научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 унитаз коричневый 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 




Глава VI
ОПОШЛЕНИЕ МАРКСИЗМА ОППОРТУНИСТАМИ

Вопрос об отношении государства к социальной революции и социальной ре
волюции к государству занимал виднейших теоретиков и публицистов II Инте
рнационала (1889Ц 1914) очень мало, как и вообще вопрос о революции. Но самое хар
актерное в том процессе постепенного роста оппортунизма, который приве
л к краху II Интернационала в 1914-ом году, Ц это то, что даже когда вплотную по
дходили к этому вопросу, его старались обойти или его не замеч
али.
В общем и целом можно сказать, что из уклончивости по вопросу о
б отношении пролетарской революции к государству, уклончивости, выгодн
ой для оппортунизма и питавшей его, проистекло извращение ма
рксизма и полное опошление его.
Чтобы охарактеризовать, хоть вкратце, этот печальный процесс, возьмем ви
днейших теоретиков марксизма, Плеханова и Каутского.

1. Полемика Плеханова с анарх
истами

Плеханов посвятил вопросу об отношении анархизма к социализму особую б
рошюру: «Анархизм и социализм», которая вышла по-немецки в 1894 году.
Плеханов ухитрился трактовать эту тему, совершенно обойдя самое актуал
ьное, злободневное и политически наиболее существенное в борьбе против
анархизма, именно отношение революции к государству и вопрос о государс
тве вообще! В его брошюре выделяются две части: одна Ц историко-литерату
рная, с ценным материалом по истории идей Штирнера, Прудона и пр. Другая ча
сть: филистерская, с аляповатым рассуждением на тему о том, что анархиста
не отличишь от бандита.
Сочетание тем презабавное и прехарактерное для всей деятельности Плех
анова во время кануна революции и в течение революционного периода в Рос
сии: Плеханов так и показал себя в 1905Ц 1917 годах полудоктринером, полуфилис
тером, в политике шедшим в хвосте у буржуазии.
Мы видели, как Маркс и Энгельс, полемизируя с анархистами, выясняли всего
тщательнее свои взгляды на отношение революции к государству. Энгельс, и
здавая в 1891 году «Критику Готской программы» Маркса, писал, что «мы (т. е. Энг
ельс и Маркс) находились тогда в самом разгаре борьбы с Бакуниным и его ан
архистами Ц после Гаагского конгресса (первого) Интернационала
Гаагский ко
нгресс I Интернационала происходил 2Ц 7 сентября (н. ст.) 1872 года. На нем п
рисутствовали Маркс и Энгельс. Делегатов на конгрессе было 65 человек. На п
овестке дня стояли вопросы: 1) о правах Генерального совета; 2) о политическ
ой деятельности пролетариата и др. Вся работа конгресса проходила в остр
ой борьбе с бакунистами. Конгресс принял решение о расширении прав Генер
ального совета. По вопросу «О политической деятельности пролетариата»
в решении конгресса говорилось, что пролетариат должен организовать св
ою собственную политическую партию для обеспечения торжества социальн
ой революции и что его великой задачей становится завоевание политичес
кой власти. На этом конгрессе Бакунин и Гильом были исключены из Интерна
ционала как дезорганизаторы и создатели новой, антипролетарской парти
и.
едва прошло два года».
Анархисты пытались именно Парижскую Коммуну объявить, так сказать, «сво
ей», подтверждающей их учение, причем они совершенно не поняли уроков Ко
ммуны и анализа этих уроков Марксом. Ничего даже приблизительно подходя
щего к истине по конкретно-политическим вопросам: надо ли разбить
старую государственную машину? и чем заменить ее? анархи
зм не дал.
Но говорить об «анархизме и социализме», обходя весь вопрос о государств
е, не замечая всего развития марксизма до и после Коммуны, это
значило неминуемо скатываться к оппортунизму. Ибо оппортунизму как раз
больше всего и требуется, чтобы два указанные нами сейчас вопроса н
е ставились вовсе. Это уже есть победа оппортунизма.

