Скидки сайт https://Wodolei.ru 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И я знаю, куда.

Проснувшись, я почувствовала волнение, такое, как если бы ожидала
чего-то особенного, не знаю, однако, чего. Тут я опять осознала, что была
уже не в камере. Но озабоченность не проходила. Уйти из города... Удастся
ли это нам?
Комнату наполнял зеленоватый свет. Она была круглой, стены были
деревянными, как и низкий, конусом сходившийся кверху потолок. Камин был
сложен из неотесанных камней.
Неподвижно, словно сделанная из камня, в двери стояла дикарка,
отодвинув в сторону кожаную портьеру. Голова ее была поднята вверх, а руки
сжаты в кулаки. Свет освещал ее нечеловеческое тело: ребра, усеянные
шрамами, пару небольших грудей, и дополнительные грудные соски пониже них
и все еще совершенно гладкую кожу в паховой области.
- Кристи. - Ее спокойный голос больше никого не разбудил.
Я встала, обернула вокруг себя одеяла и подошла к ней. Снаружи первый
свет возвещал о скором восходе солнца. Между хижинами стоял туман и
скрывал реку.
- Тебе придется пойти с нами, - сказала я.
- Какая дорога?
- Туда. - Я показала на запад. Ее глаза вдруг потемнели.
- Я пойду с вами, - сказала она и отвернулась.
Завтрак состоял из холодного мяса и чая из трав, а большую часть
наших припасов нам пришлось собрать для предстоявшей дороги. Я велела
Марику распределить груз между всеми; он в этом разбирался лучше.
- Гер и Ору все еще у тех, наверху, - сказала я, сворачивая одеяла.
- Тогда пойдите туда и попросите их у Ховиса, - ответил Халтерн с
ядовитой резкостью в голосе.
"Или у Фалкира", - подумала я и ненадолго задумалась. Мысль о нем то
совершенно пропадала из моей головы, то вдруг снова возвращалась ко мне.
Мысленно я ревела и проклинала его, однако не могла забыть.
- Мы готовы? - На поясе Телук, как у Халтерна, висели "харур-нилгри"
и "харур-нацари". У Марика на поясе также был нож. С некоторых пор я
привыкла носить при себе короткий нож, но парализатор находился у меня в
кобуре под ремондским пальто. Всю небольшое количество одежды, какая
имелась, мы надели на себя, чтобы уменьшить свою поклажу.
"Не существует причины, по которой кто-либо мог бы нас задержать, -
подумала я, - если за нами уже внимательно не наблюдают."
Утренний воздух был свеж. Я сошла вниз по ступеням наружной лестницы
и поправила ремни моего заплечного мешка. Мои сапоги тонули в грязи. Ко
мне присоединились Халтерн и Телук, затем шла дикарка, одетая в ремондское
пальто, ничуть не помогавшее скрыть ее высокий рост, худобу и дикий вид.
Замыкал всю группу Марик. У меня было ощущение, что в груди у меня застрял
большой комок, я чувствовала изжогу.
Мы ступили на дорогу, шедшую вдоль реки. Между надстроенными друг над
другом помещениями и сквозь шаткие лестничные переходы и мостки вели узкие
проходы. Из каминных труб в воздух поднимался черный дым. В грязи рылись
куру. Мне в нос ударял неопределимый кисловатый запах. Дом для приезжих -
было бы сильным преувеличением называть его общественным домом - остался
позади нас в речном тумане.
Этот город из хижин был первым местом, которое напомнило мне Землю.
Это был временный лагерь для переселенцев. Наших имен никто не спрашивал.
И еще важнее было то, что никто не хотел узнать, из какой мы телестре. В
моем кошельке было еще достаточно, чтобы получить для всех нас комнату. У
здешних людей были неспокойные взгляды - они были изгоями и заблудившими,
- а раз они были ортеанцами, им было хуже, чем мне.
Плечо Марика притронулось к моей руке.
- Что мы будем делать, если они нас остановят?
- Они этого не сделают. А если все же попробуют, то беги и спрячься.
Подожди, когда сюда приедет Т'Ан командующая. - Насколько же она больна?
Солнце становилось ярче. Мы шли вверх по Беруфалу и пришли к тому
месту, где шумели водяные мельницы, так что из-за их рокота невозможно
было слышать друг друга.
Повернув на север, а затем на запад, мы прошли мимо старых городских
стен к началу северной дороги. Стены остались позади, как мостки и
переходы. Мимо нас проходили или проезжали на мархацах люди, и на
некоторых были видны знаки отличия Талкулов. Я никому не смотрела в лицо.
Напряжение заставило всех нас замолчать.
Потом мы прошли мимо домов телестре и оказались на посыпанной шлаком
проселочной дороге. Я посмотрела назад и увидела возвышавшиеся террасы
Корбека - лестницы и башни, - а над всем этим - белеющий в утреннем свете
купол дома-колодца на вершине утеса.
Халтерн облегченно вздохнул, провел рукой по своей редеющей гриве и
улыбнулся. Телук засмеялась. Я впервые видела ее без серьезного выражения
на лице, она выглядела в тот миг так же, как и аширен, Марик.
Марик наклонился вперед, чтобы трезво и озабоченно взглянуть на меня
мимо дикарки, по бокам от которой мы двигались по городу. В одном
мальчишка обладал чрезвычайной решимостью; его нежелание вернуться в
Корбек было столь же сильным, что и мое.
- Худшее у нас позади, - сказал Халтерн.
- У меня такой уверенности нет. Снова став серьезной, Телук
остановилась, поставила ногу на придорожный камень и заново связала ремни
на сандалиях. - Они объявили тревогу, вот в этом вы можете быть уверены.
- Мы можем скрыться от них в лесах.
- Тогда давайте вперед. - Я подняла свой мешок и просунула большие
пальцы рук под ремни.
Шаг за шагом увеличивалось расстояние между нами и Корбеком.
Местность была ровной, южнее нас лежали покрытые лесами горы, бледная
серая масса которых оживлялась синей и ярко-красной осенней листвой лапуур
и зику. Воздух был прохладен, а земля выглядела опустевшей. Мимо нас
проезжали немногие повозки, а навстречу нам попались один или два всадника
на мархацах.
"Неужели это будет так легко?" - подумала я, когда настал полдень и
мы вышли к дорогам, что вели на север и на запад. И мы попытались забыть о
тяжести миль, лежавших между нами и Имиром.

