научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/vodonagrevateli/nakopitelnye-50/ploskie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Завершение этой роли есть пролетар
ская диктатура, политическое господство пролетариата.
Но если пролетариату нужно государство, как особая организац
ия насилия против буржуазии, то отсюда сам собой напрашивает
ся вывод, мыслимо ли создание такой организации без предварительного ун
ичтожения, без разрушения той государственной машины, которую создала
себе буржуазия? К этому выводу вплотную подводит «Коммунисти
ческий Манифест» и об этом выводе говорит Маркс, подводя итоги опыту рев
олюции 1848Ц 1851 годов.

2. Итоги революции

По интересующему нас вопросу о государстве Маркс подводит итоги револю
ции 1848Ц 1851 годов в следующем рассуждении, из сочинения «18-ое Брюмера Луи Бо
напарта»:

…«Но революция основательн
а. Она еще находится в путешествии через чистилище. Она выполняет свое де
ло методически. До 2-го декабря 1851-го года» (день совершения государственн
ого переворота Луи Бонапартом) «она закончила половину своей подготови
тельной работы, теперь она заканчивает другую половину. Сначала она дово
дит до совершенства парламентарную власть, чтобы иметь возможность нис
провергнуть ее. Теперь, когда она этого достигла, она доводит до совершен
ства исполнительную власть, сводит ее к ее самому чистому выр
ажению, изолирует ее, противопоставляет ее себе, как единственный упрек,
чтобы сконцентрировать против нее все силы разрушения» (курс
ив наш). «И когда революция закончит эту вторую половину своей предварит
ельной работы, тогда Европа поднимется со своего места и скажет, торжест
вуя: ты хорошо роешь, старый крот!
Эта исполнительная власть, с ее громадной бюрократической и военной орг
анизацией, с ее многосложной и искусственной государственной машиной, с
этим войском чиновников в полмиллиона человек рядом с армией еще в полми
ллиона, этот ужасный организм-паразит, обвивающий точно сетью все тело ф
ранцузского общества и затыкающий все его поры, возник в эпоху самодержа
вной монархии, при упадке феодализма, упадке, который этот организм помо
гал ускорять». Первая французская революция развила централизацию, «но
вместе с тем расширила объем, атрибуты и число пособников правительстве
нной власти. Наполеон завершил эту государственную машину». Легитимная
монархия и июльская монархия «не прибавили ничего нового, кроме большег
о разделения труда»…

…«Наконец, парламентарная р
еспублика оказалась в своей борьбе против революции вынужденной усили
ть, вместе с мерами репрессии, средства и централизацию правительственн
ой власти. Все перевороты усовершенствовали эту машину вместо тог
о, чтобы сломать ее» (курсив наш). «Партии, которые, сменяя друг друга,
боролись за господство, рассматривали захват этого огромного государс
твенного здания, как главную добычу при своей победе»
(«18-ое Брюмера Луи Бонапарта
», стр. 98Ц 99, изд. 4-е, Гамбург, 1907 г.).

В этом замечательном рассуждении марксизм делает громадный шаг вперед
по сравнению с «Коммунистическим Манифестом». Там вопрос о государстве
ставится еще крайне абстрактно, в самых общих понятиях и выражениях. Зде
сь вопрос ставится конкретно, и вывод делается чрезвычайно точный, опред
еленный, практически-осязательный: все прежние революции усовершенств
овали государственную машину, а ее надо разбить, сломать.
Этот вывод есть главное, основное в учении марксизма о государстве. И име
нно это основное не только совершенно забыто господствующим
и официальными социал-демократическими партиями, но и прямо извра
щено (как увидим ниже) виднейшим теоретиком II Интернационала К. Каут
ским.
В «Коммунистическом Манифесте» подведены общие итоги истории, заставл
яющие видеть в государстве орган классового господства и приводящее к н
еобходимому заключению, что пролетариат не может свергнуть буржуазии, н
е завоевав сначала политической власти, не получив политического госпо
дства, не превратив государства в «организованный, как господствующий к
ласс, пролетариат», и что это пролетарское государство сейчас же после е
го победы начнет отмирать, ибо в обществе без классовых противоречий гос
ударство не нужно и невозможно. Здесь не ставится вопрос о том, какова же д
олжна Ц с точки зрения исторического развития Ц быть эта смена буржуаз
ного государства пролетарским.
Именно такой вопрос Маркс ставит и решает в 1852-ом году. Верный своей филосо
фии диалектического материализма, Маркс берет в основу исторический оп
ыт великих годов революции Ц 1848Ц 1851. Учение Маркса и здесь Ц как и всегда
Ц есть освещенное глубоким философским миросозерцанием и богатым зна
нием истории подытожение опыта.
Вопрос о государстве ставится конкретно: как исторически возникло бурж
уазное государство, необходимая для господства буржуазии государствен
ная машина? каковы ее изменения, какова ее эволюция в ходе буржуазных рев
олюций и перед лицом самостоятельных выступлений угнетенных классов? к
аковы задачи пролетариата по отношению к этой государственной машине?