2. Полемика Каутского с оппор
тунистами

В русской литературе переведено, несомненно, неизмеримо большее количе
ство произведений Каутского, чем в какой бы то ни было другой. Недаром шут
ят иные немецкие социал-демократы, что Каутского больше читают в России,
чем в Германии (в скобках сказать, в этой шутке есть гораздо более глубоко
е историческое содержание, чем подозревают те, кто пустил ее в ход, именно
: русские рабочие, предъявив в 1905 году необыкновенно сильный, невиданный с
прос на лучшие произведения лучшей в мире социал-демократической литер
атуры и получив неслыханное в иных странах количество переводов и издан
ий этих произведений, тем самым перенесли, так сказать, на молодую почву н
ашего пролетарского движения ускоренным образом громадный опыт соседн
ей, более передовой страны).
Особенно известен у нас Каутский, кроме своего популярного изложения ма
рксизма, своей полемикой с оппортунистами и с Бернштейном во глав их. Но п
очти неизвестен факт, которого нельзя обойти, если ставить себе задачей
проследить, как скатился Каутский к невероятно-позорной растерянности
и защите социал-шовинизма во время величайшего кризиса 1914Ц 1915 годов. Это и
менно тот факт, что перед своим выступлением против виднейших представи
телей оппортунизма во Франции (Мильеран и Жорес) и в Германии (Бернштейн) К
аутский проявил очень большие колебания. Марксистская «Заря»
«Заря»
Ц марксистский научно-политический журнал; издавался в 1901Ц 1902 годах в Шт
утгарте редакцией газеты «Искра». Вышло 4 номера Ц три книги. В «Заре» нап
ечатаны статьи Ленина: «Случайные заметки», «Гонители земства и Аннибал
ы либерализма», первые четыре главы работы «Аграрный вопрос и „критики М
аркса“» (под заглавием «Гг. „критики“ в аграрном вопросе»), «Внутреннее о
бозрение» и «Аграрная программа русской социал-демократии».
, выходившая в 1901Ц 1902 гг. в Штутгарте и отстаивавшая революционно-про
летарские взгляды, вынуждена была полемизировать с Каутским
, называть «каучуковой» его половинчатую, уклончивую, примирительную по
отношению к оппортунистам резолюцию на Парижском международном социал
истическом конгрессе 1900 года.
Речь идет о пятом международном социалист
ическом конгрессе II Интернационала, происходившем 23 Ц 27 сентября (н. ст.) 1900 г
ода в Париже. На конгрессе присутствовал 791 делегат. Русская делегация был
а представлена в составе 23 человек. По основному вопросу Ц о завоевании п
олитической власти пролетариатом Ц конгресс большинством голосов при
нял упоминаемую Лениным «примирительную по отношению к оппортунистам»
резолюцию, предложенную Каутским. В числе других решений конгресс поста
новил учредить Международное социалистическое бюро из представителей
социалистических партий всех стран с местопребыванием секретариата ег
о в Брюсселе.
В немецкой литературе были напечатаны письма Каутского, обнаружи
вшие не меньшие колебания его перед выступлением в поход против Бернште
йна.
Неизмеримо большее значение имеет, однако, то обстоятельство, что в само
й его полемике с оппортунистами, в его постановке вопроса и способе трак
тования вопроса мы замечаем теперь, когда изучаем историю но
вейшей измены марксизму со стороны Каутского, систематический уклон к о
ппортунизму именно по вопросу о государстве.
Возьмем первое крупное произведение Каутского против оппортунизма, ег
о книгу «Бернштейн и социал-демократическая программа». Каутский подро
бно опровергает Бернштейна. Но вот что характерно.
Бернштейн в своих геростратовски-знаменитых «Предпосылках социализма
» обвиняет марксизм в « бланкизме» (обвинение, с тех пор тысячи
раз повторенное оппортунистами и либеральными буржуа в России против п
редставителей революционного марксизма, большевиков). При этом Бернште
йн останавливается специально на марксовой «Гражданской войне во Фран
ции» и пытается Ц как мы видели, весьма неудачно Ц отождествить точку з
рения Маркса на уроки Коммуны с точкой зрения Прудона. Особенное внимани