- В конце этих гор есть общественные дома, - заверяла Телук, - еще
немного дальше.
- Это вы утверждаете уже с сегодняшнего полудня, - проворчал Халтерн.
Шел четвертый день с того времени, как мы покинули город. Второй день
был самым трудным, когда пришлось превозмогать онемелость ног, но затем мы
стали двигаться быстрее.
К своему удивлению, я обнаружила, что мне это начало нравиться.
Ходьба утомляла, но не создавала особого напряжения; наш груз был не очень
тяжел, и мы вошли в определенный равномерный режим.
По утрам застывшая земля звенела, как будто мы шли по металлу, а
покрывшаяся инеем палатка из водонепроницаемой бекамиловой ткани
становилась жесткой и скрипучей. Дни стояли ясные, небо имело бледно-синий
цвет, типичный для ортеанской осени, а полуденное солнце все еще
припекало. Мы говорили друг с другом, шагая в бледно-золотом свете
коротких туманных вечеров. Временами Телук обследовала какую-нибудь гору,
чтобы обнаружить дичь, иногда это делал и Марик. Потрошить добычу было
грязным занятием.
Нас вела дикарка; она избегала пользоваться дорогами. Мы не спешили.
На третье утро выпал мелкий снег (и я обнаружила, что ткань из паутины
бекамила столь же хорошо удерживает тепло, как и не пропускает влагу);
вино в это утро выдавалось более щедрыми порциями, чем обычно, после чего
мы отправились дальше в атмосфере приподнятого настроения.
В этот день мы не встретили вообще никакой живности, пока в поисках
воды не вспугнули зилмеи, вскинувшееся на задних лапах на высоту добрых
четырех метров, взмахнувшее в воздухе мощными передними и исчезло,
наконец, с жалобным воем подобно серовато-белой молнии. После этого мы
протрезвели.
И в этот день мы впервые повернули на юг, наконец-то.
- Мы находимся примерно в пятидесяти зери от Корбека, - сказал
Халтерн, - но нам нужны продовольствие и информация - нам нужно узнать,
где нас ищут.
- Сейчас мы подходим к границам земли, которая мне знакома, - сказала
Телук, - но... ах, вон там... я была права!
На южном склоне горы ниже нас находилось низкое строение с плоской
крышей. Из каменной трубы поднималась тонкая струйка дыма. Я смогла неясно
различить во дворе мархаца.
- Я спущусь вниз, - предложила Телук, - все говорящие с землей
являются странниками, и никто не сочтет странным, если я стану задавать
вопросы. Пойдешь со мной, аширен-те?
Марик запрыгал вслед за ней по каменистой тропинке. Мы вернулись за
гребень горы и расположились в лощине, где росли голубые цветы тысяч. Из
леса появилась дикарка. Она облизывала свои окровавленные пальцы. У нее
были собственные методы охоты.
- Мы не можем взять ее туда с собой, - сказал Халтерн.
Я спросила ее:
- Ты останешься?
- Не в стенах.
- Вам не следует ей верить, потому что вы не знаете, что они за люди.
- Хал, что вы вообще собирались с ней делать? Может, вы хотели взять
ее с собой в Таткаэр?
- Она наверняка могла бы ответить на кое-какие вопросы.
- Сознательно?
Он пожал плечами.
- Нам следовало бы знать, каковы их намерения. В течение нескольких
сезонов они были спокойны... но могут собраться и решиться на нападение.
Такое уже однажды произошло. Хотел бы знать, откуда ее добыл Ховис.
- Из той местности, что расположена в направлении нашего движения,
как я полагаю. У меня по пути возникло впечатление, что она кое-что
узнает.
- Не говорите глупостей, ведь мы на сотни зери южнее Черепного
перевала...
В подлеске послышался шорох. Мы вскочили, Халтерн обнажил свои мечи.
В поле нашего зрения возник Марик.
- Мы можем спускаться! Меня послала Телук. Она сняла комнату.
- Здесь не было обыска?
- Как же, они проходили здесь день назад.
Халтерн вложил оба лезвия в ножны. Посмотрел на дикарку.
Она спокойно сказала:
- Я буду вас ждать, утром.
И исчезла.

