https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_kuhni/s-dushem/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Оказывается, он не был так уж слеп, как она полагала, и игры Уитни не оставались им не замеченными.
Они поднялись на зеленый пригорок, теперь перед ними во всей красе лежало озеро Маккензи. Ничто не волновало его спокойную голубизну.
Под умелым руководством Кинана Маккензи за пятнадцать минут был сооружен загон для лошадей. Одна его сторона, выходящая на озеро, осталась открытой, так что животные были обеспечены кормом и питьем, а люди могли заняться своими делами. Специально предназначенную для костра яму, обложенную внутри камнем, заполнили древесным углем, и скоро в ней весело вспыхнул огонь.
Уитни наконец удалось завладеть Калленом. Она увела его поближе к воде, где под деревом заранее расстелила одеяло, и Саманта получила передышку. Она помогала непринужденно болтающим участникам пикника устраивать временный лагерь, и мысли ее сразу же вернулись к повседневным заботам. На следующее утро ей предстояло выступать на каждой лошади из четверки шестилеток в первом из отборочных состязаний. Ее питомцам нужно было набрать необходимые баллы для участия в соревнованиях на приз Маккензи. А с Чародеем еще надо было отработать команды. Несси вдруг невзлюбила водные препятствия, Зигфреда с минуты на минуту могла разродиться…
Неожиданно лошади отошли на второй план: внимание Саманты привлекла небольшая группа, которая раздевалась, собираясь купаться.
Каллен был необыкновенно хорош. Его широкие плечи, узкие бедра, ровные, красивой формы ноги не могли не притягивать взгляд. Светлые волосы густым пушистым облаком покрывали грудь и золотистым ручейком сбегали вниз, скрываясь за белыми плавками. Его атлетическая фигура являла собой образец мужественной красоты и силы. Саманта смотрела на него и ловила себя на том, что в голове ее возникает целый рой чувственных образов. Она живо представила, как ее обнаженное тело скользит по шелковистому ковру волос на его груди, опускаясь все ниже и ниже…
Истина своей неумолимой, жесткой прямотой ударила ее так больно, что у нее даже перехватило дыхание. Ей стало до боли очевидно, что она страстно желает этого мужчину! Он притягивал ее, как магнит, и она всем своим существом тянулась к нему. По правде говоря, ее влекло к нему всегда, только до последнего момента она не позволяла себе этого сознавать, чтобы не ставить под угрозу их дружбу. Кроме того, он уже много лет бредил Уитни. Так зачем же признавать то, что для нее навсегда останется недосягаемым?
К сожалению, с Грандиозным Планом пришло озарение. Она чувствовала, что вполне смогла бы уложить его с собой в постель – притом в мгновение ока. Разумеется, если бы Каллен не умер со смеху, узнав о ее желании…
Боже, боже! Как все перепуталось и осложнилось! Она пообещала Каллену помочь переупрямить Уитни, а это означало, что ей и дальше придется кокетничать с ним, прижиматься к нему, разрешать ему к ней прикасаться. И одновременно она должна гасить в себе жгучее желание, какого еще не испытывала ни к одному мужчине…
Каллен, вероятно, почувствовал ее взгляд и обернулся. Его гладкая кожа влажно поблескивала на солнце.
– Ты прямо ешь меня глазами, – усмехнулся он.
«Господи, неужели он все понял?» – пронеслось в голове у Саманты, и она постаралась спасти положение.
– Я же играю роль, разве ты забыл наш план? – торопливо заговорила она. – У нас с тобой развивается роман, а значит, я должна смотреть на тебя влюбленными глазами.
– Верно, – улыбнулся Каллен.
Ее вдруг бросило в жар, но солнце здесь было ни при чем. Мысленно проклинала она себя за то, что ввязалась в эту затею. Надо было продолжать крутиться в своем бешеном четырнадцатичасовом рабочем ритме – и пусть бы Каллен нашел кого-то другого для осуществления своего плана. Впервые Саманта чувствовала смущение и неловкость рядом с мужчиной и не знала, как с этим бороться. Ведь никто – и в первую очередь Каллен – не должен был заметить, что ее игра все больше становится похожей на правду!
– Почему ты вдруг выбрал белые плавки? – спросила она с некоторым усилием.
Каллен улыбнулся во весь рот:
– Я вспомнил, как на трибунах неистовствовали женщины, когда на Олимпиаде один из их кумиров-пловцов вышел в белых плавках. Вот я и подумал, что надо использовать любую возможность, чтобы повлиять на Уитни. Как ты думаешь, это поможет?
– Я перестану считать ее женщиной, если сегодня же она не потащит тебя венчаться!
– Сейчас посмотрим, удастся ли нам вписать еще одну главу в летопись нашего заговора, – прошептал Каллен, заметив, что Уитни направляется к нему.
Ее черное бикини так плотно облегало фигуру, что, казалось, вот-вот треснет по швам. Подойдя к Каллену, она эффектно прислонилась к нему, и он обнял ее за талию. Его бронзовая от загара рука прекрасно оттеняла белизну ее кожи.
