https://wodolei.ru/catalog/mebel/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

С нетопырками Лоор разговаривать любил, с гибридами боевого танка и ранкором средних размеров — нет. Покосившись на солдат, Киртан удрученно вздохнул. Несмотря на то что здесь, на вершине мира, в его распоряжении было все, чтобы держать этот мир в страхе, он чувствовал себя удивительно одиноко.
Он получил в наследство странную планету. Лоор не питал иллюзий. Особых успехов от него не ждали. Ресурсов хватало только на то, чтобы злить и раздражать противника, но даже небольшая по меркам Исард победа была для Киртана непозволительной роскошью. Отвлекать внимание и силы, замедлить и оттянуть освоение Альянсом столицы иналаживание мирной жизни, мешать, беспокоить… Йсанне Исард требовала именно этого.
И Лоор мог обеспечить хозяйке желаемое. Он не считал себя военным гением, но хитроумное планирование операций и точный математический расчет неизменно входили в число его любимых занятий.
Натура Лоора требовала чего-то большего, нежели роль послушного исполнителя воли Исард и болезненной занозы в теле Республики. Много лет назад, когда он только начинал службу, его, зеленого, ни в чем, кроме работы с информацией, не разбирающегося, послали в качестве офицеракуратора в кореллианские силы безопасности. Тогда по своей наивности он и представить себе не мог, в какие смертельные игры придется играть.
Амбиций ему всегда хватало, да и способностей было не занимать. Основную ставку он делал на свою память, которая позволяла помнить море фактов — и помнить детально. Ему достаточно было раз увидеть, услышать или прочитать чтонибудь, и информация оседала в его памяти навсегда. Хотя иногда этот дар играл с ним злую шутку. Приходилось признать, что порой он чересчур на него полагался. Его способности помнить самые невероятные подробности и детали настолько ошеломляли окружающих, что те самым естественным образом полагали, будто он уже знает то, что было известно только им. Люди сами выкладывали ему ту информацию, которую в ином случае пришлось бы добывать потом и кровью — по большей части принадлежащих собеседнику. Порой Лоора одолевало нехорошее предчувствие, что скоро он вообще разучится думать.
Йсанне Исард обожала ему об этом напоминать. Но с другой стороны, ее постоянные насмешки и колкости помогали не расслабляться и держать себя в форме.
Киртан прислонился к холодной стене и принялся рассматривать собравшихся внизу, пришедших поплакать над могилой Коррана Хорна. Лоор презирал политиков. Им всем по большому счету было плевать на погибшего пилота. Они явились продемонстрировать свое присутствие на светском мероприятии. Лоору было жаль Хорна, хотя они возненавидели друг друга с первой же встречи. Хорна начинало трясти от одного вида Лоора, а Киртан, в свою очередь, испытывал приступ тошноты при одном приближении Хорна. Корран не упускал случая поиздеваться, тем самым, не подозревая, прекрасно подготовил Лоора к общению с Исард. К чему подготовил он Хорна, Лоор не знал, да и не задумывался над этим вопросом.
И тем не менее Киртан жалел взбалмошного, самоуверенного кореллианина, жалел как достойного противника, к которому привык за несколько лет. Впрочем, его смерть не проделала большой бреши в длинной череде желающих видеть голову Лоора на стене собственного кабинета в качестве боевого трофея.
Первым в списке стоял генерал Айрен Кракен, шеф разведки Альянса. Справиться с ним было невероятно сложно, поэтому Киртан пока предпочитал уклоняться от прямых стычек с его подчиненными.
Далее следовали те, кто имел с Лоором личные счеты. Разбойный эскадрон в полном составе, от Антиллеса до новобранцев. Даже имперский шпион, внедренный в эскадрилью, не задумался бы перед тем, как спустить курок. Скорее всего, Проныры и не связывали Лоора со смертью товарища на прямую, но это не меняло сути дела. Корран Хорн ненавидел некоего агента имперской разведки. Отлично, посчитаем делом чести выплатить долги, а заодно и чутьчуть приглушим боль потери.
А уж новая подруга комэска вдохновила бы на такие подвиги кого угодно, не только горячих пилотов. В преследовании преступников Иелла Вессири не уступала своему бывшему и ныне покойному напарнику. Киртан Лоор уважал ее способность без устали идти по следу и считал ее более рассудительной и умной, чем Хорн. Там, где Корран ломил напролом очумелым фамбаа, Йелла добивалась большего, используя мозги. А в нынешней игре эта деталь делала ее опасным соперником.
Лоор отошел от окна и посмотрел на голографическое изображение собравшихся далеко внизу. Странное ощущение. Он смотрел, как по пластине голографического стола перемещаются призрачные фигурки, и чувствовал себя игроком. Киртан понаблюдал за Борском Фей'лиа и Антиллесом; ботан и кореллианин явно о чем-то спорили.
