https://wodolei.ru/catalog/accessories/svetilnik/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 




Эрл Стенли Гарднер
Дело о золотых рыбках


Эрл Стенли ГАРДНЕР
ДЕЛО О ЗОЛОТЫХ РЫБКАХ



1

Перри Мейсон, сидевший за столиком в ресторане, вгляделся в напряженное лицо человека, который ради разговора с ним оставил свою очаровательную спутницу.
– Вы сказали, что хотели бы поговорить со мной о золотых рыбках? переспросил Мейсон безучастно, со слегка скептической улыбкой на губах.
– Да.
Мейсон покачал головой:
– Боюсь, мой гонорар покажется вам чересчур высоким...
– Меня не интересует ваш гонорар. Я могу позволить себе заплатить любую сумму в разумных пределах.
– Простите, – спокойно, но твердо произнес Мейсон, – я только что закончил трудное дело, и у меня нет ни времени, ни желания заниматься рыбками. Я...
Высокий мужчина с важным видом подошел к столику и сурово обратился к собеседнику Мейсона, на лице которого застыло выражение полного недоумения:
– Харрингтон Фолкнер?
– Да, – коротко ответил тот голосом человека, привыкшего повелевать. – Я сейчас занят, как вы сами можете догадаться. Я...
Подошедший к столику мужчина быстро сунул руку в нагрудный карман пиджака, и через мгновение в руках у Фолкнера оказался продолговатый пакет.
– Копии повестки и жалобы, дело Карсона против Фолкнера. Дискредитация, сто тысяч долларов. Здесь – оригинал повестки. Обратите внимание на подпись судебного исполнителя и печать Суда. Расстраиваться нет необходимости. Это – моя работа. Если я не вызову вас в Суд, это сделает кто-нибудь другой. Обратитесь к своему адвокату. На ответ вам дается десять дней. Если истец ни на что не имеет прав, он ничего не получит. Если имеет, вам не повезло. Я просто разношу повестки. Нет смысла сердиться. Благодарю вас. Доброй ночи.
Слова вылетали с такой скоростью, что походили на дробь града по металлической крыше.
Судебный курьер быстро и изящно повернулся и исчез, смешавшись с группой выходивших из ресторана посетителей.
Фолкнер, с видом человека, не способного очнуться от продолжительного кошмара, в котором он является лишь беспомощным статистом, сунул бумагу в боковой карман, молча повернулся и прошел к своему столу.
Мейсон проводил его задумчивым взглядом.
Над столиком склонился официант. Мейсон ободряюще улыбнулся своей секретарше Делле Стрит. Потом повернулся к Полу Дрейку, частному детективу, присоединившемуся к ним всего несколько минут назад.
– Пол, поужинаешь с нами?
– Большой чашки кофе и ломтика пирога с мясом будет вполне достаточно.
Мейсон сообщил заказ официанту.
– Что можешь сказать о девушке? – обратился он к Делле Стрит, когда официант ушел.
– Ты имеешь в виду спутницу Фолкнера?
– Да.
– Если он решил завести с ней интрижку, его вызовут в Суд совсем по другому делу, – рассмеялась Делла.
Дрейк наклонился и выглянул из кабинки.
– Я должен сам посмотреть на нее, – заявил детектив и через несколько минут добавил: – Ого! Девочка – пальчики оближешь!
Мейсон задумчиво изучал пару.
– Достаточно вульгарна, – заметил он.
– А как выглядит, – продолжал Дрейк. – Обтягивающее платье, длинные, длинные ресницы, красные ногти. Он забыл о повестках в кармане, как только заглянул в эти глаза. Готов поспорить, он не станет их читать, пока... Перри, кажется, он возвращается к нам.
Мужчина резко отодвинулся от стола, встал и, не сказав ни слова своей спутнице, решительной походкой прошагал к столику Мейсона.
– Мистер Мейсон, – произнес он неспешно и отчетливо, как человек, привыкший отстаивать свою точку зрения, – мне казалось, что у вас сложилось полностью ошибочное мнение относительно дела, по поводу которого я хотел с вами поговорить. Я полагаю, что при первом же упоминании рыбок, вы посчитали дело незначительным. Это не так. Рыбки, о которых идет речь, являются превосходными экземплярами вуалехвостого мавританского телескопа. Дело также касается нечестного партнера, секретного лекарства от болезни жабр и вымогательницы.
Мейсон разглядывал взволнованное лицо стоявшего у столика мужчины и с трудом сдерживал улыбку.
– Золотые рыбки и вымогательница, – наконец сказал он. – Вероятно, вас стоит выслушать. Почему бы вам не придвинуть стул и не рассказать нам обо всем.
Лицо мужчины выражало полное удовлетворение.
– Значит, вы возьметесь за мое дело и...
– Пока я согласился только выслушать вас, не более, – возразил Мейсон. – Позвольте представить Деллу Стрит, мою секретаршу, и Пола Дрейка, владельца «Детективного Агентства Дрейка», очень часто оказывающего мне помощь в сборе информации. Быть может, вы пригласите к нашему столику вашу спутницу и мы все вместе...
– С ней все в порядке. Пусть остается там.
– Она не будет против? – спросил Мейсон.
Фолкнер покачал головой.
– Кто она?
– Вымогательница, – ответил Фолкнер все тем же тоном.
– Когда вы вернетесь за свой столик, ваше место, возможно, будет занято, – предупредил Дрейк.
– С удовольствием заплачу тысячу долларов мужчине, который избавит меня от ее общества, – с жаром произнес Фолкнер.
– Согласен на пятьсот, – с улыбкой ответил Дрейк. – Неплохое приобретение за полцены.
Фолкнер наградил его серьезным оценивающим взглядом и придвинул стул.
Его молодая спутница, его взглянув на него, открыла сумочку, достала зеркальце и принялась оценивающе, как купец, выставивший товар на продажу, рассматривать свое лицо.

