научные статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам

 https://wodolei.ru/catalog/mebel/komplekty/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Особый аппарат, особая машина «для пода
вления, „государство“ еще необходимо, но это уже переходное г
осударство, это уже не государство в собственном смысле, ибо подавление
меньшинства эксплуататоров большинством вчерашних наемных
рабов дело настолько, сравнительно, легкое, простое и естественное, что о
но будет стоить гораздо меньше крови, чем подавление восстаний рабов, кр
епостных, наемных рабочих, что оно обойдется человечеству гораздо дешев
ле. И оно совместимо с распространением демократии на такое подавляющее
большинство населения, что надобность в особой машине для по
давления начинает исчезать. Эксплуататоры, естественное дело, не в состо
янии подавить народа без сложнейшей машины для выполнения такой задачи,
но народ подавить эксплуататоров может и при очень простой «
машине», почти что без «машины», без особого аппарата, простой орга
низацией вооруженных масс (вроде Советов рабочих и солдатских деп
утатов Ц заметим, забегая вперед).
Наконец, только коммунизм создает полную ненадобность государства, ибо
некого подавлять, Ц «некого» в смысла класса, в см
ысле систематической борьбы с определенной частью населения. Мы не утоп
исты и нисколько не отрицаем возможности и неизбежности эксцессов
отдельных лиц, а равно необходимости подавлять такие
эксцессы. Но, во-первых, для этого не нужна особая машина, особый аппа
рат подавления, это будет делать сам вооруженный народ с такой же просто
той и легкостью, с которой любая толпа цивилизованных людей даже в совре
менном обществе разнимает дерущихся или не допускает насилия над женщи
ной. А, во-вторых, мы знаем, что коренная социальная причина эксцессов, сос
тоящих в нарушении правил общежития, есть эксплуатация масс, нужда и нищ
ета их. С устранением этой главной причины, эксцессы неизбежно начнут
«отмирать». Мы не знаем, как быстро и в какой постепенности, но м
ы знаем, что они будут отмирать. С их отмиранием отомрет и госу
дарство.
Маркс, не пускаясь в утопии, определил подробнее то, что можно тепер
ь определить относительно этого будущего, именно: различие низшей
и высшей фазы (ступени, этапа) коммунистического общества.

3. Первая фаза коммунистичес
кого общества

В «Критике Готской программы» Маркс опровергает подробно лассалевскую
идею о получении рабочим при социализме «неурезанного» или «полного пр
одукта труда». Маркс показывает, что из всего общественного труда всего
общества необходимо вычесть и резервный фонд, и фонд на расширение произ
водства, и возмещение «сношенных» машин и т. п., а затем из предметов потре
бления фонд на издержки управления, на школы, больницы, приюты престарел
ых и т. п.
Вместо туманной, неясной, общей фразы Лассаля («полный продукт труда Ц р
абочему») Маркс дает трезвый учет того, как именно социалистическое обще
ство вынуждено будет хозяйничать. Маркс подходит к конкретному
анализу условий жизни такого общества, в котором не будет капитали
зма, и говорит при этом:

«Мы имеем здесь дело» (при ра
зборе программы рабочей партии) «не с таким коммунистическим обществом,
которое развилось на своей собственной основе, а с таким, кото
рое только что выходит как раз из капиталистического обществ
а и которое поэтому во всех отношениях, в экономическом, нравственном и у
мственном, носит еще отпечаток старого общества, из недр которого оно вы
шло».

Вот это коммунистическое общество, которое только что вышло на свет божи
й из недр капитализма, которое носит во всех отношениях отпечаток старог
о общества,
Маркс и называет «первой» или низшей фазой коммунистического общества.