– Миленький костюмчик, – натянуто улыбнулась она Саманте.
Сэм приказала себе не краснеть. Она знала, что ее темно-синий купальный костюм сидит достаточно хорошо, хотя он и не был таким откровенным, как у Уитни, а главное – прикрывал не такие роскошные формы.
– Действительно, потрясающий костюм, – похвалил Каллен, и в его глазах отразилось восхищение.
У Саманты все-таки порозовели щеки. Интересно, ему в самом деле понравился костюм или это тоже дань их плану?
Она мысленно обругала себя за эти мысли – ведь ей должно быть все равно, – но не могла избавиться от некоторой растерянности. Как продолжать осуществлять их план, если внутреннее смятение мешало ей сосредоточиться?
Поскольку Саманта молчала, Уитни решила воспользоваться заминкой и потянула Каллена к озеру.
– Пойдем купаться, милый, – с многозначительным видом проговорила она.
Беспомощно наблюдая, как Уитни увлекает за собой Каллена, а он откровенно любуется ею, Саманта почувствовала, будто что-то кольнуло ее в сердце. И это что-то подозрительно напоминало ревность…
– Ну, это просто конец всему! – пробормотала она себе под нос, уперев руки в бока и мрачно глядя, как Уитни со знанием дела обольщает Каллена. – Я стою тут, как приклеенная, со своими бредовыми мыслями. Меня можно ловить, как бабочку.
– А вот и я!
Саманта обернулась и увидела перед собой сияющего улыбкой Ноэля. Под загорелой кожей его прикрытого лишь крошечными плавками тела играли могучие мускулы – результат упорных занятий на тренажерах. Его подтянутый живот впечатлял упругостью мышц, а бедра – своими четкими очертаниями. От улыбки Бомона растаяли бы льды Антарктиды, упавший на лоб темный завиток словно просил, чтобы женские пальчики отправили его на место. Микеланджело ни за что не прошел бы мимо такой натуры! Ноэля с полным основанием можно было назвать самым сексуальным мужчиной в мире. Любая женщина в радиусе ста миль свалилась бы без чувств к его стройным ногам.
Но сердце Саманты даже не дрогнуло.
– Ах, Ноэль, я просто ненормальная! – воскликнула она, бросаясь ему на грудь.
– В чем дело, моя милая? – Ноэль был явно сбит с толку.
– Вы меня совсем не волнуете, – в отчаянии призналась она.
– Что?
– Меня совершенно не тянет лечь с вами в постель.
– Неужели? В таком случае с вами действительно что-то не так.
– Я знаю, – вырвалось у Саманты.
– Здесь нужны радикальные меры! – Ноэль подхватил ее на руки и понес к озеру.
– Сейчас же отпустите меня! Что вы такое придумали? – забеспокоилась Саманта.
– Собираюсь вас утопить, – радостно сообщил Ноэль.
– Нет, Ноэль, нет! – смеясь, выкрикивала Саманта, изо всех сил пытаясь вырваться. Она извивалась всем телом, но Бомон не привык легко выпускать женщин из рук. Саманте казалось, что она связана по рукам и ногам. – Может быть, останемся друзьями, – задыхаясь от хохота, предложила она.
– Извините, моя милая, но мне нужно восстановить репутацию.
– Ах так? Ну, тогда берегись. Каллен, на помощь! – призывно крикнула Саманта, когда они поравнялись с виновником ее душевного смятения.
И Каллен рванулся ей на помощь – с энергией, достойной пера Вальтера Скотта, его порыв был таким стремительным, что Уитни, приготовившаяся в этот момент одарить его поцелуем, не удержалась на ногах и плюхнулась в воду. Каллен метнулся к Ноэлю и ловко подставил ему подножку. Все трое скрылись под водой, но Каллен тут же поднялся и выдернул из воды Саманту, ухватив ее за руку. Ноэль оказался на коленях.
– Вот тебе! – по-мальчишески выкрикнул Каллен.
– Мой герой! – откашлявшись, воскликнула Саманта. – Ты бросился меня спасать, как лев, а то, что чуть не утопил, так это мелочь.
– Рад служить.
Ноэль отфыркивался и совсем не романтично прыгал на одной ноге, пытаясь вытряхнуть воду из ушей.
– Каллен, ты просто чудовище! – выпрямившись, крикнула Уитни, намокшие волосы облепили ей лицо.
– Уитни смотрит на нас, – шепнул Каллен, обнимая Саманту. – Нам надо срочно что-то изобразить.
– Верно, – так же тихо ответила Саманта, обхватывая руками его широкую спину и с трудом подавляя дрожь. Сердце ее гулко стучало. – Ради успеха Грандиозного Плана я готова на все.
Однако ее ощущения мало походили на притворство. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу. Она необыкновенно остро чувствовала кожей спины прикосновение его пальцев, явственно ощущала каждый вздох Каллена. Даже капельки воды, скользившие между их животами, отпечатывались в ее сознании. Сердце Саманты колотилось все сильнее, соски напряглись, тонкая ткань купальника не мешала ей чувствовать шелковистую мягкость золотистых волос на его груди.
