https://wodolei.ru/catalog/installation/compl/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


А суть дела заключается вот в чем: задавая определенные энергетические и временные параметры основного луча, можно влиять на эволюцию самой псевдозвезды, а значит, и на ее шестую фазу в частности — можно, к примеру, задать такие характеристики основного луча, при которых большая часть энергии, высвобождающейся в фазе вспышки, будет или гравитационной, или электромагнитной, или же в виде определенного вида элементарных частиц; таким образом, если почти вся энергия псевдозвезды высвободится в виде нейтрино и антинейтрино, то катастрофических последствий для населения планет не будет — на них вообще никто не погибнет! Обычно в момент выстрела оператором задаются стандартные характеристики основного луча, то есть обычные усредненные характеристики; таким образом, звездой смерти будет выделяться весь положенный ей спектр частиц и излучения в среднестатистической пропорции, однако во время боя изменяющееся пространство-время тоже влияет на направление эволюции псевдозвезды, в результате чего может быть усилен или же ослаблен любой из компонентов ее спектра, причем независимо от желания самих стрелков, — именно поэтому сила взрыва псевдозвезды носит в определенной мере вероятностный характер, и поэтому во время боя всегда можно вполне надеяться на то, что противнику не повезет, а тебе повезет; вот почему, при задании результатов эволюции псевдозвезды, обычно не делается акцент ни на один из компонентов спектра ее взрыва, ибо можно прогадать и, поставив все на гравитационный удар, получить в результате поток антинейтрино. В псевдозвезде все процессы взаимосвязаны, и если делать согласно среднестатистической пропорции, то и результат, скорее всего, тоже будет находиться где-то в этих пределах.
…Итак, я уводил свой корабль подальше от опасности, гнал его, но, тем не менее, напряженно смотрел на график гравитационного излучения псевдозвезды и напряженно отслеживал фазы ее эволюции.
Вторая фаза прошла и наступила третья: теперь сила тяготения псевдозвезды на самой удаленной планете в самой удаленной ее точке превосходила земную силу тяжести в полтора раза. Вся планетарная система была полна стонами придавленных перегрузками еще живых людей, она трещала разрушающимися домами и грохотала обвалами горных лавин — планеты протестовали против всего этого ужаса, но ничего не могли поделать… а тем временем в их недрах заволновалась магма, предвещая землетрясения и ярость вулканов.
В тот момент я не думал о смерти людей на планетах — я беспокоился о своей жизни, и хотя любой из мчащихся рядом со мной кораблей мог попытаться покончить с нами одним ударом, никто из них не попытался сделать это: все спешили уйти подальше от псевдозвезды и пока не нападали на меня, однако я все равно старался идти хаотическим курсом, опасаясь внезапного кинжального выстрела антиматерией. Основное оружие никто против нас не применял — это было бесполезно вблизи столь мощной эволюционирующей псевдозвезды, но я все равно отслеживал пространство, опасаясь внезапной атаки, но ее не было, пока еще не было…
Четвертая фаза — энерговыделения почти нет. Теперь в этой планетарной системе на «освещенных» сторонах планет в живых остались только люди, которые провели всю вторую и всю третью фазу припечатанными к потолку, а остальные уже давно сгорели в атмосферах своих планет. На ближайших к псевдозвезде планетах, на их «теневых» сторонах, сейчас уже огромные кладбища — люди погибли от перегрузок, их дома разрушены, деревья повалены, а те, что еще стоят, лишились веток; придонные рыбы раздавлены о грунт, а остальные свободноплавающие обитатели водоемов почти все живы.
Я выключил двигатель; то же самое сделали и на остальных кораблях: мы двигались по инерции, без ускорения, мы ждали гравитационный удар и не хотели перегружать свои корабли и кресла дополнительной нагрузкой от работающего двигателя.
…Все, час пробил — неизбежность вступила в свои права. Пятая фаза, казалось, пролетела в одно мгновение — сила тяжести псевдозвезды стала возрастать, а затем — взрыв, и она ярче солнца вспыхнула в свой последний раз!
Гравитационный удар оказался на удивление слабым — аппаратура корабля легко погасила его. В самой худшей точке — в самом удаленном месте самой удаленной от псевдозвезды планеты сила тяжести возросла всего в несколько десятков раз, в то время как на ближайших к месту взрыва планетах возросла в десятки тысяч раз. Видимо, я выстрелил неудачно — только этим можно объяснить столь малые значения силы тяготения псевдозвезды.
