https://wodolei.ru/catalog/mebel/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Говард Ф.Лавкрафт.
Призрачные поиски неведомого Кадафа

---------------------------------------------------------------
Трижды Рэндольфу Картеру снился этот чудесный город и трижды его
вырывали из сна, когда он стоял неподвижно на высокой базальтовой террасе.
Весь в золоте, дивный город сиял в лучах закатного солнца, освещавшего
стены, храмы, колоннады и арочные мосты, сложенные из мрамора с прожилками,
фонтаны с радужными струями посреди серебряных бассейнов на просторных
площадях и в благоуханных садах; широкие улицы, тянущиеся между хрупкими
деревьями, мраморными вазами с цветами и статуями из слоновой кости, что
выстроились сверкающими рядами; а вверх по крутым северным склонам
карабкались уступами вереницы черепичных крыш и старинные остроконечные
фронтоны - вдоль узких, мощенных мшистой брусчаткой переулков. То был
восторг богов, глас божественных труб и бряцанье бессмертных кимвалов. Тайна
объяла его, точно тучи легендарную безлюдную гору, и, покуда ошеломленный и
мучимый неясным предчувствием Картер стоял на кромке горной балюстрады, его
мучили острая тревога почти что угасших воспоминаний, боль об утраченном и
безумное желание вновь посетить некогда чарующие и покинутые им места.
Он знал, что когда-то этот город имел для него некое высокое значение,
хотя в каком жизненном цикле или в какой инкарнации он посещал его и было ли
то во сне или наяву, он не мог сказать точно. Неясным образом видение этого
города вызвало отблески давно позабытой поры юности, когда удивление и
удовольствие пронизывали таинство дней, а рассвет и закат равно полнились
пророчествами под пронзительные звуки лютни и песни, распахивая ярящиеся
врата к новым и еще более удивительным чудесам. Но каждую ночь Картер стоял
на этой высокой мраморной террасе, украшенной диковинными вазами и резными
перилами, и глядел на тихий предзакатный город, исполненный красоты и
неземного смысла, ощущая бремя власти тиранических богов своих грез; ибо
никоим образом он не мог ни покинуть эту возвышенность, ни спуститься по
широким мраморным ступеням, бесконечно сбегающим вниз - туда, к объятым
старинными ведьмовскими тайнами улицам, что властно манили его к себе.
Когда же он пробудился в третий раз, так и не осмелившись спуститься по
лестнице и прогуляться по тихим предзакатным улицам, он долго и истово
молился тайным богам своих грез, что гордо восседают над облаками, плывущими
мимо неведомого Кадата в холодной пустыне, куда не ступала нога смертного.
Но боги не дали ему ответа и не выказали своей милости, как не подарили ему
никакого благого знамения, когда он молился им во сне и самоотреченно звал
их, прибегнув к помощи брадатых жрецов Нашта и Каман-Та, чей пещерный храм с
огненными колоннами находится неподалеку от врат в реальный мир. Казалось,
однако, что его молитвы сослужили ему плохую службу, ибо уже после первой из
них он вдруг вообще перестал видеть чудесный город, точно прошлые три
встречи с ним были лишь случайными миражами или оптическими иллюзиями, и он
узрел их в нарушение некоего тайного плана или вопреки воле богов.
Наконец, устав от томления по этим сверкающим предзакатным улицам и
загадочным горным проулкам, вьющимся меж древних черепичных крыш, и не
способный ни во сне, ни наяву прогнать их от своего мысленного взора. Картер
решил отправиться с дерзкой мольбой туда, куда еще никогда не хаживал ни
один человек, пересечь во тьме льдистые пустыни и попасть туда, где
неведомый Кадат, сокрытый в облаках и увенчанный невообразимыми звездами,
хранит во мраке вечной тайны ониксовый замок Великих богов.
Погрузившись в легкий сон, он одолел семьдесят ступенек к пещере огня и
рассказал о своем замысле брадатым жрецам На-шту и Каман-Та. Но жрецы
покачали венценосными головами и предрекли ему смерть его души. Они
заметили, что Великие уже проявили свою волю и не любят, когда их тревожат
назойливыми мольбами. Они напомнили ему также, что ни один человек никогда
не был на Кадате, и никто даже не догадывался, в какой части мироздания он
находится - то ли в мире грез, обнимающем наш зримый мир, то ли в тех
далеких мирах, что окружают какой-нибудь загадочный спутник Фомальгаута или
Альдебарана. Если же в мире наших снов, то его, вероятно, можно достичь, ибо
лишь трем смертным, с тех пор как возникло время, удалось пересечь черные
бездны к сонным мирам, но из этих троих двое вернулись безумцами. В своих
путешествиях они встретили бесчисленные испытания, а напоследок их ожидал
несказанный ужас, который невыразимо бормотал что-то из-за пределов
стройного космоса - оттуда, куда не достигают наши сны; тот последний
бесформенный кошмар в средоточии хаоса, который богомерзко клубится и бурлит
в самом центре бесконечности - безграничный султан демонов Азатот, имя
которого не осмелятся произнести ничьи губы, кто жадно жует в непостижимых,
темных покоях вне времени под глухую, сводящую с ума жуткую дробь барабанов
и тихие монотонные всхлипы проклятых флейт, под чей мерзкий грохот и
протяжное дудение медленно, неуклюже и причудливо пляшут гигантские
Абсолютные боги, безглазые, безгласные, мрачные, безумные Иные боги, чей дух
и посланник - ползучий хаос Ньярлатотеп.