Централизованная государственная власть, свойственная буржуазному об
ществу, возникла в эпоху падения абсолютизма. Два учреждения наиболее ха
рактерны для этой государственной машины: чиновничество и постоянная а
рмия. О том, как тысячи нитей связывают эти учреждения именно с буржуазие
й, говорится неоднократно в сочинениях Маркса и Энгельса. Опыт каждого р
абочего поясняет эту связь с чрезвычайной наглядностью и внушительнос
тью. Рабочий класс на своей шкуре учится познавать эту связь, Ц вот почем
у он так легко схватывает и так твердо усваивает науку о неизбежности эт
ой связи, науку, которую мелкобуржуазные демократы либо невежественно и
легкомысленно отрицают, либо еще легкомысленнее признают «вообще», заб
ывая делать соответствующие практические выводы.
Чиновничество и постоянная армия, это Ц «паразит» на теле буржуазного о
бщества, паразит, порожденный внутренними противоречиями, которые это о
бщество раздирают, но именно паразит, «затыкающий» жизненные поры. Госпо
дствующий ныне в официальной социал-демократии каутскианский оппорту
низм считает взгляд на государство, как на паразитический организ
м, специальной и исключительной принадлежностью анархизма. Разуме
ется, это извращение марксизма чрезвычайно выгодно тем мещанам, которые
довели социализм до неслыханного позора оправдания и прикрашивания им
периалистской войны путем применения к ней понятия «защита отечества»,
но все же это Ц безусловное извращение.
Через все буржуазные революции, которых видала Европа многое множество
со времени падения феодализма, идет развитие, усовершенствование, укреп
ление этого чиновничьего и военного аппарата. В частности, именно мелкая
буржуазия привлекается на сторону крупной и подчиняется ей в значитель
ной степени посредством этого аппарата, дающего верхним слоям крестьян
ства, мелких ремесленников, торговцев и проч. сравнительно удобные, спок
ойные и почетные местечки, ставящие обладателей их над народ
ом. Возьмите то, что произошло в России за полгода после 27 февраля 1917 г.: чино
вничьи места, которые раньше давались предпочтительно черносотенцам, с
тали предметом добычи кадетов, меньшевиков и эсеров. Ни о каких серьезны
х реформах, в сущности, не думали, стараясь оттягивать их «до Учредительн
ого собрания» Ц а Учредительное собрание оттягивать помаленьку до кон
ца войны! С дележом же добычи, с занятием местечек министров, товарищей ми
нистра, генерал-губернаторов и прочее и прочее не медлили и никакого Учр
едительного собрания не ждали! Игра в комбинации насчет состава правите
льства была, в сущности, лишь выражением этого раздела и передела «добыч
и», идущего и вверху и внизу, во всей стране, во всем центральном и местном
управлении. Итог, объективный итог за полгода 27 февраля Ц 27 августа 1917 г. не
сомненен: реформы отложены, раздел чиновничьих местечек состоялся, и «ош
ибки» раздела исправлены несколькими переделами.
Но чем больше происходит «переделов» чиновничьего аппарата между разл
ичными буржуазными и мелкобуржуазными партиями (между кадетами, эсерам
и и меньшевиками, если взять русский пример), тем яснее становится угнете
нным классам, и пролетариату во главе их, их непримиримая враждебность к
о всему буржуазному обществу. Отсюда необходимость для всех
буржуазных партий, даже для самых демократических и «революционно-демо
кратических» в том числе, усиливать репрессии против революционного пр
олетариата, укреплять аппарат репрессий, т. е. ту же государственную маши
ну. Такой ход событий вынуждает революцию «концентрировать все си
лы разрушения» против государственной власти, вынуждает поставит
ь задачей не улучшение государственной машины, а разрушение, уничт
ожение ее.
Не логические рассуждения, а действительное развитие событий, живой опы
т 1848Ц 1851 годов привели к такой постановке задачи. До какой степени строго д
ержится Маркс на фактической базе исторического опыта, это видно из того
, что в 1852 году он не ставит еще конкретно вопроса о том, чем замен
ить эту подлежащую уничтожению государственную машину. Опыт не давал ещ
е тогда материала для такого вопроса, поставленного историей на очередь
дня позже, в 1871 году. В 1852 году с точностью естественно-исторического наблюд
ения можно было лишь констатировать, что пролетарская революция п
одошла к задаче «сосредоточить все силы разрушения» против госуда
рственной власти, к задаче «сломать» государственную машину.
Здесь может возникнуть вопрос, правильным ли является обобщение опыта, н
аблюдений и заключений Маркса, перенесение их на пределы более широкие,
чем история Франции за три года, 1848Ц 1851 годы? Для разбора этого вопроса напо
мним сначала одно замечание Энгельса, а затем перейдем к фактическим дан
ным.

