https://wodolei.ru/catalog/vanni/iz-litievogo-mramora/ 

новая информация для научных статей по истории: теория гражданских войн,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира,   национальная идея для русского народа  и  ключевые даты в истории Руси-России
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

VadikV

188
Дин Кунц: «Фантомы»


Дин Кунц
Фантомы


«Дин Кунц. Фантомы»: Новости; Москва; 1994
ISBN 5-7020-0835-9
Оригинал: Dean Koontz, “Phantoms”
Перевод: Н. Косолапов

Аннотация

Молодая женщина и девочка-подр
осток, пугливо озираясь, идут по странно тихим улицам маленького городка
. Городок мертв. Часть его жителей жестоко убита, часть исчезла без следа.
Кто же уничтожил Сноуфилд? Неизвестная болезнь? Отравляющий газ? Банда с
адистов-маньяков? Или тут действовала некая таинственная и страшная сил
а, непонятная и глубоко враждебная человеку?
О борьбе честных и чистых людей с воплощением Мирового Зла, о конечной по
беде человеческого разума над силами тьмы и хаоса рассказывает этот фан
тастический триллер.

Дин Кунц
Фантомы

Эта книга посвящается
той, которая всегда рядом,
той, которая все принимает близко к сердцу,
той, которая все понимает,
той, подобной которой не существует:
Герде, моей жене и моему лучшему другу.

Часть первая
Жертвы

Объял меня ужас и трепет и пот
ряс все кости мои.
Книга Иова, 4:14

Цивилизованный человечески
й дух... не в состоянии избавиться от ощущения что в мире существует нечто
сверхъестественное.
Томас Maнн. «Доктор Фаустус»

1
В полицейском участке

Где-то в отдалении раздался и мгновенно стих пронзительный вопль. Крича
ла женщина.
Пол Хендерсон, помощник шерифа, оторвался от журнала «Тайм» и насторожил
ся, прислушиваясь.
В лучах солнца, настолько ярких, что казалось, они пронзают саму раму окна
, медленно кружились пылинки. Тонкая красная секундная стрелка настенны
х часов беззвучно скользила по циферблату.
Единственным звуком в комнате был скрип кресла под Хендерсоном, когда он
слегка изменил позу.
Сквозь большие окна фасадной стены участка Хендерсону была видна часть
Скайлайн-роуд, главной улицы Сноуфилда. В этот послеполуденный час, под з
олотыми лучами солнца, улица была совершенно пустынной и спокойной. Лишь
трепетали листья и слегка раскачивались ветви деревьев под легкими дун
овениями ветра.
Какое-то время Хендерсон старательно прислушивался, пока наконец сам не
засомневался, не померещился ли ему этот крик.
«Воображение разыгралось, Ч решил он. Ч Мне просто хочется, чтобы хоть
что-нибудь произошло».
Ему действительно почти хотелось, чтобы это и в самом деле оказался чей-т
о крик. Его неугомонная, деятельная натура испытывала сейчас какое-то тр
евожное беспокойство.
В межсезонье, с апреля и до конца сентября, он был единственным полицейск
им, постоянно приписанным к участку в Сноуфилде, и это была не служба, а то
ска. Зимой, когда в городок съезжались несколько тысяч лыжников, приходи
лось возиться с пьяными, разнимать драки, расследовать кражи из номеров
в гостиницах, пансионатах и мотелях, где останавливались отдыхающие. Но
сейчас, в начале сентября, работали только два небольших мотеля, охотнич
ий домик и гостиница «При свечах». Местные жители были людьми спокойными
, и Хендерсон Ч которому было всего двадцать четыре и который дослужива
л лишь самый первый год в должности помощника шерифа Ч помирал от скуки.

