шкаф навесной в ванную комнату 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

та смотрела на него широко раскрытыми от страха глазами. И были глаза у неё сейчас тёмно-синими, глубокими, как апрельское небо поздним вечером; Семён невольно залюбовался, но тут же одёрнул себя.
– Во-первых, Олия, откуда такая трогательная забота обо мне? – несколько смущённо спросил Семён. Он вовсе не хотел допрашивать девушку, но приходилось. – Помереть не дала, надо же… А во-вторых – откуда твой дед знает, где я нахожусь?
Олия опустила взгляд, нервно потеребила кулон на груди – бриллиантик сверкнул многоцветными лучиками – и неохотно сказала:
– Мне дедушка поручил найти тебя и проследить, с кем ты встречаешься, какие заказы выполняешь… Поручил потому, что я лучше всех в нашей Гильдии с линиями связи работаю… умею искать в них всё, что нужно для Гильдии, и делать правильные выводы из найденного тоже умею! Работа у меня такая – находить по крохам полезные сведения. Например, у кого есть нечто особо ценное и в каком месте оно, это нечто, спрятано. Нужных Гильдии людей тоже я нахожу… Поисковая наводчица я, Симеон. – Олия искоса глянула на Семёна, как он отнесётся к сказанному ею. – Очень хорошая поисковая наводчица, между прочим! – Олия говорила так, словно оправдывалась перед Семёном, как будто он её в чём постыдном уличил: возможно, профессия аналитика-наводчика в Гильдии совершенно не котировалась, не престижной была, и Олии было стыдно признаваться в этом знаменитому вору… Вору, которому она час тому назад спасла жизнь. Вернее, пыталась спасти – Семён и сам не прикоснулся бы к той опасной вещице, к окаянному жезлу, постоял бы над хрустальным гробом и ушёл, чёрт с ними, с теми деньгами… Но ведь пыталась!
– И давно ты за мной следишь? – полюбопытствовал Семён. – Ты не бойся, ни ругать тебя, ни обижать я не стану. Поисковая наводчица – это замечательно! Нужная работа, интересная! Хотя я впервые о такой специальности слышу… Давно, да?
– Два Мира тому назад, – Олия говорила, не поднимая глаз. – Нашла… вычислила… А, не важно как! Нашла, короче, и стала следить.
– Два Мира тому назад, – задумчиво произнёс Мар. – Это где ж было-то? О, вспомнил! Это когда пианину в борделе разломали! Ну, Семён, насмотрелась она на тебя, поди… На красивого такого и пьяного. В стельку. – Медальон коротко хихикнул; Семён потёр лицо – что-то щёки ни с того, ни с сего разгорелись. Словно он с мороза пришёл.
– Понятно, – сухо молвил Семён. – Представляю, что ты там видела… Скажи, а почему ты решила меня уберечь от дедушкиного заказа?
Олия вспыхнула, словно и она на морозе побывала. Ничего не ответив, девушка поставила кофейную чашечку на стол, встала с кресла, огляделась.
– Мне в порядок себя привести надо, – Олия не смотрела на Семёна. – Ванная там? – и, не слушая запоздалого ответа, уверенно направилась в нужном направлении: похоже, планировку номера она знала досконально. Или бывала уже здесь, или в гостиничной информационной линии подсмотрела, когда следом за Семёном в пансионат прибыла.
– Семён, – в изумлёнии, словно не веря самому себе, воскликнул медальон, едва Олия вышла из гостиной, – да она… Она же к тебе неравнодушна! Вот это да-а… Любовь с ней, что ли, стряслась? Нам только влюблённой внучки деда-убийцы не хватало. Ха! Знал бы Мастер Четырёх Углов, чем рядовое задание по слежке за великим Искусником Симеоном для его внучки станется, он бы её на замок в кладовке запер и ключ для надёжности проглотил… Ты чего не отвечаешь, а? Тебя что, тоже ключом попользовали, но разводным и по голове? Хе-хе! – Мар засмеялся было, но тут же умолк: Семён на шутку никак не отреагировал, как сидел сиднем в кресле, так и продолжал сидеть, лишь глазами хлопал; вид у великого Искусника Симеона был донельзя глупый. Словно его и впрямь оглушили.