Общественный дом, который содержали две телестре, Эриэл и Ирир, был
не так мал, как это казалось снаружи. Он стоял на южном склоне горы и имел
шесть этажей, под которыми находился ряд помещений для скота, и
располагался на главной дороге от Корбека в Миране. Он был не слишком
занят; большая часть осенних ярмарок уже закончилась.
- Вы отважитесь теперь пойти на юг? - спросила меня Телук за едой,
затем наморщила лоб. - О, Богиня, что люди добавляют в тушеное мясо?
- Постояльцев, которые не оплачивают свои счета, я бы сказал. -
Поскольку Халтерн находился под надежной крышей, остроумие его снова
ожило.
- Вы являетесь послом Короны, - сказала я, - так отправьте же
сообщение. Сейчас мы, наверное, достаточно далеко от Корбека.
- С этим мы повременим еще день или два. Ведь так и так нет никаких
каналов связи, пока мы не доберемся до реки Оранон.
- Они все еще думают, что вы пошли на восток, - предположила Телук, -
но со временем они узнают, куда.

Наши комнаты располагались над хлевами в амбаре. Запах мускуса от
мархацев ударял мне в нос, и этой ночью мне приснилось, будто я еду верхом
на край света. Однажды я проснулась и больше не смогла заснуть. Парадокс,
но именно сейчас, когда мне было хорошо и имелось время для размышлений, я
не могла по-настоящему уснуть.
Через некоторое время я заметила, что на спал и Халтерн. Он молча
смотрел на меня. Звездный свет падал ему в глаза, перепонки которых были
подняты, а зрачки походили на бархатисто-черные отверстия. "Он видит меня
яснее, чем я его", - подумала я.
Он мягким тоном сказал:
- Вы когда-нибудь спрашивали его о том, хочет ли он стать н'ри н'сут
в вашей телестре?
Не было вопросом, кого он подразумевал под словом "он".
- Нет, да и как бы я могла задать такой вопрос?
- Спрашивал ли он вас когда-нибудь о том, хотите ли вы стать н'ри
н'сут Талкул?
- Нет. - Я не знала, что он должен был это сделать.
- Тогда вы были арикей, это, конечно, так, и, возможно, все
закончилось еще прежде, чем началось. Но, именем Богини, Кристи... если
что-то умерло, так пусть же и пребывает в покое!
В его резковатом тоне слышалась, как мне показалось, забота обо мне.
Это удержало меня от того, чтобы послать его к черту.
- Причина заключается в различных обычаях, не так ли? И в
недоразумениях. - Я чувствовала сильную. - Ладно, Хал. Мне бы не хотелось
об этом говорить. Но большое спасибо за то, что вы это сказали.
- Вы нужны нам здесь, - сказал он, - но вы не с нами, когда ваши
мысли в Корбеке.
Ночь была полна звуков: шипели мархацы, ходили другие люди,
остановившиеся в общественном доме, вылетевшие на ночную охоту рашаку
издавали крики, походившие на скрежет металла, которым скребут каменный
пол.
Я чувствовала, что снаружи было холодно, и вдруг с неожиданной тоской
мысленно вернулась в Таткаэр и под его солнце. Мне подумалось, что я была
бы очень счастлива, если бы мы только вернулись на юг.

Я прошла по двору от соседней постройки, расшнуровала пальто и
испугалась. Мороза не было, утро оказалось сырым, промозглым. С высоты
горного отрога местность просматривалась вдаль на целые мили, в далекой
дымке вырисовывались горы на юге. Я взглянула вниз, на дорогу. Мы
двигались все же непозволительно медленно. "Согласились бы здесь продать
мархацев, - подумала я, - или было большим риском спрашивать об этом?"
Обернувшись, я заметила движение на дороге. Всадники. Поблескивала
отделанная металлом упряжь мархацев. Они находились еще слишком далеко,
чтобы можно было распознать знаки отличия или хотя бы определить
количество ехавших. У меня по спине пробежали мурашки. Мгновенно вернулось
все напряжение, которое я испытывала в предыдущие дни.
Когда я побежала в дом, с неба упали первые капли дождя.
- Эта дрянь, не знающая ни своей матери, ни земли, - шумно задышав,
сказала Телук.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80


А-П

П-Я