…«Франция Ц писал Энгельс в
предисловии к 3-му изданию «18-го Брюмера» Ц Франция есть страна, в которой
историческая борьба классов больше, чем в других странах, доходила кажд
ый раз до решительного конца. Во Франции в наиболее резких очертаниях вы
ковывались те меняющиеся политические формы, внутри которых двигалась
эта классовая борьба и в которых находили свое выражение ее результаты.
Средоточие феодализма в средние века, образцовая страна единообразной
сословной монархии со времени Ренессанса, Франция разгромила во время в
еликой революции феодализм и основала чистое господство буржуазии, с та
кой классической ясностью, как ни одна другая европейская страна. И борь
ба поднимающего голову пролетариата против господствующей буржуазии в
ыступает здесь в такой острой форме, которая другим странам неизвестна»
(стр. 4 в изд. 1907 г.).

Последнее замечание устарело, поскольку с 1871-го года наступил перерыв в р
еволюционной борьбе французского пролетариата, хотя этот перерыв, каки
м бы продолжительным он ни был, не устраняет нисколько возможности того,
что в грядущей пролетарской революции Франция проявит себя, как классич
еская страна борьбы классов до решительного конца.
Но бросим общий взгляд на историю передовых стран в конце XIX и начале XX века
. Мы увидим, что медленнее, многообразнее, на гораздо более широкой арене п
роисходил тот самый процесс, с одной стороны, выработки «парламентарной
власти» как в республиканских странах (Франция, Америка, Швейцария), так и
в монархических (Англия, Германия до известной степени, Италия, скандина
вские страны и т. д.), Ц с другой стороны, борьбы за власть различных буржу
азных и мелкобуржуазных партий, деливших и переделявших «добычу» чинов
ничьих местечек, при неизменности основ буржуазного строя, Ц наконец, у
совершенствования и укрепления «исполнительной власти», ее чиновничье
го и военного аппарата.
Нет никакого сомнения, что это Ц общие черты всей новейшей эволюции кап
италистических государств вообще. За три года, 1848Ц 1851, Франция в быстрой, ре
зкой, концентрированной форме показала те самые процессы развития, кото
рые свойственны всему капиталистическому миру.
В особенности же империализм, эпоха банкового капитала, эпоха гигантски
х капиталистических монополий, эпоха перерастания монополистического
капитализма в государственно-монополистический капитализм, показывае
т необыкновенное усиление «государственной машины», неслыханный рост
ее чиновничьего и военного аппарата в связи с усилением репрессий проти
в пролетариата как в монархических, так и в самых свободных, республикан
ских странах.
Всемирная история подводит теперь, несомненно, в несравненно более широ
ком масштабе, чем в 1852 году, к «концентрации всех сил» пролетарской револю
ции на «разрушении» государственной машины.
Чем заменит ее пролетариат, об этом поучительнейший материал дала Париж
ская Коммуна.