Он вздохнул, взглянул на лежавший перед ним на столе журнал Ч и снова усл
ышал вопль. Как и в первый раз, кричали где-то далеко и звук мгновенно обор
вался; но на этот раз вроде бы кричал мужчина. Это был не возглас восторга
и даже не крик о помощи; это был вопль ужаса.
Нахмурившись, Хендерсон встал и направился к двери, поправляя на ходу ко
буру с револьвером, висевшую на правом бедре. Он миновал открывающуюся в
обе стороны дверцу в ограждении, отделяющем «стойло» Ч внутреннюю част
ь участка Ч от предбанника для посторонних, и уже почти дошел до выхода, к
ак вдруг услышал позади себя какое-то движение.
Этого просто не могло быть. Весь день он просидел в участке в полном одино
честве. В трех камерах, расположенных в тыльной части здания, арестованн
ых не было уже больше недели. Задняя дверь была заперта, других входов в уч
асток не было.
Однако, обернувшись, Хендерсон обнаружил, что он здесь уже действительно
не один. И вся обуревавшая его скука исчезла в мгновение ока.

2
Возвращение домой

В предзакатный час того воскресного дня, в самом начале сентября, горы бы
ли окрашены лишь в два цвета: зеленый и синий. Сосны и ели выглядели так, сл
овно были сделаны из сукна, каким покрывают биллиардные столы. И повсюду
лежали холодные голубые и синие тени, с каждой минутой становившиеся все
длиннее, все темнее, приобретавшие все более глубокий оттенок.
Сидя за рулем своего «понтиака», Дженифер Пэйдж радостно и беззаботно ул
ыбалась при виде красоты этих гор и в предвкушении возвращения домой. Он
а искренне любила эти края и душой всегда была здесь.
Она свернула с трехполосной магистрали, дороги штата, на местное, покрыт
ое черным асфальтом, узкое шоссе. Еще четыре мили непрерывных поворотов,
подъем к перевалу Ч и они будут в Сноуфилде.
Ч Мне здесь так нравится! Ч проговорила сидевшая рядом ее сестра, четыр
надцатилетняя Лиза.
Ч Мне тоже.
Ч А снег когда будет?
Ч Через месяц. Может быть, раньше.
Деревья подступили почти вплотную к дороге. «Понтиак» въехал в тоннель,
который образовывали смыкавшиеся над асфальтом кроны деревьев, и Дженн
и включила фары.
Ч Я никогда не видела снег. Только на картинках, Ч сказала Лиза.
Ч К следующей весне он успеет тебе надоесть.
Ч Только не мне. Никогда. Я всегда мечтала жить в таких краях, где бывает с
нег. Как ты.
Дженни искоса посмотрела на девочку. Даже для сестер они были поразитель
но похожи друг на друга: одинаковые зеленые глаза, одинаковые рыжеватые
волосы, одинаково высокие скулы.
Ч Научишь меня кататься на лыжах? Ч спросила Лиза.
Ч Ну, голубушка, когда сюда съезжаются лыжники, бывает обычно масса слом
анных ног, растянутых мышц, поврежденных спин, порванных связок... Я тогда
бываю занята по горло.
Ч Да-а-а... Ч протянула Лиза, не в силах скрыть свое разочарование.
Ч А потом, зачем учиться у меня, если ты можешь брать уроки у настоящего п
рофессионала?
Ч У профессионала? Ч Лицо Лизы немного просветлело.
Ч Конечно. Если я его попрошу, Хэнк Андерсон тебя научит.
Ч А кто он такой?
Ч Владелец охотничьего домика, который называется «Сосновая гора». И о
н инструктор по горным лыжам. Но учит только очень немногих, тех, кто ему п
равится.
Ч Он твой парень?
Дженни улыбнулась, вспомнив, какой была сама, когда ей было четырнадцать
лет. В этом возрасте большинство девчонок одержимы мальчиками, прежде вс
его мальчиками, и ничем больше.
Ч Нет, Хэнк не мой парень. Я его знаю уже два года, с тех самых пор, как приех
ала в Сноуфилд. Но мы просто хорошие друзья.
Они проехали мимо зеленого щита, на котором белыми буквами было написано
: «ДО СНОУФИЛДА Ч 3 МИЛИ».
Ч На спор: здесь наверняка будет много ребят что надо моего возраста.
Ч Сноуфилд не очень большой городок, Ч предупредила сестру Дженни. Ч
Но, думаю, пару хороших ребят ты здесь найдешь.
Ч Но во время лыжного сезона их же должно тут быть десятки!
Ч Господи, малышка! Не станешь же ты встречаться с приезжими! По крайней
мере еще несколько лет тебе это нельзя.
Ч Почему это?
Ч Потому что я так сказала.
Ч Но почему нельзя?
Ч Прежде чем встречаться с каким-нибудь мальчиком, ты должна узнать, отк
уда он, из какой семьи, что собой представляет.
Ч Ну, я потрясно разбираюсь в людях! Ч заявила Лиза. Ч На мое первое впе
чатление всегда можно положиться целиком и полностью. Можешь обо мне не
беспокоиться. Какой-нибудь маньяк-убийца или сумасшедший насильник мен
я не подцепит.
Ч Надеюсь, Ч ответила Дженни, притормаживая перед крутым поворотом, Ч
но все-таки встречаться ты будешь только с местными ребятами.
Лиза вздохнула и покачала головой, подчеркнуто театрально изображая ра
зочарование и чувство безысходности.
Ч Если ты не заметила, Дженни, то могу сказать: пока тебя не было, я уже впо
лне созрела и больше не ребенок.
Ч Это я заметила, не беспокойся.
Они проехали поворот. Впереди лежал прямой участок дороги, и Дженни снов
а нажала на газ.
Ч У меня уже даже сиськи есть, Ч похвасталась Лиза.
Ч На это я тоже обратила внимание, Ч ответила Дженни, решив не дать сест
ре вывести себя из равновесия ее подчеркнуто откровенными заявлениями.

