душевой уголок 120х80 с низким поддоном 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Вместе с сиянием возрастало ощущение силы. Король потянулся к стенке шара и разорвал ее так же легко, как если бы она была из паутины, выскользнув из своей тюрьмы в окружающую темноту.
С помощью своего Камня он соорудил новый защитный шар. Его голубые стенки предохраняли его от тлетворного дыхания Смерти, колышущейся снаружи. Домой. Он захотел домой. Все его беды казались сейчас такими ничтожными по сравнению с тем, чего он только что избежал. Закрыв глаза, Гэйлон приказал себе вернуться в Занкос.
14
Камень в кольце Гэйлона замерцал, и Дэви понял, что король победил. Долго сдерживаемые слезы наконец прорвались наружу. Они были одни в комнате, когда Дэви проснулся в твердой уверенности, что Орим покинул его Камень. Герцог обнаружил своего короля ничком лежащим на полу, его лицо и руки были обожжены и покрыты волдырями.
Гэйлон победил Черного Короля, но, похоже, они оба погибли в этой битве. Сердце короля остановилось, и обожженное лицо было неподвижно. Дэви уже наблюдал нечто подобное раньше, после финальной битвы Рыжего Короля с воинственным богом Мезоном. Тогда король пролежал как мертвый больше месяца, блуждая в стране Снов. И лишь безграничная любовь его жены и помощь Сезрана смогли вернуть его к жизни.
Но Сезрана нет сейчас, а Дэви, еще новичок в обращении с магией, мог сам заблудиться в Снах, отыскивая своего короля. Холодный ужас наполнил сердце герцога. Происходило что-то, чего герцог не мог осознать. Сколько он себя помнил, он всегда был уверен, что его король будет жить. Сейчас у него этой уверенности не было.
В отчаянии он склонился над телом Гэйлона, неистово заклиная его вернуться. Госни всегда охраняли Рыжих Королей, это был их долг. Это было и его долгом. Когда он увидел, что король неподвижен, он попытался силой своего Камня проникнуть в Камень Гэйлона. Но тот тоже казался безжизненным. Осторожно он направил свою энергию в другой Камень, который начал жадно ее поглощать. Свет замерцал в кольце короля, становясь все сильнее и ярче. С рыданием Дэви прижал ухо к груди Гэйлона.
Король прерывисто вздохнул, и слабый стон вырвался из его губ.
— Милорд! — юноша поднял голову и увидел боль в широко раскрытых глазах короля.
— Ты можешь… — прошептал он, — как ты думаешь, ты можешь вылечить ожоги? Я… я не хочу, чтобы Джесс волновалась.
Дэви кивнул, сдерживая слезы.
— Могу.
Раны были тяжелыми, но все же не такими тяжелыми, как раны Тейна. И тогда Камень здорово помог ему, а теперь сила Камня была целиком в его руках. Дэви направил энергию в нужное русло, внутренним зрением наблюдая, как исчезают страшные волдыри и затягиваются кровавые ожоги. Боль постепенно утихала.
— Легче, — произнес Гэйлон, — намного легче. — Он осторожно поднялся на ноги, прикоснулся к своей разорванной и сожженной одежде. — Эту рубашку для меня сшила Джессмин. У нее ушло на это больше месяца. Ну как я объясню ей ее исчезновение?
Дэви помог ему добраться до гардероба в поисках чистой одежды. В голове его царил сумбур.
— Что произошло, милорд? — наконец решился он спросить, пока Гэйлон все еще Колебался в выборе одежды. — Я знаю, что Орим изгнан. Я чувствую это — странная пустота в Камне. Как вам удалось одолеть Черного Короля?
— С помощью отчаянного и глупого средства — я надеюсь, что тебе никогда не придется к нему прибегнуть.
Гэйлон отказался прибавить к этому что-либо еще. Замедленными, как у старика жестами он продолжал одеваться.
— Я снова обязан тебе жизнью, Дэви.
— Нет, сир. Ведь я — Госни. — Дэви сосредоточенно разглядывал носки своих ботинок. — У меня есть и другая цель. Мне нужна ваша помощь, чтобы овладеть моим Камнем — теперь он действительно мой. Вы — единственный, кто может помочь мне.
— Боюсь, что я не совсем подхожу тебе в качестве учителя, но обещаю научить тебя всему, что знаю сам. — Король натянул последний ботинок. — Королева ждет меня, но я лучше пойду один. Если судить по теням, не так уж много времени прошло. Или я ошибаюсь?
— Нет, не думаю. Королева, наверное, уже волнуется. — Герцог снова уставился в пол. — Я благодарен вам, милорд, за то что вы изгнали Орима для меня. Он на самом деле уничтожен.
— Уничтожен и лишен Камня. Он не будет больше вредить людям. И мы оба теперь избавлены от его влияния… навсегда.
Король собрал в кучу обгоревшую и разодранную одежду и спрятал ее на дне сундука. В воздухе еще оставался легкий привкус гари.
— Если хочешь, можешь подождать здесь, — сказал он Дэви. — Но я не знаю, когда вернусь.
