стальные ванны kaldewei официальный сайт 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

даже веревка еще раз перехлестнулась через ветку…
Лева завыл от отчаяния. Ему снизу отлично было видно, как быстро укорачивается бикфордов шнур. Он понял, что совсем скоро динамит рванет… Лева не выдержал, скатился по склону и бросился в воду. Он изо всех сил пытался отплыть подальше, пока не понял, что глубина маленькая и что он лежит на одном месте, только поднимая муть со дна. Лева вскочил на ноги и зашлепал по воде, быстро удаляясь от берега.
Динамит все не взрывался. Стоя по пояс в воде метрах в тридцати от берега, Лева оглянулся: на берегу под деревом остался Филя. Он неистово лаял на динамит, совсем не чувствуя исходящей от него опасности. Лева заорал: “Филя, сюда! Ко мне, дурак!” — но пес то ли просто не слышал его криков, то ли не желал слушаться Соловейчика…
Лева, бураня воду, побежал к собаке. Он успел взять Филю на руки и дойти до воды, как за спиной страшно рвануло… Соловейчика подбросило и вдавило в воду. Камыши вокруг тихой бухточки разом полегли…
…На поверхности воды плавала, поблескивая нежной чешуей, оглушенная мелочь. Среди нее тут же, на мелководье, лежал оглушенный Лева. В одной руке он сжимал небольшую плотвичку, в другой — пистолет “Макаров”…
Живой и здоровый Филя пытался вытащить его на берег, но сил у пса для этой процедуры явно не хватало. Лева открыл глаза. Ему было как-то особенно хорошо и спокойно: над головой — светлое небо с одинокой яркой звездой, вокруг — покой и тишина…
Лева с интересом посмотрел на пистолет, не понимая, каким образом он оказался в его руке и — вообще — что он тут делает, лежа в мелкой холодной воде…
…Орловец сам нес его к матерому. Из подлеска выбежали три борзые — было видно, что потеряли след. Они, поскуливая, суетливо закружились вокруг него. Он, не слезая с жеребца, подхватил одну из борзых и, прижимая ее к себе, почувствовал, как тяжело и прерывисто ходят ее бока.
Орловец мгновенно вынес его к склону, перескакивая через выбоины поперек волку. Борзая уже заметила матерого и ринулась из рук хозяина. Гон пошел по новой. За борзой бросились остальные собаки; матерого удалось отвести от кустарников, что росли вдоль оврага, и теперь он обреченно шел через поле. В лае гона слышались торжествующие ноты окончания охоты.
Он видел, что волк стал забирать влево, и направил орловца наперерез. Егерь сделал то же самое, только с другой стороны поля.
— Улю-лю-лю-лю! — рвался его рот. Егерь невидяще глянул на него, полностью захваченный охотой на матерого.
— Улю-лю-лю-лю! — подхватил он, понимая, что теперь, когда борзые видят зверя, подзадоривать их — дело лишнее.
Горбатая борзая с темными боками первая подошла к зверю. Он на ходу, чувствуя ее приближение, оглянулся. Та проносясь мимо, успела схватить его за гачи. Волк присел, оскаливая пасть: борзая пролетела мимо, перевернувшись в лете.
Волк пошел дальше, круто забирая к лесу. Свора — в сажени за ним, держа дистанцию. Матерый бежал, припадая на лапу, чуть опустив лобастую голову: он ждал и был готов к нападению.
— Уйдет! — заорал егерь, — ату!!! Егерь поравнялся со сворой; убоявшись, что его конек может затоптать собак, взял немного в сторону, стараясь обойти их. До леса оставалось совсем чуть-чуть. Чувствуя, что матерый может уйти, Валдай выпал вперед и мгновенно оказался на волке. Они клубком, как-то боком, покатились в сторону.
Он, уже не помня как, оказался на волке и прижимал его голову к земле. Матерый рвал из стороны в сторону, верхняя губа его нервно ползла вверх, обнажая желтоватые клыки…
Валдай продолжал висеть на волке, вцепившись ему в загривок.