Обо всем этом предупредили Картера жрецы Нашт и Каман-Та в пещере огня,
но он тем не менее не изменил своего решения найти богов на неведомом Кадате
в холодной пустыне, где бы он ни находился, и выпросить у них прозрение, и
память, и пристанище в чудесном предзакатном городе. Картер знал, что
путешествие его будет нелегким и долгим, и что Великие ему воспротивятся,
но, будучи старожилом мира грез, он понадеялся на помощь многих своих
полезных воспоминаний и ухищрений. Итак, испросив необходимого благословения
у жрецов и тщательно обдумав свой маршрут, он отважно преодолел семьсот
ступеней к вратам Глубокого Сна и вошел в зачарованный лес.
На потаенных тропинках этой непроходимой чащи, где низкие толстостволые
дубы сплетают протянутые друг к другу ветви, и диковинные грибы на их
стволах испускают таинственное сияние, обитают хитрые и необщительные зуги,
которым ведомо много темных тайн сонного мира и кое-какие тайны мира явного,
ибо сей лес двумя опушками подступает к жилищам людей, хотя где именно -
сказать нельзя. Там, куда пробираются зуги, множатся необъяснимые слухи,
происходят непонятные события и исчезают люди, так что очень даже хорошо,
что они не могут удаляться от пределов сновидческого мира. Однако по
приграничным областям сновидческого мира они перемещаются свободно, порхая
там крошечными коричневыми невидимками и принося на хвосте занятные байки,
которыми потом обмениваются, коротая часы у огня в своем любимом лесу.
Большинство из них обитает в земляных норах, кое-кто населяет стволы больших
деревьев, и хотя в основном они питаются древесными грибами, ходят слухи,
что они любят полакомиться и человечинкой, в телесном или бесплотном
обличье, так как совершенно точно известно, что многие спящие вступали в
пределы леса и более назад не возвращались. Картер тем не менее не испытывал
страха, ибо он был опытным сновидцем и давно выучил их стрекочущий язык и
заключил с ними немало уговоров; и в частности, обнаружил с их помощью
чудесный город Селефаис в Оот-Наргае за Танарианскими горами, где половину
года владычествует великий царь Куранес, человек, при жизни известный ему
под другим именем. Куранес был одним из тех, кто совершил путешествие в
зазвездные бездны, но единственный вернулся оттуда с ясным рассудком.
Продвигаясь по низким фосфоресцирующим туннелям меж гигантских
деревьев, Картер издавал стрекот, подражая зугам, и напрягал слух в ожидании
их отклика. Он помнил, что одно поселение этих тварей находится в самом
центре леса, где выложенный круг мшистых валунов на месте старой вырубки
хранит память о древних и куда более страшных обитателях, ныне прочно
позабытых, - и к этому-то кругу камней он и устремил свои стопы. Он держал
путь мимо диковинных грибов, которые по мере приближения к страшному кругу
камней, где древние твари устраивали свои пляски и приносили
жертвоприношения, казались значительно более тучными и разросшимися. Наконец
в ярком сиянии толстых и сочных древесных грибов обнаружилась угрюмая
зелено-серая глыба, устремленная ввысь и теряющаяся из виду над куполом
леса. Это был первый из каменных колоссов ритуального круга, и Картер понял,
что он недалеко от деревни зугов. Возобновив свой стрекот, он стал терпеливо
ждать, и в конце концов его терпение было вознаграждено появлением мириадов
глаз, вперивших в него свой взор. Это были зуги, ибо сначала можно увидеть
их зловещие глаза, а потом уж различить скользкие коричневатые тельца.
И вот они высыпали роем из потаенных нор и древесных стволов, и скоро
вся тускло освещенная поляна кишела этими тварями. Кто-то из самых дерзких
грубовато теребил Картера, а один даже нагло ущипнул его за ухо, но этих
негодников очень быстро окоротили старейшины. Совет Мудрых, узнав пришельца,
предложил ему бурдюк древесного сока, добытый из необычайного
дерева-привидения, что выросло из упавшего с луны семени, и, пока Картер
чинно пил предложенный ему напиток, завязалась весьма странная беседа. Зуги,
к несчастью, не знали местонахождения Кадата и даже не могли сказать,
обретается ли холодная пустыня в мире наших снов или в каком-либо ином мире.