3. Постановка вопроса Марксо
м в 1852 году До
бавлено ко второму изданию.


В 1907 году Меринг опубликовал в журнале «Neue Zeit»
«Die Neue Zeit» («Новое В
ремя») Ц журнал германской социал-демократии; выходил в Штутгарте с 1883 по
1923 год. В 1885Ц 1895 годах в «Die Neue Zeit» были опубликованы некоторые статьи Ф. Энгельс
а. Он часто давал указания редакции журнала и резко критиковал ее за отст
упления от марксизма. Со второй половины 90-х годов, после смерти Ф. Энгельс
а, журнал систематически печатал статьи ревизионистов. В годы мировой им
периалистической войны (1914Ц 1918) журнал занимал центристскую, каутскианск
ую позицию, поддерживал социал-шовинистов.
(XXV, 2, 164) выдержки из письма Маркса к Вейдемейеру от 5 марта 1852 г. В этом пис
ьме содержится, между прочим, следующее замечательное рассуждение:

«Что касается меня, то мне не
принадлежит ни та заслуга, что я открыл существование классов в современ
ном обществе, ни та, что я открыл их борьбу между собою. Буржуазные историк
и задолго до меня изложили историческое развитие этой борьбы классов, а
буржуазные экономисты Ц экономическую анатомию классов. То, что я сдела
л нового, состояло в доказательстве следующего:
1) что существование классов связано лишь с определенными историческими
фазами развития производства (historische Entwicklungsphasen der Produktion),
2) что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетариата,
3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких кл
ассов и к обществу без классов»…

В этих словах Марксу удалось выразить с поразительной рельефностью, во-
первых, главное и коренное отличие его учения от учения передовых и наиб
олее глубоких мыслителей буржуазии, а во-вторых, суть его учения о госуда
рстве.
Главное в учении Маркса есть классовая борьба. Так говорят и пишут очень
часто. Но это неверно. И из этой неверности сплошь да рядом получается опп
ортунистическое искажение марксизма, подделка его в духе приемлемости
для буржуазии. Ибо учение о классовой борьбе не Марксом,
а буржуазией до Маркса создано и для буржуазии, вообще г
оворя, приемлемо. Кто признает только борьбу класс
ов, тот еще не марксист, тот может оказаться еще невыходящим из рамок бурж
уазного мышления и буржуазной политики. Ограничивать марксизм учением
о борьбе классов Ц значит урезывать марксизм, искажать его, сводить его
к тому, что приемлемо для буржуазии. Марксист лишь тот, кто распрост
раняет признание борьбы классов до признания диктатуры прол
етариата. В этом самое глубокое отличие марксиста от дюжинного мел
кого (да и крупного) буржуа. На этом оселке надо испытывать действит
ельное понимание и признание марксизма. И неудивительно, что когда
история Европы подвела рабочий класс практически к данному в
опросу, то не только все оппортунисты и реформисты, но и все «каутскианцы
» (колеблющиеся между реформизмом и марксизмом люди) оказались жалкими ф
илистерами и мелкобуржуазными демократами, отрицающими дик
татуру пролетариата. Брошюра Каутского «Диктатура пролетариата», выше
дшая в августе 1918 г., т. е. много спустя после первого издания настоящей книж
ки, есть образец мещанского искажения марксизма и подлого отречения от н
его на деле, при лицемерном признании его на словах
(см. мою брошюру: «Пролетарская революция и ренегат Каутский», Петроград
и Москва 1918 г.).
Современный оппортунизм в лице его главного представителя, бывшего мар
ксиста К. Каутского, подпадает целиком под приведенную характеристику
буржуазной позиции у Маркса, ибо этот оппортунизм ограничива
ет область признания классовой борьбы областью буржуазных отношений. (А
внутри этой области, в рамках ее ни один образованный либерал не откажет
ся «принципиально» признать классовую борьбу!) Оппортунизм не дов
одит признания классовой борьбы как раз до самого главного, до пери
ода перехода от капитализма к коммунизму, до периода св
ержения буржуазии и полного уничтожения ее. В действите
льности этот период неминуемо является периодом невиданно ожесточенно
й классовой борьбы, невиданно острых форм ее, а следовательно, и государс
тво этого периода неизбежно должно быть государством по-новому
демократическим (для пролетариев и неимущих вообще) и по-ново
му диктаторским (против буржуазии).
Далее. Сущность учения Маркса о государстве усвоена только тем, кто поня
л, что диктатура одного класса является необходимой не тольк
о для всякого классового общества вообще, не только для пролетариа
та, свергнувшего буржуазию, но и для целого исторического пер
иода, отделяющего капитализм от «общества без классов», от коммуни
зма. Формы буржуазных государств чрезвычайно разнообразны, но суть их од
на: все эти государства являются так или иначе, но в последнем счете обяза
тельно диктатурой буржуазии. Переход от капитализма к коммун
изму, конечно, не может не дать громадного обилия и разнообразия политич
еских форм, но сущность будет при этом неизбежно одна: диктатура пр
олетариата.


