Брал сантехнику тут, суперская цена 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

высадиться на границах укрепленного района и атаковать. Со Сто Двадцать Первой все обстояло немного иначе. Во время прошлой вылазки «Охотники за Головами» захватили курьерское судно хорьков. Теперь же они сами были замаскированы под корабль халиан. И главная задача Охотников состояла в том, чтобы незаметно, не привлекая ничьего внимания, приземлиться на планете.
Хорьки могли самыми разными способами вычислить Охотников. Перед скутером Охотников выпустили два беспилотных судна, которые были подбиты. Третье беспилотное судно достигло поверхности благополучно. Поэтому на командном пункте были уверены, что скутер Охотников опустится на поверхность целым и невредимым, если будет испускать те же радиосигналы, что и третье судно. Для командного пункта речь шла об очередной роте. Для «Охотников за Головами» речь шла о жизни или смерти.
— …секунд до посадки, — услышали они. Из-за плохой связи Охотники так и не узнали, сколько же именно осталось секунд. Но если речь шла о секундах, значит, дела обстояли неплохо.
— Подождите там! — заорал в микрофон сержант Брэдли, увидев, что кое-кто из новобранцев собирается выпрыгнуть прежде, чем корабль приземлится.
Не было ни взрывов ракет, ни выстрелов из автоматических плазменных орудий. Все шло пока хорошо…
Пока гостей не обнаружила наземная охрана хорьков. Но они-то и были нужны Охотникам.
Но среди Охотников на этот раз было слишком много новичков. И слишком много случайностей во время предыдущей операции на Бычьем Глазе…
Ковач почувствовал толчок — скутер коснулся поверхности планеты, и через минуту на полную мощность заработали тормозные двигатели.
— Вперед! — хором рявкнули Ковач, Брэдли и командиры взводов, как только сработало взрывное устройство, выбивая крышку люка.
Сто Двадцать Первая десантная рота, «Охотники за Головами», приступила к операции.
Оказавшись на плоской крыше крепости, десантники тут же были оглушены ревом выпущенной противником ракеты орбитальной защиты. Один из десантников, остававшийся на борту скутера, выпустил ракету из своей портативной пусковой установки.
Из-за взрывной волны это было довольно опасно. Реакция десантника была объяснима и понятна. Особенно, если в тебя начинают палить, как только ты приземлился.
Ракетная шахта хорьков находилась в крепости. Небольшой реактивный снаряд десантников, направленный в центр шахты, выпустил вниз еще один снаряд. Даже если противник готовил к запуску новую ракету, то скорее всего снаряд десантников успел уничтожить верхушку установки, тем самым предотвратив новый ракетный удар со стороны хорьков.
Крепость халиан представляла собой нагромождение бетонных коробок, причем плазменные орудия были установлены в каждом углу, а глубоко внизу находились ракетные шахты. Предполагалось, что скутер сядет на самое высокое из бетонных укреплений, но этого не произошло: западное укрепление было выше того, на котором оказались десантники, так что плазменные орудия противника могли уничтожить всю роту.
— Дельта, проверьте двести двадцать градусов, — приказал Ковач. Шлем выводил на внутренние дисплеи разные участки крепости. — Освободите верхнее…
Раздался грохот плазменного орудия. Капрал Синкевич стояла рядом с Ковачем, она была самым надежным телохранителем во Флоте. Ручное плазменное орудие, из которого она только что выстрелила, довольно тяжелое, выглядело в руках могучей капралши хрупкой и безобидной игрушкой.
Огневая установка халиан исчезла в мгновение ока.
Там, где только что находилась верхняя часть бетонной конструкции, вспыхнуло ослепительное пламя. У взвода «Дельта» имелась своя плазменная пушка, и им не нужно было дожидаться приказов Ковача. Десантники и сами прекрасно понимали, что если им не удастся в ближайшие секунды подавить вражескую огневую точку, то их дело швах.
Из-за оглушительного грохота Ковач практически ничего не слышал, что происходит в наушниках. Командиры отделений, вооруженные эхолокационными приборами, использовали шум для установления схемы крепости. Как только сержант получал топографическое изображение очередной шахты, он тут же сигналил десантникам, вооруженным ракетными установками.
Ракеты десантников уничтожали одну бетонную конструкцию за другой. Иногда вспышка желтого пламени указывала на то, что огромная халианская ракета разорвалась прямо в шахте.
Но халиане внезапно прекратили огонь.
Ковач огляделся, чтобы собственными глазами увидеть то, что он видел на дисплее шлема. Насколько он понимал, с той стороны, где они произвели посадку, стреляли только его парни.
В воздух больше не взлетали орбитальные ракеты. Затих грохот выстрелов. Что за черт?
На мгновение установилась оглушительная тишина: остальные десантники тоже поняли — происходит что-то неладное. А потом Брэдли взревел:
— Огонь!
И три ракеты одновременно устремились к северо-западному углу крепости.
Раздался взрыв, в воздух взлетели обломки стальной потайной двери. Осколки бетона и стали мешались с клочьями шерсти.