— Отгоняй! — прохрипел он егерю. Он попытался коленом прижать тело зверя, свободной рукой ища нож, который сбился в сторону во время гона. Краем глаза он заметил, что подтянулись и другие верховые. Они отгоняли и успокаивали лающих на волка собак.
— Сострунивай его! — сказал, оттаскивая Валдая от волка, егерь. — Живьем сострунивай!
Отдав пса одному из сгрудившихся вокруг загонщиков, егерь навалился рядом, схватив матерого за уши. Оттянул ему голову. Он успел перехватить угодливо кем-то поданную, уже готовую, ременную плеть и захлестнул задние ноги…
Встал, тяжело дыша. Волка уже довязывали без него. Матерый как-то сразу затих, только тело в паху нервно ходило и подрагивало.
— Здорового взяли! — блестя красным потным лицом, похвалил егерь.
— Ага… — рассеянно кивнул он, отходя к своему орловцу. Тот косил глазом на соструненного волка. Он похлопал орловца по мокрому нервному боку. Попытался махнуть в седло, но понял, что сил на это уже не осталось, и усмехнулся самому себе. Рядом живо обсуждали охоту.
Он огляделся — припорошенные снегом поля с темными проплешинами легкими бугорками уходили к лесу. Было мокро и тихо.
— Мальчишки у выселок видели выводок, — подбежал к нему егерь, — так что? Он легко вскочил в седло.
— На выселки! — заорал егерь. — Смотри у меня! Гнать от речки, и не давай им уйти к оврагам! На всякий случай встань там…
Он уже не слушал, свистом подозвал своих борзых и неторопливо пошел в поле. Было свежо и тихо. Необыкновенно тихо…
Раймо проснулся в тишине. Осторожно выбрался из спальника и спустился с сеновала. Во дворе за чистым столом уже сидели Михалыч с Женей и готовили ружья.
Из дома выполз серьезный Кузьмич со своей винтовкой; с завистью посмотрел на карабин “Тигр” генерала.
У Жени были бокфлинт и помповое ружье.
Кузьмич внимательно оглядел патроны. С пулями жакана и турбинными.
Раймо вынес из дома свой охотничий винчестер.
Сергей Олегович и Семенов вылезли из машины почти одновременно. Заметив, что все уже почти готовы, Сергеи Олегович, спотыкаясь, бросился к дому за своим оружием.
— Проверим острова, — предложил Кузьмич, — на лодках быстро разбросаем народ и прочешем по очереди…
— Мы на охоту идем или корову твою искать? — спросил у него Женя.
— На охоту… — мрачно ответил Кузьмич.
— Тогда на мыс пойдем, — заявил Качалов. — Как и договаривались. Кузьмич недовольно засопел.
— А лицензия у вас есть? — проявил вялое служебное рвение Семенов.
— Конечно… нет, — ответил Михалыч.
Семенов поежился в своем кителе — было прохладно.

* * *
…Сначала показался Филя, следом за ним плелся Лева Соловейчик в мокрой одежде. Он положил перед Семеновым на стол пистолет.
— Нашел? — удивился Кузьмич. — Ну, сыскарь!.. Я же всем говорю:
Лева — опер от Бога, все найдет и достанет. Мы уже собрались…
— Ну, спасибо!.. — милиционер осторожно взял в руки оружие. — Ну, спасибо!.. Вы даже не знаете…
— Знаем, знаем! — прервал начавшийся было поток благодарностей Кузьмич. — А ты-то знаешь, что нужно?..
— А то! — Семенов радостно заковылял к своему “уазику”.
— Сейчас узнаем, где зверь… — пообещал Кузьмич.
— …что значит: “там не летают сегодня”?! Мне нужно! Мне! Давай, жду!.. — орал Семенов в рацию. — Сейчас все узнаем, они сюда вертолет присылают… — крикнул он от машины охотникам.
— Кузьмич… С вертолета, с танка… это все неспортивно… — посмотрел на егеря Михалыч.
