шторки под ванну раздвижные 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Привет! Меня зовут Леон. А тебя — Дейзи? Я о тебе наслышан.
— Я о вас тоже, — осмелела девочка.
— Надеюсь, мы подружимся. У меня в вещевом мешке припасено немного апельсинов и бананов. Не пора ли нам вернуться домой и положить их в вазу для фруктов?
— У вас есть бананы? — Глаза Дейзи стали как блюдца. — Настоящие? Не искусственные? — Она уже слышала о бананах, но никогда не видела и не пробовала их.
— Да, настоящие бананы, — с важным видом подтвердил моряк, протягивая девочке руку. — Пошли выпьем чаю у миссис Коллинз, а потом ты поможешь мне разобрать мой мешок.
Дейзи с готовностью взяла его за руку, вполне удовлетворенная знакомством с Леоном. Он оказался именно таким, каким его ей описывала тетя Кейт, а она всегда говорила правду. Разумеется, кроме Леона, никто не подарил бы ей на Рождество настоящий банан. И ни у кого, кроме нее, не было друга, столь восхитительно непохожего на других людей.
— Я по тебе соскучилась, — дрожащим голосом произнесла Кейт, когда они, взявшись за руки, пошли следом за Коллинзами, Ломэксами и Ниббсом на площадь.
Леон слегка сжал ее ладонь.
— А я тебя люблю, — сообщил он, глядя ей в глаза. Дейзи держалась за другую руку Кейт, непоседливый Гектор убежал вперед.
Сердце Кейт радостно застучало. Ей почудилось, что они с Леоном одни в огромном мире, а остальные, идущие в нескольких шагах от них впереди, испарились.
— И я тебя люблю, — тихо сказала она. — Я хотела написать об этом в письме, но долго не решалась. Но по-моему, даже лучше, что так вышло. Теперь я смогла это сказать, глядя тебе в глаза.
— У меня вышла такая же история, — признался Леон, борясь с мучительным желанием поцеловать ее. — Смотри-ка, вот и дом Дженнингсов! Помнишь, что здесь произошло год назад?
Кейт улыбнулась: разумеется, она ничего не забыла! Теперь она в долгу у Мириам Дженнингс. Ведь, не захлопни она тогда дверь перед носом Леона, он бы не спросил у совершенно незнакомой беременной женщины, не знает ли та, кто поблизости сдает комнату. Кейт была в долгу и у Хетти. Именно Хетти отказала темнокожему матросу в жилье, когда на площадь уже спускались сумерки и бедняге некуда было больше податься. Именно этот бессердечный поступок соседки вынудил Кейт последовать за раненым незнакомцем в паб и на глазах у всех посетителей предложить ему кров.
— У нас сегодня юбилей! — Кейт радостно пожала Леону руку. — Ты рад?
— Безумно! — искренне ответил он. Радость его была безмерной: отныне ему не будет одиноко! Он больше не будет чувствовать себя лишним среди счастливых, благополучных людей. У него вновь есть своя семья — Кейт, Мэтью, Дейзи и Гектор. И они будут ждать его, когда закончится война, домой. И впереди у них долгие годы совместной жизни, полной взаимного понимания и любви. Теперь Леону не обидно было и погибнуть в бою с германской подлодкой или линкором: он знал, что удача все же улыбнулась ему. Но когда они свернули в калитку Хетти, Леон стиснул зубы: нет, он должен выжить в этой войне! Никто и ничто, даже, весь германский военно-морской флот и авиация в придачу, не должны лишить его счастья назвать Кейт своей женой.
Соседи, похоже, не сговариваясь, приняли как нечто естественное то, что они с Кейт относятся друг к другу уже далеко не как жилец и хозяйка.
— Ты уж позаботься о своем парне, он настоящий герой! — сказала Хетти, подавая Кейт кружку горячего чая со сгущенкой.
