку отсюда хоть прыгнуть куда-нибудь можно.
– Принял, – ответил Николай и кивком головы приказал мне стать на пентаграмму. У меня и мысли не было сопротивляться. Хлопок, и я уже оказался в знакомом помещении при штабе питерской ячейки во владениях Глеба. Ждал меня Дан. Он сразу прижал палец к губам, велев держать рот на замке, а потом провел в штабной кабинет, где собрался весь генералитет и свободные командиры ячеек. Щегол придвинул мне лист тонкого пластика, на котором световым стилом было выведено: «У тебя „жучок“ в одежде. Снимать не надо. Но говорить будем только то, что предназначено для ушей противника. Остальное писать. Понял?»
Я дочитал и кивнул.
– Каким-то образом противнику удалось нас переиграть, – произнес Щегол. – Боевики вторглись на Базу и заняли обширную ее часть. Сейчас Николай и Жесткий занимаются формированием отряда, но, несмотря на это, я решил эвакуировать генералитет. Всем приказываю покинуть Базу и рассредоточиться по городским «хлоповым» пентаграммам. До получения дальнейших инструкций. Мне же необходимо блокировать или уничтожить здесь то оборудование, которое может представлять опасность в руках врага. Со мной, в качестве охраны, останутся Дан и Егор. Все. Выполняйте.
Собравшиеся, за исключением нас троих, переместились в транспортную комнату, откуда донеслись характерные хлопки. Дворжек взял лист и написал:
«Арабы заняли Базу, чтобы блокировать любую нашу активность на тонком уровне. Особенно им важно не дать нам возможность воспользоваться машиной корректировки случайностей».
«С чего такой вывод?» – ниже дописал я.
«Видно по их действиям. Знают они обо всем из ваших разговоров с Даном. Скорее всего, Расул при первой встрече умудрился вживить тебе в одежду подслушивающее устройство с большим радиусом действия. Они знали все наши ходы наперед, поэтому и смогли обыграть, подсунув тебе фальшивую лампу. Они знали, что ты сразу прыгнешь. А как это сделать, вы с Даном обсуждали в лесу».
«А конечная цель?» – написал Дан на другом листе.
«Скорее всего, именно сейчас они собираются активировать демона. Нашли другого потомка Соломона, иначе всё происходящее не объяснить. Решили выключить нас из игры, чтобы не помешали в ответственный момент. Единственный способ расстроить их планы – вывести из строя Расула, который наверняка командует операцией. Будем ловить на живца. На меня. Потому что если ликвидировать начальника Института, дальнейший штурм Базы не будет иметь смысла. Мы же попробуем ликвидировать Расула, когда он попытается ликвидировать меня».
«А как он тебя найдет?» – написал я.
«По Компасу Соломона. Он ведь слышал только что, как ты был назначен в мою охрану».
В этом был резон. Веселая игра, нечего сказать.
– Так, – произнес Дворжек. – Я все отключил. Пришло время сматываться и нам, а то скоро по всей Базе станет жарко. Николаю я тоже дал приказ отступить и сдать позиции. Нет смысла рисковать людьми. Всё, уходим. Егор, не забудь переодеться в оперативку. В халате на улицах Сан-Петербурга ты будешь выглядеть вызывающе. И держи мазь от Ирины. Рожицу подправь.
Он выдал мне флакон с наномазью. Я разделся, натерся и переоделся во взятую из штабного шкафа одежду. Брюки, тонкий свитер, плащ. В кармане обнаружилась «струнка», что меня очень порадовало. Халат вместе с подслушивающим устройством Дворжек пинком отправил в дальний угол, где стояла корзина для мусора. В нее он не попал, да и ладно.
– Оружие не брать, – предупредил Щегол. – Нежелательно сейчас иметь конфликты с полицией. В городе боевики не смогут нам угрожать.
Все это, понятно, он вещал еще для ушей Расула.
– Уходим в порт «двадцать четыре». Там разберемся.
– Что это за место? – решил я дать Расулу дополнительные координаты.
– Разрушенный композитник на Васильевском, – с улыбкой ответил Дворжек. – Трущобы.
Мы перешли в транспортную комнату и «хлопнули» на Васильевский, оказавшись, действительно, в развалинах старинного дома. Когда-то он был высотой в километр, не меньше, но сейчас осталось всего шестнадцать этажей. Остальное рухнуло при дезактивации антигравитационного привода и валялось теперь в округе изломанными композитными плитами. Внутри было пусто, свежо и прохладно. Пахло сыростью. Я глянул наверх и увидел, как в квадратном проеме руин плывут белые пушистые облака.
– Твоя одежда осталась в штабе, – с облегчением произнес Дворжек. – Можно по-человечески поговорить. Хотя времени мало, лучше сразу принять меры по ликвидации Расула.
– Тогда нечего его и тратить, – сказал я, осматривая предполагаемое место финальной битвы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45


А-П

П-Я