Ч Я уже больше не ребенок.
Ч Но ты еще и не взрослая. Ты пока подросток.
Ч Я молодая женщина!
Ч Молодая? Да. Женщина? Еще пет.
Ч Ха!
Ч Послушай. По закону я твоя опекунша. Я несу за тебя ответственность. А к
роме того, я твоя сестра и я тебя люблю. И я буду делать то, что, на мой взгляд,
будет лучше для тебя же. Я уверена, что лучше.
Лиза демонстративно громко вздохнула.
Ч Потому что я тебя люблю, Ч повторила Дженни.
Ч Значит, ты будешь такая же придира, какой была мама, Ч бросив на сестру
злой взгляд, проговорила Лиза.
Ч Может быть, даже строже, Ч согласно кивнула Дженни.
Ч Жуть!
Дженни искоса посмотрела на Лизу. Девочка глядела в боковое окно машины,
и поэтому Дженни видела только ее профиль. Но все-таки по лицу не было зам
етно, чтобы Лиза сердилась по-настоящему. И губы у нее не были надуты, скор
ее уж они непроизвольно стремились растянуться в улыбке.
«Детям необходимы строгие правила, понимают они это сами или нет, Ч поду
мала Дженни. Ч Дисциплина Ч это выражение любви и заботы. Главная трудн
ость в том, чтобы не навязывать правила и дисциплину жесткими, грубыми ме
тодами».
Переводя взгляд снова на дорогу и немного разминая лежащие на руле руки,
Дженни проговорила:
Ч Могу сказать, что я разрешу тебе делать.
Ч Что?
Ч Я разрешу тебе самой застегивать туфли.
Ч Ну да?! Ч Лиза подмигнула ей.
Ч Разрешу принимать ванну в любое время, когда тебе только захочется.
Не в силах больше выдерживать позу оскорбленного собственного достоин
ства, Лиза захихикала:
Ч А есть, если мне захочется, ты мне позволишь?
Ч Безусловно, Ч широко улыбнулась Дженни. Ч Я тебе позволю даже убира
ть за собой по утрам постель.
Ч Ах, какая вольница! Ч проговорила Лиза.
В этот момент девочка казалась даже еще младше, чем была на самом деле. В т
еннисных туфлях, джинсах и свободной, как носят на Западном побережье, бл
узке, не в силах сдержать смех, Лиза выглядела сейчас особенно милой, хруп
кой, нежной и ужасно беззащитной.
Ч Друзья? Ч спросила ее Дженни.
Ч Друзья.
Дженни была удивлена и обрадована той легкостью, с которой она и Лиза общ
ались друг с другом во время этой долгой поездки на север от Ньюпорт-Бич.
Все-таки, несмотря на кровное родство, они были практически незнакомыми,
чужими людьми. Дженни была на семнадцать лет старше Лизы Ч ей уже исполн
ился тридцать один год. Она уехала из дома, когда Лизе не сравнялось еще и
двух лет, за полгода до того как умер их отец. На протяжении всего того вре
мени, что она училась в медицинском колледже, а потом проходила практику
в пресвитерианском госпитале при Колумбийском университете в Нью-Йорк
е, Дженни постоянно приходилось очень много работать, к тому же она была с
лишком далеко от дома, чтобы более или менее регулярно видеться с матерь
ю и Лизой. Потом, закончив обучение, она вернулась в Калифорнию с намерени
ем открыть собственный кабинет в Сноуфилде. В течение двух последних лет
она трудилась изо всех сил, чтобы обзавестись надежной врачебной практи
кой в самом Сноуфилде и нескольких других таких же небольших городках, р
азбросанных в горах. Недавно умерла их мать, и только тогда Дженни пожале
ла о том, что у нее не сложились более близкие отношения с Лизой. Может быт
ь, теперь, когда они остались вдвоем, они смогут как-то восполнить то, что б
ыло упущено в прошлом.
Узкая дорога шла на подъем, долина с ее тенями и полусумраком осталась уж
е позади, и, по мере того как «понтиак» забирался все выше, сгущавшиеся сум
ерки вокруг машины как бы на время отступали.
Ч Такое ощущение, словно уши заложило ватой, Ч проговорила Лиза, широко
зевая, чтобы скомпенсировать разницу в давлении.
Они въезжали в крутой поворот, и Дженни притормозила. Дальше, за поворото
м, шел еще один длинный, взбирающийся вверх прямой отрезок, и в конце его у
зкое местное шоссе переходило в Скайлайн-роуд, главную улицу Сноуфилда.