Глава III
ГОСУДАРСТВО И РЕВОЛЮЦИЯ. ОПЫТ ПАРИЖСКОЙ КОММУНЫ 1871 ГОДА. АНАЛИЗ МАРКСА

1. В чем героизм попытки комм
унаров?

Известно, что за несколько месяцев до Коммуны, осенью 1870-го года, Маркс пре
достерегал парижских рабочих, доказывая, что попытка свергнуть правите
льство была бы глупостью отчаяния. Но когда в марте 1871-го года рабочим
навязали решительный бой и они его приняли, когда восстание ст
ало фактом, Маркс с величайшим восторгом приветствовал пролетарскую ре
волюцию, несмотря на плохие предзнаменования. Маркс не уперся на педантс
ком осуждении «несвоевременного» движения, как печально-знаменитый ру
сский ренегат марксизма Плеханов, в ноябре 1905 года писавший в духе поощре
ния борьбы рабочих и крестьян, а после декабря 1905 года по-либеральному кри
чавший: «не надо было браться за оружие».
Маркс, однако, не только восторгался героизмом «штурмовавших небо», по е
го выражению, коммунаров. В массовом революционном движении, хотя оно и н
е достигло цели, он видел громадной важности исторический опыт, известны
й шаг вперед всемирной пролетарской революции, практический шаг, более в
ажный, чем сотни программ и рассуждений. Анализировать этот опыт, извлеч
ь из него уроки тактики, пересмотреть на основании его свою теорию Ц вот
как поставил свою задачу Маркс.
Единственная «поправка» к «Коммунистическому Манифесту», которую счел
необходимым сделать Марке, была сделана им на основании революционного
опыта парижских коммунаров.
Последнее предисловие к новому немецкому изданию «Коммунистического М
анифеста», подписанное обоими его авторами, помечено 24-ым июня 1872-го года. В
этом предисловии авторы, Карл Маркс и Фридрих Энгельс, говорят, что прогр
амма «Коммунистического Манифеста» «теперь местами устарела».

… « В особенности Ц про
должают они Ц Коммуна доказала, что „рабочий класс не может просто овла
деть готовой государственной машиной и пустить ее в ход для своих собств
енных целей“»…