– Эй! – забеспокоился Мар, – ты это прекрати! Любовь – дело хорошее, одобряю, но сейчас тебе о другом думать надо. О том, куда ноги из пансионата делать! Дедуля утром сказку про хрустальный гроб посмотрит, разъярится и прибежит сюда вприпрыжку как есть, в халате и панамке. Типа разборку устраивать! А оно нам надо? Я-то, конечно, и с тридцатью дедами в панамках управлюсь, подумаешь, но после могут возникнуть осложнения и проблемы. Хотя проблема, кажись, у нас и так уже имеется, – медальон расстроено покряхтел. – Вон твоя проблема, из ванной возвращается…
Олия буквально преобразилась: на ней было асфальтового цвета платье типа «сафари» из плотного материала, со множеством карманов на молниях-застёжках – платье, совершенно не подходящее для официальных приёмов, но удобное и практичное в походе; белая блузка и белые же туфельки на низком каблуке. А ещё Олия воспользовалась косметикой, которой у Семёна, конечно же, никогда в ванной не было. И быть не могло.
Семён встал из кресла, с недоумением уставился на девушку.
– Что-то не так? – забеспокоилась Олия, оглядывая себя. – Вообще-то этот маскировочный костюм раньше никогда сбоев не давал! Хотя и старая модель… «Летучая мышь», конечно, не то, что твой, Симеон, штучный «Хамелеон», но тоже многое умеет! Я его в прошлом году из одного забытого спецхранилища выкрала, – с гордостью сообщила девушка. – Сама, без помощи деда! Нашла через линию связи и выкрала.
– Про «Хамелеон» она тоже знает, – вкрадчивым голосом отметил Мар. – Очень, очень продвинутая девица! Любознательная. Хм, не удивлюсь, если и кулончик у неё с магическим секретом, наподобие меня. Хотя вряд ли, я – уникальный и неповторимый! На весь белый свет один-единственный. Что меня и радует.
– Нет-нет, Олия, – поспешно ответил Семён, – всё в порядке! Меня косметика смутила, – Семён развёл руками. – Вроде бы не было её в номере! Да и у твоего бывшего наряда карманов тоже не имелось.
– Ах, вон что! – Олия легонько прикоснулась пальцем к своему кулону. – Всё необходимое – здесь. Это не обычное украшение, кулон у меня вместо сумочки: транспортно-упаковочные типовые заклинания, то да сё… и вместо стандартного опознавательного медальона тоже. Очень удобно! Оригинальная разработка, сделана по заказу моей прабабушки. Фамильная ценность, уникальная!
– Я так и думал, – недовольно проворчал Мар. – Но всё же я куда как уникальнее! В тыщу раз! А то и в две. Ты, Семён, поглядывай за девицей, больно она шустрая какая-то. И костюмчик у неё имеется, и кулончик фамильный, особый… А, может, она нарочно к тебе подосланная! Уж чересчур гладко одно к другому ложится: вот тебе и благородная спасительница, полностью экипированная к походу, и злобный дедушка-гонитель в наличии, от которого вам надо спасаться; подозрительно, ей-ей! Лично мне – крайне подозрительно.
– Не ревнуй, – шепнул Семён. – Тебе это не идёт.
– Но подозревать-то я имею право? – угрюмо возразил Мар. – Или как?
– Сколько угодно, – разрешил Семён. – Только молча, про себя.
– Наивный ты, – с укоризной сказал медальон. – Чересчур к людям доверчивый, эхма! – и умолк: наверное, снова принялся злостно подозревать. Но уже молча, как и было приказано.