Средства производства уже вышли из частной собственности отдельных ли
ц. Средства производства принадлежат всему обществу. Каждый член общест
ва, выполняя известную долю общественно-необходимой работы, получает уд
остоверение от общества, что он такое-то количество работы отработал. По
этому удостоверению он получает из общественных складов предметов пот
ребления соответственное количество продуктов. За вычетом того количе
ства труда, которое идет на общественный фонд, каждый рабочий, следовате
льно, получает от общества столько же, сколько он ему дал.
Царствует как будто бы «равенство».
Но когда Лассаль говорит, имея в виду такие общественные порядки (обычно
называемые социализмом, а у Маркса носящие название первой фазы коммуни
зма), что это «справедливое распределение», что это «равное право каждог
о на равный продукт труда», то Лассаль ошибается, и Маркс разъясняет его о
шибку.

«Равное право» Ц говорит Ма
ркс Ц мы здесь действительно имеем, но это ещё «буржуазное пр
аво», которое, как и всякое право, предполагает неравенство. Вс
якое право есть применение одинакового масштаба к разл
ичным людям, которые на деле не одинаковы, не равны друг другу; и пото
му «равное право» есть нарушение равенства и несправедливость. В самом д
еле, каждый получает, отработав равную с другим долю общественного труда
, Ц равную долю общественного производства (за указанными вычетами).
А между тем отдельные люди не равны: один сильнее, другой слабее; один жена
т, другой нет, у одного больше детей, у другого меньше, и т. д.»

…«При равном труде, Ц заклю
чает Маркс Ц следовательно, при равном участии в общественном потребит
ельном фонде, один получит на самом деле больше, чем другой, окажется бога
че другого и т. д. Чтобы избежать всего этого, право, вместо того, чтобы быть
равным, должно бы быть неравным»…

Справедливости и равенства, следовательно, первая фаза коммунизма дать
еще не может: различия в богатстве останутся и различия несправедливые,
но невозможна будет эксплуатация человека человеком, ибо нел
ьзя захватить средства производства, фабрики, машины, землю и
проч. в частную собственность. Разбивая мелкобуржуазно неясную фразу Ла
ссаля о «равенстве» и «справедливости» вообще, Маркс показыв
ает ход развития коммунистического общества, которое в
ынуждено сначала уничтожить только ту «несправедливос
ть», что средства производства захвачены отдельными лицами, некоторое
не в состоянии сразу уничтожить и дальнейшую несправедливос
ть, состоящую в распределении «предметов потребления „по работе“ (а не п
о потребностям).
Вульгарные экономисты, в том числе буржуазные профессора, в том числе «н
аш» Туган, постоянно упрекают социалистов, будто они забывают о неравенс
тве людей и «мечтают» уничтожить это неравенство. Такой упрек, как видим,
доказывает только крайнее невежество гг. буржуазных идеологов.
Маркс не только точнейшим образом учитывает неизбежное неравенство лю
дей, он учитывает также то, что один еще переход средств производства в об
щую собственность всего общества («социализм» в обычном словоупотребл
ении) не устраняет недостатков распределения и неравенства «
буржуазного права», которое продолжает господствовать, поск
ольку продукты делятся «по работе».

…«Но эти недостатки Ц продо
лжает Маркс Ц неизбежны в первой фазе коммунистического общества, в том
его виде, как оно выходит, после долгих мук родов, из капиталистического о
бщества. Право никогда не может быть выше, чем экономический строй и обус
ловленное им культурное развитие общества»…