— Слава Богу, твой молодой человек уже не хромает! — заметил Ниббс. — С костылем он вряд ли сумел бы совершить такой великолепный прыжок.
А Кейт с замирающим сердцем подумала, что свершилось чудо. Сперва с ней заговорила Мириам, потом Кристина Франк, а теперь еще и упрямый мистер Ниббс. И, словно решив поднять ей настроение до небес, Тед заставил Билли извиниться перед Леоном за причиненное ему беспокойство, а Хетти уселась за пианино и заиграла разухабистую песенку «Выше колени, матушка Браун!», которую тотчас же подхватила Мейвис.
Несколько позже, оставив довольную Дейзи подбирать мелодию на пианино Хетти, Кейт и Леон потихоньку ускользнули из гостей и, взявшись за руки, почти побежали к своему дому.
— Мне кажется, теперь я знаю, что испытывает мисс Хеллиуэлл, когда предсказывает кому-то будущее, — сказала Кейт. — Я предчувствую, что конец войны уже не за горами. И уверена, что ты вернешься домой живым и невредимым.
Они взбежали на крыльцо, и Леон развернул ее к себе.
— И я уверен, что буду любить тебя до конца жизни!
С этими словами он обнял Кейт и привлек к себе.
Ее чувственные губы разомкнулись, и язычок проворно проскользнул в его рот. Едва лишь их уста слились в жарком поцелуе, Кейт с пронзительной ясностью поняла, что много лет назад мисс Хеллиуэлл нагадала ей сердечную боль вовсе не из-за гибели Джека Робсона, а из-за трагической смерти Тоби. И еще Кейт уверилась, что гадалка предсказала ей любовь и долгое счастье не с Тоби, а с Леоном.
На этот раз ей уже не нужно было показывать ему комнату, чтобы он выбрал для себя наиболее подходящую. Не обремененный костылем, Леон, с котомкой за плечами, первым ступил на лестницу и увлек за собой Кейт наверх. Там он распахнул перед ней дверь ее спальни и пропустил вперед.
Она зарделась, словно бутон розы, и глаза ее засветились от счастья. Отныне эта комната станет их общей, подумала Кейт, и куда бы ни занесла их судьба, они всегда будут вместе, до конца своих дней.
Глава 20
Они провели вместе тридцать шесть часов, прежде чем он вернулся в море. Тридцать шесть часов безоблачного счастья, смеха, любви и исполнения всех мечтаний. Они сходили на полночную службу в церковь, гуляли с Дейзи и Гектором в Гринвичском парке и на пустоши, проведали сестер Хеллиуэлл и, следуя примеру Мейзис и Джека, играли на укрытии Моррисона, как на теннисном столе, в пинг-понг.
А когда настало время расстаться, Кейт вспомнила слова, которые произнесла много лет назад гадалка.
— Она тогда сказала, что на смену сердечной боли ко мне придет большая и долгая любовь! — прошептала Кейт, положив голову на широкую грудь Леона, уже одетого в дорогу. — Значит, нас с тобой ожидают долгие годы любви, значит, ты вернешься живым домой и ничего ужасного с нами уже не случится.
Леон крепко обнял Кейт. При всей его симпатии к мисс Хеллиуэлл он не верил в ее предсказания, и на то у него имелись серьезные основания. До конца войны было еще далеко, а в арктических морях постоянно шли на дно торпедированные немцами суда союзников вместе с тысячами тонн груза и экипажем.
Но он не стал делиться с Кейт своими мрачными мыслями, а только хрипло сказал:
— Я люблю тебя и буду любить всегда. Помни это, Кейт! Обещаешь?
Она подняла голову и взглянула на него.
— Я никогда тебя не забуду, Леон!
Слезы навернулись у нее на глаза при мысли о месяцах, а возможно, и годах разлуки.
— Я буду вспоминать тебя всякий раз, когда ты обо мне подумаешь.
