https://wodolei.ru/catalog/sistemy_sliva/sifon-dlya-vanny/s-perelivom/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


«Мысли есть, а вот изложить их трудно. Надо ведь так, чтобы понял каждый боец… Где бы, у кого бы поучиться… Подождите, подождите… Кто же это писал: «Пуля дура – штык молодец»?.. Да ведь Суворов же!..» – И он, подойдя к полке с книгами, отыскал книжечку Суворова «Наука побеждать» и, присев на диван, стал с жадностью читать…
Не прошло и полчаса, как он подошел к столу, разложил бумагу и твердым почерком написал: «Советы бронебойщикам (как наиболее эффективно использовать в бою противотанковое ружье)».
Когда все пять советов бронебойщикам были написаны, Дегтярев вчетверо сложил листочек бумаги и убрал его в карман.
«Пойду в бюро, надо обсудить с товарищами, может, они помогут изложить еще покороче…»
«Советы бронебойщикам» Дегтярева получили широкое распространение на фронте и принесли большую пользу бойцам. Вот что писали Дегтяреву фронтовики:
«Уважаемый В. А. Дегтярев!
Ваши «Советы бронебойщикам» мы изучим наизусть. Когда в наших руках грозное противотанковое ружье Вашего изобретения, нам не страшны ни «тигры», ни «фердинанды». Мы заверяем Вас, пока бьются наши сердца, мы будем бить немецкую технику и живую силу, где бы она ни появлялась. И там, где стоят гвардейцы, вооруженные изобретенным Вами «ПТР», немецкие танки не пройдут».
Вот еще одно письмо с фронта:
«В отражении бешеных танковых атак противника на орловском, курском и белгородском направлениях наряду с артиллеристами огромную роль играют бронебойщики. Много им дали Ваши советы, присланные по просьбе одной из армейских газет. Бронебойщики, вооруженные Вашим ружьем, добиваются замечательных успехов: старший сержант Степанов, командир отделения бронебойщиков, только в одном бою уничтожил 6 вражеских танков, сержант Носов подбил 2 танка, лейтенант Паклин – 4 танка. Сообщаем Вам об этих успехах, которые широко освещаются на страницах нашей фронтовой газеты. Мы просили бы Вас прислать небольшой телеграфный ответ, который, несомненно, повысит еще больше боевой дух бронебойщиков. Ответ шлите через Наркомат Обороны. Привет и наилучшие пожелания.
Редакция газеты «Красная Армия».
Переписка и живая связь с фронтовиками помогли Дегтяреву еще больше усовершенствовать свое «ПТР», сделать его поистине грозным оружием в борьбе с фашистскими танками.
Правительство высоко оценило новое изобретение конструктора, ему снова была присуждена Государственная премия. Одновременно с Дегтяревым Государственная премия была присуждена за создание противотанкового ружья и его талантливому ученику Сергею Гавриловичу Симонову.
Дегтярев был искренне обрадован успехами молодого конструктора – воспитанника образцовой мастерской – и в тот же день послал ему телеграмму:
«Глубокоуважаемый Сергей Гаврилович! От всего сердца, искренне, горячо поздравляю Вас с присуждением Вам СНК СССР Государственной премии.
Желаю Вам здоровья и многолетней плодотворной работы по созданию новых образцов вооружения Красной Армии. Работайте не покладая рук на благо прекрасной Родины.
Крепко жму Вашу руку.
В. Дегтярев».
Бронебойщики, вооруженные противотанковыми ружьями, созданными двумя советскими конструкторами, были смертельным препятствием на пути немецких танков.
В жестоких битвах под Москвой, на Волге, Курской дуге и в последующих боях они покрыли себя и свое оружие бессмертной славой.
Новые образцы
Как-то Василий Алексеевич простудился, начал сильно кашлять, похудел. Сотрудники, заметив это, стали его уговаривать отдохнуть.
– Что вы, я совершенно здоров, – отвечал Василий Алексеевич и продолжал работать.
Опасаясь за здоровье своего руководителя, они вызвали врача и общими усилиями отправили Дегтярева домой.
Был уже вечер. Он выпил лекарство и лег в постель. Но часа через два проснулся и, обеспокоенный делами, позвонил на завод. К телефону подошел сын Владимир:
– Все хорошо, папа, работаем… Между прочим, для тебя есть подарок.
– Что за подарок?
– Шпагин Георгий Семенович прислал свое изобретение – автомат.
– Что ты говоришь?.. Ну я сейчас же иду… Ерунда, чувствую себя хорошо…
Через полчаса Василий Алексеевич, окруженный конструкторами, сидел за столом, на котором лежал новенький «ППШ» (пистолет-пулемет Шпагина).
Василий Алексеевич внимательно осмотрел его и улыбнулся.
– Надо разобрать, посмотреть его устройство.
– Сейчас принесу отвертку, – сказал Владимир.
– Я думаю, она не потребуется, – сказал Василий Алексеевич. – Еще когда Георгий Семенович был у нас, он говорил, что сделает образец, в котором не будет ни одного винта.