е Бернштейна вызывает то заключение Маркса, которое этот последний подч
еркнул в предисловии 1872 года к «Коммунистическому Манифесту» и которое г
ласит: «рабочий класс не может просто взять в руки готовой государственн
ой машины и пустить ее в ход для своих собственных целей».
Бернштейну так «понравилось» это изречение, что он не менее трех раз в св
оей книге повторяет его, толкуя его в самом извращенном, оппортунистичес
ком смысле.
Маркс, как мы видели, хочет сказать, что рабочий класс должен разбит
ь, сломать, взорвать (Sprengung, взрыв, Ц выражение, употребленное Энгельсо
м) всю государственную машину. А у Бернштейна выходит, будто Маркс предос
терегал этими словами рабочий класс против чрезмерной револ
юционности при захвате власти.
Более грубого и безобразного извращения мысли Маркса нельзя себе и пред
ставить.
Как же поступил Каутский в своем подробнейшем опровержении бернштейни
ады?
Он уклонился от разбора всей глубины извращения марксизма оппортунизм
ом в этом пункте. Он привел цитированный выше отрывок из предисловия Энг
ельса к «Гражданской войне» Маркса, сказав, что, по Марксу, рабочий класс н
е может просто овладеть готовой государственной
машиной, но вообще может овладеть ей, и только. О том, что Берншт
ейн приписал Марксу прямо обратное действительной мысли Мар
кса, что Маркс с 1852 года выдвигал задачу пролетарской революции «разбить»
государственную машину, об этом у Каутского ни слова.
Вышло так, что самое существенное отличие марксизма от оппортунизма по в
опросу о задачах пролетарской революции оказалось у Каутского смазанн
ым!
«Решение вопроса о проблеме пролетарской диктатуры Ц писал Каутский
«против» Бернштейна Ц мы вполне спокойно можем предоставит
ь будущему» (стр. 172 нем. издания).
Это не полемика против Бернштейна, а в сущности уступка
ему, сдача позиций оппортунизму, ибо оппортунистам пока ничего бол
ьшего и не надо, как «вполне спокойно предоставить будущему» все коренны
е вопросы о задачах пролетарской революции.
Маркс и Энгельс с 1852 года по 1891 год, в течение сорока лет, учили пролетариат т
ому, что он должен разбить государственную машину. А Каутский в 1899 году, пре
д лицом полной измены оппортунистов марксизму в этом пункте, проделывае
т подмен вопроса о том, необходимо ли эту машину разбить, вопро
сом о конкретных формах разбивания и спасается под сень «бесспорной» (и
бесплодной) филистерской истины, что конкретных форм наперед знать мы не
можем!!
Между Марксом и Каутским Ц пропасть в их отношении к задаче пролетарско
й партии готовить рабочий класс к революции.
Возьмем следующее, более зрелое, произведение Каутского, посвященное то
же в значительной степени опровержению ошибок оппортунизма. Это Ц его б
рошюра о «Социальной революции». Автор взял здесь своей специальной тем
ой вопрос о «пролетарской революции» и о «пролетарском режиме». Автор да
л очень много чрезвычайно ценного, но как раз вопрос о государстве
обошел. В брошюре говорится везде о завоевании государственной вл
асти, и только, т. е. выбрана такая формулировка, которая делает уступку оп
портунистам, поскольку допускает завоевание власти бе
з разрушения государственной машины. Как раз то, что Маркс в 1872 году о
бъявил «устарелым» в программе «Коммунистического Манифеста», во
зрождается Каутским в 1902-м году.
В брошюре посвящен специальный параграф «Формам и оружию социальной ре
волюции». Здесь говорится и о массовой политической стачке, и о гражданс
кой войне, и о таких «орудиях силы современного крупного государства, ка
к бюрократия и армия», но о том, чему уже научила рабочих Коммуна, ни звука.
Очевидно, Энгельс недаром предостерегал, особенно немецких социалисто
в, против «суеверного почтения» к государству.
Каутский излагает дело так: победивший пролетариат «осуществит демокр
атическую программу» и излагает параграфы ее. О том, что нового дал 1871-ый г
од по вопросу о замене пролетарскою демократией демократии буржуазной,
ни звука. Каутский отделывается такими «солидно» звучащими банальност
ями:

«Очевидно само собой, что мы
не достигнем господства при теперешних порядках. Революция сама предпо
лагает продолжительную и глубоко захватывающую борьбу, которая успеет
уже изменить нашу теперешнюю политическую и социальную структуру».

Несомненно, что это «очевидно само собой», как и та истина, что лошади куша
ют овес и что Волга течет в Каспийское море. Жаль только, что посредством п
устой и надутой фразы о «глубоко захватывающей» борьбе обходится
насущный для революционного пролетариата вопрос о том, в чем
же выражается «глубина» его революции по отношению к го
сударству, по отношению к демократии, в отличие от прежних, непролетарск
их революций.
Обходя этот вопрос, Каутский на деле по этому существеннейше
му пункту делает уступку оппортунизму, объявляя грозную на словах
войну ему, подчеркивая значение «идеи революции» (многого ли стоит
эта «идея», если бояться пропагандировать рабочим конкретные уроки рев
олюции?), или говоря: «революционный идеализм прежде всего», или объявляя,
что английские рабочие представляют из себя теперь «едва ли многим боль
шее, чем мелких буржуа».
«В социалистическом обществе Ц пишет Каутский Ц могут существовать р
ядом друг с другом… самые различные формы предприятий: бюрократическое
(??), тред-юнионистское, кооперативное, единоличное»… «Существуют, наприм
ер, предприятия, которые не могут обойтись без бюрократической (??) организ
ации, Ц таковы железные дороги. Тут демократическая организация может
получить такой вид: рабочие выбирают делегатов, которые образуют нечто в
роде парламента, и этот парламент устанавливает распорядок работ и набл
юдает за управлением бюрократического аппарата. Другие предприятия мо
жно передать в ведение рабочих союзов, третьи можно организовать на кооп
еративных началах» (стр. 148 и 115 русского перевода, женевское издание 1903 года).