– Олия, – начал было Семён, но тут в дверь номера постучали. Требовательно, постучали, по-полиментовски громко. Без оглядки на поздний час.
– Это мой дед! – вскрикнула девушка, прижимая руки г груди. – Да-да, это он! Мы пропали. Симеон, уходим, прошу! Куда угодно, но уходим!
– Сначала посмотрю, какой такой это дед, – угрожающе пообещал Семён, направляясь к двери. – А удрать мы всегда успеем! Мар, готовь на всякий случай переброску в любой другой Мир, – и открыл дверь.
За дверью стоял Хайк, друг и телохранитель Семёна.
Муж королевы Яны.

Глава 3
Странные Люди, Изучающие Миры Перекрестка

– Какие люди! – неподдельно обрадовался Мар. – Какие женатые короли к нам на огонёк заглянули, сто лет, сто зим! Вернее, две недели с хвостиком… Семён, тебе не кажется, что наш боевой друг как-то хреново выглядит? – озаботился медальон. – Борода набок, синяк под глазом… Да и драный он какой-то, наш мастер рукопашного боя, неухоженный и зело печальный… Неужели у них снова в королевстве переворот случился и товарищ король в бега ударился? Тогда где же его зеленоглазая королева с браслетом удачи? Яна – где?
– Заходи, – отрывисто сказал Семён и, пропустив Хайка, выглянул в коридор: по глубокой ночной поре там никого не было. Семён захлопнул дверь, запер её на ключ и повернулся к нежданному гостю.
Медальон был прав – воин из клана Болотной Черепахи, мастер многопрофильного боя, наёмный телохранитель Хайк выглядел не лучшим образом. Далеко не лучшим.
Во-первых, куда-то подевались все его роскошные одежды, приличествующие новоиспечённому королю: одет Хайк был в знакомый Семёну тёртый-перетёртый джинсовый костюм, выцветший от времени, весь в неровных заплатках; в лёгких сандалиях на босу ногу и с холщовой сумкой через плечо.
Во-вторых, под левым глазом у Хайка был внушительный синяк, а правая щека крепко расцарапана – с учётом боевого мастерства друга-телохранителя Семён немедленно заподозрил, что тот совсем недавно сражался с десятком-другим профессиональных воинов. С полувзводом десантников-каратистов, например. Не менее!
– Привет, – грустно сказал Хайк. – А я от жены ушёл.
– Привет, – ответил Семён. – Что?!
Хайк прошёл в гостиную и безо всякого выражения на лице посмотрел на Олию; девушка, ответно глянув на Хайка – всклокоченного, несчастного, побитого, с исцарапанной физиономией, – как ни странно, сразу успокоилась: это был не её дед, значит, опасность миновала. А побитых, несчастных да расцарапанных она за свою жизнь много повидала! Испуга они у неё давно не вызывали. Жалости, впрочем, тоже.
– Хайк, – помолчав, наконец представился ночной гость. – Друг Симеона… Вы, извините, случаем не принцесса или королева будете?
– Нет, – Олия глянула на Семёна, тот кивнул – можно, мол, говори.
– Я – внучка Главы Воровской Гильдии, – девушка запнулась. – Воровка я. А зовут меня Олия.
– Очень приятно, – ожив лицом, с чувством ответил Хайк. – Очень! Я, Олия, с некоторых пор терпеть не могу ни принцесс, ни королев. Это здорово, что вы воровка, а не принцесса. Я рад.
Семён подошёл ближе и внимательно оглядел приятеля: в остальном Хайк ничуть не изменился – такой же худой, такой же нескладный. Ну, обтрёпанный, ну, патлы до плеч, нечёсаные и немытые. Ну, бородка свалявшаяся… С кем не бывает! Тем более, если от жены ушёл…
– Я не понял, – громко сказал Семён. – Ты действительно сам от Яны ушёл, или она тебя выгнала? Удалила от себя.