Лиза с жадным любопытством всматривалась вперед, через испещренное пол
осами от разбившихся насекомых ветровое стекло. Городок явно произвел н
а нее впечатление:
Ч Это вовсе не то, что я ожидала!
Ч А что ты ожидала?
Ч Ну, знаешь, что-нибудь вроде скопления безобразных мотелей с неоновым
и вывесками, массу бензоколонок, что-нибудь в этом роде. А тут так симпати
чно!
Ч У нас очень жесткие правила застройки, Ч сказала Дженни. Ч Неоновые
вывески запрещены. Пластмассовые щиты и знаки тоже. Никаких кричащих цве
тов, никаких кафе, которые были бы выстроены в форме кофейника.
Ч Тут здорово, Ч сказала Лиза, глазея с любопытством по сторонам, пока о
ни медленно ехали по городу.
Вся уличная реклама ограничивалась лишь грубо обструганными, выдержан
ными в деревенском стиле досками, на которых было написано название заве
дения и то, чем оно занимается. Архитектура была несколько эклектичной
Ч можно было видеть дома, выстроенные в норвежском, швейцарском, баварс
ком, франко-альпийском и итало-альпийском стилях, Ч но каждое здание бы
ло выдержано в стиле, принятом в той или иной горной стране или местности.
Широко использовались самые разные строительные материалы и приемы от
делки: камень и кирпич, дерево и шифер, проолифенные или искусственно сос
таренные брусья и доски, цветное и затемненное стекло, оконные рамы с раз
нообразными вычурными переплетами. Жилые дома, выстроившиеся вдоль дал
ьнего конца Скайлайн-роуд, выставляли напоказ цветочные ящики под окнам
и, балконы и парадные крылечки с перилами, под которыми красовались прич
удливые решетки.
Ч Очень красиво, Ч сказала Лиза. Они ехали в гору, в сторону лыжных подъе
мников, что были установлены в противоположной от въезда части города.
Ч А тут всегда так тихо?
Ч Ну нет, Ч ответила Дженни. Ч Зимой тут бывает очень оживленно и...
Она не закончила фразу, внезапно поняв, что городок выглядит не просто ти
хим, но мертвым.
Обычно в сентябрьское воскресенье, после обеда, когда на улице тепло и су
хо, кто-нибудь из местных жителей обязательно прогуливался бы по вымоще
нным булыжником тротуарам, кто-нибудь сидел бы на крыльце дома или на одн
ом из балконов, что выходили на Скайлайн-роуд. Приближалась зима, и горожа
не очень ценили эти последние погожие деньки. Сегодня же, хотя вечер еще т
олько начинался, на балконах, тротуарах, возле домов не было ни одного чел
овека. Даже в тех домах и магазинах, где горел свет, не было никаких призна
ков жизни. Единственной машиной, движущейся по довольно длинной улице, б
ыл «понтиак» Дженни.
Она затормозила перед знаком «стоп» возле первого перекрестка. Здесь Ск
айлайн-роуд пересекала Сент-Мориц-уэй, которая шла на три квартала к вос
току и на четыре к западу от главной улицы. Дженни посмотрела в обе сторон
ы, но и там никого не было видно.