Таким образом, в первой фазе коммунистического общества (которую обычно
зовут социализмом) «буржуазное право» отменяется не вполне,
а лишь отчасти, лишь в меру уже достигнутого экономического переворота,
т. е. лишь по отношению к средствам производства. «Буржуазное право» приз
нает их частной собственностью отдельных лиц. Социализм делает их
общей собственностью. Постольку - и лишь постольку Ц «б
уржуазное право» отпадает.
Но оно остается все же в другой своей части, остается в качестве регулято
ра (определителя) распределения продуктов и распределения труда между ч
ленами общества. «Кто не работает, тот не должен есть», этот социалистиче
ский принцип уже осуществлен; «за равное количество труда ра
вное количество продукта» Ц и этот социалистический принцип уже
осуществлен. Однако это еще не коммунизм, и это еще не устраняет «бур
жуазного права», которое неравным людям за неравное (фактически неравно
е) количество труда дает равное количество продукта.
Это Ц «недостаток», говорит Маркс, но он неизбежен в первой фазе коммуни
зма, ибо, не впадая в утопизм, нельзя думать, что, свергнув капитализм, люди
сразу научаются работать на общество без всяких норм права, д
а и экономических предпосылок такой перемены отмена капитал
изма не дает сразу.
А других норм, кроме «буржуазного права», нет. И постольку остается еще не
обходимость в государстве, которое бы, охраняя общую собственность на ср
едства производства, охраняло равенство труда и равенство дележа проду
кта.
Государство отмирает, поскольку капиталистов уже нет, классов уже нет,
подавлять поэтому какой бы то ни было класс нельзя.

Но государство еще не отмерло совсем, ибо остается охрана «буржуазного п
рава», освящающего фактическое неравенство. Для полного отмирания госу
дарства нужен полный коммунизм.

4. Высшая фаза коммунистичес
кого общества

Маркс продолжает:

…«На высшей фазе коммунисти
ческого общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчин
ение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположнос
ть умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только ср
едством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с
всесторонним развитием индивидуумов вырастут и производительные силы
и все источники общественного богатства польются полным потоком, Ц лиш
ь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного п
рава, и общество сможет написать на своем знамени: «Каждый по способност
ям, каждому Ц по потребностям»».