– Сам, – Хайк с остервенением почесал голову. – Пока тебя нашёл, совсем запаршивел! Неделю за тобой по разным Мирам бегал, никак догнать не мог, фу-у… И вообще – за мной погоня! Жандармы-сыскари, чтоб им… Слушай, Симеон, я пойду искупаюсь, а? Мочи больше нету грязным ходить. После и поговорим. Ванная где?
– Там, – Семён ткнул рукой. – Только ты побыстрее, мы вот-вот удирать будем! Нас тут вскоре убивать собираются, так что долго задерживаться никак нельзя.
– Мне тоже нельзя, – на ходу кинул Хайк, – меня тоже скоро убивать будут, – и скрылся в ванной комнате.
– Интересная, господа, нынче ситуация получается, – воодушевлёно известил медальон. – Архинтересная! Ну, то, что ванная сегодня повышенным спросом пользуется, это ладно, мелочи… Кстати, Семён, может и ты искупаешься, на дорожку? Нет? А, ну и ходи немытым, с табачным пеплом в шевелюре… Я вот о чём хотел сказать: странно всё это, господа! Сначала на нас сваливается невинная дева, после беглый муж и – обратите внимание! – их всех собираются в ближайшее время убить. И нас, кстати, тоже, заодно. Не слишком ли много происшествий за одну короткую летнюю ночь? И кто, хотелось бы мне знать, собирается лишить жизни нашего дорогого многопрофильного королька? Нашего непобедимого рубаку-парня? Ревнивая жена вместе с королевской гвардией? Или…
– Мар, не тарахти как телевизор, – поморщился Семён. – Вот на всё у тебя мнение есть! Особое и веское. Погоди, выйдет Хайк, объяснит, тогда и… – он осёкся: в дверь снова постучали, на этот раз аккуратно, негромко.
– Кто там? – зло крикнул Семён. – Чего надо?!
– Извините, уважаемый, – пролепетали за дверью, – это гостиничная администрация. Нам… мне поговорить с вами надо! У нас, мнэ-э… у меня дело особого, деликатного свойства… лично поговорить требуется, с глазу на глаз. Будьте любезны, откройте дверь!
– Отдыхаю я! – рявкнул Семён. – Завтра утром говорить будем.
За дверью завозились, кого-то с силой пихнули – раздался звук, словно по толстому кулю с мукой стукнули, – и в дверь снова постучали, но уже гораздо громче, гораздо. Ногой, наверное. Сапогом.
– Открывай, пля! – требовательно крикнули за дверью, – это королевская жандармско-сыскная служба её величества Яны Первой! Открывай, а не то дверь ломать будем!
– Господа, господа, – плаксиво зачастил администраторский голосок, – нельзя, зачем же вы так, дверь новая, в прошлом месяце ремонт делали, – вновь раздался удар по кулю с мукой и голосок, простонав: – Вы звери, господа! – утих. Теперь уже надолго.
– Олия, туда, – Семён махнул рукой в сторону ванной комнаты, – бегом! – Схватив напоследок с журнального столика одноразовые серебряные перчатки, Семён тоже кинулся к ванной. – Мар, включай транспортное заклинание, убираемся отсюда домой… то есть, в домик Кардинала! – В дверной замок уже били снаружи чем-то тяжёлым, сильно били, наверное, ногой: ещё пара ударов и новая дверь наверняка не выдержит, разве ж это дверь, смех один, – на бегу подумал Семён.
Ванная комната, к счастью, оказалась не заперта: намыленный Хайк, включив краны на полную и потому не услышав панического вторжения, старательно оттирал лицо здоровенной банной мочалкой, сидя на краю полупустого бассейна; ворвавшись следом за Олией, Семён подхватил с пола тяжёлую холщовую сумку и, кинув в неё перчатки вместе с одеждой Хайка, скомандовал:
– Поехали! Олию с Хайком не забудь, понял?
– А то, – согласился медальон.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2 3 4 5 6


А-П

П-Я