Это рассуждение ошибочно, представляя из себя шаг назад по сравнению с т
ем, что разъясняли в 70-х годах Маркс и Энгельс на примере уроков Коммуны.
Железные дороги решительно ничем не отличаются, с точки зрения необходи
мой будто бы «бюрократической» организации, от всех вообще предприятий
крупной машинной индустрии, от любой фабрики, большого магазина, крупнок
апиталистического сельскохозяйственного предприятия. Во всех таких пр
едприятиях техника предписывает безусловно строжайшую дисциплину, вел
ичайшую аккуратность при соблюдении каждым указанной ему доли работы, п
од угрозой остановки всего дела или порчи механизма, порчи продукта. Во в
сех таких предприятиях рабочие будут, конечно, «выбирать делегатов, кото
рые образуют нечто вроде парламента».
Но в том-то вся и соль, что это «нечто вроде парламента» не буде
т парламентом в смысле буржуазно-парламентарных учреждений. В том-то вс
я и соль, что это «нечто вроде парламента» не будет только «уст
анавливать распорядок и наблюдать за управлением бюрократического апп
арата», как воображает Каутский, мысль которого не выходит за рамки бурж
уазного парламентаризма. В социалистическом обществе «нечто вроде пар
ламента» из рабочих депутатов будет, конечно, «устанавливать распорядо
к и наблюдать за управлением» «аппарата», но аппарат-то этот
не будет «бюрократическим». Рабочие, завоевав политическую в
ласть, разобьют старый бюрократический аппарат, сломают его до основани
я, не оставят от него камня на камне, заменят его новым, состоящим из тех же
самых рабочих и служащих, против превращения коих в бюрократ
ов будут приняты тотчас меры, подробно разобранные Марксом и Энгельсом: 1)
не только выборность, но и сменяемость в любое время; 2) плата не выше платы
рабочего; 3) переход немедленный к тому, чтобы все исполняли фу
нкции контроля и надзора, чтобы все на время становились «бюр
ократами» и чтобы поэтому никто не мор стать «бюрократом».
Каутский совершенно не продумал слов Маркса: «Коммуна была не парламент
арной, а работающей корпорацией, в одно и то же время издающей законы и исп
олняющей их».
Каутский совершенно не понял разницы между буржуазным парламентаризмо
м, соединяющим демократию (не для народа) с бюрократизмом
(против народа), и пролетарским демократизмом, который сразу п
римет меры, чтобы в корне подрезать бюрократизм, и который в состоянии бу
дет довести эти меры до конца, до полного уничтожения бюрократизма, до по
лного введения демократии для народа.
Каутский обнаружил здесь все то же «суеверное почтение» к государству, «
суеверную веру» в бюрократизм.
Перейдем к последнему и лучшему произведению Каутского против оппорту
нистов, к его брошюре «Путь к власти» (кажется, неизданной по-русски, ибо о
на вышла в разгар реакции у нас, в 1909 году). Эта брошюра есть большой шаг впер
ед, поскольку в ней говорится не о революционной программе вообще, как в б
рошюре 1899 года против Бернштейна, не о задачах социальной революции безот
носительно к времени ее наступления, как в брошюре «Социальная революци
я» 1902-го года, а о конкретных условиях, заставляющих нас признать, что «эра
революций» наступает.
Автор определенно указывает на обострение классовых противоречий вооб
ще и на империализм, играющий особенно большое значение в этом отношении
. После «революционного периода 1789Ц 1871 гг.» для Западной Европы, начинаетс
я с 1905 года аналогичный период для Востока. Всемирная война надвигается с
угрожающей быстротой. «Пролетариат не может уже больше говорить о прежд
евременной революции». «Мы вступили в революционный период». «Революци
онная эра начинается».
Эти заявления совершенно ясны. Эта брошюра Каутского должна служить мер
илом для сравнения того, чем обещала быть германская социал-д
емократия перед империалистской войной и как низко она пала (в том числе
и сам Каутский) при взрыве войны. «Теперешняя ситуация Ц писал Каутский
в рассматриваемой брошюре Ц ведет за собой ту опасность, что нас (т. е. гер
манскую социал-демократию) легко принять за более умеренных, чем мы есть
на деле». Оказалось, что на деле германская социал-демократическая парт
ия несравненно более умеренна и оппортунистична, чем она казалась!
Тем характернее, что при такой определенности заявлений Каутского насч
ет начавшейся уже эры революций, он и в брошюре, посвященной, по его собств
енным словам, разбору вопроса именно о «политической революц
ии», опять-таки совершенно обошел вопрос о государстве.
Из суммы этих обходов вопроса, умолчаний, уклончивостей и получился неиз
бежно тот полный переход к оппортунизму, о котором нам сейчас придется г
оворить.
Германская социал-демократия, в лице Каутского, как бы заявляла: я остаюс
ь при революционных воззрениях (1899 г.). Я признаю в особенности неизбежност
ь социальной революции пролетариата (1902 г.). Я признаю наступление новой эр
ы революций (1909 г.). Но я все же таки иду назад против того, что говорил Маркс у
же в 1852 году, раз вопрос ставится о задачах пролетарской революции по отно
шению к государству (1912 г.).
Именно так был поставлен вопрос в упор в полемике Каутского с Паннекуком
.

3. Полемика Каутского с Панне
куком

Паннекук выступил против Каутского, как один из представителей того «ле
во-радикального» течения, которое числило в своих рядах Розу Люксембург
, Карла Радека и других и которое, отстаивая революционную тактику, объед
инялось убеждением, что Каутский переходит на позицию «центра», бесприн
ципно колеблющегося между марксизмом и оппортунизмом. Правильность эт
ого взгляда вполне доказала война, когда течение «центра» (неправильно н
азываемого марксистским) или «каутскианства» вполне показало себя во в
сем своем отвратительном убожестве.
В затронувшей вопрос о государстве статье: «Массовые действия и революц
ия» («Neue Zeit», 1912, XXX, 2) Паннекук охарактеризовал позицию Каутского, как позицию «
пассивного радикализма», «теорию бездеятельного ожидания». «Каутский
не хочет видеть процесса революции» (стр. 616). Ставя вопрос таким образом, Па
ннекук подошел к интересующей нас теме о задачах пролетарской революци
и по отношению к государству.