2

Вы даже не удосужились взглянуть на бумаги, переданные вам судебным курьером, – сказал Мейсон.
Фолкнер равнодушно махнул рукой.
– Нет необходимости. Они просто часть кампании, развязанной против меня.
– Какова сумма иска?
– Сто тысяч долларов, если верить словам человека, доставившего документы.
– И вам неинтересно хотя бы ознакомиться с ними?
– Мне неинтересно все, что предпринимает Элмер Карсон, чтобы доставить мне неприятности.
– Расскажите мне о золотых рыбках.
– Вуалехвостый телескоп – очень ценная рыбка. Непосвященному она вряд ли покажется золотой. Она черная.
– Вся?
– Даже глаза.
– Что за рыбка телескоп?
– Один из видов золотой рыбки, выведенный путем селекции. Название получили за то, что их глаза выступают из глазниц, иногда на четверть дюйма.
– А это не придает им несколько отталкивающий вид? – спросила Делла Стрит.
– Придает, для непосвященных. Некоторые называют вуалехвостых мавританских телескопов «рыбками смерти». Чистейший предрассудок. Люди всегда относятся так к черному цвету.
– Думаю, мне бы они не понравились, – сказала Делла.
– Как и многим людям, – согласился Фолкнер, как будто предмет разговора не интересовал его. – Официант, принесите мой заказ на этот столик.
– Конечно, сэр. А заказ вашей дамы?
– Подайте на ее столик.
– Фолкнер, – сухо произнес Мейсон, – не уверен, что мне нравится ваш стиль поведения. Вы обедали с этой дамой, кем бы она ни была, и...
– Все в порядке. Она не станет возражать. Ее совершенно не интересует то, что я собираюсь рассказать.
– Что же ее интересует?
– Деньги.
– Можете назвать ее имя?
– Салли Мэдисон.
– И она занимается вымогательством?
– По-моему, да.
– Тем не менее, вы пригласили ее в ресторан.
– Почему бы и нет?
– А потом ушли к нам и оставили ее в одиночестве? – спросила Делла Стрит.
– Мне хотелось поговорить о деле. Ей такой разговор показался бы неинтересным. Ситуация известна ей детально. Нет необходимости тревожиться о моей спутнице.
Дрейк взглянул на Перри Мейсона. Официант подал пирог с мясом для него, салат из креветок для Деллы Стрит и Мейсона и консоме [крепкий бульон из мяса или дичи] для Харрингтона Фолкнера.
Салли Мэдисон, оставленная в одиночестве, подправила косметику на лице, на котором сейчас застыло тщательно отработанное выражение скромной честности. Казалось, ее нисколько не интересовали ни Харрингтон Фолкнер, ни люди, к которым он присоединился.
– Кажется, вы не испытываете к ней враждебности, – сказал Мейсон.
– Нет, нет, – поспешил подтвердить его догадку Фолкнер. – Очень приятная молодая женщина, насколько может быть приятной вымогательница.
– Если вы не собираетесь читать жалобу и повестку, позвольте мне ознакомиться с ними, – попросил Мейсон.
Фолкнер передал ему документы.
Мейсон развернул их и быстро пробежал взглядом.
– Кажется, этот Элмер Карсон заявляет, что вы неоднократно обвиняли его в том, что он причинял вред вашим рыбкам, что обвинения эти необоснованны и сделаны со злым умыслом. Карсон требует десять тысяч в качестве компенсации за фактические убытки и девяносто тысяч в порядке наказания.
Казалось, Фолкнера практически не интересовали претензии, предъявленные Элмером Карсоном:
– Не стоит верить ни единому его слову.
– Что это за человек?
– Был моим партнером.
– Вместе продавали золотых рыбок?
– Слава Богу, нет. Разведение рыбок – мое хобби. Мы занимались торговлей недвижимостью. У нас была корпорация. Каждому из нас принадлежала треть акция, остальные – Дженевив Фолкнер.
– Ваша жена?
Фолкнер прокашлялся и несколько смущенно произнес:
– Моя бывшая жена. Я развелся с ней пять лет назад.
– И вы не можете поладить с Карсоном?
– Нет. Он резко изменился, по неведомой мне причине. Я предъявил ему ультиматум. Дал ему возможность представить предложение купли-продажи. Сейчас он всеми возможными способами пытается получить максимальную цену. Все эти вопросы несущественны, мистер Мейсон. Я разберусь с ними сам. С вами я хотел поговорить о защите моих рыбок.