Следующий квартал вдоль Скайлайн-роуд был тоже совершенно пустынен. Как
и следующий за ним.
Ч Странно, Ч сказала Дженни.
Ч Наверное, по телевизору показывают что-нибудь потрясное, Ч проговор
ила Лиза.
Ч Наверное.
Они миновали ресторан «Горный вид», стоящий на углу Скайлайн-роуд и Вейл-
лэйн. В ресторане горел свет, но внутри Ч это было отлично видно сквозь бо
льшие окна Ч не было ни души. Местные жители любили заглядывать в «Горны
й вид» и зимой, и в межсезонье, и потому было очень необычно, чтобы в такое в
ремя дня ресторан стоял совершенно пустой. Не видно было даже официанток
.
Лиза, кажется, уже потеряла интерес к этой противоестественной тишине, х
отя она первая обратила на нее внимание. Но сейчас она снова во все глаза с
мотрела по сторонам и восторгалась зданиями необычной архитектуры.
Дженни, однако, не могла поверить, будто все жители городка действительн
о засели перед телевизорами, как предположила Лиза. Озадаченная, она, нах
мурившись, медленно ехала в гору, вглядываясь по дороге в каждое окно. Но н
игде не было видно ни малейших признаков жизни.
Сноуфилд протянулся вдоль своей идущей снизу вверх главной улицы на шес
ть кварталов. Дом Дженни находился в центре самого дальнего квартала, с з
ападной стороны Скайлайн-роуд, там, где начинались лыжные подъемники. Эт
о было двухэтажное шале, выстроенное яз камня и дерева, с тремя мансардны
ми окнами с той стороны чердака, которая была обращена к улице. Причудлив
о изломанная крытая шифером крыша была выкрашена в серый, синий и черный
цвета. Дом стоял позади живой изгороди из вечнозеленого кустарника, высо
той примерно по грудь взрослого человека, футах
1 фут (1/3 ярда, 12 дюймов) равен 0,3048
м. Ч Здесь и далее прим. перев.
в двадцати от мощеного тротуара. На углу, возле входа, был врыт столб
ик, на котором была табличка: «ДЖЕНИФЕР ПЭИДЖ, доктор медицины» и стояли ч
асы приема.
Дженни припарковала «понтиак» на дорожке перед гаражом.
Ч Отличный домик! Ч восхитилась Лиза.
Это был первый дом, который смогла приобрести Дженни за всю свою жизнь, и о
на любила его а гордилась им. Оджн только вид этого дома пробуждал в ней са
мые теплые чувства и действовал успокаивающе, и на какое-то время Дженни
позабыла о той странной тишине, что, подобно одеялу, опустилась на весь Сн
оуфилд и накрыла его.
Ч Ну, он для меня немножечко мал, особенно если учесть, что половину перв
ого этажа занимают мой кабинет и приемная. И принадлежит он в большей мер
е банку, чем мне. Но у него есть свое лицо, правда?
Ч А то! Ч подтвердила Лиза.
Они вышли из машины, и Дженни обнаружила, что с заходом солнца подул холод
ный ветер. На ней были джинсы и зеленый свитер с длинными рукавами, тем не
менее она задрожала. В горах Сьерры осенью теплые, приятные дни всегда см
енялись как бы контрастирующими с ними холодными, даже морозными ночами.