Он в последний раз нагнулся к ней, жадно поцеловал, быстро повернулся и ушел. А она еще долго стояла в коридоре, прислушиваясь к звуку его четких шагов — на крыльце, ступеньках, садовой дорожке. Но не открыла дверь и не посмотрела ему вслед: она боялась, что не совладает с собой и он обернется и увидит ее мокрое от слез лицо.
Дейзи тихо подошла к Кейт и жалобно спросила, взяв ее за руку:
— Плохо, когда люди уходят, верно? А ты никуда не уйдешь, тетя Кейт?
— Нет, моя милая! — Кейт порывисто обняла девочку. — Люди уходят, но потом обязательно возвращаются. Скоро к нам вернется Мэтью. А потом непременно и Леон.
— Разве ты не поедешь в эти выходные забирать из деревни Мэтью? — спросила Керри. Она положила кожаную сумку для денег и компостер на стул и озабоченно посмотрела на подругу.
Кейт лежала на кушетке, накрывшись одеялом.
— У меня грипп, — хрипло сказала она и потянулась за одним из носовых платков, засунутых под подушку. — Не приближайся, можешь заразиться.
— Если тебе так худо, не пожить ли Дейзи временно у моей мамы? — рассудительно предложила Керри. — Давай я приготовлю тебе какой-нибудь горячий напиток. У тебя есть сироп из шиповника? Добавляй одну ложку в чай по утрам, и тебе скорее полегчает.
Но Кейт не поправилась и через две недели. Температура спала, ее уже не бросало то в жар, то в холод, но по-прежнему не хотелось есть и кружилась голова. По утрам ее тошнило.
— Не наведаться ли тебе к доктору Робертсу? — предложила ей Керри. — Не исключено, что, помимо гриппа, на тебя свалилась другая напасть.
Доктор Роберте отложил стетоскоп и велел ей одеваться.
— Вы переутомились, Кейт, и ослабли после перенесенного гриппа, — объяснил он, усевшись за стол. — Вам требуется усиленное питание и отдых.
— Но раньше мне никогда не было так плохо после болезни, — возразила Кейт. Ей хотелось быть уверенной, что она ничем не заразит Мэтью.
Доктор Роберте задумчиво пожевал губами и, решив обойтись без обиняков, прямо спросил:
— Вас подташнивало во время беременности?
У Кейт глаза полезли на лоб.
У доктора Робертса вырвался тяжелый вздох. Он не ожидал, что такая благовоспитанная девушка, как Кейт Фойт, может забеременеть во второй раз, оставаясь незамужней. Но выражение ее лица ясно говорило, что это вполне возможно.
— Когда в последний раз у вас была менструация? — спросил он, задаваясь вопросом, куда катится мир, и списывая все на войну.
— Точно не помню… Я как-то об этом не думала. — Кейт собралась с мыслями: в последний раз у нее были месячные незадолго до Рождества, до того как они с Леоном стали близки. Получалось, пять-шесть недель назад, возможно, семь.
— Поступим так: приходите ко мне ровно через месяц, — серьезно сказал доктор Роберте. — Тогда я смогу сказать наверняка, забеременели вы или нет. — Он сжал лежащие на столе руки. — В мои обязанности не входит советовать незамужним женщинам, какими лучше пользоваться противозачаточными средствами, Кейт, если меня об этом не спрашивают. Но если бы вы своевременно обратились ко мне за рекомендациями…
— В этом не было необходимости, доктор Роберте! — заверила его Кейт, с трудом сдерживая радость, охватившую ее. — Если я беременна, этот ребенок для меня не менее желанный, чем был Мэтью. Мой новый друг — моряк, он будет на седьмом небе от счастья, когда я сообщу ему эту новость.
Доктор Робертс вздрогнул: моряк! В прошлый раз она родила от летчика. А через год наверняка забеременеет от пехотинца.
— Жду вас через месяц, — сказал он, мысленно задаваясь вопросом, что скажет его супруга, узнав, что Кейт снова беременна. А главное, что скажет Карл Фойт, узнав, что скоро станет дедушкой второго незаконнорожденного ребенка.