– Не об обвинении в клевете?
– Нет, нет. Здесь все в порядке. У меня есть девять дней. Может произойти очень многое.
– И не о вымогательнице?
– Нет. И здесь все в порядке. Она меня не волнует.
– Только о рыбках?
– Именно. Но вы понимаете, мистер Мейсон, мой партнер и вымогательница связаны с этим делом.
– Почему вы так заботитесь об этих рыбках?
– Мистер Мейсон, я вывел особенную разновидность вуалехвостого мавританского телескопа и горжусь этим. Вы не можете себе представить, сколько умственного и физического труда потребовалось для выведения этой разновидности. А сейчас рыбкам грозит смерть от болезни жабр, и возбудитель этой болезни был умышленно помещен в аквариумом Элмером Карсоном.
– В своей жалобе он заявляет, что вы обвиняете его в попытке преднамеренного убийства рыбок, и именно в связи с этим обвинением он требует компенсации.
– Он сделал это, нет сомнений.
– У вас есть доказательства?
– Вероятно, нет, – мрачно признал Фолкнер.
– В этом случае, вам грозит выплата крупной суммы в качестве компенсации.
– Вероятно, – с готовностью согласился Фолкнер, как будто этот вопрос сейчас не интересовал его.
– Вы не особенно обеспокоены такой перспективой.
– Не стоит создавать себе трудностей заранее. У меня и так достаточно неприятностей. Возможно, я недостаточно четко объяснил ситуацию. Действия Карсона, направленные на причинение мне беспокойства, меня совершенно не волнуют. Сейчас меня интересует только спасение рыбок. Карсон знает, что они умирают. В действительности они умирают по его вине. Он знает, что я должен вынести их для лечения. Именно поэтому он предъявил в Суд иск, заявив, что рыбки являются собственностью корпорации, а не моей личной собственностью. То есть, рыбки являются частью недвижимости, принадлежащей корпорации, а я намереваюсь вынуть из стены аквариум и вынести его вместе с рыбками из офиса. Такие действия можно представить попыткой раздела общего имущества, что Карсон и сделал, уговорив судью выдать ему временный ограничительный приказ. Поверьте, Мейсон, он прав. Проклятый аквариум действительно является частью недвижимости. Я хочу, чтобы вы обошли этот приказ, Мейсон. Я хочу, чтобы рыбки и аквариум получили правовой статус моей личной собственности. Я хочу, чтобы этот приказ был отменен быстро и бесповоротно, и считаю вас именно тем человеком, которому под силу такое дело.
Мейсон взглянул на девушку, сидевшую за столом Фолкнера. Казалось, ее совершенно не интересует происходящий разговор. На ее лице, как картинка на фарфоровой чашке, застыло неискреннее выражение невинности.
– Вы женаты? – спросил Мейсон Фолкнера. – Женились ли вы еще раз после развода?
– Да.
– Когда вы завели интрижку с Салли Мэдисон?
На лице Фолкнера появилось и мгновенно исчезло выражение удивления.
– Завел интрижку с Салли Мэдисон? Да не заводил я с ней никакой интрижки!
– Мне показалось, вы назвали ее вымогательницей?
– Да.
– Заявили, что она пытается получить с вас деньги?
– Именно.
– Мне кажется, вы не достаточно ясно объяснили сложившуюся ситуацию, – вздохнул Мейсон. Потом, приняв решение, добавил: – Если вы позволите оставить вас на несколько минут, и мистер Фолкнер не станет возражать, я хотел бы поговорить с этой вымогательницей и узнать ее соображения по этому делу.
Дождавшись кивка Деллы Стрит и даже не взглянув на Фолкнера, Мейсон встал и прошел к столику, за которым сидела Салли Мэдисон.
– Добрый вечер. Меня зовут Мейсон. Я – адвокат.
Длинные ресницы взметнулись вверх, темные глаза стали осматривать адвоката с неприкрытой прямотой спекулянта, оценивающего товар.
– Да, я знаю. Вы – Перри Мейсон, адвокат.
– Позволите присесть за ваш столик?
– Присаживайтесь.
Мейсон придвинул стул.
– Мне начинает нравиться это дело, – сказал он.
– Надеюсь на это. Мистеру Фолкнеру потребуется хороший адвокат.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28


А-П

П-Я