Осторожно и мягко Василий Алексеевич начал отнимать часть за частью, и «ППШ» в его умелых руках словно рассыпался.
Конструкторы изумленно переглянулись. Каждый из них был поражен предельной простотой устройства нового оружия.
– Посмотрите на детали, – указал Василий Алексеевич, – большинство из них штампованные…
– Да, в производстве такой пистолет-пулемет будут делать за несколько часов, – согласились конструкторы.
– В этом-то и штука! Молодчина Георгий Семенович. Хороший подарок нам прислал, а для армии этот подарок окажется драгоценным!..
Оставшись один, Василий Алексеевич думал об автомате Шпагина. В этой системе были учтены все недостатки «ППД», его пистолета-пулемета. Шпагину удалось создать, безусловно, лучший образец, а удивительная простота устройства позволяла быстро организовать массовое производство «ППШ» на любом из заводов.
«Да, этот пистолет-пулемет, безусловно, получит широкое признание в армии, – размышлял Дегтярев. – Шпагинский автомат легче и дешевле сделать, чем мой, надо сейчас же поздравить Георгия Семеновича с большой победой».
Дегтярева искренне радовал успех своего ученика. Расхаживая по кабинету и обдумывая письмо, он весело щелкал пальцами, говоря вслух:
– Какой молодчина! Какой молодчина!
Его совершенно не волновала мысль о том, что теперь его «ППД» останется в тени. «Мой послужил и послужит еще, – думал он, – а если и будет снят с производства – не беда! Надо только, чтобы шпагинский был немедленно запущен в серийное. Он нужен армии, как воздух. Скоро, скоро кичливые фашисты перестанут хвастаться своими автоматчиками. Да, да, перестанут, так и напишу Георгию Семеновичу. Жалко, перевели его от нас, а то бы пошел и обнял его, как сына, за такой автомат…»
В декабре 1941 года, когда гитлеровские армии подошли вплотную к столице, когда над заводом по нескольку раз в сутки появлялись фашистские «юнкерсы», Дегтяреву предложили эвакуироваться в глубокий тыл, чтобы там в спокойной обстановке продолжать свою работу.
Конструктор решительно отказался покинуть родной завод.
«Я верю, что враг будет отброшен в самое ближайшее время, – заявил он. – Порукой тому замечательное оружие, созданное советскими оружейниками, которого с каждым днем становится больше».
Скоро его слова подтвердились. В декабре 1941 года советские войска нанесли немецко-фашистским захватчикам под Москвой первый сокрушительный удар.
Старый оружейник со слезами на глазах слушал сообщение Совинформбюро о разгроме немцев под Москвой. Он радовался, что в замечательной победе советских войск был и его труд. Об этом свидетельствовали многочисленные письма воинов, в которых они благодарили его за создание отличных образцов «дегтяревского оружия»…
Неустанно работая сам, Дегтярев всячески поощрял творчество своих помощников, в которых угадывал способности к изобретательству.
Однажды, ранним июльским утром, когда Дегтярев трудился в саду, щелкнула калитка, и в сад вошел человек с большим неуклюжим свертком.
Дегтярев, выглянув из-за куста, узнал гостя и, улыбаясь, пошел ему навстречу.
– С добрым утром, Василий Алексеевич! – приветствовал гость.
– Здравствуй, Максимыч! Какими судьбами?
– Да вот, – он кивнул на сверток, – пулемет принес. Уж не обессудьте, Василий Алексеевич, к вам, как к отцу родному!..
– Ну-ну, рассказывай!
– Что тут рассказывать, вот глядите! – поставив на штабель парниковых рам сверток, гость распахнул простыню.
Перед Дегтяревым предстала модель совершенно нового пулемета.
Она была сделана из дерева, жести, картона, но Василий Алексеевич этого не замечал, все его внимание было поглощено формами и конструкцией нового пулемета.
Горюнов (так звали Максимыча) стоял перед ним, как ученик на экзаменах.
Он был уже не молод. Его каштановые пышные волосы поредели, лицо посекли мелкие морщинки, только глаза горели молодым огнем.
– Ствол никак приставной? – спросил Дегтярев.
– Да, приставной, чтобы в случае перегрева можно было немедленно заменить другим, – пояснил Горюнов, – а детали больше штампованные, чтобы легче и быстрее, – ведь война!
– Так! – сказал Дегтярев и, прищурясь, стал поворачивать макет, присматриваясь к каждой детали.
Горюнов с волнением переступил с ноги на ногу. «Что-то скажет конструктор?» – думал он.
Дегтярев поднялся и, улыбнувшись, крепко пожал ему руку.
– Что же ты раньше-то молчал, Максимыч?
– Все не верил как-то!.. – смущенно ответил Горюнов.
– Понимаю… Сам таким был… Но теперь время другое. Подбери себе двух – трех помощников и сегодня же приходи в бюро. Будешь сам делать свой пулемет. Все устроим, освободим от всех дел. Будешь работать только над пулеметом…
Дегтярева глубоко взволновала встреча с Горюновым.