Киртан взял со стола пульт дистанционного управления, рассеянно активировал. Небольшой черный кусочек пластика, начиненный электроникой, привычно лег на правую ладонь. Замигали разноцветные огоньки. Красная кнопка в центре притягивала взгляд и просто умоляла, чтобы на нее нажали. Большой палец завис в миллиметре над ней, не касаясь. Потом Киртан улыбнулся, отключил пульт и осторожно положил обратно на стол.
Год назад он не стал бы медлить. Поддался бы искушению, и заложенные заряды навсегда избавили бы его от массы проблем. Одним коротким движением большого пальца можно было выпустить на свободу огонь и боль, стерев с лица планеты и жалких политиков, и Разбойный эскадрон.
Киртан Лоор оглянулся на подчиненных. Дай им шанс, они, не моргнув глазом, взорвут заряды «нергона-14». Как, впрочем, и практически все офицеры на службе Империи.
Все, кроме Лоора. Исард всегда повторяла, что прежде чем восстанавливать Империю, необходимо уничтожить Альянс. В качестве наглядного примера, как правило, приводилась ненависть Императора к рыцарямджедаям и его гонения на всех, кто обладал Силой. Что ж, Снежная королева права. Альянс пережил не только джедаев, но и Палпатина.
Чтобы убрать с дороги повстанцев, потребуется нечто похитрее и поизящнее грубых взрывов.
А Разбойный эскадрон вообще следовало всячески холить, лелеять и нежить. По крайней мере, до окончания трибунала, в котором Пронырам уготовлена блистательная роль. Доблестное управление генерала Кракена всетаки напряглось и раскопало убедительные доказательства вины капитана Селчу. Киртан Аоор, как опытный «ледоруб», наслаждался, подбрасывая рыжеволосому генералу нужную информацию. УЛИКИ были косвенные, зато их было много. А следователи Кракена хватались за любую мелочь с такой жадностью, что Лоор лишь руками разводил. Повстанцы выбивались из сил, выкапывая собственную могилу. Пилоты Разбойного эскадрона, разумеется, станут утверждать, что все подстроено, не подозревая, насколько окажутся правы. Возрастало напряжение между захватчиками Корусканта и политиками, которые трусливо прокрались за спинами пилотов, не рискуя в отличие от Проныр ни свободой, ни жизнью. Если герои Альянса усомнятся в правительстве Новой Республики, разве смогут устоять обычные обыватели?
Не стоило забывать и про вирус. «Крайтос» косил нечеловеческое население Центра Империи сотнями и тысячами. Примерно через три недели после заражения жертва встречала жестокую и не слишком приглядную смерть.
Цены на бакту взлетели до астрономических величин. Народ копил ценный товар, ходили упорные слухи, что вирус опасен и для человека. Волнам паники не было числа. Киртан Лоор устал подсчитывать, сколько планет отправляли в карантин корабли с Корусканта, чтобы не допустить распространения заразы. А этим подрывали и без того слабую экономику Новой Республики. Людям все сложнее было доказать, что они ни при чем. А их неподверженность вирусу выстраивала стену между людьми и экзотами.
Лоор негромко рассмеялся. Небольшая финансовая махинация, и в распоряжении Киртана оказалось некоторое количество бакты, которую он теперь успешно сбывал на черном рынке небольшими партиями. Приятно было думать, что повстанцы финансируют организацию, целью которой является борьба с повстанцами. Иронии сложившейся ситуации хватало, чтобы притупить страх быть пойманным.
В чем Киртан Лоор не сомневался, так это в том, что его арест означает смерть. Нельзя сказать, что подобная мысль его особенно радовала. Но на войне как на войне. Ему казалось только справедливым, что тактика Альянса обращена сейчас против самих же повстанцев. Пусть познают тот страх, который чувствовали имперские подданные. А он будет наносить удары — последовательно и не торопясь. Его уже объявили террористом. Забавно. В свое время ему пришлось гоняться за террористами. А сегодня по его приказу взлетят на воздух трибуны вокруг мемориала. Ко времени взрыва они почти опустеют, и все, кому повезет уйти раньше, вздохнут с облегчением. Но публичные массовые собрания отныне будут считаться опасными. А завтра можно будет заняться хранилищами и медицинскими центрами.
Киртан Аоор намеренно выбирал гражданские цели. Население Корусканта будет требовать от военных ответных шагов. Если народное негодование сфокусируется на конкретном таунтауне отпушения, можно будет порадовать публику его показательной смертью. Пусть потрудятся за него. Их неудовольствие будет выбирать жертвы, а его выбор станет управлять их страхом. Он будет ночным кошмаром и благодетелем, а они — жертвами и сторонниками. Символом безликого зла для Киртана всегда был Император. Прикосновение к власти пугало и возбуждало одновременно.