— Повторить! — приказал Ковач, три новые ракеты поднялись в воздух, и три взрыва раздались над воротами, уничтожая халиан, затаившихся под стенами крепости.
Ковач был более легок на подъем, чем его товарищи, обремененные тяжелыми орудиями. Он бросился в брешь, зиявшую на месте стальной двери.
— Газовые средства, вперед!
Похоже, взрыв задержал хорьков всего на несколько мгновений. Не успел Ковач отдать приказ, как в проломе появилась группа халиан. Поливая из автомата. Ковач не раздумывая устремился навстречу врагу. Охотники не отставали от своего командира. Еще один выстрел из плазменной пушки поразил цель. Капрал Синкевич хорошо знала свое дело.
Хорьки чем-то размахивали.
Из ямы появлялись все новые и новые халиане. Десантники забросали их гранатами.
Ковач остановился, чтобы перезарядить оружие. С ним поравнялся один из десантников с зеленым газовым баллоном за спиной.
Очередная группа хорьков вылезла из недр крепости. Ковач прицелился и замер. Но его товарищи успели уничтожить нескольких противников.
Хорьки размахивали белыми флагами.
— Прекратите огонь! — закричал Ковач. На смену убитым лезли все новые хорьки. — Прекратите огонь!
В следующей группе было около дюжины безоружных халиан, и все — с белыми флагами. Среди них были самки.
Один из десантников выстрелил из плазменной пушки. Еще несколько хорьков превратились в облако пара.
На их месте тут же возникли новые.
— Прекратите огонь! — яростно заорал Ковач, бросаясь вперед. Он встал между халианами и десантниками.
По одну руку от Ковача замерла Си, по другую — сержант Брэдли.
Сержант и капрал проклинали своего командира, но не так горько, как он проклинал себя и свое начальство. Ему следовало быть внимательнее!
Никто не стрелял. Все молчали. Слышно было лишь, как тяжело дышит Ковач. Он медленно повернулся к халианам и поднял щиток с экраном.
Хорьков было двенадцать. Они стояли на краю воронки, размахивая белыми флажками. Морды подняты вверх, так что была видна белая шерсть на шеях. Хорьки морщили морды, но Ковач не знал, была ли это осмысленная мимика, или же реакция на гарь. Он убил сотни хорьков, и ни разу у него не было времени разглядеть их как следует.
— Шлем! — приказал он, — обеспечить перевод.
Он вытянул вперед свободную левую руку и обратился к хорькам:
— Эй вы! Кто у вас главный?
Динамик в верхней части его шлема пролаял тот же вопрос на халианском.
Никто из хорьков не носил ни одежды, ни украшений. Халианин с левого фланга шагнул вперед и протараторил что-то. Шлем перевел:
— Вы — воины Флота? Да, вы воины Флота.
— Отвечай! — закричал Ковач. Ему показалось, что почва под ногами вдруг затряслась…
— Мы желаем сдаться воинам Флота, — объявил хорек. Ростом он был примерно метр сорок, по грудь Ковачу. — Вы — воины Флота?
— Черт возьми, — пробормотал Брэдли, сжимая в руке автомат.
— Нечего и спрашивать, — ответил Ковач. — Мы «Охотники за Головами», мы лучшие из Флота. Но ведь халиане никогда не сдаются! Вы хотите сдать эту крепость?
— И вторую тоже. Вы бойцы, достойные уважения. Следуйте за нами вниз, воины Флота.
Синкевич захохотала.
— Дерьмо! — воскликнул Ковач. — Скажите вашим, чтобы выходили по одному, а насчет сдачи — посмотрим.
— Прошу вас, — пролаял халианин. — Вы должны пройти в резиденцию Совета, чтобы принять нашу капитуляцию.
— Дерьмо! — повторил Ковач. Он решился обернуться. Три десантника с газовыми баллонами замерли на коленях. Чуть сзади ждали команды остальные.
— Вот что, выводите своих вверх по одному, не то…
У хорьков при себе не было никакого оружия — не считая, разумеется, клыков и острых когтей.
— Значит, я потерпел неудачу, — заявил парламентер. Подняв лапу, он разорвал себе горло когтями.
— Боже всемогущий! — вырвалось у Брэдли, Ковач же только глухо простонал.
Хорек повалился на оплавленный бетон. Тело его еще содрогалось, когда вперед вышел следующий халианин.
— Мы просим вас последовать за нами в резиденцию Совета, воины Флота, — сказал новый парламентер. — Лишь оттуда мы сможем передать всем весть о капитуляции.
— Нет! — крикнул сержант Брэдли, и второй хорек вскинул лапы.
— Да! — крикнул Миклош Ковач, которому вдруг показалось, что в судорогах корчится не умирающий халианин, а бетон под ногами.
— Как, сэр, — ошарашенно спросил один из десантников. — Неужели всем?