«Борьба пролетариата Ц пис
ал он Ц есть не просто борьба против буржуазии из-за государс
твенной власти, а борьба против государственной власти… Соде
ржание пролетарской революции есть уничтожение орудий силы государств
а и вытеснение их (буквально: распущение, Auflosung) орудиями силы пролетариата…
Борьба прекращается лишь тогда, когда, как конечный результат ее, наступ
ает полное разрушение государственной организации. Организация больши
нства доказывает свое превосходство тем, что уничтожает организацию го
сподствующего меньшинства» (стр. 548);

Формулировка, в которую облек свои мысли Паннекук, страдает очень больши
ми недостатками. Но мысль все же ясна, и интересно, как опровер
гал ее Каутский.

«До сих пор Ц писал он Ц про
тивоположность между социал-демократами и анархистами состояла в том, ч
то первые хотели завоевать государственную власть, вторые Ц ее разруши
ть. Паннекук хочет и того и другого» (стр. 724).

Если у Паннекука изложение страдает неотчетливостью и недостатком кон
кретности (не говоря здесь о других недостатках его статьи, не относящих
ся к разбираемой теме), то Каутский взял именно намеченную Паннекуком
принципиальную суть дела, и по коренному принципиально
му вопросу Каутский целиком покинул позицию марксизма, перешел вп
олне к оппортунизму. Различие между социал-демократами и анархистами оп
ределено у него совершенно неверно, марксизм искажен и опошлен окончате
льно.
Различие между марксистами и анархистами состоит в том, что (1) первые, ста
вя своей целью полное уничтожение государства, признают эту цель осущес
твимой лишь после уничтожения классов социалистической революцией, ка
к результат установления социализма, ведущего к отмиранию государства;
вторые хотят полного уничтожения государства с сегодня на завтра, не пон
имая условий осуществимости такого уничтожения. (2) Первые признают необ
ходимым, чтобы пролетариат, завоевав политическую власть, разрушил полн
остью старую государственную машину, заменив ее новой, состоящей из орга
низации вооруженных рабочих, по типу Коммуны; вторые, отстаивая разрушен
ие государственной машины, представляют себе совершенно неясно, ч
ем ее пролетариат заменит и как он будет пользоваться ре
волюционной властью; анархисты даже отрицают использование государств
енной власти революционным пролетариатом, его революционную диктатуру
. (3) Первые требуют подготовки пролетариата к революции путем использова
ния современного государства; анархисты это отрицают.
Против Каутского марксизм представлен именно Паннекуком, в данном спор
е, ибо как раз Маркс учил тому, что пролетариат не может просто завоевать г
осударственную власть в смысле перехода в новые руки старого государст
венного аппарата, а должен разбить, сломать этот аппарат, заменить его но
вым.
Каутский уходит от марксизма к оппортунистам, ибо у пего совершенно исче
зает именно это разрушение государственной машины, совершенно неприем
лемое для оппортунистов, и остается лазейка для них в смысле истолковани
я «завоевания» как простого приобретения большинства.
Чтобы прикрыть свое извращение марксизма, Каутский поступает, как начет
чик: он двигает «цитату» из самого Маркса. В 1850 году Маркс писал о необходим
ости «решительной централизации силы в руках государственной власти».
И Каутский спрашивает с торжеством: не хочет ли Паннекук разрушить «цент
рализм»?
Это уже просто фокус, похожий на бернштейновское отождествление маркси
зма и прудонизма во взглядах на федерацию вместо централизма.
«Цитата» взята Каутским ни к селу, ни к городу. Централизм возможен и со ст
арой и с новой государственной машиной. Если рабочие добровольно объеди
нят свои вооруженные силы, это будет централизм, но он будет покоиться на
«полном разрушении» государственного централистического аппарата, по
стоянной армии, полиции, бюрократии. Каутский поступает совершенно моше
ннически, обходя прекрасно известные рассуждения Маркса и Энгельса о Ко
ммуне и вытаскивая цитату, не относящуюся к вопросу.

…«Может быть, Паннекук хочет
уничтожить государственные функции чиновников?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 https://decanter.ru/wine/semi-sweet/khvanchkara 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я