Герцог кивнул:
— Я устал. Я, пожалуй, пойду к себе и отдохну.
— Разумеется, — доброжелательно согласился Гэйлон. — Я просто забыл, чего стоит тебе целительная энергия.
— Вам тоже необходим отдых.
— Я скоро отдохну.
Дэви проводил глазами уходящего короля. Несмотря ни на что, король, казалось, был энергичен и бодр, как никогда. Хотя он был бледен, но не осталось и следа от недавних ранений. На мгновение герцог задумался о том, что же действительно произошло между двумя чародеями в этой финальной битве. Затем он повернулся и направился в свою комнату. Камень на груди согревал его, наполняя радостью. Его! Только его, теперь и всегда!
Колени короля дрожали, и острая боль пронзала его при каждом неосторожном движении. Гэйлон пытался не обращать на нее внимания, думая о том, что через несколько минут обнимет жену и детей. Стыд и сожаление еще мучили его, но были уже почти сожжены всепоглощающей радостью и жаждой жизни.
На пороге покоев королевы он столкнулся с Катиной. С встревоженным лицом она провела его в комнату. Где-то в глубине звучала мандолина, и нежный голос Сандаал вторил ей. Но сквозь тихую мелодию Гэйлон уловил звук, который заставил его сердце сжаться. Прерывистые рыдания Джессмин были почти заглушены песней леди Д'Лелан.
Гэйлон помедлил на пороге:
— Королева плачет?..
— Она не переставала с тех пор, как закончился Частный Совет, — ответила Кэт. — Мы никак не можем ее успокоить. Лилит сейчас с нянькой, а мальчиков Роза отвела играть в детскую.
— Что произошло в Совете? — спросил король.
— Ее величество не говорит, но Великий посланник, кажется, очень огорчен. Заседание продолжалось почти полдня. Она вернулась усталая и печальная.
— Пожалуйста, отведи меня к ней.
Катина кивнула:
— Да, сюда, пожалуйста.
Комната, куда она провела его, была намного больше комнаты, короля и гораздо лучше обставлена. Прелестные шелковые драпировки украшали окна и стены. Вдоль стен возвышались книжные шкафы, доверху набитые толстыми фолиантами, хотя, как король мог заметить, все они были на ксенарском языке. Ни одного виннамирского. Вещи, привезенные королевой из дома, так и оставались нераспакованными в сундуках — слишком грубые и неотесанные по сравнению с изящной модой Занкоса.
Песня тотчас же оборвалась, как только Сандаал заметила вошедших. Королева лежала ничком на кровати, уткнувшись в подушку, и ее плечи вздрагивали от рыданий.
Подойдя к ней, король ласково погладил ее по руке:
— Что случилось, моя радость?
Джессмин сжалась в комочек, когда король попытался обнять ее.
— Джесс, ну пожалуйста… Скажи, чем я могу помочь тебе?
Она попыталась что-то сказать, но рыдания душили ее, не давая произнести ни слова. Король подхватил ее на руки.
— Ш-ш-ш-ш, — убаюкивал ее король, но вдруг заметил, что Сандаал и Катина все еще находятся в комнате. — Можете идти, я позабочусь о ней, — бросил он девушкам.
Девушки неуверенно молчали, колеблясь.
— Ступайте! — твердо повторил король. Когда они вышли из комнаты, он снова перевел взгляд на Джесс. — Кто обидел тебя, моя любовь? Только скажи мне кто, и, клянусь, он будет страдать в тысячу раз сильнее!
Королева только молча затрясла головой. Глаза ее покраснели и опухли от слез, спазмы сдавливали горло. Гэйлон поднес к ее губам чашку холодной воды и помог сделать глоток. Ее тело все еще вздрагивало, когда она наконец-то смогла говорить.
— Я… я не знаю… что со мной случилось. Мне было так… так плохо… я начала плакать… и я не могла… не могла остановиться.
— Из-за чего тебе было плохо?
— Из-за всего, — горестно произнесла королева. — Там, на Частном Совете, я почувствовала, что они ненавидят меня. Все, что бы я ни делала, — неправильно, неважно почему. Им ничего не нравится. Я хотела доказать, что я сильнее, но не смогла. Гэйлон, я хочу домой! Сегодня, сейчас! Я хочу увидеть прохладные вечнозеленые леса. Великую реку. Я хочу снова увидеть леди Кесс, увидеть, как ее детишки играют с моими. Я хочу снова почувствовать себя под защитой моих холодных каменных стен! — ее голос прервался, и рыдания усилились.
Гэйлон крепче прижал ее к груди.
— Я всегда гордился тобой, но больше всего — когда мы приехали сюда.
Если бы я не был таким глупцом все эти годы, я еще раньше заметил бы присущие тебе силу и мудрость. Мы могли бы заседать бок о бок в Совете Каслкипа. Насколько быстрее страна могла бы оправиться от разрушений войны, если бы ты помогала мне!
— Нет-нет, — пробормотала королева.
— Да! Пусть эти идиоты в Совете воют и скрежещут зубами! Их раздражает не то, что ты говоришь и делаешь, но сам факт твоего существования бесит их! Они хотят видеть мужчину на троне, и в один прекрасный день Тейн станет правителем обоих государств. А до тех пор, я знаю, лучшего правителя, чем ты, Ксенаре не найти!