Только теперь мы можем оценить всю правильность замечаний Энгельса, ког
да он беспощадно издевался над нелепостью соединения слов: «свобода» и «
государство». Пока есть государство, нет свободы. Когда будет свобода, не
будет государства.
Экономической основой полного отмирания государства является такое вы
сокое развитие коммунизма, при котором исчезает противоположность умс
твенного и физического труда, исчезает, следовательно, один из важнейших
источников современного общественного неравенства и прито
м такой источник, которого одним переходом средств производства в общес
твенную собственность, одной экспроприацией капиталистов сразу устран
ить никак нельзя.
Эта экспроприация даст возможность гигантского развития пр
оизводительных сил. И, видя, как теперь уже капитализм невероятно з
адерживает это развитие, как многое можно было бы двинуть вперед на
базе современной, уже достигнутой, техники, мы вправе с полнейшей уверен
ностью сказать, что экспроприация капиталистов неизбежно даст гигантс
кое развитие производительных сил человеческого общества. Но как скоро
пойдет это развитие дальше, как скоро дойдет оно до разрыва с разделение
м труда, до уничтожения противоположности между умственным и физически
м трудом, до превращения труда в «первую жизненную потребность», этого м
ы не знаем и знать не можем.
Поэтому мы и вправе говорить лишь о неизбежном отмирании государства, по
дчеркивая длительность этого процесса, его зависимость от быстроты раз
вития высшейфазы коммунизма и оставляя совершенно открытым
вопрос о сроках или о конкретных формах отмирания, ибо материала для реш
ения таких вопросов нет.
Государство сможет отмереть полностью тогда, когда общество осуществи
т правило: «каждый по способностям, каждому по потребностям», т. е. когда л
юди настолько привыкнут к соблюдению основных правил общежития и когда
их труд будет настолько производителен, что они добровольно будут труди
ться по способностям. «Узкий горизонт буржуазного права», за
ставляющий высчитывать, с черствостью Шейлока, не переработать бы лишни
х получаса против другого, не получить бы меньше платы, чем другой, Ц это
т узкий гори зонт будет тогда перейден. Распределение продуктов не будет
требовать тогда нормировки со стороны общества количества получаемых
каждым продуктов; каждый будет свободно брать «по потребности».
С точки зрения буржуазной легко объявить подобное общественное устрой
ство «чистой утопией» и зубоскалить по поводу того, что социалисты обеща
ют каждому право получать от общества, без всякого контроля за трудом от
дельного гражданина, любое количество трюфелей, автомобилей, пианино и т
. п. Таким зубоскальством отделываются и поныне большинство буржуазных
«ученых», которые обнаруживают этим и свое невежество и свою корыстную з
ащиту капитализма.
Невежество, Ц ибо «обещать», что высшая фаза развития коммунизма насту
пит, ни одному социалисту в голову не приходило, а предвидение
великих социалистов, что она наступит, предполагает и не теперешнюю прои
зводительность труда и не теперешнего обывателя, способного
«зря» Ц вроде как бурсаки у Помяловского Ц портить склады общественно
го богатства и требовать невозможного.
До тех пор, пока наступит «высшая» фаза коммунизма, социалисты требуют
строжайшего контроля со стороны общества и со стороны г
осударства над мерой труда и мерой потребления, но только контроль
этот должен начаться с экспроприации капиталистов, с контрол
я рабочих за капиталистами и проводиться не государством чиновников, а г
осударством вооруженных рабочих.
Корыстная защита капитализма буржуазными идеологами (и их прихвостням
и вроде гг. Церетели, Черновых и К°) состоит именно в том,, что спорами и разг
оворами о далеком будущем они подменяют насущный и злободнев
ный вопрос сегодняшней политики: экспроприацию капиталисто
в, превращение всех граждан в работников и служащих одн
ого крупного «синдиката», именно: всего государства, и полное подчи
нение всей работы всего этого синдиката государству действительно дем
ократическому, государству Советов рабочих и солдатских депутато
в.
В сущности, когда ученый профессор, а за ним обыватель, а за ним господа Це
ретели и Черновы говорят о безрассудных утопиях, о демагогических обеща
ниях большевиков, о невозможности «введения» социализма, они имеют в вид
у именно высшую стадию или фазу коммунизма, «вводить» которой никто не т
олько не обещал, но и не помышлял, ибо «ввести» ее вообще нельзя.
И здесь мы подошли к тому вопросу о научном различии между социализмом и
коммунизмом, которого коснулся Энгельс в приведенном выше рассуждении
его о неправильности названия «социал-демократы». Политически различи
е между первой или низшей и высшей фазой коммунизма современем будет, ве
роятно, громадно, но теперь, при капитализме, признавать его было бы смешн
о и выдвигать его на первый план могли бы разве лишь отдельные анархисты (
если еще остались среди анархистов люди, ничему не научившиеся после «пл
ехановского» превращения Кропоткиных, Грава, Корнелиссена и прочих «зв
езд» анархизма в социал-шовинистов или в анархо-траншейников, как выраз
ился один из немногих сохранивших честь и совесть анархистов Ге).
Но научная разница между социализмом и коммунизмом ясна. То, что обычно н
азывают социализмом, Маркс назвал «первой» или низшей фазой коммунисти
ческого общества. Поскольку общей собственностью становятс
я средства производства, постольку слово «коммунизм» и тут применимо, ес
ли не забывать, что это не полный коммунизм. Великое значение р
азъяснений Маркса состоит в том, что он последовательно применяет и здес
ь материалистическую диалектику, учение о развитии, рассматривая комму
низм как нечто развивающееся из капитализма. Вместо схоласти
чески-выдуманных, «сочиненных» определений и бесплодных споров о слова
х (что социализм, что коммунизм), Маркс, дает анализ того, что можно бы назва
ть ступенями экономической зрелости коммунизма. В первой своей фазе, на
первой своей ступени коммунизм не может еще быть экономически вполне зр
елым, вполне свободным от традиций или следов капитализма. Отсюда такое
интересное явление, как сохранение «узкого горизонта буржуазного
права» Ц при коммунизме в его первой фазе. Буржуазное право по отн
ошению к распределению продуктов потребления предполагает,
конечно, неизбежно и буржуазное государство, ибо право есть н
ичто без аппарата, способного принуждать к соблюдению норм п
рава.
Выходит, что не только при коммунизме остается в течение известного врем
ени буржуазное право, но даже и буржуазное государство Ц без буржуазии!