Взятые во вторые кавычки слова этой цитаты заимствованы ее авторами из с
очинения Маркса: «Гражданская война во Франции».
Итак, один основной и главный урок Парижской Коммуны Маркс и Энгельс счи
тали имеющим такую гигантскую важность, что они внесли его, как существе
нную поправку к «Коммунистическому Манифесту».
Чрезвычайно характерно, что именно эта существенная поправка была иска
жена оппортунистами, и смысл ее, наверное, неизвестен девяти десятым, есл
и не девяносто девяти сотым читателей «Коммунистического Манифеста». П
одробно об этом искажении мы скажем ниже, в главе, специально посвященно
й искажениям. Теперь достаточно будет отметить, что ходячее, вульгарное
«понимание» приведенного нами знаменитого изречения Маркса состоит в
том, будто Маркс подчеркивает здесь идею медленного развития в противоп
оложность захвату власти и тому подобное.
На самом деле как раз наоборот. Мысль Маркса состоит в том, что
рабочий класс должен разбить, сломать «готовую государствей
ную машину», а не ограничиваться простым захватом ее.
12-го апреля 1871-го года, т. е. как раз во время Коммуны, Маркс писал Кугельману:


…«Если ты заглянешь в послед
нюю главу моего «18-го Брюмера», ты увидишь, что следующей попыткой францу
зской революции я объявляю: не передать из одних рук в другие бюрократич
ески-военную машину, как бывало до сих пор, а сломать ее» (курси
в Маркса; в оригинале стоит zerbrechen), «и именно таково предварительное условие
всякой действительной народной революции на континенте. Как раз в этом
и состоит попытка наших геройских парижских товарищей» (стр. 709 в «Neue Zeit», XX, 1, г
од 1901Ц 1902). (Письма Маркса к Кугельману вышли по-русски не менее как в двух из
даниях, одно из них под моей редакцией и с моим предисловием.)

В этих словах: «сломать бюрократически-военную государственную машину
» заключается, кратко выраженный, главный урок марксизма по вопросу о за
дачах пролетариата в революции по отношению к государству. И именно этот
урок не только совершенно забыт, но и прямо извращен господствующим, кау
тскианским, «толкованием» марксизма!
Что касается до ссылки Маркса на «18-ое Брюмера», то мы привели выше полнос
тью соответствующее место.
Интересно отметить особо два места в приведенном рассуждении Маркса. Во
-первых, он ограничивает свой вывод континентом. Это было понятно в 1871-ом г
оду, когда Англия была еще образцом страны чисто-капиталистической, но б
ез военщины и в значительной степени без бюрократии. Поэтому Маркс исклю
чал Англию, где революция, и даже народная революция, представлялась и бы
ла тогда возможной без предварительного условия разрушения
«готовой государственной машины».
Теперь, в 1917-ом году, в эпоху первой великой империалистской войны, это огр
аничение Маркса отпадает. И Англия и Америка, крупнейшие и последние Ц в
о всем мире Ц представители англо-саксонсксй «свободы» в смысле отсутс
твия военщины и бюрократизма, скатились вполне в общеевропейское грязн
ое, кровавое болото бюрократически-военных учреждений, все себе подчиня
ющих, все собой подавляющих. Теперь и в Англии и в Америке «предварительн
ым условием всякой действительно народной революции» является ло
мка, разрушение «готовой» (изготовленной там в 1914Ц 1917 годах до «европ
ейского», общеимпериалистского, совершенства) «государственной машины
».
Во-вторых, особенного внимания заслуживает чрезвычайно глубокое замеч
ание Маркса, что разрушение бюрократически-военной государственной ма
шины является «предварительным условием всякой действительной н
ародной революции». Это понятие «народной» революции кажется стра
нным в устах Маркса, и русские плехановцы и меньшевики, эти последовател
и Струве, желающие считаться марксистами, могли бы, пожалуй, объявить так
ое выражение у Маркса «обмолвкой». Они свели марксизм к такому убого-либ
еральному извращению, что кроме противоположения буржуазной и пролета
рской революции для них ничего не существует, да и это противоположение
понимается ими донельзя мертвенно.
Если взять для примера революции XX века, то и португальскую и турецкую при
дется, конечно, признать буржуазной. Но «народной» ни та, ни другая не явля
ется, ибо масса народа, громадное большинство его активно, самостоятельн
о, со своими собственными экономическими и «политическими требованиям
и, ни в той, ни в другой революции заметно не выступают.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 https://decanter.ru/carskaya-original 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я