«Эх, и способный же у нас народ! – говорил он себе. – Ведь простой мастеровой, слесарь, а какую штуку придумал! Да и разве он один…»
Как только Дегтярев пришел на завод, ему тотчас же доложили о Горюнове.
Тот привел с собой племянника Михаила Горюнова, слесаря седьмого разряда, и его друга, тоже слесаря, высокого мешковатого парня – Воронкова.
Дегтярев познакомил их с конструктором, которого выделил в помощь изобретателю, и сообщил, что для них уже приготовлены станки и отдельное место в цехе.
Горюнов с жаром отдался работе. Напарники, увлеченные его задором, работали с подъемом, и дело двигалось быстро.
Чутьем опытного конструктора Дегтярев угадал в макете талантливое изобретение. Опасаясь преждевременными советами помешать Горюнову, он приходил к ним редко, но через своих конструкторов следил за работой, неустанно и всемерно помогал.
Горюнов чувствовал это. Внимание и забота Дегтярева вселяли в него уверенность, прибавляли сил и энергии.
Когда все детали были сделаны в металле, Горюнов собрал пулемет и сам отнес его в тир для испытаний. Все видевшие пулемет поздравляли изобретателя с удачей. Однако при стрельбе механизм захлебнулся, и никакие усилия не могли привести его в действие.
Горюнов стоял бледный, осунувшийся, его била нервная дрожь.
В эту минуту к нему опять подошел Дегтярев и ласково положил руку на плечо.
– Ничего, Максимыч, ничего, отладим! Я тоже с неудачи начал, крепись. Теперь другое время, тебя поддержит завод, партия, вся страна, наше дело – общее дело!
Опять в цехе закипела горячая работа, теперь уже под наблюдением самого Дегтярева.
Механизм отлаживали, устраняли мелкие недостатки, тщательно подгоняли детали.
Через некоторое время Горюнов так же, как двадцать лет назад Дегтярев, повез свой пулемет в Москву на испытания.
Скоро на заводе была получена телеграмма, извещающая, что пулемет показал хорошие боевые качества.
В цехах царило оживление. Рабочие от души радовались успеху своих товарищей. С Дегтяревым еще накануне говорили из Москвы по телефону о том, что пулемет Горюнова хорош, но тяжел станок и что этот недостаток может оттянуть его приемку. Дегтярев тут же нашел выход: он посоветовал поставить пулемет на станок своей конструкции…
Правительство отметило новое изобретение присуждением Государственной премии обоим Горюновым, Воронкову и их руководителю – Василию Алексеевичу Дегтяреву.
Это была третья Государственная премия, присужденная Дегтяреву.
Горюнов не дожил до радостного часа, когда его пулеметы начали крушить врага. Государственная премия ему была присуждена посмертно.
Станковый пулемет Горюнова был сделан с воздушным охлаждением. Он оказался значительно легче русского «максима» и лучше его в боевом отношении.
Надежное и маневренное оружие было по заслугам оценено на фронте.
Так же, как Шпагин улучшил модель дегтяревского пистолета-пулемета, создав свой «ППШ», Горюнов, сконструировав модель нового станкового пулемета, подарил воинам образец, в котором были учтены требования, выдвинутые Отечественной войной. Образец прочный, надежный и дешевый в производстве, который с успехом заменил «ДС».
Дегтярев от души радовался успехам своих учеников, потому что эти успехи, увеличивая боевую мощь Красной Армии, приближали час окончательной победы над врагом.
В тылу, как на фронте
Когда опытные образцы пулемета Горюнова прошли положенные испытания, завод получил боевое задание – срочно наладить серийный выпуск нового оружия.
Это была тяжелая задача, так как завод не располагал даже помещением, где бы можно было организовать новое производство…
Но задачу эту следовало решать немедленно – весна 1943 года вступала в свои права, на фронте шли ожесточенные бои…
Экстренное заседание партийного бюро затянулось за полночь, а нерешенных вопросов оставалось еще много. Собственно, решался всего один вопрос – об организации нового производства, но, чтобы решить его, следовало разрешить десятки других вопросов, от которых зависело главное.
Дегтярев, опустив на руки седую голову, сидел у длинного, покрытого зеленым сукном стола и думал вместе со всеми.
Все члены бюро пришли к единодушному мнению, что для организации нового производства необходимо построить еще один огромный цех. Но этот цех следовало построить в сроки, каких не знала доселе строительная практика. И пока что не было ни проекта, ни материалов, ни рабочей силы.
Уполномоченный ГКО, могучий черноволосый человек в простом рабочем костюме, говорил уверенно и властно, как бы чеканя слова:
– О материалах не может быть речи. Главные строительные материалы – кирпич, лес, цемент, стекло, железо, гвозди мы получим немедленно, мелочи изыщем на месте.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76


А-П

П-Я