Это может показаться парадоксом или просто диалектической игрой ума, в к
оторой часто обвиняют марксизм люди, не потрудившиеся ни капельки над те
м, чтобы изучить его чрезвычайно глубокое содержание.
На самом же деле остатки старого в новом показывает нам жизнь на каждом ш
агу, и в природе и в обществе. И Маркс не произвольно всунул кусочек «буржу
азного» права в коммунизм, а взял то, что экономически и политически неиз
бежно в обществе, выходящем из недр капитализма.
Демократия имеет громадное значение в борьбе рабочего класса против ка
питалистов за свое освобождение. Но демократия вовсе не есть предел, его
же не прейдеши, а лишь один из этапов по дороге от феодализма к капитализм
у и от капитализма к коммунизму.
Демократия означает равенство. Понятно, какое великое значение имеет бо
рьба пролетариата за равенство и лозунг равенства, если правильно поним
ать его в смысле уничтожения классов. Но демократия означает
только формальное равенство. И тотчас вслед за осуществление
м равенства всех членов общества по отношению к владению сре
дствами производства, т. е. равенства труда, равенства заработной платы, п
ред человечеством неминуемо встанет вопрос о том, чтобы идти дальше, от ф
ормального равенства к фактическому, т. е. к осуществлению правила: «кажд
ый по способностям, каждому по потребностям». Какими этапами, путем каки
х практических мероприятий пойдет человечество к этой высшей пели, мы не
знаем и знать не можем. Но важно выяснить себе, как бесконечно лживо обычн
ое буржуазное представление, будто социализм есть нечто мертвое, застыв
шее, раз навсегда данное, тогда как на самом деле только с соци
ализма начнется быстрое, настоящее, действительно массовое, при участии
большинства населения, а затем всего населения, происходящее
движение вперед во всех областях общественной и личной жизни.
Демократия есть форма государства, одна из его разновидностей. И, следов
ательно, она представляет из себя, как и всякое государство, организован
ное, систематическое применение насилия к людям. Это с одной стороны. Но, с
другой стороны, она означает формальное признание равенства между граж
данами, равного права всех на определение устройства государства и упра
вление им. А это, в свою очередь, связано с тем, что на известной ступени раз
вития демократии она, во-первых, сплачивает революционный против капита
лизма класс Ц пролетариат и дает ему возможность разбить, сломать вдреб
езги, стереть с лица земли буржуазную, хотя бы и республикански-буржуазн
ую, государственную машину, постоянную армию, полицию, чиновничество, за
менить их более демократической, но все еще государственной
машиной в виде вооруженных рабочих масс, переходящих к поголовному учас
тию народа в милиции.
Здесь «количество переходит в качество»: такая степень демок
ратизма связана с выходом из рамок буржуазного общества, с началом его с
оциалистического переустройства. Если действительно все уч
аствуют в управлении государством, тут уже капитализму не удержаться. И
развитие капитализма, в свою очередь, создает предпосылка дл
я того, чтобы действительно «все» могла участвовать в управл
ении государством. К таким предпосылкам принадлежит поголовная грамот
ность, осуществленная уже рядом наиболее передовых капиталистических
стран, затем «обучение и дисциплинирование» миллионов рабочих крупным,
сложным, обобществленным аппаратом почты, железных дорог, крупных фабри
к, крупной торговли, банкового дела и т. д. и т. п.
При таких экономических предпосылках вполне возможно немед
ленно, с сегодня на завтра, перейти к тому, чтобы, свергнув капиталистов и
чиновников, заменить их Ц в деле контроля за производством и
распределением, в деле учета труда и продуктов Ц вооруженны
ми рабочими, поголовно вооруженным народом. (Не надо смешивать вопрос о к