Король наклонился и поцеловал ее.
— Более того, ты наполняешь мою жизнь смыслом.
Внезапно на пороге комнаты кто-то вежливо кашлянул. Гэйлон вскинул глаза. Великий посланник смущенно переминался у двери.
— Я стучал, ваше величество, но никто не ответил, поэтому я осмелился войти. Ради бога, простите мое вторжение.
— Нельзя было немного подождать? — спросил Гэйлон с ноткой раздражения в голосе. Старик и так уже доставил королеве достаточно неприятностей.
— Думаю, что нельзя, ваше величество, — ответил посланник.
— Тогда входите.
Королева постаралась вытереть слезы, и Гэйлон помог ей сесть, подложив под спину подушку.
С сияющими глазами Эовин подошел к постели.
— Миледи, я так виноват перед вами, что заставил вас перенести все это.
Но виноват в тысячу раз больше, что мог сомневаться в вас в тот момент, когда вы больше всего во мне нуждались, — он слабо улыбнулся. — Вы должны знать, что доложили мне сегодня мои осведомители. После Совета многие отправились в таверны. И по зрелом размышлении многие из них пришли к мнению, что их новая королева ловкая и справедливая. Половина наших прежних врагов хотя еще и не стала друзьями, но, во всяком случае, начала относиться к дочери Роффо с должным уважением. — Великий посланник придвинулся ближе. — Они еще будут сражаться против вас за рабов, но в целом вы одержали великую победу! Вы должны сменить слезы сожаления на слезы радости.
Все еще с сомнением королева вглядывалась в лицо старого посланника, когда король внезапно расхохотался.
— Оказывается, твои советники не такие уж идиоты, как я думал, — сказал он сквозь смех. — Ну, что я тебе говорил, дорогая? Ты гораздо более мудрая правительница, чем сама о себе думаешь.
— Это действительно так, — подтвердил Эовин. — Я никогда больше не позволю себе сомневаться в вас, ваше величество. Можете ли вы простить меня?
Королева слабо улыбнулась:
— Я здесь именно благодаря вашей уверенности во мне.
— Я всего лишь предоставлял вам информацию, вы сами решали, как распорядиться ей. — Великий посланник осмелился похлопать королеву по руке. — А теперь, мадам, обещайте мне, что вы хорошенько отдохнете сегодня ночью. Если угодно, я прикажу, чтобы вам подали обед в покои.
— Да, пожалуйста, — попросила королева еще глухим от рыданий голосом.
Эовин Д'Ар с трудом поклонился и вышел из комнаты. Когда они снова остались одни, королева встала, чтобы намочить полотенце в прохладном бассейне.
— Он плохо выглядит, — произнесла она, прикладывая влажную ткань к опухшим глазам.
— Великий посланник? — переспросил Гэйлон. — Да он никогда не выглядел особенно хорошо.
— Кажется, ему стало еще хуже с того времени, как мы приехали. На нем плохо сказался длительный переезд. К тому же здесь его обязанности слишком тяжелы для человека его возраста. Хотя… его некем заменить.
— Ты говорила об этом лорду Хэлдрику?
Джессмин кивнула с закрытыми глазами:
— Нильс делает все, что возможно. Но он тоже обеспокоен.
— В таком случае, моя любовь, ты же — королева Ксенары. Прикажи Великому посланнику больше заботиться о себе.
Эти слова заставили королеву улыбнуться, и она выглянула из-под полотенца:
— По-видимому, ему не хватает именно королевского приказа!
— А чего не хватает мне, — усмехнулся король, — так это именно обеда и еще — встречи с моими детьми. А потом — ночи наедине с королевой Виннамира и всей Ксенары.
— Ты сегодня очарователен, — покачала головой королева.
— Конечно, — согласился Гэйлон.
Слишком взволнованный, чтобы уснуть, Дэви провел всю ночь над «Книгой Камней». Так много тайн, так много рассказов о колдунах и чародеях прошлых столетий! Магическое очарование не выпускало его из круга, очерченного светом масляной лампы на столе в его спальне. Огромный толстый том был раскрыт перед ним.
Некогда были времена беспредельной власти магии над всеми землями побережья Западного моря. Каждый король имел своего колдуна, и битвы между волшебниками считались обычным явлением. Какая удивительная и странная жизнь была в те времена! Грустно было думать о времени, когда мастерство волшебников пришло в упадок и магия исчезла почти повсеместно.
Лежащая перед ним книга видела расцвет династии Черных Королей в Стране Ветров, — позже названной Виннамиром, — она была закончена как раз перед падением империи Орима. Это являлось сложной задачей для герцога Госни. С помощью короля и его «Книги Камней» он должен был завершить историю после падения Черных Королей. Это будет многолетний тяжкий труд. Кроме того, Гэйлон хотел внимательно исследовать его Книгу, чтобы добавить недостающее к своей. Мало кто владеет сейчас тайнами волшебства. А чернь полна страха и презрения к колдунам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я