— Так, товарищ генерал, вы ж не стрелять оттуда будете… Они узнают только, где зверь имеется. Вам же лось нужен? — усердствовал Семенов.
Над самой крышей промчалось хищное тело штурмового вертолета.
— Я Земля! Семенов! — заорал милиционер в рацию. — Посмотри поблизости, далеко залетать не надо… — Он обернулся к охотникам и заискивающе спросил: — А меня возьмете? На охоту?
— Оружие теперь у него есть, — сказал Женя, — а для загона нам люди понадобятся…
— Слушаю! — снова заорал Семенов в рацию, — да… понимаю!.. Сколько их там? Двое?..
— Коровы моей там не видно? — осторожно спросил Кузьмич.
На него так посмотрели, что он быстро опустил голову и стал протирать ветошью свою однозарядную винтовку.
Шли на двух лодках. В первой сидели Михалыч, Женя и Раймо, во второй — все остальные. Поравнялись. Кузьмич жестами стал показывать, что заходить нужно с северной стороны.
Заглушили моторы и тихо покачивались на воде, пока тянули спички из ушанки Кузьмича. Семенов не тянул — и так было ясно, что он пойдет в цепь загонщиков.
На номерах выпало стоять Раймо, Сергею Олеговичу и Леве Соловейчику.
— Лучше бы тебе, Михалыч, в линию встать, — сказал Лева, хотя было видно, что он жребием доволен.
— Тут еще не ясно, кто на кого выгонит его, — возразил Кузьмич.
— Раймо в центре, вы — по бокам, вперед выдвигайтесь… — распорядился генерал.
Подгребли к берегу. Высадили стрелков с линии. Филя попытался выскочить на берег вслед за Соловейчиком, но Кузьмич его придержал.
— Чего это он к тебе липнет? — подозрительно посмотрел на Леву Кузьмич.
— Доброту чует, — скромно вздохнул Лева.
— С Богом! — напутствовал Михалыч стрелков и оттолкнул свою лодку от нависающего над ней валуна.
В лодках распределились по два человека и малым ходом направились по протоке к другому концу острова, на ветреную сторону.
Оставшиеся в линии постояли, прислушиваясь, как легкий шум моторов «окончательно тонет в тиши леса. Затем молча, не сговариваясь, пошли по своим номерам.
Раймо пристроился возле ели. Выбрал место поудобнее, замер. Солнечные лучи тускло пробивались через ветки. Рядом был мертвый муравейник, весь заваленный сухими ветками.
Какая-то пичуга расположилась неподалеку. Весело поглядывая на охотника, она просвистала что-то свое и улетела, легонько качнув веткой.
Раймо прислушался. Со всех сторон его окружала густая тишина. Даже птиц не было слышно. Он осторожно посмотрел по сторонам, но так и не увидел боковых номеров. Не было слышно пока и загонщиков. Раймо немного расслабился.
Вдруг к нему незаметно подкрался Кузьмич.
— Левее переходим, — шепотом сказал он.
— Зачем? — спросил Раймо по-фински.
— Ветер поменялся, вот зачем, — пояснил Кузьмич. — Генерал думает, что они втроем на загоне справятся, понял? Не по ветру же гнать — обязательно прорвут боковую линию…
— А, ветер изменился… — повторил по-фински Раймо.
— Понятливый… — похвалил Кузьмич. — Я тебя в хорошее место поставлю… — пообещал он иностранному гостю и первым двинулся на новое место.
Раймо пошел следом за ним. Чуть в стороне он заметил Леву Соловейчика: изредка между деревьями мелькала его пятнистая куртка.
Кузьмич двигался почти бесшумно. Вдруг он остановился, прислушиваясь к чему-то. Раймо тоже замер, навостряя уши, но так и не понял, почему Кузьмич остановился. Неожиданно егерь юркнул в сторону.
Раздался глухой звук удара.
— Спать!? В линии спать?! — Кузьмич пинал ногами ничего не понимающего Сергея Олеговича.
— Да не спал я! — отбивался тот. — Сидел тихо и слушал…
— Сидел с закрытыми глазами и тихо сопел, да?.. — зло поддал еще егерь.