Проблемы, которые встанут. перед Новой Республикой, просчитать было несложно. Даже лень было тратить на это время. Лоор протянул руку, вновь взял дистанционный пульт и вернулся к окну. Оглянувшись на голограмму, удостоверился, что на трибунах не осталось никого из важных лиц. Киртан подождал, когда из зоны поражения выйдет одна из женщин, затем с сожалением нажал на красную кнопку.
Заряды сдетонировали не одновременно, внеся в рисунок взрыва ноту разнообразия. Южную трибуну сорвало с креплений, и она исчезла в глубине искусственного ущелья улицы. Сидящие на них зрители посыпались вниз цветным конфетти. Кто-то сумел ухватиться за соседнюю платформу, но следующий взрыв стряхнул несчастного в бездну, из которой он так стремился выбраться.
В соседних зданиях повылетали окна. Осколки транспаристила осыпали толпу, оставив людей истекать кровью. Ветер отнес пыль и дым, стало видно, что от феррокритового кольца вокруг мемориала остался лишь большой кусок, опасно раскачивающийся на укрепленной балке.
До башни докатилась взрывная волна. Башня содрогнулась, нетопырки, хлопая кожистыми крыльями, посыпались изпод потолка, Киртан достаточно изучил привычки этих тварей, чтобы знать: сначала они исследуют стены — не вылезут ли на свет каменные слизняки. Лишенные любимого лакомства, они накинутся на свежее мясо.
— Доброй охоты, — пожелал Киртан Лоор нетопыркам. — Набивайте животы поплотнее. Прежде чем я закончу, я устрою вам праздник желудка. Повстанцы смеют называть этот мир своим, но мы-то с вами знаем, кому он принадлежит.. .
Если бы у Веджа спросили, как он оценивает настроение временного правительства, он бы честно ответил: мрачное и — душное, как помещение, в котором они заседали, и кислое, словно вкус бакты. Дурно освещенная комната когда-то была частью апартаментов, принадлежавших Мои Мотме до того, как глава Альянса была вынуждена уйти в подполье, оставив сенаторский пост. Вновь воцарившись в своем прежнем жилье, Мон Мотма не стала менять обстановку, выдержанную в любимых Империей пурпурнозолотистых тонах. Плюс зеленая отделка. Веджа коробило, как только он видел это цветосочетание, но Мон Мотму, судя по всему, оно не раздражало.
Хорошо еще, что верхнее освещение было выключено, и не только из желания спрятать приметы пребывания здесь какого-то имперского чиновника. Суллустианин Сиан Тевв был восприимчив к «крайтосу», и хотя симптомов заболевания не было, советник проходил превентивную бактатерапию, которая усилила чувствительность к свету. Из вежливости освещение приглушили, а легкая взвесь бакты в воздухе должна была предотвратить заражение других членов правительства. В результате повысилась влажность, что не понравилось никому, кроме Акбара, но адмирал не радовался жизни по собственным причинам.
Ведж Антиллес эти причины знал. Собственно, он и был поводом для мрачного состояния адмирала. О тщетности своего демарша Ведж тоже знал. Борек Фей'лиа достаточно ясно дал ему это понять на похоронах, а за прошедшие два дня разные члены правительства повторили речь ботана практически слово в слово. В число отказавших ему вошли и адмирал Акбар, и Лейя Органа Соло. Собственно, на сегодняшнее заседание его допустили лишь из уважения к его статусу. У журналистов и репортеров имя Антиллеса прочно ассоциировалось с эпитетом «освободитель Корусканта».
Правительство расселось. По правую руку от главы Альянса расположилась принцесса Лейя, по левую — кореллианка Доман Берусс. Ведж оказался на свободном пространстве между расставленными подковой столами, словно перед судом. Здесь будет стоять Селчу, если он, Антиллес, проиграет сегодня. Следовательно, придется выиграть.
Мон Мотма с отсутствующим видом кивнула ему.
— Нет нужды представлять вам человека, который уже присутствовал на наших заседаниях и который посодействовал успеху Новой Республики. Поскольку коммандер Антиллес может прекратить дискуссию по столь щепетильному вопросу, мы и собрались сегодня. Все, что будет сказано на сегодняшнем заседании, строго конфиденциально. Разглашение является уголовным преступлением.
Доман Берусс ядовито хмыкнула.
— О да, теперь мы такие цивилизованные, что устраиваем суд еще до того, как приняли судебное уложение!
Мои Мотма улыбнулась, превращая замечание огненноволосой кореллианки в шутку. Затем лицо главы Альянса вновь превратилось в маску.
— Прошу вас, коммандер, мы вас слушаем.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51


А-П

П-Я