Лейтенант Мандрикарт, командовавший взводом, что прикрывал десантников с тыла, повернулся к командиру. Ковач ткнул в него пальцем:
— Гамма шесть, остаетесь за командира, пока я не вернусь, ясно? Если этого не произойдет через… через шестьдесят минут — кончайте дело. — Он кивнул в сторону десантников с газовыми баллонами и зловеще улыбнулся.
— Сэр, — сказал Брэдли, — мы не можем на это пойти.
Ковач взглянул на него и сказал:
— Я сделаю это, Топ.
— Возьмите это, шеф, — сказала капрал Синкевич. Она высвободила один из баллонов с газом и приделала к нему взрыватель. Если теперь уронить баллон, то он разорвется, и ДПД распространится по всей крепости. — Ну вот, — сказала капралша, похоже, весьма довольная своей работой, — теперь мы готовы.
Брэдли, выругавшись, проверил свой автомат и заметил:
— Верно, прихватим с собой эту вонючую хреновину.
Ковач вовсе не приказывал сержанту и Си следовать за ним, но он знал, что спорить бесполезно.
— По… — начал он, но голос его дрогнул. — Ну, пошли, — вымолвил наконец Ковач.
Одиннадцать оставшихся в живых халиан с готовностью полезли в пробоину.
Ковач двинулся следом.
— Я пойду впереди, — безапелляционно заявила Си.
— Черта с два! — отрезал капитан и решительно оттолкнул Синкевич.
И они начали спускаться в вонючую яму. Внизу их ждала целая толпа хорьков, все до одного с флагами. Поскольку металлическая лестница была разрушена еще первым взрывом, халиане карабкались по деревянным опорам. На бетонном полу лежали трупы и обугленные куски белой ткани. Хорьки, толпившиеся внизу, галдели все разом, так что переводчик шлема растерялся и замолк.
— Назад! — пролаял парламентер-хорек, угрожающе вскинув лапы. — В резиденцию Совета!
Толпа халиан послушно устремилась в темный туннель. Где-то впереди мерцали лампы, но все ближайшие светильники разрушили Охотники во время штурма.
Ковач посмотрел вниз, поморщился и спрыгнул, поскользнувшись на бетонном полу.
— Осторожно, — предупредил он своих спутников, но Синкевич уже ухватилась одной рукой за выступ наверху, а другой, словно ребенка, прижала к себе свой смертоносный груз.
Брэдли, очевидно, подумал о том же, потому что проворчал, прежде чем последовать вниз за своими товарищами:
— Надеюсь, эта пакость не рванет.
— Идите за мной! — пролаял халианин, словно это он, а не Охотник, диктовал условия. Очевидная готовность хорьков умереть делала их абсолютно неуправляемыми.
Впрочем, то же самое относилось и к бойцам подразделений быстрого реагирования.
Потолок в туннеле был слишком низок для Ковача, так что капитану пришлось пригнуться. Он ожидал, что Си станет ругаться, но та шла молча. Очевидно, была сосредоточена на том, чтобы не уронить свою опасную ношу и не покончить со всем прежде, чем…
Прежде, чем все это должно было закончиться.
Они дошли до поворота. До капитана случайно долетел обрывок команды, которую отдал Мандрикарт десантникам — максимально подготовиться к обороне. Потом голос затих. Наконец они подошли к лифтам, около которых столпились хорьки.
— Следуйте за мной, — сказал парламентер, открывая дверцу ближайшей кабины.
Кабина была настолько низкой и тесной, что три человека и хорек с трудом уместились внутри. Халиане, толпившиеся у лифтов, бросились в остальные кабины.
Брэдли трясло.
— Ну и вонь… ну и вонь! — только и твердил он.
Сержант был прав: здесь все насквозь провоняло хорьками, а для человека вроде Брэдли, видевшего, что сделали с его маленькой дочкой, этот запах был хуже смерти.
Или для такого человека, как сам Ковач, чья семья находилась в Грэйвли, когда там приземлились хорьки.
Ковач вздрогнул.
— Перестань, Топ, — сказал он резко, — мне совсем не хотелось бы сейчас заразиться клаустрофобией.
Брэдли снял шлем, закрыл глаза и ущипнул себя за лоб.
— Нет, дело не в этих клетушках, — пробормотал он. — Нет, не в них. Все эти проклятые хорьки… Я не могу, я…
Парламентер бросил на него настороженный взгляд. Все замолчали и не разговаривали, пока кабина не остановилась. Хорек открыл дверь и повторил:
— Следуйте за мной.
Ковач не мог определить, на какую глубину они спустились. У выхода из лифта их снова ждала огромная толпа хорьков. Стоял дикий гвалт. Многие халиане были обвешаны металлическими и кожаными украшениями и знаками отличия, но капитан не заметил оружия.
Он шагал чуть позади парламентера, наблюдая, как толпа расступается перед ними. Его тревожила мысль о тылах.
Но теперь, когда они зашли так далеко, об этом можно было и не беспокоиться. По крайней мере в этом туннеле потолок был достаточно высок даже для капрала с ее смертоносной ношей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35


А-П

П-Я