— Загонщики, вроде, пошли… — заметил по-фински Раймо, желая прервать затянувшуюся экзекуцию.
Кузьмич прислушался — порывы ветра доносили рваные крики загона.
— В сторону иди, — приказал он Сергею Олеговичу, — к воде.
Тот поднялся с земли и послушно пошел туда, куда показал ему Кузьмич.
— А ты вперед двигай, — егерь повернулся к Раймо. — Видишь, сосна с наклоном? Ты левее ее вставай. Туда распадок идет: если лося и поднимут и не дурак он окажется — обязательно к тебе выйдет…
— Спасибо, Кузьмич… — поблагодарил на финском Раймо.
— Когда зверя завалишь, тогда и благодарить будешь…
Кузьмич так же незаметно, как и появился, скрылся в кустарнике.
Раймо быстро дошел до сосны и сел перед узкой ложбинкой. Здесь было отлично. Со всех сторон местность просматривалась далеко и хорошо.
Загон подходил все ближе. Раймо замер, стараясь не шуметь. Кто-то пробирался через кустарник по склону ложбинки прямо в его сторону, как и предсказывал Кузьмич. Раймо уже приготовился было резко вскинуть ружье, когда со стороны Сергея Олеговича прозвучали выстрелы — бах! бабах! — они были выполнены так быстро, что почти слились в один звук. Темная тень с ужасным треском сорвалась с места и одним прыжком перескочила через ложбину. Раймо даже не стал поднимать ружья — ему показалось, что мимо него пробежала огромная обезьяна…
Загощики подошли совсем близко.
— Раймо! Давай сюда! — позвал его с той стороны Кузьмич.
Финн пошел на голоса. У бочажка он наткнулся на Женю. Тот стоял с сержантом Семеновым и смотрел куда-то в кусты.
— Упустили зверя!.. — тяжело дышал Семенов. — Я его прямо перед собой гнал…
— Женя, скажи, мы охотимся на обезьяну? — серьезно спросил по-английски Раймо.
— На обезьяну? — переспросил не понявший Качалов.
— Да, на обезьяну, — кивнул Раймо. — Мимо меня пробежала огромная обезьяна… Вот такая… — он показал ее размер, подняв над головой руку.
— У нас тут нет обезьян… — начал Женя.
Тяжелый треск веток под грузным телом заставил его замолчать. Он даже подался назад, опасаясь встретиться с глазу на глаз с медведем-шатуном…
…но к ним на полянку вышел Михалыч.
— Ушел… Через протоку… на другой остров, — сообщил он. — Давай за лодками, — приказал он Семенову, — а мы на мыс выйдем…
Раймо поторопился вернуться назад. Он двинулся по краю ложбины, глядя под ноги, и, наконец, нашел то место, где пробежало странное существо, которое он мельком увидел. Там, где земля была влажной, остался огромный след голой ступни. Раймо для сравнения поставил рядом свою ногу. След был значительно больше… Хотя он казался нормальным, почти человеческим…
Он некоторое время рассматривал отпечаток, потом попытался отыскать еще, но земля вокруг была мерзлая и не сохранила следов неизвестного существа. Рай-мо услышал, что его зовут, и бросился бежать…
Когда финн выскочил на берег, все охотники уже сидели в лодках, только Женя и Михалыч стояли на берегу — наверное, ждали его.
— Раймо! Ну где тебя носит! — возмутился с лодки Кузьмич.
— Там… все же прошла огромная обезьяна… — упрямо сказал по-английски Раймо.
— Давай в лодку! — недовольно закричал Кузьмич. — Зверь уходит!
— Я нашел ее след, — не унимался тот, — это огромная обезьяна… Может быть, доисторический вид человека…
— Тебе показалось, Раймо… Здесь довольно шумное место, мы сюда несколько лет приезжаем — и ничего такого не видели… — сказал по-английски Женя и, уже ио-русски, спросил у Кузьмича:
1 2 3 4 5 6 7 8 9


А-П

П-Я