Слухи о Великих богах приходили отовсюду, и можно было очевидно лишь то, что
скорее их можно узреть на высоких горных пиках, нежели в долинах, ибо на
этих вершинах, когда луна высоко, а тяжелые облака клубятся внизу, они
пускаются в свой ностальгический танец.
А потом один очень древний зуг вспомнил нечто, о чем не слыхивали
прочие, и сказал, что в Ултаре, за рекой Скай, до сих пор находится
последний список тех невероятно древних Пнакотикских рукописей, что были
составлены наяву мужами в позабытых арктических царствах и принесены в
страну снов, когда косматый каннибал Гнофкес победил многохрамый Олатое и
убил всех героев земли Ломар. Эти манускрипты, по его словам, могли поведать
много о богах, и, кроме того, в Ултаре были люди, которым довелось видеть
знаки богов, и среди них один старый жрец, который взошел на великую гору,
дабы узреть танцующих богов при лунном свете. Он, однако, не сумел достичь
своей цели, а вот его спутник сумел и сгинул в безвестности.
Итак, Рэндольф Картер поблагодарил зугов, и те ответили ему дружелюбным
стрекотом и дали ему на дорогу еще один бурдюк с вином из сока лунного
дерева, и он отправился в путь по фосфоресцирующему лесу, туда, где быстрая
Скай стремит свои потоки вниз по склону Лериона, а на равнине разбросаны
Хатег, Нир и Ултар. Следом за ним, незримо порхая за его спиной, устремилось
несколько любопытных зугов, которым хотелось узнать, что за страсть овладела
гостем, и потом рассказать об этом своим соплеменникам. По мере того, как
Картер удалялся от деревни, громадные дубы теснились все плотнее, и он
внимательно искал глазами то место, где стена дубов должна была
расступиться, чтобы перед ним возникли древние высохшие или засыхающие
стволы, торчащие между невиданно густых грибов, гнилой плесени и полых
стволов своих падших собратьев. Там он должен был свернуть резко в сторону,
ибо на том самом месте покоится на земле огромная каменная глыба, и те, кто
отважился к ней приблизиться, говорили, что в нее вмуровано железное кольцо
диаметром в три фута. Помня о древнем круге из мшистых каменных глыб и о
том, для чего он был тут воздвигнут, зути не рисковали надолго задерживаться
у каменной глыбы с железным кольцом, ибо понимали, что забвение вовсе не
обязательно означает смерть, и не горели желанием увидеть, как каменная
глыба медленно сдвигается со своего места.
Картер свернул в нужном месте и услыхал позади перепуганный стрекот
робких зугов. Он предвидел, что они пустятся за ним следом, поэтому не
удивился, ибо рано или поздно привыкаешь к странностям поведения этих
пытливых созданий. Когда он подошел к лесной опушке, сгустились сумерки, а
теперь посветлевшее небо подсказало ему, что близится рассвет. Над тучными
лугами, сбегающими к водам Ская, поднимался дымок из печных труб - повсюду
виднелись заросли живой изгороди, вспаханные поля и соломенные крыши мирных
хижин. Один раз он подошел к колодцу напиться, и собаки в испуге облаяли
невидимых зугов, ползущих за ним в траве. Подойдя к другому двору, где было
многолюдно, он спросил о богах, верно ли, что они часто пускаются в пляс на
Лерионе, но фермер и его жена в ответ лишь изобразили знак Старцев и
показали ему дорогу к Ниру и Ултару
В полдень он прошел по широкой улице Нира, который некогда уже посещал
во сне и который стал тогда конечным пунктом его маршрута, а вскоре после
того он вышел к большому каменному мосту через Скай, тому самому, в чей
центральный пролет каменщики, когда строили его тринадцать веков назад,
вмуровали жертву - живого человека. Когда он перешел на другой берег,
многочисленные кошки (при виде сопровождающих его зугов они воинственно
выгнули спины) возвестили о близости Ултара, ибо в Ултаре, согласно древнему
непререкаемому закону, человек не вправе убить кошку. Окрестности Ултара
являли приятное глазу зрелище: зеленые коттеджики и обнесенные аккуратными
заборами фермерские угодья, - а еще приятнее был вид тихого городка со
старинными островерхими крышами и тяжелыми вторыми этажами с массивными
балконами и бесчисленными печными трубами и узкими улочками, где меж спинами
отдыхающих кошек виднелись темные камни брусчатки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19


А-П

П-Я