– Мне кажется, сейчас самый подходящий момент, чтобы поцеловаться, – шепнул Каллен, и рука его легла ей на затылок.
Как ей хотелось этого поцелуя! Даже дышать, казалось, было не так важно. Она жаждала, чтобы его влажный язык раздвинул ей губы, чтобы эти ласковые прикосновения постепенно довели ее до исступления…
Его серые глаза завораживали. Прятавшийся в их бездонных глубинах неизведанный мир стал медленно вырисовываться за призрачной дымкой. Лицо Каллена становилось все ближе и ближе, ее рот полуоткрылся в ожидании первого прикосновения его губ.
– Обед готов, все сюда!
Оглушительный звон колокольчиков вмиг разметал окутавший их волшебный туман. Чары рассеялись, и Саманта очнулась от наваждения. Над головой по-прежнему светило июльское солнце, вокруг плескались и смеялись люди, в нескольких шагах от них кипела злобой Уитни. Заметив неподдельное удивление и легкую растерянность в глазах Каллена, Саманта подумала, что никогда еще ей не приходилось так живо ощущать незримую связь с другим человеком. И это ее очень испугало.
– Да здравствует обед! – воскликнула она, поспешно высвобождаясь из его объятий, и добавила притворно слабым голосом: – Умираю, есть хочу.
– Да, – согласился Каллен, наблюдая, как вокруг очага начинает собираться народ. – Я тоже не прочь перекусить.
– Нам стоит поторопиться, иначе ничего не достанется, – рассудительно заметила Саманта, направляясь к берегу. А про себя она беспрестанно повторяла: «Слава богу! Слава богу!»
Слава богу, им помешали. Слишком жадно ждала она этого поцелуя. Каллен далеко не глуп, он бы мгновенно понял, что поцелуй не был для нее игрой. Ему бы стали понятны тайные движения ее души, о которых она сама только-только начинала узнавать, и в один миг от их дружбы длиною в целую жизнь не осталось бы камня на камне.
Саманта чувствовала, что ей нужно срочно что-то накинуть на себя, чтобы защититься от понимающих взглядов – особенно от проницательных глаз Каллена. Она схватила лежавшую на одеяле кофточку, затем так же поспешно натянула прямо на мокрый купальник джинсы. Теперь она чувствовала себя немного увереннее и смогла перевести дух.
Украдкой оглянувшись, она увидела, что Каллен стоит по щиколотку в воде рядом с кипящей от злости Уитни.
– Посмотри, во что ты превратил мою прическу! – шипела она, задыхаясь от ярости. Грудь ее высоко вздымалась, грозя разорвать намокший лифчик.
– Но ты же все равно собиралась купаться, – удивленно заметил Каллен.
– Да, но я не собиралась мочить волосы, – зло отчеканила Уитни. – А по твоей милости я просто свалилась лицом в воду. По-твоему, это купание?
Мокрые белокурые волосы Каллена были откинуты назад, могучее тело блестело на солнце. Не глядя в сторону Саманты, он рассыпался в извинениях перед Уитни, стараясь загладить оплошность, и очень скоро в этом преуспел. Уитни сменила гнев на милость и не только позволила ему себя обнять, но даже обвила руками его шею и одарила улыбкой.
Саманта внимательно следила за ними и ничего не пропустила. Она знала: ей следовало бы радоваться, что в романе Каллена и Уитни наметилась счастливая перемена. Но она также отдавала себе отчет в том, что не чувствует намека на радость. Каллен обнимал Уитни совсем так, как за несколько минут до этого обнимал ее! Сердце Саманты болезненно сжалось от досады и горечи.
Она отвернулась от поглощенной друг другом парочки и стала обуваться. В интересах Грандиозного Плана ей надо было бы вмешаться, но она понимала, что сейчас для нее самое главное – соблюдать осторожность. Только об этом стоило заботиться. А значит, на этот раз разумнее было уступить и оставить поле битвы за Уитни. Саманта не переставая твердила себе, что ей необходимо успокоиться и подождать. Со временем ее разум и сердце обязательно вспомнят, что все это только игра, часть их сумасбродной затеи, и нет смысла питать иллюзии.
Саманта огляделась, лихорадочно пытаясь отыскать Ноэля. Вот кто мог помочь ей отвлечься. Француза она заметила рядом с сестрой. Эрин сушила полотенцем волосы, а Бомон развлекал ее разговорами. Саманта двинулась к этому островку безопасности, усилием воли заставляя себя не смотреть в сторону Каллена и Уитни. Осторожность прежде всего!
Последующие два дня Саманта была занята на отборочных соревнованиях в Морвен-парке, так что ей, на счастье, не приходилось встречаться с Калленом. Все четыре лошади – Чародей, Несси, Флора и Центральный – прекрасно себя показали, и Саманта в очередной раз имела возможность убедиться в отменных качествах выведенных ею животных.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38


А-П

П-Я