Но живым существам и этого было достаточно. «Теневые» стороны всех небесных тел представляли собой гигантские кладбища с разрушенными домами и погибшими лесами. Люди, домашние животные, птицы и дикие звери лежат теперь на земле раздавленные, как тесто. Скоро в реках и морях всплывет погибшая рыба, хотя ее большая часть и утонет. Рыба сломана в точке своего центра тяжести, примерно посередине, чуть ближе к голове — на «теневой» стороне рыбы выгнуты и сломаны вниз, а на «освещенной» — вогнуты и сломаны вверх.
На «освещенных» сторонах планет кладбища имеют не такой страшный вид, как на «теневых», — большая часть живых существ уже давно сгорела в атмосферах, а те, кто все это время провел, распластавшись на потолке, теперь неприметно лежат под руинами. На этих сторонах планет здания тоже разрушены, но разрушались они от усилия направленного вверх, а не вниз, хотя теперь-то какая разница? Там лежат поваленные деревья с разорванными стволами и с полувырванными корнями, а на другой, на «теневой» стороне у деревьев просто сломаны стволы, а корни все так же, как и раньше, находятся в земле.
На линии, проходящей между «освещенными» и «теневыми» сторонами планет, лежат вперемежку поваленные дома и деревья, а на них и среди них наколотые и раздавленные о них люди и другие, еще недавно живые существа.
Скоро начнут извергаться вулканы; скоро многочисленные землетрясения начнут сотрясать кору небесных тел, восстанавливая разрывы их внутренней структуры, образовавшиеся из-за взрыва моей псевдозвезды и, как следствие этого, колоссального (хотя и временного) повышения силы гравитации в планетарной системе, — но все эти грозные явления будут хоть и многочисленными, однако не очень разрушительными, ибо крупные землетрясения подготавливаются природой в течение долгих столетий, когда небольшие напряжения в глубине планеты не могут разрядиться в виде слабого землетрясения, и тогда они постепенно накапливаются, чтобы затем разрядиться в виде серии могучих толчков (именно поэтому маломощные нерегулярные колебания лучше, чем полная неподвижность земной тверди); и это притом, что в данном конкретном случае имеет место всего лишь не очень сильное кратковременное воздействие на планеты, которым все равно, что они будут существовать и дальше, неся на себе разрушения, — этим громадным кускам камня все равно, что будет с ними дальше, ибо они безразличны ко всему, в отличии от людей, которые живут и надеются, что будут и дальше жить и трудиться, но…
Смерть пришла на эту землю, и я принес ее сюда.
Так было раньше, и так будет после меня — настоящая война страшна, и только во время нее понимаешь, насколько она чудовищна.
Триллионы людей ушли в ночь, топ-топ, один за другим; ушли туда, откуда нет возврата, — и так было надо.
Центральное светило этой несчастной планетарной системы заволновалось, чтобы потом, постепенно, через месяцы прийти в норму: яркость его «освещенной» стороны начала понемногу увеличиваться — в целом, она возрастет незначительно; пятна на звезде уменьшатся, протуберанцы станут больше и мощнее, корона станет ярче, а солнечный ветер усилится… — но все это произойдет позже, ибо инертность процессов в светиле очень велика, так как сама звезда имеет значительные размеры и, плюс к тому же, находится слишком далеко от моей взорвавшейся псевдозвезды… — да, все это произойдет гораздо позже, а пока пространство успокаивалось после гибели астероида, и противник получил возможность отплатить нам — он пустил в ход основное оружие, и рядом с нашим кораблем начало взрываться пространство — мы уже не могли прыгать, но и оставаться здесь нам тоже было нельзя — убьют; и хотя я еще раньше предвидел такое развитие ситуации, но у меня не было выбора: я должен был напасть на планеты, ибо в противном случае меня все равно везде ждала гибель как результат нашего общего поражения, а после успешной или же неудачной атаки я должен был прыгать куда-нибудь в надежде на то, что нам повезет, — так сложилась ситуация, и поменять в ней что-либо я был тогда не в силах.
Трудно остаться в живых после атаки на планеты, тем более, если ты атаковал один, — именно поэтому мало кто решается на такое; я — решился, но решился не потому, что я — герой, а потому, что еще на Хале у меня пропал страх перед собственной смертью плюс к тому же, не напади я на планеты, то все равно погиб бы, но чуть позже, ибо мы проигрывали битву.
Уж лучше погибнуть так — после успеха, чем быть одним из многих просто погибших.
А самое главное — теперь у нас есть шанс: мы увидели, что можем побеждать, а это ощущение дорогого стоит! Ради себя, ради своей славы, я никогда не сделал бы такое — я не достоин этого, но ради других людей, ради нас всех, ради нашей общей победы — конечно же!