Она потянулась, расправляя мышцы, одеревеневшие за время долгой поездки
, потом захлопнула дверцу машины. Звук захлопывающейся дверцы эхом отозв
ался наверху, в горах, и внизу, в городке. И это был единственный звук, разда
вшийся в сумеречной тишине.
Дженни постояла минуту-другую возле багажника «понтиака», глядя вдоль С
кайлайн-роуд в сторону центра Сноуфилда. Все было по-прежнему неподвижн
о.
Ч Я бы могла здесь жить вечно, Ч заявила Лиза, обхватывая себя руками от
холода, но радостно вглядываясь в открывшийся ее взгляду городок внизу.

Дженни прислушалась. Эхо, вызванное хлопком дверцы, растаяло, но на смену
ему не возник никакой другой звук. Только легкие, в южную сторону, дуновен
ия ветра.
Бывает тишина Ч и тишина: различные ее разновидности не похожи друг на д
руга. Скорбная тишина в обитой черным бархатом и устланной толстыми ковр
ами похоронной конторе сильно отличается от мрачной, холодной и жуткой с
корбной тишины в спальне вдовы. Дженни казалось очень странным, что цари
вшая в Сноуфилде тишина как будто бы несла на себе отпечаток скорби. Она, о
днако, не могла понять, чем вызвано у нее такое ощущение, да и откуда оно во
обще возникло. Она подумала о той тишине, которая бывает теплой летней но
чью и которая на самом деле вовсе не тишина, но причудливое сочетание хло
панья крыльев бьющейся о стекло ночной бабочки, стрекота сверчков и чьих
-то шорохов в траве, потрескиваний на веранде и других с трудом различимы
х звуков. В безмолвной дремоте Сноуфилда тоже было нечто похожее, она рож
дала ощущение, что где-то рядом идет лихорадочная деятельность Ч что-то
движется, звучат голоса, кто-то с кем-то борется, Ч но все это происходит
на грани и за гранью человеческого восприятия. Однако было в этом безмол
вии и нечто большее. Есть ведь еще и особая тишина зимней ночи Ч тишина гл
убокая, холодная и бессердечная, но скрывающая в себе ожидание, что по вес
не все взорвется звуками пробуждающейся, растущей жизни. В этом безмолви
и тоже было скрыто ожидание, и оно-то и вселяло в Дженни чувство тревоги.
Ей захотелось позвать кого-нибудь, окликнуть: «Кто тут?» Но она не стала э
того делать, на ее крик могли выйти соседи, которые сейчас спокойно сидят
по своим домам, и тогда она оказалась бы в глупом положении. А врач, которы
й в понедельник на виду у всех повел себя глупо, во вторник лишился бы прак
тики.
Ч ...жить здесь вечно, всегда-всегда, Ч говорила Лиза, все еще не в состоян
ии прийти в себя от восторга, вызванного красотой этого горного городка.