онтроле и учете с вопросом о научно образованном персонале инженеров, аг
рономов и пр.: эти господа работают сегодня, подчиняясь капиталистам, буд
ут работать еще лучше завтра, подчиняясь вооруженным рабочим.)
Учет и контроль Ц вот главное, что требуется для «налажения»,
для правильного функционирования первой фазы коммунистиче
ского общества. Все граждане превращаются здесь в служащих п
о найму у государства, каковым являются вооруженные рабочие. Все
граждане становятся служащими и рабочими одного всенар
одного, государственного «синдиката». Все дело в том, чтобы они
работали поровну, правильно соблюдая меру работы, и получали поров
ну. Учет этого, контроль за этим упрощен капитализмом до чрезв
ычайности, до необыкновенно простых, всякому грамотному человеку досту
пных операций наблюдения и записи, знания четырех действий арифметики и
выдачи соответственных расписок
Когда государство сводится в главнейшей ч
асти его функций к такому учету и контролю со стороны самих рабочих, тогд
а оно перестает быть «политическим государством», тогда «общественные
функции превращаются из политических в простые административные функц
ии» (ср. выше, гл. IV, § 2, о полемике Энгельса с анархистами).
.
Когда большинство народа начнет производить самостоятельн
о и повсеместно такой учет, такой контроль за капиталистами (превращенны
ми теперь в служащих) и за господами интеллигентиками, сохранившими капи
талистические замашки, тогда этот контроль станет действительно униве
рсальным, всеобщим, всенародным, тогда от него нельзя будет никак уклони
ться, «некуда будет деться».
Все, общество будет одной конторой и одной фабрикой с равенством труда и
равенством платы.
Но эта «фабричная» дисциплина, которую победивший капиталистов, свергн
увший эксплуататоров пролетариат распространит на все общество, никои
м образом не является ни идеалом нашим, ни нашей конечной целью, а только
ступенькой, необходимой для радикальной чистки общества от г
нусности и мерзостей капиталистической эксплуатации и для дальне
йшего движения вперед.,
С того момента, когда все члены общества или хотя бы громадное большинст
во их сами научились управлять государством, сами взяли это д
ело в свои руки, «наладили» контроль за ничтожным меньшинством капитали
стов, за господчиками, желающими сохранить капиталистические замашки, з
а рабочими, глубоко развращенными капитализмом, Ц с этого момента начи
нает исчезать надобность во всяком управлении вообще. Чем полнее демокр
атия, тем ближе момент, когда она становится ненужной. Чем демократичнее
«государство», состоящее из вооруженных рабочих и являющееся «уже не го
сударством в собственном смысле слова», тем быстрее начинает отмирать
всякое государство.
Ибо когда все научатся управлять и будут на самом деле управл
ять самостоятельно общественным производством, самостоятельно осущес
твлять учет и контроль тунеядцев, баричей, мошенников и тому подобных «х
ранителей традиций капитализма», Ц тогда уклонение от этого всенародн
ого учета и контроля неизбежно сделается таким неимоверно трудным, таки
м редчайшим исключением, будет сопровождаться, вероятно, таким быстрым и
серьезным наказанием (ибо вооруженные рабочие Ц люди практической жиз
ни, а не сентиментальные интеллигентики, и шутить они с собой едва ли позв
олят), что необходимость соблюдать несложные, основные прави
ла всякого человеческого общежития очень скоро станет привычкой.

И тогда будет открыта настежь дверь к переходу от первой фазы коммунисти
ческого общества к высшей его фазе, а вместе с тем к полному отмиранию гос
ударства.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
 виски fettercairn 
Загрузка...

научные статьи:   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- политический прогноз для России --- законы пассионарности и завоевания этноса


загрузка...

А-П

П-Я