Я должен был прыгать, но прыгать нам было нельзя потому, что, скорее всего, мы погибнем после прыжка (хотя есть шанс и на то, что нам повезет), однако сейчас у меня нет времени рассчитывать шансы: антиматерией или же основным оружием, но нас скоро прикончат — противник не простит нам гибели триллионов людей, а свои нам помочь не успеют. Да будет так — лучше погибнуть, имея шанс на спасение, чем умереть, как под топором палача!
Я не рассчитывал прыжок, а просто прыгнул куда-нибудь, надеясь исключительно на свою удачу. Чтобы не видеть предпрыжковых данных о состоянии пространства-времени вокруг нас и чтобы не волноваться о них зря, я закрыл глаза, и экраны напрасно старались, отображая столь быстроменяющуюся информацию, что она буквально рябила перед глазами почти бессмысленным калейдоскопом картинок — а я не видел ее! — и только после того, как мы прыгнули, я открыл глаза и напряженно ждал, куда же нас вынесет река судьбы. Мысленно я уже приготовился к худшему — к худшему нужно готовить себя всегда, потому что оно более вероятно, чем лучшее; но если, все же, худшее не произойдет, то тогда можно будет порадоваться лучшему, — однако, если готовить себя к лучшему, то, скорее всего, проиграешь, ибо оно может не наступить, а если и наступит, то не принесет радости, потому что будет выглядеть в твоих глазах не как случайное везение, а как запланированный результат.
На наше счастье и на мое удивление, корабль оказался в довольно—таки хорошем районе: впереди нас по курсу находился белый карлик, но он был слишком далеко, чтобы представлять для нас какую-то угрозу.
Пространство вокруг нас стало «вспухать» множеством точек, из которых стали появляться корабли противника — у нас еще было немного времени, чтобы прыгнуть и вновь ускользнуть от них, пока они еще не начали стрелять; но у меня были другие планы.
Пролетая возле солнца той, впоследствии уничтоженной мной, планетарной системы, мне в голову пришла мысль по-другому атаковать планеты. Суть моей идеи заключается вот в чем: вблизи звезды присутствует мощное гравитационное поле, а также довольно много массы, рассеянной в виде солнечного ветра. В таких условиях и несущий, и главный лучи основного оружия получаются очень жесткими, устойчивыми даже к сильным возмущениям внешней среды, то есть получается, что для успешной атаки вполне можно будет использовать сразу же основной луч, без вспомогательного. Планеты всех звездных систем сделаны так, чтобы расстояние от них до солнца не превышало 9-10 световых минут, — а это очень небольшая дистанция для основного оружия; получается, что на коротких расстояниях в условиях значительной плотности энергии и излучения надобность в несущем луче падает до минимума; правда, при этом сильно пострадает точность наведения на цель, но ведь дистанция-то маленькая, а цель — большая, вот почему попасть в нее вполне возможно. Нужно еще не забывать о том, что масса «притягивает» к себе луч основного оружия, а большая масса «притягивает» сильнее, что в целом также увеличивает вероятность попадания.
Когда мы будем находиться вблизи солнца, то оно будет прикрывать нас от основного оружия противника, но никак не от антиматерии; однако, для того, чтобы поразить нас антиматерией, вражеские корабли должны будут приблизиться к моему звездолету, а на это уйдет время, которое я могу использовать на стрельбу по планетам и последующий прыжок, то есть у меня появляется реальный шанс в одиночку напасть на планетарную систему, уничтожить население на ней и скрыться в глубинах космоса. Правда, возможен и гораздо более худший вариант для меня — это произойдет, если корабли противника уже изначально будут находиться вблизи светила, и им не нужно будет тратить время на то, чтобы приблизиться ко мне, они расстреляют мой корабль антинейтронами через мгновение после его выхода из туннеля.
Если попытаться немного спрогнозировать будущее, то именно сейчас этот вариант должен мне удастся, притом удастся всего один раз. Если до меня этого никто не делал в текущей войне и в прошлых конфликтах, то противник не будет готов к такому развитию событий, и я смогу полностью использовать эффект неожиданности; но с нами сражаются не полные идиоты, поэтому они сделают надлежащие выводы, и после моей (я надеюсь!) удачной атаки возле каждого солнца будут постоянно крейсировать их корабли, и тот, кто захочет сделать, как я, уже вряд ли сможет повторить это. Наше руководство тоже сделает аналогичные выводы, в результате чего и возле наших звезд в обитаемых системах тоже станут крейсировать наши охранные корабли.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80


А-П

П-Я