— Не представляю, как объяснить все это отцу! — призналась Кейт Керри. — В прошлый раз было легче: они с Тоби успели познакомиться, и Тоби произвел на папу хорошее впечатление. Когда я собралась с духом и написала ему, что жду ребенка, он отнесся к этому с удивительным пониманием.
— Леон ему тоже понравится, когда они познакомятся, — утешила ее подруга, невольно восхищаясь смелостью Кейт. Все считали ее образцом порядочности и благовоспитанности, а она во второй раз забеременела по любви, так и не выйдя замуж. — Но вот что скажет мисс Годфри?
Мисс Годфри ничего не сказала, потому что Кейт оставила ее в неведении. Пока еще можно не торопиться признаваться, да и других забот хватало. Джосс Харви сообщил ей в своем последнем письме, что Мэтью простудился и поэтому его лучше не трогать, пока он не поправится.
Письмо повергло Кейт в смятение. Трудно было понять, болен ли Мэтью на самом деле или же Джосс Харви тянет время, желая подольше побыть с правнуком. Если малыш захворал, тогда не следует ли ей находиться с ним рядом? Кейт вспомнила, что сама недавно перенесла ужасный грипп, и усомнилась в разумности такого порыва. Ведь не известно, выздоровела ли она окончательно. В конце концов она решила запастись терпением и повременить с поездкой, чтобы уж наверняка не заразить ребенка.
— Подождешь еще немного, пока Мэтью не поправится, — утешила она расстроенную Дейзи. — А когда он станет совершенно здоров, немедленно поедем и заберем его домой.
В день святого Валентина к ним пожаловал гость.
— Я ненадолго, — предупредил с порога Ланс, держащий в руке коробку шоколадных конфет. — Просто решил поздравить вас с днем влюбленных.
Кейт покосилась на перевязанную подарочной лентой коробку, и настроение у нее тотчас поднялось.
— Где вы это раздобыли? — удивленно спросила она. — На черном рынке или у какого-нибудь американского летчика?
— Не задавайте вопросов, Кейт, — усмехнулся Ланс, — и тогда не услышите в ответ ложь. Это мой маленький секрет.
— Где бы вы их ни достали, выглядят они очень соблазнительно! — воскликнула Кейт с улыбкой. — Дейзи не поверит глазам, когда их увидит. Она пошла к Дженнингсам поиграть с Розой.
Ланс прошел следом за Кейт на кухню, зная, что обычно хозяйка проводит там большую часть времени и нередко использует как гостиную.
— Нам пора серьезно поговорить, — сказал он. — Зная, как сильно вы опечалены смертью Тоби, я не спешил с этим разговором. Мне хотелось дать вам побольше времени, чтобы вы свыклись с мыслью о незыблемости перехода наших отношений в иное качество.
Кейт резко обернулась: между ними однажды уже состоялся подобный разговор, и ей казалось, что эта тема исчерпана.
— Прошу вас, Ланс! — прервала она. — Ни слова больше! Есть некоторые обстоятельства, которые вам не известны. Я должна сказать вам, что…
— Постойте! — перебил ее Ланс, взяв за плечи. — Однажды я позволил вам уклониться от прямого ответа, но теперь я вам этого не позволю. Тоби погиб полтора года назад, нельзя же его оплакивать бесконечно! Да и воспитывать одной ребенка вам тоже нелегко, согласитесь.
Она раскрыла было рот, чтобы возразить, но он продолжил:
— Джосс Харви не допустит этого, Кейт! Я его знаю. Он уже кое-что задумал. Может быть, все же выслушаете меня?
Слова застряли у Кейт в горле: Лансу что-то известно о планах Джосса Харви! Неужели у Мэтью нет никакой простуды? А что, если эта ложь — часть коварного замысла вообще отобрать у нее сына?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47


А-П

П-Я