Ч А тебя ничего... не настораживает? Ч спросила Дженни.
Ч Что именно?
Ч Тишина.
Ч Что ты, мне она нравится! Здесь так спокойно.
Вокруг действительно было спокойно. Ни малейшего признака беды, никаких
причин для волнений.
«Тогда отчего же мне так чертовски не по себе», Ч подумала Дженни.
Она открыла багажник и достала оттуда вначале один чемодан Лизы, потом д
ругой.
Лиза подхватила второй чемодан и полезла в багажник за сумкой с книгами.

Ч Не перегружайся, Ч сказала Дженни. Ч Все равно придется еще пару раз
сходить.
По лужайке они прошли до выложенной камнем дорожки и направились по ней
к парадному крыльцу, вокруг которого в янтарно-красных лучах заходящего
солнца пролегли уже во все стороны удлиняющиеся тени, чем-то напоминающ
ие расходящиеся лепестки ночного цветка.
Дженни открыла входную дверь и вошла в темную прихожую.
Ч Хильда, мы приехали!
Никакого ответа.
Единственный свет в доме горел в дальнем конце холла, за открытой дверью,
что вела на кухню.
Дженни поставила чемоданы на пол и включила свет в холле.
Ч Хильда?!
Ч А кто такая эта Хильда? Ч спросила Лиза, бросая свой чемодан и сумку с к
нигами.
Ч Моя экономка. Она знала, в котором примерно часу мы должны приехать. Я д
умала, что она уже накрывает на стол.
Ч Ого, экономка! И она постоянно тут живет?
Ч У нее квартира над гаражом, Ч ответила Дженни, кладя сумочку и ключи о
т машины на небольшой столик под огромным зеркалом в бронзовой раме.
На Лизу эти слова произвели впечатление.
Ч Ого! А ты что, богатенькая?
Ч Да нет, Ч засмеялась Дженни. Ч На самом-то деле экономка мне не по сре
дствам. Но и без нее я тоже не могу обойтись.
Недоумевая, почему на кухне горит свет, если Хильды там нет, Дженни направ
илась туда через холл. Лиза почти вплотную шла за ней следом.
Ч Мне надо строго выдерживать часы приема, да еще выезжать на срочные вы
зовы на дом в три других городка в здешних горах. Если бы не Хильда, мне при
шлось бы питаться одними бутербродами.
Ч Она хорошо готовит? Ч спросила Лиза.
Ч Великолепно. А десерты так даже слишком хорошо.
Кухня была большая, с высоким потолком. В центре нее была устроена рабоча
я зова Ч гриль и рабочие столы, Ч по периметру которой на полке из сверк
ающей нержавеющей стали стояли, лежали и висели кастрюли, сковородки, че
рпаки, большие ложки и всевозможные приспособления. Шкафы были сделаны и
з темного дуба, верхняя часть столов покрыта керамической плиткой. В дал
ьнем углу кухни стояли двойная мойка, большая, двойного размера плита, ми
кроволновая печь и холодильник.
Войдя в дверь, Дженни сразу же повернула влево, к секретеру, за которым Хил
ьда составляла меню и списки того, что необходимо будет купить. Именно зд
есь она должна была оставить им записку. Но никакой записки тут не оказал
ось, и Дженни уже направилась обратно, когда вдруг услышала потрясенное
«Ах!» Лизы.
Девочка прошла к дальнему углу центральной рабочей зоны и сейчас стояла
возле холодильника, уставившись на что-то, что лежало на полу около мойки
. Лицо у нее было мертвенно-бледным, ее всю трясло.
Почувствовав вдруг прилив необъяснимого ужаса, Дженни быстро обогнула
центральную часть кухни и подошла к сестре.
На полу на спине лежала Хильда Бек. Она была мертва. Ничего не видящими гла
зами она уставилась в потолок, а между сведенных судорогой губ был зажат
кончик языка, сейчас уже обескровленного и обесцветившегося.
1 2 3 4 5 6
Загрузка...
научные статьи:   закон пассионарности и закон завоевания этносазакон о последствиях любой катастрофы и  идеальная школа


загрузка...

А-П

П-Я